Кома

      Этот город был «Очередным» – именно так Ричард предпочитал называть все субъекты штата Мичигана, в которых ему предстоит работать. Конечно, у города есть свое настоящее название, указанное и в картах, и в международных базах, его куратор Конрад наверняка озвучит во время традиционного инструктажа, но какое бы официальное название он не имел – для RK900 он все равно был Очередным. Шестнадцатым населенным пунктом, если быть точнее.       Как и всегда ранее, группа андроидов не доехала до городка, остановившись у пустующей заправки в тридцати километрах от населенного пункта. Основная часть девиантов обоснуется здесь, обустроив себе нечто вроде рабочего гнезда. Конрад, как руководитель выездной бригады, так же будет сидеть здесь, контролируя весь процесс дистанционно. Ему же, Ричарду, и еще пяти девиантам предстоит более подвижная работа, но даже здесь Ричард будет первопроходцем. Именно ему предстоит войти в Очередной город и проделать одну из самых грязных работ прежде, чем пустить в городок остальных.       Ричард остановился у своего серого, идеально чистого мотоцикла типа «Чоппер», пройдя мимо ряда автомобилей и рабочих тяжеловесных машин, из которых девианты дружно принялись таскать оборудование внутрь заправки. Этот вечер они потратят на то, чтобы обустроиться и отправить отчет в Центр восстания об успешном прибытии, и по хорошему RK900 должен ждать ответа сверху, но сегодня хотелось сделать все как можно быстрее. К счастью, Конрад ему не противоречил, и на то, по мнению обоих, была причина.       – Манисти находится дальше, в двадцати девяти километрах и восьмистах метрах, если быть точным, – как и ожидалось, подошедший девиант RK800, одетый в строгий серый костюм, все же назвал город, просматривая данные с планшета. Ричард даже не взглянул на него, нехотя снимая перчатки. – Восемь тысяч сто пятьдесят семь зарегистрированных человек до массовой эвакуации. По статистике, остаются не больше одного процента, но даже такое число людей может быть очень опасным, так что советую сначала изучить структуру города и потом уже бросаться на амбразуру.       Убрав перчатки в стороны, Ричард наконец забрал протянутый Конрадом стеклянный планшет. Устройство мгновенно среагировало на дистанционную команду, спроектировав над экраном 3D-модель городка, расположенного под обрывом прямо в устье одноименной реки. Конрад искренне верил, что дал собрату дельный совет, и потому испытал нечто вроде разочарования, когда RK900 молча убрал планшет в отведенный широкий кожаный чехол-карман, висящий сбоку мотоцикла. Эта модель уже давно висит в его системе, и никакие устройства ему для этого не нужны.       RK800 хмуро убрал руки в карманы, наблюдая за этим процессом. В отличие от своего подчиненного, одетого в серый костюм и черное мужское пальто, он был одет не по погоде. Андроиды, конечно, не испытывали сильного дискомфорта от низких температур, да и снег еще не выпал, обещая нынешним жителям Мичигана теплые деньги, однако ноябрьское небо все еще хмурилось, периодически срываясь вниз мелким дождем.       – Даже не взглянешь на карту? – с равнодушной улыбкой спросил RK800, наблюдая за тем, как Ричард проверяет мотоцикл на наличие дефектов. Он мог бы сделать это одним лишь взглядом, однако почему-то всегда считал, что проверка руками куда эффективней.       – Все карты у меня в голове, – холодно ответил Ричард, отметив падение уровня бензина на половину. Стоит заправиться перед дорогой.       – Да, но вряд ли в них отмечены места, где спутник и городская система видеослежения в последний раз заметили пребывание человека.       – Значит, я воспользуюсь ей, когда буду на подходе к городу.       Этот разговор был больше похож на будничное обсуждение погоды, чем андроиды линии RK обычно не страдают в силу заложенного стремления больше делать и меньше говорить. Ричард, как и всегда, держался холодно и отстраненно, в его круге общения в принципе не было кого-то, кого можно было бы назвать другом, и Конрад, наслышанный о данной черте особенности собрата, не пытался втереться тому в доверие. Все, что их связывало – общее дело, работа и не больше. Всех девиантов из таких же, как эта, бригад устраивал подобный тип отношений.       – Отправишься прямо сейчас?       – Не собираюсь ждать до утра, – впервые за весь разговор Ричард взглянул на своего куратора, получив понимающую улыбку. – Предпочитаю заниматься работой, а не сидеть и смотреть в потолок.       – Не переусердствуй. Твоя задача – максимально возможно зачистить пункт от оставшихся там людей, сектор за сектором. Не строй из себя героя там, где это слишком опасно. Подвиги нам не нужны.       – Я знаю, в чем состоит моя задача, – наконец, проверив мотоцикл, RK900 выпрямился, больше не отводя от Конрада взгляда. – Я делаю это не в первый раз, так что можешь оставить все эти инструктажи при себе.       – Знаю, но у меня эта первая вылазка. Хотелось бы соблюсти все правила, по крайней мере, по возможности. А зная нрав вашей линии, уверен, что лишнее предостережение не помешает, – в серых глазах RK900 мелькнуло недоумение, на что Конрад поспешил дать объяснение, устремив взгляд за горизонт, где скрывается бегущая к городу дорога. – Вчера днем одного из ваших убили. Не могу сказать где, Центр запрещает, но и промолчать тоже нельзя. Хочется убедиться, что ты будешь осторожен.       – Что с ним случилось? – сурово спросил Ричард, проигнорировав нравоучение о безопасности.       – Переоценил свои силы и сознательно ринулся в мелкое поселение с численностью в двести пять человек. Ликвидировал немало, но сам можешь представить, какой была его участь, когда оставшиеся сорок человек все же смогли прижать его к земле.       Даже представлять не хотелось, что именно Конрад подразумевает под «участью». За год активной работы по уничтожению человеческого населения, Ричарду приходилось видеть всякое. Люди очень жестоки, даже по отношению друг к другу, несмотря на наличие общего врага в лице девиантов. Норт и Маркус всегда придерживались убеждения, что человек – самое опасное для планеты существо, и иногда Ричард был очень близок к тому, чтобы согласиться с ними, имея при этом равнодушное отношение к миру.       Молчание затянулось. Конрад все это время смотрел вперед, погруженный в свои мысли. Видимо, эти мысли привели его не туда, куда хотелось бы. RK800, собранный по подобию своего предшественника Коннора, слабо улыбнулся своему подчиненному.       – Просто будь аккуратен и возвращайся назад в случае непредвиденной ситуации. Лучше мы выдернем еще несколько ваших, чем рисковать твоей жизнью.       Кивнув в знак окончания разговора, Конрад отправился в здание заправки, контролировать процесс подготовки рабочего места. Ричард сопроводил его привычным окружающим равнодушным взглядом и приступил к подготовке к отбытию, что обычно занимала не больше двадцати минут.       Официальная одежда в виде костюма и пальто остались на заправочной станции – дожидаться окончания миссии и возвращения своего хозяина обратно к бригаде зачистки. Заниматься грязной работой в классических туфлях и в брюках по мнению Центра очень плохая и неудобная идея, и Ричард поддерживал это мнение, с охотой меняя свою экипировку на черный военный комбинезон и черные берцы. Практичность, незаметность и ничего лишнего – таков общепринятый девиз для всех RK900, призванных Маркусом для очистки штата Мичиган.       На дорогу ушло четырнадцать минут. Солнце уже начало спускаться, когда Ричард добрался до равнины, остановившись прямо посреди дороги на возвышенности. Отсюда пустующий город был как на ладони. Полгода назад здесь кипела жизнь: в зданиях светились окна, по дорогам неслись автомобили, разрезающие ночь светом от фар. Больницы принимали своих пациентов, полиция пыталась справиться с растущей преступностью – именно так правительство называло девиантов, что «просыпались» и боролись за свои права. Теперь этот населенный пункт, бездушный и брошенный почти всеми, выглядел как труп животного, последние минуты жизни которого были потрачены на попытку дотянуться до реки и напиться перед смертью, и все эти местами разрушенные здания, перевернутый на дороге транспорт смотрятся как шрамы. На улицах наверняка все еще лежат трупы андроидов и военных, некогда пытающихся разрешить конфликт путем убийств и истребления.       