Давай помиримся

Вечером, двадцать первого декабря, после тяжёлого трудового дня, кудрявый парнишка решил отправиться к своему наставнику, учителю, когда-то лучшему другу, чтобы поздравить его с днём рождения. Как бы там они не ругались, не ссорились, пусть они давно уже не общались, но, он не мог не сделать этого… Он не мог поступить иначе… Эмиль вызвал такси, оделся в тёплые вещи, обул любимые кроссовки, взял с собой небольшую серебристую коробочку, перевязанную синей ленточкой и с бантом на верхушке, положил её во внутренний карман куртки и спустился на лифте вниз. На улице было темно и холодно, стояла морозная погода и небо было такое звёздное. Он сидел на скамейке, в ожидании такси и вспоминал время, которое они проводили вместе, когда в такую же погоду они весело гуляли в парке, любовались красивыми звёздами и даже делали на снегу милых ангелочков. — Если бы ты только знал, как сильно мне тебя не хватает. — пробубнил кудряшка. — я тебе купил часы, ролексы, которые ты так давно хотел, такие, как у тебя когда-то были, а потом разбились, упав с полки в офисе. Нет, они даже лучше, тех что были. Надеюсь, что тебе такие больше никто не подарит и ты обрадуешься им. Интересно, ты сейчас на своей студии или дома? Или вообще находишься где-нибудь на съёмках? — грустно улыбался он. Паренёк разглядывал яркие звёзды в небе, погрузившись с головой в свои воспоминания и мысли о нём. Ещё совсем недавно, он упорно пытался с этим бороться, выкинуть его из своей головы, из сердца, из жизни. Но ничего не получалось… Дима глубоко засел в его душе и ничем его оттуда не вытравить… Эмиль любил его, очень любил, даже не надеясь на взаимность, он просто хотел быть рядом и не важно как… Для него он был самым близким и дорогим человеком, от которого за три года дружбы он получил безмерное количество теплоты и заботы, он единственный, кто его всегда понимал и поддерживал в любой жизненной ситуации, до одного случая… Но даже после такого предательства, как бы там не было, он для Эмиля всё равно останется самым родным и самым лучшим человеком в мире… Спустя десять минут громкий сигнал автомобиля вырвал его из размышлений. Встрепенувшись, он увидел, что перед ним у подъезда стояло такси — Шевроле серого цвета. Открылось окно, из него высунулась седая голова и прозвучал слегка хрипловатый голос: — Молодой человек, это вы меня вызывали на 18:00? — Да, — ответил Эмиль, подходя к задней двери машины, открывая её он размышлял, куда бы ему поехать? Где ему искать Диму? Присев на сиденье, он назвал таксисту адрес его студии, так как он знал, что Масленников чаще всего зависает именно на ней, и дома практически не живёт. По крайней мере, он очень надеялся застать его там. Эмиль весь путь думал и гадал, как бы ему переподнести Дмитрию свой чудесный подарок. «А что если он совсем не захочет меня видеть, и ему не нужно от меня ничего; ни мой подарок, ни мои поздравления?» — подумал он и почесал свой затылок, — «Нет, Дима не такой, всё будет хорошо. — Успокаивал он сам себя, — Ну а если у меня что-то да не получится, тогда я придумаю что-нибудь ещё». Через полчаса, Эмиль был уже у подъезда дома, где находилась студия Димы. Он расплатился с таксистом и вышел из машины. Стоя у всё того же подъезда, он думал как ему правильно поступить; подняться наверх или же позвонить ему и попросить спуститься к нему вниз. Постояв так около минуты в своих размышлениях, парнишка выбрал второй вариант. Он вынул мобильник из кармана и сняв перчатку, отыскал его контакт и стал набирать, но в ответ были одни только раздражающие пустые гудки. Однако, кудряш не сдавался и позвонил ему ещё раз, а потом ещё. — Если он так и не захочет отвечать на мои звонки и не выйдет ко мне, тогда я просто подложу ему это под дверь квартиры, — разговаривал он сам с собой, вынимая серебристую коробочку из внутреннего кармана куртки, — когда он заметит эту коробочку, откроет её, увидит