The Wrong Side of Reality

Дазай бродит вокруг во время перерыва. Дополнительные события его не особо интересуют, поэтому он просто бесцельно бродит по задним коридорам арены. Безопасность довольно хорошая, размышляет Дазай, вероятно, из-за инцидента в USJ. Голос Старателя останавливает Дазая. – Мальчик, – выкрикивает герой. Дазай хмуро смотрит на стену, прежде чем придать лицу нейтральное выражение и повернуться к Старателю. – Знаете ли, – протягивает Дазай, – у меня есть имя. – Верно, – ухмыляется Старатель. – Дазай, или я должен сказать Тсушима… Старатель продолжает говорить что-то еще, но Дазай не слышит его из-за звона в ушах. – Заткнись, – злобно шипит Дазай, и Старатель прекращает говорить, изумленный. Руки Дазая дрожат. – Мне без разницы, что ты думаешь, знаешь ли, но Тсушима Шуджи мертв. Убит своим отцом, – он делает паузу, затем ухмылка заменяет пустое выражение лица Дазая, – Звучит знакомо, хммм? Сын могущественного человека с огненной причудой, погибший в результате несчастного случая на тренировке. Старатель тихо рычит: – Я не убивал Тою. Дазай резко фыркает. – Что ж, разве ты не отец года. Однако интересно, когда можно провести параллели между героем номер два и старым боссом Портовой Мафии. Это и правда говорит что-то о герое, – с этими словами, Дазай резко разворачивается на каблуке и уходит.

— — —

Дазай чувствует, как в его груди поднимается какая-то паника. Его руки трясутся, и ему трудно думать о том ужасе, который пробуждал в нем его отец. Он не может прекратить думать о нем. Дазай отлично блокировал воспоминания об отце, пока Старатель не поднял эту тему. Каким-то образом он оказывается в туалете и смотрит на свое отражение в зеркале. Иррациональная ярость наполняет его при виде лица в отражении. Со срывающимся криком Дазай ударяет кулаком по зеркалу, разбивая его. С мягким звоном битого стекла, падающего на кафельный пол, Дазай чувствует, как его ярость испаряется, оставляя его оцепеневшим. Он падает на пол, задыхаясь. – Блять, – выдыхает он. Дазай не терял контроль настолько, можно сказать, годами. Дазай смутно замечает, что его костяшки кровоточат. Вероятно, ему нужно что-нибудь с этим сделать, прежде, чем ему надо будет сражаться с Киришимой. Мори будет разочарован, осознает Дазай. Это поднимет тревогу по поводу его психического здоровья. Но, что ж, ему нужен пинцет, чтобы вытащить стекло, Дазай ведь не планирует оставлять в своей руке куски стекла. Единственным местом, где он может достать пинцет, на данный момент является лазарет. С обреченным вздохом Дазай поднимается с пола, благодаря все высшие силы, известные человечеству, за то, что никто не вошел во время этого… эпизода.

— — —

Исцеляющая Девочка подозрительно щурится в его сторону, вынимая стекло из его руки: – Во что ты ввязался, в драку с окном? Дазай простодушно улыбается в ответ: – Что-то наподобии. Она фыркает и отходит, чтобы собрать бинты. Исцеляющая Девочка бросает ему батончик и смотрит на него, не впечатленная: – Я сомневаюсь, что ты умудрился пообедать перед убийством невиновного окна, и твой бой начинается скоро. Поешь. Затем она притягивает к себе ту руку Дазая, в которой нет батончика, и начинает перевязывать костяшки. Она завязывает концы бинтов как раз тогда, когда Дазай доедает свой батончик. – Можешь идти, – произносит Исцеляющая Девочка. – Иди, посмотри бой Тодороки и Серо. Дазай фыркает: – Это будет не сильно похоже на битву. – Будь хорошим, – упрекает она, когда он выходит за дверь.

— — —

Дазай был прав. Это было не особо похоже на бой. Тодороки заморозил Серо вместе с четвертью зрителей. К сожалению, это значило то, что наступило время боя Дазая против Киришимы. Киришима смотрит на Дазая, пока они вместе спускаются на этаж с ареной. – Хей, давай выйдем туда и покажем им все, что можем, да! – произносит он, поднимая кулак. Дазай зевает. Инцидент, случившийся ранее вымотал его. – Конечно, – не заинтересовано отвечает Дазай. Киришима заметно сдулся, и Дазай не находит в себе сил на сочувствие. Они выстраиваются напротив друг-друга, и Полночь объявляет старт. Киришима быстр, Дазай даст ему это преимущество. Он пересекает ринг и оказывается перед лицом Дазая за считанные секунды. Но что ж, он не Чуя, так что Дазай с легкостью уходит от первого удара Киришимы. Дазай смотрит на острый край кулака Киришимы. Он действительно не хочет, чтобы его ударили. Дазай, тем не менее, чувствует себя особенно раздраженным и понимает, что ему может доставить удовольствие эта победа. Он подныривает под следующий удар, затем под еще один, в это время постепенно скользя назад. Пока, наконец, его пятка не касается края круга, а он не посылает Киришиме дикую ухмылку. Глаза Киришимы расширяются, когда Дазай ловит его за запястье, из точки их соприкосновения льется бело-голубой свет. Затем Дазай переставляет ноги и перекидывает Киришиму через плечо, а затем, выходит из круга. Толпа взрывается аплодисментами, а Полночь объявляет Дазая победителем. Лежа на земле, Киришима стонет. – Классный матч, чувак, – произносит он, поднимаясь на ноги. – Ага, неважно, – Дазай уходит.

— — —

Даби крадется сквозь тени на складе. Неделю назад к нему обратилась женщина по поводу его возможного трудоустройства, и, что ж, деньги есть деньги. Он должен встретится с ней здесь, чтобы узнать детали. Он выходит на свет, и женщина в пустой керамической маске и причудливом красно-розовом кимоно спрыгивает со стропил: – Даби, могу предположить? – Ага, – он щурится. Женщина выглядит знакомо. Затем видит меч, и понимает. – Ты – Алый Мечник, так ведь? – увидев ее утвердительный кивок, он присвистывает. – У тебя хорошо развиты навыки. – Спасибо, – произносит она озадаченно. – Хотя я здесь из-за Ваших навыков. Видите ли, я хотела бы, чтобы Вы работали под прикрытием в определенной группе людей. Конечно же, я Вам хорошо заплачу. Даби задумчиво сужает глаза: – Хорошо, я заинтригован. В какую именно группу я должен попасть под прикрытием? – В Лигу Злодеев.