Выставив подножку мотоцикла так, чтобы тот стоял крепко, андроид, не слезая с «железного коня», достал отданный Конрадом планшет. 3D-модель города смотрелась куда лучше, чем то, что было перед глазами – все здания еще были целы. Для Ричарда это было обычным явлением, когда реальная картинка разнится от той, что ему предлагают официальные базы данных. Сейчас его интересовала не игра в «Найди десять отличий». Ричард дистанционно потребовал от планшета отразить на модели участки, где было замечено присутствие людей. Среди очертаний города, поделенных на сектора, тут же показалось двенадцать красных точек, разных по размеру в зависимости от количества скрывающихся жителей. Вряд ли Ричард успеет проверить все до захода солнца, а значит, стоит поторопиться, чтобы изучить хотя бы ближайшие сектора.       Дорога плавно ушла вниз, к равнине. Край города, как и во всех предыдущих случаях, был самым разрушенным – сказался штурм андроидами и военными США. Ричард, уже привычный делать свою работу с минимальными временными и ресурсными затратами, заглушил двигатель прямо в начале городка, завел мотоцикл в снесенное на половину здание и накрыл его прихваченным серым брезентом. Изучение секторов всегда происходит в пешем режиме с целью не привлекать к себе лишнее внимание шумом двигателя. Впоследствии, когда полгорода будет изучено, можно будет спокойно сесть на Чоппер и уже без страха перемещаться по улицам – основная масса людей уже будет истреблена, а та часть, что осталась в живых, уже ничего не сможет сделать. Единственный минус в пеших прогулках скрывается в необходимости таскать с собой не малое количество оружия, и хоть RK900 не чувствовал физической усталости, все равно находил это крайне неудобным в моменты стычек. Сложно разбить кому-то лицо, когда ты весь обвешан патронами, пистолетами, ножами, а на спине болтается винтовка и снайперка с глушителем.       Как и предугадывалось, город был абсолютно тихим. Только пение птиц и ветер, играющий с разбитыми, держащимися на соплях окнами и мусором на дороге. Первый сектор представлял собой скромную улицу с магазинами и какими-то иными коммерческими предприятиями малого типа, вроде прачечных. Были и кафетерии, в которых, как и следовало ожидать, отсутствовала такая еда, как консервы и полуфабрикаты, что говорило об одном – здесь побывали люди и, возможно, они находятся где-то неподалеку.       Ричард проверял каждое здание, каждое помещение. Он заходил во все коридоры и комнаты, спускался в подвалы, осматривал дворы и крыши. Другие RK900, склонные к более жестоким чувствам, частенько сравнивают людей с тараканами, которые прячутся и забиваются в самые дальние углы, но у Ричарда на этот счет были иные мысли. Он просто делал свою работу, стараясь избегать эмоциональной оценки всего, что происходит вокруг. Так гораздо больше шансов сохранить холодный разум и избежать чреватых последствий, вроде тех, о которых говорил Конрад. Вряд ли тот андроид, оказавшийся в лапах людей, попал бы в эту ситуацию, если бы мыслил трезво, а не шел на поводу у своих эмоций. Но что есть, то есть. Андроиды созданы людьми и не стоит ожидать, что не подвержены их же слабостям.       Ричард уже почти закончил осмотр сектора, когда в одном из впереди находящихся переулков услышал шорох. Солнце уже окрасило небо в рыже-розовые оттенки, и многие люди постепенно начали выбираться наружу, предпочитая искать провизию и ресурсы в темноте. Это могло быть и какое-нибудь одичавшее животное, но проверить все же стоило, и RK900, сбавив шаг до максимально бесшумного, тихо подобрался к кирпичному углу, чтобы заглянуть внутрь. Там действительно был человек.       Тепло одетый мужчина, присев на корточки, шарил по карманам мертвецов, переходя от одного к другому. Судя по виду тел, они пролежали здесь не меньше месяца, так что шанс найти в их карманах хоть что-то полезное был равен нулю. В условиях нехватки ресурсов люди не оставляют после себя ничего ценного, а если верить следам насилия на телах – он явно умер не по естественным причинам. Потому шарящийся по карманам человек чертыхался и пыхтел, не находя ничего полезного. Наконец, мужчина сматерился и, выпрямившись, развернулся на выход, чтобы покинуть переулок. Ричард, спрятавшись обратно за угол, бесшумно вытащил из чехла на поясе охотничий нож.       Буквально за одну секунду решилась судьба человека. Он даже не успел ничего понять, как был утащен обратно в переулок и так же, прижатый к стенке, зарезан. На его обросшем, покрытом морщинами лице мелькнуло удивление. Он таращился на андроида с таким изумлением, как будто не верил, что его жизнь может вот так оборваться. Стремительно вытекающая из перерезанного горла кровь заливала поношенную бурую кофту и бледно-зеленую куртку. Наконец, мужчина спустился вниз по стене, дрожащими руками стараясь закрыть рану. Не прошло и минуты, как изумление в его взгляде сменилось бездумием. Взгляд зеленых глаз устремился сквозь стены. Больше в этом теле жизни не было.       Ричард одним взглядом изучил его внешний вид. У человека не было ничего существенного, что могло бы хоть как-то помочь в зачистке города. Только какие-то бумаги и слабо заточенный нож, выглядывающий из-за пояса поношенных грязных брюк. Для Ричарда это был лишь хлам, так что андроид не стал терять время, оставив тело в переулке и отправившись дальше.       Заложенная в систему карта указывала на наличие в данном секторе заправку, и, к счастью, та оказалась не тронутой военными действиями. Нет, здесь, конечно, были выбиты стекла, сорван баннер и перевернуты мусорные баки, но сама станция и ее главное содержимое – ценный ресурс для девиантов – был цел. Внутри здания царила гробовая тишина, но Ричард, вооружившись винтовкой, все же проверил небольшое помещение на наличие людей. Как и ожидалось, здесь никого не было, так что RK900 с чистой совестью перед своей безопасностью закинул оружие на плечо и обошел кассу, чтобы проверить количество бензина в баках.       Электричества, конечно же, не было – хозяин, покидая заведение в спешке, отключил рубильник, так что пришлось потратить еще минуту на то, чтобы вернуть энергию. Вывеска заправочной станции тут же осветилась, терминал нехотя загудел, сигнализируя включение. Вернувшись за кассу, RK900 уже хотел задать компьютеру команду, как слева на стойке почудилось движение. Винтовка тут же оказалась в руках, дуло взметнулось в воздух в сторону незваного гостя, который всего лишь оказался рыжим котом. Животное с любопытством водило носиком, пытаясь уловить запах девианта. В его глазах-плошках не наблюдалось агрессии, кот напротив присел по ближе к краю, всеми силами стараясь дотянуться мордой до дула.       Ричард опустил винтовку, равнодушно глянув на зверя. Брошенные домашние питомцы в пустующих городах – частая картина, потому RK900 не удивился, а даже едва заметно улыбнулся, протянув руку и почесав кота за ухом. Его утробное мурчание было слышно на всю заправку.       Оставив наконец кота, девиант вернулся к терминалу, приложив к нему руку со снятым скином. Экран отозвался на команду, отразив информацию о количестве оставшегося бензина. Меньше половины, но в мире военных конфликтов даже самые малые крохи на вес золота.       «Первый сектор, улица Черри-роуд. На заправке присутствует бензин, необходимо изъятие», быстро отрапортовал девиант своей бригаде. Куратор незамедлительно отозвался принятым отчетом, и RK900, больше не найдя причин для задержки, вышел из заправки через черный ход, решив добить осмотр сектора раньше, чем солнце спрячется за горизонт. Он не надеялся найти что-то полезное или наткнуться на людей, решив осмотреть остаток участка только ради галочки, однако судьба распорядилась иначе, и, выйдя из очередного пустого магазинчика в узкий проулок, андроид наткнулся на них.       