подарок и прочтёт мою записку, он сразу всё поймёт… И вот, наконец, удача настигла его! Он услышал до боли знакомый и слегка грубоватый, родной голос на той стороне телефона: — Аллё! Зачем ты звонишь? Что тебе нужно? Эмиль нервно сглотнул слюну и сердце его забилось с бешеной скоростью. — Ты даже не поздороваешься со мной? — вопросительно и в тоже время мягко выдал он, стараясь не показывать своей нервной дрожи и волнения. — Мне некогда. Я занят. — грубо прозвучало в ответ. — Ты сейчас в офисе? — спросил Эмильен. — если да, спустись пожалуйста вниз, на улицу. Я тебя у подъезда жду и, много твоего драгоценного времени не отниму, не волнуйся. — Кхм, — прочистил горло Дмитрий, — Иманов, мне сейчас не до тебя. — Понимаю. — тихо произнёс Эмиль, — Пожалуйста, Дим, спустись ко мне хотя бы на минутку. — умоляюще попросил он. Но в телефоне была тишина. — Дим, ты ещё там? На линии? — проговорил смугляш. Он посмотрел на экран мобильника и увидел, что тот был отключен разговора. — Значит вот так ты со мной, да? Всё ещё продолжаешь гнуть свою линию. — чуть не плача бубнил себе под нос Эмиль. — я же всего лишь хотел поздравить тебя. Ну ладно, — с грустью вздохнул он, — тогда надо подождать, пока кто-то будет заходить или выходить, откроется подъезд, я поднимусь наверх и подложу тебе эту коробку под дверь, а потом, в любом случае, ты всё равно заметишь её. Только он прекратил разговаривать, как услышал писк домофона, это значит, что изнутри сейчас кто-то выходит и ему повезёт попасть в подъезд, не ожидая слишком долго. Он сразу же рванул к двери, и возле неё, он прямо лоб в лоб столкнулся с Масленниковым, врезаясь в него и едва не сбивая его с ног. — И-извините, — запнулся паренёк, — я не хотел Вас ударить. Я просто очень спешу. — Всё нормально, — прозвучал у него над ухом знакомый голос, как гром среди ясного неба. — Дима?! — улыбнулся кудряш, не веря своим ушам, поднимая свои карие глаза и голову вверх и проникновенно глядя на него. — Прости, я правда не хотел. Ты всё-таки вышел, ты спустился ко мне… — Повторяю свой вопрос ещё раз, — сухо проговорил Масленников, — что ты от меня хочешь? — Я хочу поздравить тебя с днём твоего рождения, — улыбнулся он, — вот, — протянул он ему серебристую коробочку с синим бантом. — Это тебе, подарок от меня. Я не мог поступить иначе. Ты для меня слишком много значишь. Дмитрий молча взял коробку из его рук. И как показалось Эмилю, что его губы слегка вздрогнули от улыбки, которую он попытался скрыть. — Всего тебе самого наилучшего, — коротко сказал Эмиль и отвернулся от него, собираясь уходить. — До встречи. Если она вообще когда-нибудь будет. Пока, Дим. Я пойду. Кудряш, понурив голову, побрёл восвояси. А Масленников, смотря вслед уходящему парню, так ничего и не сказал ему, не попытался остановить его, не поговорил с ним, и даже не поблагодарил за подарок, хотя в душе он испытывал маленькую радость, от того что Эмиль не забыл его. Войдя в квартиру, где веселились его друзья и вся Лига, он пошёл к себе в комнату и оставил подарок Эмиля там — на прикроватной тумбочке, и отправился к радостной компании в гостиную. — Бро, — подал голос Сударь, — кто тебе звонил? И куда ты ходил? — Да-да, меня тоже это интересует, — добавил Чернец. — И меня, — вклинился в разговор Даник. — Давай выкладывай всё, — усмехнулся Шкред. — Мы думали, что ты Егора Крида пошёл встречать, — сказала Яна Зенина, подойдя к ним с бокалом шампанского в руке. — Нет, он позже приедет. У него важные съёмки. — отмахнулся от друзей Дима. — Ну а куда ж тогда ты уходил? Что это за тайна такая? — спросил у него Стас. — Да нет у меня никаких тайн! — выпалил Масленников, — просто сосед очень вредный и доставучий, грозился вызвать полицию, если мы тут не утихомиримся. Спать ему, видите ли, мешаем. — Так ещё же рано, спать! — засмеялся Сударь. — Так и я об этом. — фыркнул Дмитрий, — повеселитесь тут пока без меня, ладно? У меня что-то голова разболелась, я пойду к себе и прилягу не надолго. — Ну а как же мы тут без виновника торжества будем? — с усмешкой поддел его Стас. — Вот-вот! — улыбнулся Егор Шкред. — Ладно, что же мы изверги какие, не понимаем, что ли, что тебе плохо, — погладил Дмитрия по волосам Артём Чернец. — иди уже, полежи. Отдохни чуток. Мы никуда не денемся. — Хорошо, что вы у меня такие понимающие, — отрезал Дима. — Я к себе. Он выпил таблетку и поплёлся в свою комнату. Но спокойно лежать он не мог, его никак не хотели покидать мысли об Эмильке; о том, как им было хорошо вместе, как они были счастливы, как снимали совместные ролики на свои каналы. Он вспоминал их путешествие в Дубай, ведь это же была его самая лучшая поездка в мире, и самое главное — заветная мечта Эмильки, которую он сам воплотил в реальность, его эмоции и впечатления от поездки он не забудет никогда… Он помнил и никогда не забывал его солнечную улыбку, лучистые карие глаза, кудрявые волосы, такие тёплые искренние обнимашки. Его сердце больно сжалось в груди и стало биться чаще. Он потянулся за бутылкой воды на тумбочке, чтобы смочить своё пересохшее горло, и вспомнил о подарке Эмиля, глядя на серебристую коробочку, стоящую рядом с водой. Он включил светильник и потянулся за ней. Повертев коробку в руках, он принялся развязывать ленточку, открыв её, он увидел в ней бежевого цвета мешочек, затянутый шнуровкой, и сложенный вчетверо тетрадный листок. Взяв мешочек в руки, Дима почувствовал, что там было что-то такое увесистое. Распустив шнуровку, он вынул из него наручные часы и ахнул от шока… Это же были крутые золотые часы Rolex, последней модели! Он о таких даже и мечтать не мог! У него когда-то были чутка попроще — подарок брата, а когда они разбились, он собирался купить себе новые, такие же как были, потому что они были ему до́роги, ну или же что нибудь покруче. Но эти… Превысили все его ожидания. — Спасибо тебе, Эмилька! За такой крутой подарок. — усмехнулся он, но буквально через пару секунд усмешка исчезла с его лица, потому что он вспомнил что не поблагодарил его за этот подарок, не сказал ему ни единого слова в ответ на это. Эмиль так заморачивался, искал эти часы, их найти не так уж и просто… А он… Он теперь понимал, что это было очень жестоко с его стороны… Дима вытащил из коробки листочек, развернул его и принялся читать, хотя читать там было немало. «Привет Дима! Поздравляю тебя с днём рождения! Я искренне верю, в то что ты всегда будешь оставаться самым лучшим человеком, который всегда держит своё слово и отвечает за поступки. Развивайся, достигай неземных вершин, лови волну и будь таким же уверенным в себе. И ещё я хочу добавить, хочу сделать то, что не осмеливался сделать раньше, в общем, Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ДИМ! ОЧЕНЬ! С тех самых пор, когда я впервые встретил тебя, с того самого вечера, когда нас познакомил Стас Плетнёв, уже три года люблю. Ты спросишь, почему так и почему я об этом пишу, а не говорю тебе это в лицо? Во-первых, сколько я себя помню, я всегда знал что я «БИ», у меня конечно были отношения с девушками, но парни меня привлекают больше. Я знаю, что ты захочешь узнать и о нас Алей. Тогда знай — мы с ней просто друзья, хотя раньше мы пытались построить отношения, она единственная меня понимает и поддерживает сейчас, когда мне так до жути плохо без тебя. Во-вторых, раньше я не мог признаться тебе в своих чувствах, потому что ты элементарно этого бы не понял, ты же жёсткий натурал, а я не хотел потерять нашу дружбу. Сегодня я тебе тоже этого не скажу на словах, потому что уверен, что ты просто не станешь меня слушать. Я пишу тебе об этом, раскрывая свою душу и сердце. Ты всегда будешь самым лучшим человеком для меня, самым замечательным, прекрасным, добрым и заботливым, даже несмотря на то, что ты меня так предал, променял на Егора, попросил по-тихому уйти из команды, чтобы я не доставлял тебе проблем. Я