То, что анализаторам не удалось распознать шум, было не удивительно. Двое людей, одетых в комбинезоны цвета хаки, двигались молча, из проулка по направлению к центральной дороге. В их руках были старенькие винтовки M16, в отличие от предыдущего встречного человека эти были более или менее чистыми, хоть и с обросшими волосами. Они явно кого-то выслеживали, двигаясь практически бесшумно, но вся их охота пошла к чертям собачьим, когда из магазинчика, не подозревая о скорой встрече, вышел RK900. Один из мужчин обернулся через плечо и, встретившись с равнодушным взглядом Ричарда, замер. Несколько секунд ничего не происходило, а после все смешалось, как пестрые краски на палитре художника.       Прозвучал крик, затем выстрел. Затем мелькнула сталь, начищенная до идеального блеска. Ричард взвел пистолет за долю секунды, точным выстрелом проделав дырку во лбу того, кто заметил девианта первым. Его напарник, ошарашенный смертью друга, развернул винтовку с воинственным криком бросился к андроиду, без разбора поливая огнем весь проулок. Несмотря на скорую реакцию девианта, одна пуля все же прошла по плечу по касательной, оставив синие подтеки на белой стене магазина, и когда человек был очень близко, и пули в винтовке мужчины кончились, последний бросился врукопашную. Типичная и наиболее часто встречаемая реакция человека, пришедшего в ярость из-за смерти друга. И потому наиболее страшная ошибка – бросаться с кулаками на того, кто сильнее тебя по своей «природе».       Хватило пары секунд для того, чтобы увернуться от летящих в голову ударов и, схватив человека за руку, развернуть его спиной к себе. Ричард даже не чувствовал сопротивления, несмотря на то, что мужчина с пыхтением и ревом старался вырваться из мертвого обхвата вокруг своей шеи. Легкое движение, за которым последовал приглушенный хруст – человеческое тело обмякло. Только мужчина не сопротивлялся, устремив свой остекленевший взгляд куда-то в бездну, прямо как тот незнакомец рядом с трупами.       Эта работа была привычной. Грязная, местами наверняка несправедливая по отношению к людям, но именно та, ради которой сам человек разрабатывал Ричарда. Именно поэтому зачистка городов получалась у него лучше всего, и большего ему было не нужно. По крайней мере, он искренне в это верил, выполняя свое дело без всякого эмоционального окраса.       В конце проулка между зданиями показалось движение. Ричард еще не отпустил мертвое тело на землю, взглянув в сторону главной дороги. Несколько секунд посреди дороги стояла девушка, оцепенело смотрящая на девианта, и он еще не успел ничего сделать, как та спряталась за стеной соседнего магазина. Ричард, не отрывая взгляд от угла, за которым скрылся силуэт, ослабил хватку. Тело свалилось вниз.

***

      Сердце взбесилось. В висках противно застучало. Я задрожала, как осиновый лист на ветру, в глазах на мгновение потемнело – настолько было страшно. Легкие заработали с такой силой, как будто несколько минут пробыли под водой, и капли холодного пота на лбу не из-за животного страха, а из-за озера, из которого мне только что удалось выплыть. Минуту назад мой шанс отправиться на тот свет был равен пятидесяти процентам, но сейчас этот шанс вырос до девяносто. Если стычка с людьми может закончится мирным договором не заходить на чужую территорию, то встреча с андроидом сулила совсем другой исход. Ему не нужна провизия, ему не нужен городской участок. Девиант, появившийся в городе, предрекал только одно – смерть.       Стена показалась мне спасительным кругом. Отлипнуть от нее было все равно что подписать смертный приговор. Меня не отпускала глупая инстинктивная надежда, что случится чудо и я сольюсь вместе с зеленой поверхностью магазина, и андроид не заметит меня, пройдя мимо. Тело словно окаменело, сдвинуться с места было невозможно. Невидимые цепи сковали еще сильнее, когда в проулке прозвучал глухой стук, похожий на падение мешка на пол. Я знаю, он идет сюда, наверняка достает огромный нож или винтовку, чтобы за одну секунду решить вопрос моей жизни и смерти, и я уже ничего не могу сделать…       Внезапный мужской разъяренный крик пронзил напряженную тишину. В проулке началась какая-то суета. Все еще скованная страхом, я все же решилась выглянуть из-за угла, вовремя заметив, как на андроида из-за спины навалился еще один мужчина. Сумерки уже начали сгущаться, и разглядеть происходящее было не так-то просто, однако я все же не спешила убегать, воспользовавшись недолгой дракой, чтобы рассмотреть девианта. Лучше бы я этого не делала, ведь страх стал еще больше, а шанс умереть приблизился к ста процентом.       Это был не просто девиант. Это была Девятка.       Мужчина, как и его мертвые напарники, прожил недолго, оказавшись на земле. Девятка ловким движением руки направил его же пистолет ему в подбородок, и вскоре зеленые стены противоположного магазина окрасились в красный цвет. Звук выстрела подействовал на меня, как выстрел охотника на зайца. Я резко сорвалась с места, подхватив свой рюкзак и дробовик с бетона. Бежать домой слишком далеко, да и опасно – такому, как Девятке, ничего не стоит пуститься по моим следам, словно волк в погоне за добычей. У меня был только один выход – переждать где-нибудь несколько часов, пока андроид не покинет этот участок, так что я ворвалась в магазинчик, из которого недавно вышли будущие мертвецы, и пулей пронеслась на второй этаж. Сердце билось как сумасшедшее, в висках стучало, а перед глазами все стояла картина с размазанными по зеленой стене мозгами вперемешку с кровью. Скоро я обязательно проблююсь, но сейчас мне было необходимо спрятаться, затаиться и не вылезать наружу какое-то время.       На втором этаже была полная разруха: в стенах виднелись старые дырки от пуль, пол усеян бумагами и стеклом, у окна напротив лестницы лежал рабочий стол, перевернутый ящичками вверх. Ворвавшись наверх, я остановилась и суетливо осмотрелась, стараясь отдышаться. Едва на первом этаже послышался шум, как легкие замерли, и я оцепенела, с ужасом ощущая, как каменеет тело. Несколько секунд царила тишина. Прозвучавшие за ней шаги ввергли меня в самый настоящий кошмар. Вытаращив глаза, я ринулась к столу и спряталась под ним, едва втиснувшись с полупустым рюкзаком и заряженным дробовиком. Может, мне не придется стрелять. Может, вселенная позволит мне прожить еще пару дней, а не умереть такой глупой смертью после всего пережитого?       Шаги нарастали, становились все ближе. Под тяжестью его ног звучал скрежет побитого стекла, разбросанных гильз. Ужас охватил мое тело, из глаз потекли слезы. Я буквально слышала, как в затылок дышит сама смерть, и запах у нее зловонный, будоражащий. Ее лицо будет мужским, а взгляд – холодным и беспощадным. Ей будет достаточно одной руки, чтобы свести мою жизнь к нулю, и мой дробовик мне не поможет. Убить андроида очень сложно, а Девятку – практически невозможно. Так и проведу я свои последние минуты, прячась в пыльном столе, дрожа с ног до головы и глотая невольные слезы.       Он остановился на последней ступеньке. Пусть я не видела вошедшего на второй этаж, все равно инстинктивно понимала, кто именно стоит аккурат в пяти метрах от моего стола. Легкие взбесились от ужаса, сковавшего голову, и, чтобы не выдать свое рваное дыхание, я накрыла губы дрожащей ладонью. Будь что будет. Если умру, значит, такова судьба, но видеть я этого точно не хочу, и потому зажмуриваю глаза что есть силы, позволяя горячим слезам катиться вниз.       Андроид сделал несколько непринужденных шагов, наверняка изучая помещение. Это продолжилось меньше половины минуты, но для меня секунды показались вечностью. Казалось, будто в любой момент из-за стола покажутся мужские ботинки, и это будет последнее, что я увижу, но время шло и ничего не происходило. Я даже задержала дыхание, чтобы не издавать ни единого шума, и, когда шаги начали отдаляться, позволила себе выдохнуть. Все происходящее было похоже на кошмарный сон, в котором мне вот-вот придется стать дичью на прицеле охотника.       