молча сделал это, потому что не хотел чтобы тебе было плохо по моей вине, не хотел чтобы тебе было стыдно за меня, продолжая тебя наивно любить и верить тебе. Я послушно ушёл, удалился как ты мне сказал, исчез не только из команды, но и из твоей жизни тоже, почти на полгода и наверное уже насовсем. Я не обижаюсь на тебя за это. Мне просто было больно и тоска по тебе, рвала и всё ещё разрывает моё сердце и мою душу. Я и к психологу ходил на приём, чтобы попытаться забыть тебя и всё что с тобой связано, и к психиатру тоже, ведь мне казалось, что я сошёл с ума, но они мне совершенно ничем не помогли. Представляешь, я даже хотел избавиться от байка, который ты мне подарил, хотел разбить его, но Аля меня остановила. Так что, никак у меня не получается не думать о тебе, искоренить тебя из своего сердца не удаётся никаким методом. Очень хочется мне тебя забыть — стереть из памяти навсегда, как ненужную строчку из текста. Ох, если бы это только было возможно!.. Дим, ты за эти три года для меня столько всего сделал, а сколько много ласки и любви ты подарил мне за всё это время, пусть даже по-дружески, по-братски, ты всегда понимал меня и приходил на помощь, никогда не оставлял меня в беде. Я ни от кого и никогда в жизни, не получал столько хорошего, сколько получил от тебя, за период нашей дружбы. Ты даже воплотил в реальность мою детскую мечту. Я очень благодарен тебе за всё. Я тебя люблю просто потому что ты есть. Я был счастлив, что мне удостоилась такая огромная честь, попасть в твою команду да ещё и стать твоим близким другом, и для меня это был повод, чтобы чаще видеть тебя, обнимать. Мне не нужен был личный Ютуб- канал, который ты для меня создал, я не хотел быть блогером и мне совершенно не важно, что ты тоже являешься таковым, я просто был счастлив, от того что имел возможность находиться рядом с тобой. Даже если бы ты был обычным человеком, каким-нибудь офисным работягой, шофёром или учителем в школе, я бы всё равно любил тебя, потому что ты не такой как все. Я пишу тебе это не для того, чтобы что-то получить от тебя взамен. Я знаю, что мои чувства к тебе, так и останутся безответными. Я ни на что не надеюсь и ничего не жду. Мне необходимо было облегчить свою душу. Прости, если я тебя когда-то чем-то обижал. Прости меня за всё плохое что я тебе сделал, хотя я и не припоминаю такого, но вдруг… Не знаю, встретимся ли мы ещё когда-нибудь с тобой или нет, за то теперь ты всё знаешь. И помни, Димочка, что моё сердце принадлежит только тебе. Целую и крепко обнимаю.

Навсегда твой, Эмиль».

Каждое слово из этой длинной записки, отзывалось огромной болью в сердце Дмитрия. Его глаза стали мокрыми от слёз. — О Господи! — всхлипывал он шмыгая носом, — какой же я идиот! Идиот! Идиот! Идиот! Как же я мог не заметить, что он меня любит?! Как?! Ну почему ж я такой слепой?! Я всегда ищу своё счастье где-то за облаками, в каком-то сказочном тридесятом царстве, а оно же совсем рядом. Эмилька, такой милый и солнечный паренёк, такой преданный человечек, любит меня и причём даже такого бездушного болвана. Дима, прижимая к себе записку Эмиля, отпил несколько глотков воды из бутылки, продолжая корить себя и ругать всякими плохими словами, на чём свет стоит. Он не мог простить себя за то, что причинил такую ужасную боль и нанёс неизлечимую рану на всю оставшуюся жизнь, человеку которого он так сильно любит, от трепетных чувств к которому, он так долго бегал, хотел избавиться от них, пытался усердно подавить их в себе. Если бы он знал, если бы он заметил и всё понял бы раньше, а не корчил из себя недотрогу-натурала, всё могло бы быть по-другому. — Всё если бы, да кабы! — со злостью на самого себя выпалил Масленников, — вытирая ладонью горячие солёные слёзы со своего лица. — Это же каким надо быть мудаком и уродом, чтобы обидеть такого хорошего человека как Эми! Он засветил и разблокировал экран своего мобильника, открыл засекреченную