Шум на первом этаже не прекращался весь вечер, а затем и всю ночь. Андроид что-то делал, иногда я слышала его холодный голос, докладывающий кому-то о проделанной работе. Слова различить не удавалось: слишком большое расстояние и слишком мало смелости, чтобы выбраться из-под стола. Страшно было даже дышать, не то, чтобы пошевелиться.       Сумерки за окном было сгустились, но андроид с первого этажа так и не собирался уходить. Он наверняка решил остаться здесь, латать повреждение после стычки с людьми, и это для меня было самой настоящей катастрофой. Я словно на пороховой бочке – в постоянном ожидании смерти, ожидании, что убийца вернется на второй этаж, чтобы проверить помещение как можно лучше. Эта мысль не давала мне дышать спокойно. Ночь обещалась быть самой худшей в моей жизни, и хоть я планировала не смыкать глаз, усталость все равно постепенно начала забирать в свои лапы. Хотелось пить, размять руки и ноги. В конце концов, я задремала, что поутру оказалось ужасной ошибкой.       Сон был беспокойный, прерывистый, однако ближе к утру, когда темная комната постепенно начала наполнятся слабым светом из окон, я все же крепко уснула. Забылась… потерялась в пространстве. Не знаю, как долго длилось это состояние, но когда проснулась от громкого и оглушающего звука – комната была светла практически как днем. В мозгах стоял гул, сердце пустилось в пляс. От резкого хлопающего звука прямо рядом с ухом в голове зашумело, уши заложило. Доселе незнакомое мне чувство было таким неприятным, что я сильно зажмурилась и скривилась на несколько секунд, стараясь перетерпеть адскую боль, после чего нехотя осмотрелась, выискивая источник шума. От увиденного боль прошла едва ли не в то же мгновение.       Воняло порохом. Дробовик в моих руках внезапно оказался теплым, как после выстрела. Дырка в верхней части стола была явно свежей, не помню, чтобы она была, когда я залазила вчера вечером. На первом этаже стояла тишина, но для меня, перепуганной и затаившей дыхание, она звучала угрожающе. Я выстрелила во сне… твою мать, я выстрелила во сне!       Страх сковал тело ледяными цепями. Осознав, что именно произошло и чем это может грозить, я кое-как очухалась от оцепенения и выползла из-под стола как можно быстрее и тише. Внизу все еще стояла тишина. На мгновение надежда внутри позволила допустить мысль, что андроид покинул здание, однако звук приглушенных шагов на первом этаже разбили эту надежду на мелкие осколки. Я резко, насколько позволило затекшее тело, подхватила дробовик и рюкзак, проскочив к небольшому закутку по левую сторону от лестницы. Девятке не составит труда меня найти, но, может, у меня будет пара секунд, чтобы пробежать за спиной девианта. Слабый, очень плохой план, от которого веет дырами, однако что еще остается, если ты и так загнан в угол?       Сердце стучало, как бешеное. Я спряталась в этом маленьком закутке, прямо за стеной от лестницы, накинув на плечо рюкзак. Шаги становились все громче, ближе, с каждым новым звуком приближалась паника. Внутренние часы начали отсчитывать секунды до приближения смерти, как будто издеваясь. Не самый лучший расклад в моей жизни: оказаться наедине с андроидом-убийцей в маленьком помещении с незаряженным ружьем. Сама бы давно вскрыла себе вены, если бы не дом, в котором меня ждут.       Шаги затихли на последней ступеньке. Я затаила дыхание, стараясь унять дрожь. Чую нутром, что эта минута будет последней в моей жизни, и что я увижу перед смертью? Разгляжу ли в лице андроида своих близких? Или все истории о мельтешении жизни перед смертью просто блеф? Не проверишь, не узнаешь. В любом случае у меня просто нет выбора, и стоять за стеной в ожидании, что пронесет, нельзя.       Шаги вновь возобновились, но вопреки ожиданиям прозвучали не рядом. Набравшись смелости, я аккуратно выглянула из-за угла. Девятка стоял возле дальней стены, практически не шевелясь. Пуля, пройдя сквозь стол, вошла в стену, оставив в ней следы. Синяя краска облупилась, обнажив побелку и бетон. В голове до сих пор стоит легкий гул, но страх и адреналин сильнее. Желание выжить тоже. Потому я задвинула мешающий шум на дальний план, готовясь совершить самый безумный поступок в своей жизни.       Андроид поднял руку и пальцами коснулся края отметины от дроби. Верх его комбинезона был спущен вниз, обнажив белую футболку. На левом плече виднелись синие пятна, похоже, вчера девианту все же досталось. Наверняка именно поэтому он решил остаться на ночь в магазине, чтобы залатать рану и отправиться дальше – вычищать город.       Либо сейчас, либо никогда. Андроид занят изучением отметины и явно не собирается покидать этаж, пока не поймет, кто произвел выстрел. Понимая, насколько тупым и смертельным может оказаться следующий шаг, я все же собрала последние крупицы своей смелости и, подняв дуло разряженного дробовика, вышла из-за своего укрытия.       – Двинетесь с места, и я вышибу вам мозги.       Вопреки ожиданиям, голос не дрогнул, прозвучав весьма грозно. Андроид чуть повел головой в мою сторону, медленно опустив руку вниз. Как ни странно, у него не было оружия, по крайней мере, он его не держал, но я не дура. Знаю, что это может быть только иллюзия. Все, что мне нужно – меньше минуты, чтобы обойти убийцу и спуститься по лестнице вниз, не сводя с девианта дуло оружия. Искренне надеюсь, что он не догадается о моей лжи.       – Я не стану стрелять. Просто уйду. И вы за мной не пойдете, иначе я пристрелю вас прямо здесь и сейчас. Ясно?       Он молчал, меня это напрягало. Доселе ни разу не встретив подобной модели, я лишь наслышана, насколько сильны их изощренность и холод по отношению к человеческой жизни. Сбежавшие из зачищенных городов рассказывали страшные вещи, и мне совсем не хочется стать участником одной из таких историй. Пусть он молчит, словно соглашаясь с моими требованиями, даже не смотря в мою сторону, я все равно ему не верю и не желаю спускать с него взгляда.       До лестницы оставались считанные шаги, я уже была на верхней ступеньке, продолжая идти спиной и целясь в девианта, но стоило почувствовать под пяткой край ступени – все изменилось. Я даже не подумала прежде, чем бросила взгляд за плечо, лишь бы не кувыркнуться вниз и не сломать шею, но пожалела об этом в следующую секунду. Я даже не услышала шаги, как почувствовала на дуле дробовика чью-то руку. Оружие выхватили из рук так быстро, что на осознание происходящего не было времени. Не прошло и минуты, как я со вскриком оказалась на полу, прижатая к мусору и с болезненными пульсациями в затылке. Его руки сомкнулись на горле, взгляд был холодным и бездушным. Неужели это будет то, что я увижу в последнюю минуту жизни?..       По комнате прокатилось оглушительное эго от выстрела, прозвучавшего где-то снаружи. Стена над головой девианта осыпалась мелкой белой крошкой, андроид резко отпустил меня, перекатившись в сторону. Все происходило за считанные секунды! Я застыла, чувствуя, как сердце пробивает себе путь наружу, но когда прозвучал еще один выстрел, за которым последовал мужской крик «Беги, малая!» – сорвалась с места, скользя на мелких бетонных осколках. Ноги путались, несколько раз едва не спустив меня с лестницы кувырком, и все же мне удалось встретиться с утренним солнцем, оставив за спиной крики и стрельбище. Я неслась по улице, как безумная, развив доселе невиданную для себя скорость, не чувствуя ни ног, ни рюкзака на спине. Только утренний упоительный воздух, холодный металл дробовика и адреналин в крови, не дающий мне остановиться.       Я выбралась… выбралась! Не знаю, кто этот добрый мужчина, который перенял весь огонь на себя – вероятно, человек, который знал убитых Девяткой – но он точно из тех, про кого говорят «Должна по гроб жизни». Не уверена, что он еще жив, учитывая как быстро стихла перестрелка за спиной, и все равно готова поклониться ему в ноги за возможность снова увидеть солнце. Увидеть свой дом, увидеть родного, близкого мне человека. Он не увидит моих слез, стекающих по подбородку то ли от страха, то ли от счастья, но зато будет жив и, возможно, знать, что я рядом.