папку с их Эмилькой общими фото, на которых они были такие весёлые и жизнерадостные. — Я сейчас приеду к тебе, Эми. Надеюсь, что ты всё там же живёшь. — приговаривал он листая их фото, — Я очень хочу с тобой поговорить. Я верю, что ты выслушаешь меня и, сможешь понять и простить. Хотя я бы и сам себя за такое не простил. Я бы не задумываясь избил бы себя или убил, за то что позволил Егору влезать в наши отношения и, за то что прогнал тебя, за то что посмел вообще обижать тебя. Листая все фото в альбоме до самого конца, глядя на любимого кудряшку, светящегося как лучик солнца, Дима испытывал боль, тяжесть, грусть и тоску в душе. Закончив рассматривать их фотографии, он погасил экран телефона, надел на руку часы которые ему подарил Эмиль, оделся в тёплое худи, положил в карман мобильник и пошёл в гостиную. Масленников отыскал среди друзей Сударя и отозвал его в стронку. — Что ты хотел, братишка? — спросил Никита. — Ты неважно выглядишь. Может тебе помощь нужна? — У меня возникли неотложные дела, ты не можешь приглядеть за всей честно́й компанией? Если, они конечно, захотят остаться здесь без меня. — Диман, если у тебя какие-то серьёзные проблемы возникли, не молчи, расскажи мне всё. Я попробую помочь тебе. — Никит, самая лучшая помощь от тебя будет, если ты сейчас сделаешь то, о чём я тебя только что попросил. — Ну хорошо, а как я им объясню твоё отсутствие? Да и, день рождения без именника, это как-то совсем не то. Ты знаешь, что по отношению к нам всем, ты поступаешь неправильно? — Я знаю, что это нехорошо получается. — проворчал Дима. — Но у меня выбора нет. Мне срочно нужно уехать. А как всем всё объяснить, придумай сам. У тебя фантазии хоть отбавляй. — Ладно. Как скажешь. — фыркнул Сударь. — Помни, что я тебе доверяю. — сказал ему Масленников. — только, сделай это чуть позже, когда меня уже не будет дома. Минут через пять. — Хорошо. Сударь направился обратно к остальным в гостиную, а Дима на кухню. Он взял из холодильника бутылку шампанского и один из тортов, которые привезли ему друзья, и сложил всё в большой бумажный пакет. В прихожей, он оделся в шапку и куртку, и обулся в ботинки. На стоянке Дима нашёл свой автомобиль, забрался в него, поставил пакет на соседнее сиденье, включил зажигание, прогрел его несколько минут, так как на улице был мороз, и отправился к Эмилю. Всю дорогу он думал и представлял себе, как поговорит со своим любимым кудряшкой, как всё объяснит ему, во всём признается и прежде всего, попросит у него прощения за все обиды и предательство. Дима волновался, его сердце бешено колотилось. Он попытался собрать все свои мысли в кучу. Он знал, что больше никогда и ни за что не отступится от своего, этот разговор и эта встреча, должны состояться, чего бы ему это не стоило… Через сорок минут у двери квартиры Эмиля Иманова. Дима, стоя с пакетом в руке, уже в который раз жал на дверной звонок. — Уже иду. — зазвучал за дверью такой знакомый и мягкий голос Эмиля. — Сейчас открою. От этого, сердце Дмитрия, учащённо забилось с новой силой. — Ты всё ещё живёшь здесь. — еле слышно прошептал он. — Как же я рад, что не пришлось тебя долго искать… — Дима?! — донёсся до его ушей удивлённый голос Эмиля, который распахнул перед ним дверь. — Что ты здесь делаешь? Зачем ты приехал сюда? — Поговорить с тобой хотел, — посмотрел Дима в родные красивые карие глаза, которые сейчас были наполнены грустью, болью и тоской. Ему так сильно захотелось обнять его, своего любимого мальчика… — Ну проходи, коли не шутишь, — слегка улыбнулся паренёк, пропуская его внутрь. Ребята зашли в квартиру и Эмиль стал приглашать Диму на кухню, попить чаю. — Здо́рово, — сказал Дмитрий, протягивая ему пакет, — Я как раз торт с собой прихватил. Эмиль стал вынимать торт из пакета и увидел бутылку шампанского. — Я смотрю, ты неплохо так подготовился, — усмехнулся он. — и шампанское привёз. — У меня сегодня день рождения. — ласково говорил