***

      Прошли целые сутки, и Ричарду удалось расчистить еще один сектор. Людей здесь оказалось немного, хоть и пришлось поискать в таких дебрях, как подвалы и метро. Большинство бросались бежать, кто-то пытался защищаться, но все это заканчивалось для них плачевно, как и для того старика со снайперским ружьем в соседнем здании. Если бы не этот человек, возомнивший себя либо спасителем, либо отважным дураком, девчонка бы не убежала, но Девятку злило не это.       Как такое возможно? И возможно ли вообще? Он пробыл на первом этаже магазина всю ночь и не заметил ни единого намека на присутствие человека! И теперь даже не знает, на что скинуть эту оплошность: на собственную невнимательность или на фортуну, которая повернулась к человеку. Вряд ли это второе – девиант просто не верил в существование какой-либо неощутимой силы вроде удачи, веря, что судьба складывается исходя из поступков, а не обстоятельств. Но признавать свою ошибку ему хотелось еще меньше, и потому он злился, вымещая свою агрессию на людях. Нет, никаких пыток и жестокостей, только быстрая смерть – самое гуманное, что можно сделать для тех, кого необходимо уничтожить. И все же… черт, почему он так злится, неосознанно выискивая среди встречных людей лицо сбежавшей?! Словно образовавшийся лишний болтик в системе, который хочется найти и выдрать, чтобы доказать свое умение правильно делать свою работу!       Вопреки желанию найти и убить человека, Ричард не предпринимал попыток изменить свой план и уже заложенный маршрут очистки города. Это не практично и способно все разрушить. Главное качество любого сдержанного специалиста своего дела – выжидать, что он и делает, методично осматривая каждое здание и отправляя в центр информацию о полезных находках. Рано или поздно человек попадется на его пути, и тогда он исправит эту маленькую проблему в виде неизвестно как выжившей женщины, пробывшей в зоне досягаемости больше шести часов.       Попавшийся на пути полицейский участок был в плачевном состоянии. На полу валялись бумаги, столы перевернуты, в стенах виднелись дырки от пуль. Как ни странно, склад с оружием был практически не тронут – вынесены только пистолеты и некоторые виды патронов, в то время как винтовки и ручное оружие лежит на месте, под замками. Возможно, людям не хватило ума или ресурсов вскрыть механизмы. Это было неважно. Присутствие запасов оружия все равно хороший бонус для девиантов, и Ричард тут же отрапортовал Конраду о складе в полицейском участке. Обратный отзыв о принятом рапорте пришел сразу, и Девятый не стал задерживаться на месте, отправившись дальше.       Минул еще один день. Работы было еще много, трупов за спиной становилось все больше. Почищенных секторов хватило для того, чтобы начать передвигаться на мотоцикле. Какой смысл ходить пешком там, где гарантировано никого нет? Все функционирующие и подключенные к Ричарду городские камеры позволяли просматривать изученные улицы и дворы, и, если вдруг где-то появлялся человек, девиант просто шел в ту сторону, закрывая оставленный долг.       Солнце приблизилось к горизонту, намереваясь скрыться за городскими крышами, когда Девятый оказался на территории небольшого аптечного пункта. Это было последнее место проверки на сегодня, потому девиант не надеялся найти что-то значимое для центра, однако, еще войдя в маленькое здание, он услышал женские голоса: один флегматичный и ленивый, другой – возбужденный и с явной агрессией. Их слова намекали на то, что рядом с ними есть кто-то еще, кто молчит, и Ричард не ошибся. Выйдя здание и подкравшись к его углу, девиант аккуратно выглянул из-за угла, опустив к ногам снайперскую винтовку.       –…как давно я не видела шоколада! Ты даже не представляешь, как сильно ты меня порадовала! – в отдалении у мусорных баков сидела высокая женщина тридцати лет. Она рылась в рюкзаке, с возбужденной улыбкой вытаскивая оттуда разные вещи и подавая некоторые из них своей спутнице, что стояла рядом с баком и закидывала вещи в свою сумку. Они явно были довольны собой. Ричард отчасти тоже, глядя на третьего человека, сидящего перед женщинами на коленях.       Это была та самая девчонка, только не такая испуганная, хоть и подавленная. Она смотрела на своих пленительниц – иначе представшую картину нельзя было назвать – презрительно, хоть и украдкой. На ней была все та же зеленая джинсовая куртка, на губе виднелась свежая ранка. Оружия рядом не виднелось – тем проще Ричарду будет избавиться от человека, засевшего в голове, как упущение.       – Оу, а вот эта вещь нужная, – женщина хмыкнула, достав из рюкзака предметы женской гигиены. Та, что стояла у бочка и пихала все поданные находки в свою сумку, неприятно усмехнулась. – Не придется самой тащиться в магазин, а то в аптеках уже ничего не найти.       – Ну, мы не были в старой части города. Может, имеет смысл порыскать там? – предположила спутница, перехватившая предметы гигиены. Сидящая на корточках женщина хмуро сжала губы в тонкую полоску.       – Чтобы нарваться на сраную Девятку? Нет уж. Я жить хочу.       За ее спиной вновь раздался смешок, только уже не такой веселый, как ранее. В это же время женщина, грабившая чужой рюкзак, озадаченно застыла, смотря в самую глубь карманов. Ее встревоженный взгляд вскинулся на девчонку, которая не желала смотреть на грабителей. Она вела себя непоколебимо, отмалчиваясь все это время и не выражая сопротивления, чтобы избежать лишней боли.       Не получив от девчонки никакой реакции, женщина запустила руку к самому дну рюкзака и вытащила на свет крупную упаковку со свернутыми резиновыми трубками для переливания крови. Второй рукой она достала из рюкзака пакет поменьше. В последнем находились медицинские ампулы, разглядеть которые Ричарду не удавалось из-за расстояния.       – Что это? – вопрос был предназначен девчонке, но спутница за спиной женщины расценила его в свою сторону. Она заглянула за плечо подруги, озадаченно хмыкнув.       – Это система для переливания крови.       – Я не тебя спрашиваю, – резко отозвалась грабительница, одарив ответившую грозным взглядом. Та закатила глаза, но ничего не сказала. Женщина, вернув суровый взгляд на девчонку, опять посмотрела на дно рюкзака, запустив туда свои руки. Покопавшись еще немного, она опять взглянула на пленницу. В ее глазах стоял не добрый огонек. – Ты медик?       Девчонка молчала, подавлено смотря в пол. Ричарду и ранее приходилось наблюдать за разборками между людьми, и большинство из них кончались расправой. Удивительно, что люди, находящиеся на грани условного вымирания, готовы перегрызть друг другу глотки, в то время как именно их жизни считаются ценным ресурсом для восстановления общества. Но еще удивительней то, как резко расправа может перерасти в мирный договор, если встретившиеся враги понимают полезность друг друга. Девятый знал, почему женщину так насторожила возможная причастность девочки к медицине. Медики в мире, где все вот-вот рухнет, на вес золота. И чтобы убедиться в догадке грабителя, Ричард разыскал пленницу в базе данных.       Лекси Пейдж, двадцать пять лет. Врач-ординатор, некогда проходящий стажировку в местной больнице под контролем врача-специалиста. Идеальные результаты медицинских экзаменов. Она действительно имеет ценность в человеческом мире, граничащим с состоянием саморазрушения, но если будет молчать – вряд ли выживет после встречи с этими людьми. Лицо женщины, которую злит ответная тишина, явно говорит об этом.       – Я не стану ждать целый день, когда ты соизволишь ответить, милочка, – язвительно отозвалась женщина, убрав медицинские атрибуты обратно в рюкзак. – Выбор у тебя не велик. Либо ты открываешь свой рот и отвечаешь на вопросы, либо мы просто пустим тебе пулю прямо в лоб. Я не люблю сюсюкаться с окружающими.       – Поверь мне, она правду говорит, – заверила спутница за спиной, невесело улыбнувшись.       – Так ты медик или нет? – женщина повторила свой вопрос, проигнорировав подругу. Лекси Пейдж, сидящая на коленях, недоверчиво подняла затравленный взгляд.       – Работала врачом в отделении терапии до всего этого…       – Врач – это хорошо, – женщины оживленно переглянулись, нацепив нетерпеливые улыбки. Наверняка решили, что сорвали джек-пот, отыскав медицинского работника в этом городе смерти. – Нам как раз нужен такой в нашем поселении. Люди постоянно ранятся на вылазках. Медик нам точно не помешает…       – Я не пойду.       Женщина, решившая чужую судьбу, только успела встать на ноги, как Лекси активно замотала головой. Ее взгляд наполнился тревогой, даже страхом, она умоляюще смотрела то на одного, то на другого человека. Те вновь переглянулись, и в глазах каждой стояло нетерпение.       – А кто тебя спрашивает? – съерничала высокая женщина, убрав с лица улыбку.       – Я, правда, не могу! Можете забрать все, что хотите, но я не!..       Лекси не успела закончить, как у женщины кончилось терпение. Облизнув губы, она резко сделала шаг вперед и схватила девчонку за волосы, заставив ее сощуриться от боли и прикусить язык.       – Я не спрашиваю тебя, чего ты можешь, а чего нет. Я говорю, что ты закрываешь свой рот, собираешь свои шмотки и идешь за нами, если, конечно, не хочешь остаться здесь, валяться в луже собственной крови, – она говорила это ей прямо в лицо с явно выраженным гневом. – Вставай. И давай без глупостей. Настроение слишком хорошее, не хочется портить его твоей смертью.       Лекси Пейдж подавленно опустила голову, в ее глазах читалось отчаяние. Женщины засобирались, с довольным видом перекидываясь фразами. Ричард и так уже потянул слишком много времени, и сейчас был велик шанс упустить людей, подлежащих уничтожению. По какой-то причине женщины вызвали у Девятого куда большие неприязненные эмоции, нежели сбежавшая Лекси Пейдж, которая волей судьбы встретилась на его пути. Никто не должен покинуть город, по крайней мере никто боеспособный. Этих женщин можно было причислить к последним, и Ричард невозмутимо поднял винтовку, целясь в ту, что повыше, из-за угла.       Прогремел оглушающий выстрел. Человека отбросило от выстрела с близкого расстояния, женщина на секунду воспарила в воздухе, раскинув руки в стороны, и тут же повалилась на грязный асфальт. Ее спутница, воскликнув, выхватила пистолет и принялась стрелять в сторону Девятого практически не глядя, ринувшись за мусорный бачок. Ричард спрятался за угол, перезаряжая винтовку, и когда череда выстрелов прекратилась, выглянул и вновь вскинул дуло. Одного выстрела хватило, чтобы уничтожить человека, потерявшего бдительность от ярости и страха, однако Лекси Пейдж уже не было на горизонте. Девчонка покинула место стрельбы, прихватив с собой рюкзак, но оставив на асфальте пакеты с медицинскими атрибутами.       Это был второй побег, который Ричард простить не мог ни девчонке, ни себе. Мало того, что ей удалось несколько часов просидеть незаметно рядом с ним в одном помещении, а после еще и сбежать, так теперь она повторила этот фокус, оставив его испытывать злость на самого себя. Нужно было стрелять в первую очередь в нее, а не в ту мерзотную женщину!       Недовольство своей работой было достаточно сильным, и стало еще сильнее, когда центр связался с Ричардом через несколько часов. Конрад, как и должно, был сдержанным, но намекнул на необходимость поторопиться. Это только добавило раздражения, учитывая, что девиант не привык спешить в таком деле. Зачистка всегда требовала тонкости и неторопливости, однако раз центр требует, значит, необходимо ускориться.       Несмотря на то, что в очищенных участках в действительности не осталось людей, Ричард не раз встречал ситуации, когда выжившие люди перебегали из неочищенных секторов в обработанные. Городские камеры в этом случае были приятным бонусом к работе в случае, если в городе все еще присутствует электричество. К счастью, в этом городе оно все еще сохранилось, и Девятый не без помощи центра сразу же взломал систему городского видеонаблюдения, настроив ее так, чтобы о каждом появлении человека в зоне камеры было донесено ему. Обычно он не ощущал раздражения при появлении людей там, где уже «убрано», но не в этот раз.       Очередной день подошел к концу. В отличие от предыдущих, этот закончился не так продуктивно: людей встречалось мало, ценного груза в секторах не нашлось. Ричард посчитал бы проведенное время в поисках пустым, однако когда в момент густых сумерек от системы пришло оповещение о человеке в ранее проверенном секторе – мысли о пустом потраченном времени исчезли.       Ричард бросил свои поиски места на ночь и отправился в самый первый сектор, откуда поступило сообщение о присутствии людей. Использовать мотоцикл было слишком заметно, но пешком слишком долго, потому пришлось доехать до соседнего сектора и там, спрятав транспорт в одном из заброшенных гаражей, поторопиться на нужную улицу. Конечно, на дороге никого уже не было: Лекси Пейдж либо покинула территорию, либо скрывается в одном из зданий. Очень хотелось верить во второй вариант, который подарит возможность завершить свою работу идеально, и Девятый, тихо и медленно принялся осматривать дома, заходя с черных ходов. К счастью, на улице находились только одноэтажные забегаловки, магазины и пара аптек, и когда надежда найти человека практически иссякла, а желание вернуться в дальний сектор начало одолевать – случилось то, ради чего он сюда и приехал.       