Дима, — и я хочу разделить свой праздник, только с тобой, — уселся он за стол. — А как же твои друзья, Лига? — поинтересовался Эмиль, включая электрический чайник, чтобы нагреть воды для чая. — у тебя же, по-любому, была вечеринка, когда я к тебе приезжал. — Была, да сплыла. — усмехнулся Масленников. — Ты что, всех бросил ради того, чтобы приехать ко мне? — не веря своим ушам и словам Димы, усмехнулся Эмильен. — Ты для меня гораздо важнее них всех. — Это правда? — Чистая правда. Эмиль, выслушай меня, пожалуйста, — попросил его Дима, — только не перебивай, ладно? Кстати, а где Аля? — Она на съёмках клипа. — Эмиль отрезал от торта пару кусочков и положил их на тарелки, а рядом положил десертные ложечки, — и будет ещё не скоро. Так что у тебя много времени. Можешь рассказывать всё, что ты там хотел. Я тебя слушаю. — подмигнул он Диме. — Это замечательно, что у нас так много времени. Значит нам никто не помешает. — Угу, — буркнул кареглазый, делая им чай, подавая одну кружку Диме и присаживаясь напротив него за стол. — Для начала, прости меня Эмилька, — с сожалением произнёс Дима и погладил его руку, — пожалуйста, прости меня идиота, за всю ту боль которую я тебе причинил, а особенно за то, что я тебя так предал, за то что так глупо позволил Егору распоряжаться нашими отношениями. Я так пожалел об этом. Да я вообще жалею об всём плохом, что когда-либо делал тебе. Эмиль пронзитильно смотрел на него не сводя с него своих карих глаз. — Ты самый прекрасный человек, самый лучший на свете, из всех которых я встречал. Прости меня. Прости. — с раскаянием смотрел он в его карие глаза и теребил его руку, — скажи мне что-нибудь, только не молчи, умоляю. Твоё молчание выбивает меня из колеи. Если хочешь ударь меня, накричи, прогони, только не молчи. Да я бы и сам себя побил, если б мог. — Я тебя прощаю, Дим. — слегка усмехнулся кудрявый паренёк, — да только вот, кричать и драться я не хочу. Это только ты так можешь, орать и укрывать всех благими матами, если что-то не по-твоему. А я, с некоторого времени, научился простыми словами всё решать. Да и толку от того, что я наору на тебя или ударю, никакого не будет. Легче всё равно не станет.Так что можешь считать, что всё нормально. — Ты и впрямь меня простил, или это только для того, чтобы я отстал от тебя? — Я. Тебя. Простил. — спокойно повторил Эмиль, делая паузу после каждого слова. — Ну тогда, — усмехнулся Дима и сжал Эмилькину руку в своей ладони, — давай помиримся? Смотри, — поднимая рукав на своём запястье, указал он Эмилю головой на часы, те самые ролексы, которые он ему сегодня подарил, — это теперь самая дорогая и ценная вещь для меня. Спасибо тебе, за такой крутой подарок и за поздравления. Прости, что я не сделал этого сразу. — Я только за, — расплылся в улыбке кареглазый паренёк, —давай помиримся, и не надо больше просить у меня прощения. И благодарить тоже. Я бы всё равно не смог по-другому и, очень хочу, чтобы у нас всё было как раньше. Давай дружить. — Как раньше уже не будет. — сказал Дима, всё ещё держа его за руку, — после того как я прочёл твоё письмо, решил… — Ты прочитал моё письмо и решил со мной помириться только потому, что тебе меня жаль?! Да не нужна мне твоя жалость! — перебивая Диму вспылил кудряш, выдёргивая свою руку из его ладони и вставая из-за стола. — Просто дружить со мной из-за моих трепетных чувств к тебе, не надо! Если ты не хочешь, я тебя не заставляю, давай тогда лучше оставим всё как было. Уходи отсюда! — Тише, Эмилька, угомонись, — успокаивал его Дима, — ты же сказал что не будешь кричать, — он опять схватил его за руку, чтобы тот, в случае чего, не смог никуда убежать от него, — присядь пожалуйста и послушай, что я хочу тебе сказать. — Ну ладно, — сел кудряш обратно за стол и отпил пару глотков чая из кружки. — так и быть. Говори. — Я хочу быть с тобой вовсе не из-за жалости. И не дружить, — пристально смотрел он в его карие глаза и не отпускал руку, — а быть твоим парнем, потому что я люблю тебя. — Что? — опешил паренёк, от таких слов Дмитрия. — теперь ты решил поприкалываться надо мной, да? — Нет, конечно! — вздохнул Дима, — я что, похож на такого? После того, как я тебя так чудовищно предал я больше не смогу тебя обижать, а шутить над тобой — тем более. Я сейчас искренен с тобой, как никогда раньше. Я люблю тебя и очень давно. — Давно это сколько? — ехидно улыбнулся Эмиль. — Эми, я люблю тебя уже почти два года. — пояснял Масленников, — я очень долго не мог осознать и принять это. Всё время бегал от тебя, себя, и своих чувств к тебе. Знай я раньше, что ты тоже ко мне неравнодушен, я бы не раздумывая ответил на твои чувства. Прости меня, — виновато смотрел он на Эмиля, он отпустил его руку и потеребил его шелковистые кудряшки. — Я такой болван, да ещё и в придачу слепой идиот. Как же я мог не заметить, что ты меня тоже любишь? А ещё я трус, потому что побоялся открыться тебе и, в первую очередь самому себе, признаться в том, что люблю тебя. А ты молодец, ты храбрый. Ты сделал то, чего не смог я. — Ну всё, хватит уже болтать, — встал Эмиль из-за стола и с улыбкой подошёл к Диме, — можно мне тебя обнять? — И ты ещё спрашиваешь? — засмеялся Масленников, — ну конечно можно, и даже нужно! — Он поднялся со стульчика и раскрыл для него свои объятия. Эмиль тот час же приник к его могучей груди, обвивая руками шею и вдыхая во все лёгкие, такой родной и приятный аромат его кожи. — Я так сильно скучал по тебе. — прошептал он ему на ушко. — Я тоже скучал по тебе, — всё тем же шёпотом ответил Дима, прижимая его к себе, положив подбородок ему на плечо. — очень-очень. Они молча стояли наслаждаясь тактильными ощущениями примерно пару минут. Это было то, чего им так давно и так здорово не хватало… Дима не выдержал и начал покрывать шею Эмиля горячими и влажными поцелуями. Паренёк улыбнулся и повернулся к нему. Увидев его такие милые ямочки на щеках, Масленников поплыл, и буквально в ту же секунду, накрыл его такие манящие пухлые губы своими, сминая их в жарком поцелуе любви. Эмиль не задумываясь стал отвечать ему. Он слегка наклонил свою голову назад и приоткрыл рот, приглашая шаловливый язык любимого Димы внутрь. Дима медленно исследовал своим языком все влажные глубины его рта, превращая их поцелуй в долгий, страстный, напористый. Одной рукой он держал его за талию, а другой нежно гладил лицо и шею, изредка теребя его густую кудрявую шевелюру… — Мгм, — тяжко простонал Эмиль в поцелуй, а затем, нехотя отрываясь от мягких губ, произнёс: — С днём рождения, родной! Я так люблю тебя… — И я тебя, — тяжело и часто дыша сказал Дима, — солнце, я больше никогда и ни за что, не буду обижать тебя и никуда от себя не отпущу. Ты самое лучшее, что было в моей поганой жизни. Ты моё самое большое счастье. И ни Егору и ни кому-либо другому, я больше не позволю встать на нашем с тобой пути. Если кому то, что-то не понравится, пусть катятся ко всем чертям. Самое главное, что ты со мной. Я заберу тебя к себе. Ты мой. — прижимался он своим лбом к его. — Нет, — широко улыбался ему Эмиль, а его глаза светились озорными огоньками радости. — Это ты мой. Навсегда… Паренёк мягко приник припухшим алым губам Дмитрия, чувственным и трепетным поцелуем. Ребята наслаждались и получали удовольствие, отдавая друг другу через поцелуй всю свою любовь, нежность, ласку… Этой ночью они спали в Диминой квартире, на его двуспальной кровати, в такой мягкой и уютнной постельке. Хотя… Сказать, что они просто спали было бы не совсем правильно. Они любили друг друга, нежно, пылко и страстно, как только можно любить в нашем большом и безумном мире… А ещё через десять дней, Дима и Эмилька, только вдвоём, счастливые и влюблённые, вместе встречали Новый Год, за маленькими столиком с вкусняшками и шампанским, у зелёной пушистой ёлки, красиво украшенной разноцветными шарами, дождиками и мерцающей гирляндой…