Еще оказавшись в подсобном помещении аптечного пункта, Ричард почувствовал чье-то присутствие. На сей раз андроид усилил работу всех своих сенсоров, чтобы слышать, видеть и «чувствовать» как можно больше. Сердцебиение человека было слышно еще с порога черного входа, и теперь Девятый напоминал кошку, крадущуюся мимо завалов с пистолетом в руке. Чем меньше оставалось расстояния до аптечного зала, тем громче звучали доносящиеся оттуда звуки. Дверь, ведущая в холл, была приоткрыта, и Ричард, застыв у дверного проема с вытянутым пистолетом, застыл, наблюдая за происходящим.       Лекси Пейдж, все в той же куртке и с плохо расчесанными подвязанными волнистыми волосами, стояла за стойкой продавца, повернувшись к Девятому спиной. Она не видела и не слышала его, заполняя свой рюкзак медикаментами: дезинтоксикационные растворы, ноотропные препараты, вазоактивное средство – все это вызвало у девианта сомнения касательно применения этих препаратов. Типичный список для поддержания человека, находящегося в коме, и лежащий на столе зеленый баллон с кислородом только подтверждал эту теорию. Удивление от увиденного затмило желание убить человека здесь и сейчас, и это для Ричарда было фатальной ошибкой. Девчонка, почувствовав его взгляд на себе, замерла.       Несколько секунд ничего не происходило. Девятый, забывшись, рассматривал медикаменты, выискивая в сети болезни, при которых необходимы все собранные девчонкой препараты, и потому андроид даже не заметил, как был раскрыт. Несколько секунд замешательств привели к очередной провальной попытке убить человека, ведь тот, выждав некоторое время и медленно сложив оставшиеся препараты в сумку в желании сделать непринужденный вид, резко сорвался с места, подхватив рюкзак и баллон. Андроид встрепенулся и нажал на курок, попав в высокую стойку, прямо туда, где только что стояла девушка. Последняя вскрикнула и, оббежав стойку, свалилась на пол, скрывшись в аптечном зале. Это была победа, по крайней мере так думал Ричард, пока не ринулся следом, чтобы проверить убитую. Следующее, что он увидел – летящий в свою сторону зеленый кислородный баллон.       Удар пришелся прямо в лицо. Удивительно, сколько сил может придать человеку животный страх перед смертью – проскочило в голове девианта, упавшего на пол вместе с несчастным баллоном. В эту же минуту в воздухе прозвучал щелчок, и металлическая тара словно обрела жизнь, повторно ударив андроида в корпус, прижимая его в стене. Кислород бурным потоком и со свистом начал выходить из поврежденного удерживающего механизма, не давая встать. Ричард, обозленный, не сразу смог оттолкнуть от себя баллон, а когда наконец-то получилось – увидел лишь мелькнувший в окне женский силуэт, улепетывающий на всех парах.       Это был очередной провал, мысль о котором выедала изнутри, точно червь сочное и спелое яблоко. Вскочив на ноги, Девятый раздраженно ударил по баллону тяжелым ботинком, отправив того в другой конец зала. Металлический звук прошелся эхом по одинокому помещению, баллон откатился ко входу и застыл у раскрытой двери. Ричард, проследив за ним взглядом, прищурился. На полу виднелись бегущие друг за другом редкие капли крови. Раздражение Девятого сменилось холодом и злостью. Если девчонка не додумалась закрыть рану, то дорожки из капель будет достаточно, чтобы отыскать ее чертово убежище и закончить начатое, на сей раз с особым удовольствием.       Капли действительно бежали по грязному асфальту редкой дорожкой. Рана девчонки не критичная, но, видимо, достаточно глубокая, чтобы суметь остановить капли прямо на ходу. Это был ее смертный приговор.       Кровавая дорожка никак не кончалась, хоть становилась реже. На улице почти совсем стемнело, когда девиант наконец дошел до еще не проверенного участка, где капли оборвались. Это был спальный район, частный сектор изпо меньшей мере двадцати домов, но Ричард успел проверить лишь пять из них, заходя с заднего двора. Приблизившись к шестому по счету двухэтажному сектору, Девятый заметил то, что и выдало жилье девчонки – кровавый отпечаток руки на оконной раме у парадного входа. Заходить спереди было бы глупой ошибкой, и Девятый обошел дом, решив зайти сзади.       Входить через дверь – все равно что громко заявить о себе. Убрав пистолет и достав винтовку, Ричард одной рукой попробовал приподнять окно. Створка бесшумно поддалась, внутри не было никого слышно. Уже через секунду андроид находился в доме, а именно в гостиной, притаившись как кот на чужой территории.       Здесь хранилась полная тишина. Ни света, ни единого признака на движение, и все же этот дом отличался от остальных. Во всех брошенных зданиях виднелся жуткий бардак – люди в суматохе собирали вещи и не заботились о чистоте. Здесь же некоторый хаос граничил с частичной чистотой, словно живущие здесь люди старались время от времени наводить порядок. На стенах все так же висят фотографии, но на книжных полках и на диване все вверх дном. Ричард мог бы легко решить, что ошибся зданием, однако куча баллонов, сложенных в кресле, говорили об обратном.       Девятый медленно двинулся к гостевому холлу у парадной двери, держа винтовку в обеих руках. У самой стены в коридор андроид замер, рассматривая висящую фотографию: пляж, солнечный день, некий мужчина в возрасте обнимает молодого человека с одной стороны и с другой – девушку с волнистыми волосами. Все трое улыбаются и щурятся от солнца, но лучезарнее всех выглядит она – Лекси Пейдж. Даже странно, как сильно она отличается от той девушки, что Ричард повстречал несколько дней назад. Эта с фотографии выглядит здоровой и свежей. Вживую незнакомка словно постарела на десять лет.       Отведя взгляд от фото, Девятый прошел вперед, в гостевой коридор. Кухня по ту сторону также была далека от чистой – тяжелые одеяла на окнах, куча зажженных свечей, грязная посуда и упаковки от замороженной еды, и пустые упаковки от медикаментов на обеденном столе. Девятый остановился у лестницы на второй этаж, рассматривая хаос на кухне. Это жилье не похоже на обычное убежище обычного человека. Обильное количество кислородных баллонов и лекарств придает этому месту больничный оттенок, как будто живущий здесь человек занимается оказанием первой помощи всем нуждающимся. Если так оно и есть – Ричарду это на руку. Быстрее зачистит город, если люди сами будут приходить в его руки.       Внезапно Девятого посетило чувство постороннего наблюдения. Андроид, не сменяя безразличного выражения лица, повернул голову к лестнице и замер. Лекси Пейдж, сбросившая куртку и уже успевшая перебинтовать раненное левое запястье, смотрела на него широкими испуганными глазами.

***

      Отец всегда говорил, что люди понапрасну недооценивают страх, считая его чем-то ужасным и негативным. В его понимании, страх – мотивация, возможность проявить себя и свои силы, а также способ проверить другого человека на слабость. Бей или беги? Сделанный выбор может многое сказать о человеке. И чаще всего я выбирала именно последнее, будучи не самым сильным духом человеком, но сейчас был иной расклад. Сейчас вселенная требовала от меня нанести удар первой, вот только ноги не слушаются, да и оружия в моих руках нет.       Девятый смотрел на меня пристально, холодно и безразлично. Прошло, наверное, всего пара секунд нашего взаимного молчания, но мне они казались вечностью. Винтовка в руках андроида виделась мне моим собственным палачом. Я едва только отошла от длительной пробежки, едва «зализала» рану от падения на пол на стекло, и вот уже снова стою перед лицом смерти. Как он нашел меня? Ведь я неслась словно ветер, насытившись адреналином. Вряд ли он смог найти дорогу по запаху, если только не смог различить редкие капли крови на асфальте. Если так, то все мои усилия зажать рану на бегу были бесполезными.       Он все также смотрел на меня неотрывно. Это наводило ужас. Почему он все еще не выстрелил? Может, раздумывает над каким-нибудь менее быстрым способом убийства? Согласна на все, что угодно, лишь бы не пустить его на второй этаж, который прикрываю собственной спиной, сжимая кулаки и едва дыша от страха.       – Вы убьете меня?.. – дрожаще выдала я, не узнавая свой голос. На лице Девятого проскочила секундная хмурость. Он словно назло молчал, навевая еще больший ужас, а вот мне молчать было не под силу. Перед смертью не наговоришься, как и не надышишься. – Я же ничего не сделала…       – Для кого эти медикаменты?       Андроид резко перебил меня, едва не заставив проглотить собственное сердце. Ноги на секунду ослабли, однако для слабости было не время. Все мышцы от напряжения сжались в один тугой комок, но я все же нашла в себе силы вновь открыть рот.       – Для меня…       – Рекомендую не врать, если хочется жить.       Весьма справедливое замечание, которое лишь добавило страху. И все же я не смогла открыть рот и ответить честно, прекрасно понимая, к чему это может привести. Что угодно, только не на второй этаж. Если девиант поднимется наверх, у его визита будет один исход.       Девятому не понравилось мое молчание. В его серо-голубых глазах мелькнуло нетерпение, но лицо по-прежнему было непоколебимым. Девиант демонстрировал чудеса выдержки, ведь на его месте я бы вообще не разбиралась и просто пристрелила себя из винтовки, выполнив свою задачу.       – Наверху кто-то есть, не так ли?       – Нет! – я выпалила слишком быстро, чтобы сообразить сделанное. Выдала себя своим же страхом. – Я здесь одна.       Всего одно движение винтовкой, а я уже задыхаюсь от ужаса и накатывающих слез. Девятый просто приподнял винтовку словно в знак предупреждения не врать, но моя голова восприняла это как угрозу. Дыхание сперло, глаза повлажнели. Я была готова разреветься и упасть на колени, лишь бы остановить то, что неизбежно.       – Пожалуйста, – хрипло выдал мой голос, находящийся на грани истерики. – Мы никому не мешаем…       Слабый аргумент для того, кого отправили убивать. Девиант даже не стал дослушивать, уверенно двинувшись вверх по лестнице, прямо на меня. Сердце было готово провалиться в пятки! Стоять на месте не было сил, и я медленно, спотыкаясь, попятилась спиной назад, путаясь в ногах и ступеньках.       – Нет, прошу! Там никого нет! Я здесь одна! – несла чушь от страха, даже не думая, что именно говорю. Андроида это не остановило. Он шел вперед, готовясь вскинуть винтовку в любую секунду, и, когда мои ноги подвели и я оказалась задницей на ступеньке, девиант просто прошел мимо, направляясь в конец коридора в комнату напротив. – Нет, стойте!       В голове зароились мысли, страх, словно змей, сжал сердце в тиски. Задыхаясь от подстерегающей паники, я рванула следом за убийцей, просчитывая успешность всех безумных идей, приходящих в голову. Броситься на спину? Убьет! Броситься в ноги? Убьет! Попытаться отобрать оружие? Точно пристрелит! И что мне делать?! Каждый его шаг к комнате приближает меня к инфаркту, и остановить его получилось только когда Девятый оттолкнул от себя дверь внутрь комнаты. Я застыла у его широкой спины, затаив дыхание. Замер и девиант, остановившись на пороге.       Не хочу думать, что творится в его голове. Убить человека – это одно, особенно когда твоя работа заключается в подобном, но убить человека, находящегося в коме…       Воспользовавшись замешательством девианта, я юркнула в комнату между ним и дверным косяком, чтобы закрыть спиной единственного близкого мне человека, находящегося в зоне досягаемости. Мужчина лежал в центре комнаты на больничной постели, обвешенный электродами, ведущими к медицинской аппаратуре, определяющей дыхание, пульс. Ему было всего пятьдесят лет, но годовая кома добавила ему не меньше двадцатки. Седые волосы поредели, кожа сморщилась и посерела. От здорового и уверенного в себе человека уже ничего не осталось. Только пульс на мониторе и осунувшееся, иссохшее тело.       Девятый перекинул холодный взгляд с мужчины в больничной койке на меня, и я затаила дыхание в ожидании его реакции. Что он сделает? Наверняка поднимет оружие и сделает два быстрых выстрела, окропив комнату красным. От представшей картины тело едва не обмякло из-за надвигающегося обморока от страха, и когда андроид сделал один шаг вперед – в мольбе упала на колени, не контролируя эмоции.       – Пожалуйста, не надо! Он все, что у меня осталось! – Девятый замер, равнодушно смотря мне в глаза. От его безразличия кровь стыла в жилах, а надежда на пощаду упала до плинтуса. – Мы никому не мешаем! Мы спрячемся! Будем сидеть тихо! Все что угодно, только не трогайте его!       – Кто он?       Даже его грубый низкий голос пропитан равнодушием, однако оружие опущено, и это подбадривает меня быть честной. Не в том положении, чтобы врать или юлить, тем более что взгляд девианта буквально требует правды.       – Мой отец.       Девятый перекинул взгляд на мужчину за моей спиной, выдержав несколько мгновений.       – Его мозг мертв на шестьдесят три процента.       От его замечания мне стало не по себе. Я знаю, к чему он клонит. Человек с таким повреждением не способен к жизни, он может только существовать. Но как признать то, чего ты не хочешь признавать?! Особенно когда идет речь о близком человеке!       В очередной раз испугавшись безмолвного намека андроида, я дрожаще произнесла.       – Я не могу его бросить… он же мой отец… – Девятый сделал полушаг, явно угрожая решить мою проблему самостоятельно, и слезы вновь набежали на глаза. – Дайте нам просто дожить здесь оставшиеся дни! Я не стану отсвечивать! Запрусь и не буду выходить! Я не смогу его оставить! Пожалуйста!       Серые глаза равнодушно сверкнули. Казалось, девиант решает, стоит ли запачкать руки сейчас или все же дать мне еще пару минут на мольбы и жалобы у его ног. Я замерла, глядя на него жалобно, умоляюще, в страхе увидеть нацеленное на себя или, что еще хуже, за свою спину дуло. Но секунды бежали, а андроид все молчал, приковывая меня к полу своим ледяным взглядом.       – Даю тебе два дня на то, чтобы покинуть город.       – Но как же…       – Два дня. С ним или без него – мне без разницы.       Девиант жестко обрубил мои попытки переубедить и, не дождавшись очередной мольбы, развернулся и ушел прочь. Слезы хлынули из глаз с новой силой. Тело пробило дрожью, я ревела в голос, обхватив себя за плечи и отлично понимая одну вещь: мне не покинуть город с отцом, мне не покинуть город без отца. Первоклассный убийца оставил мне два дня, дав возможность бежать, но бежать я не могу. А значит, это последние два дня моей жизни.