Отражение тёмной головоломки

Анархия устало кивнула Мегуми, который предложил ей холодную воду после сражения с Проклятием. Это было слишком похоже на их предыдущее дело, которое многократно повторялось. Но ведь реальная жизнь не состоит из одних драк и тренировок, она ждала чего-то другого, свеженького и новенького. После очередных холодных дней, она первая заходит в молчаливую и сонную аудиторию – даже их поручитель решил опоздать в такой унылый день. Нобара давно заметила переменчивость в настроении подруги, но не хотела давить, что бы разузнать правду. Все слишком начало ухудшаться, она никак не ожидала того, что Анархия начнет игнорировать все попытки поговорить. С того самого дня, как Годжо поцеловал Проклятие, он делал вид, что ничего не было и общался как с очередной ученицей, с которой он случайно сталкивается каждый день. Он не выражал ни ненависти, ни отвращения, ни тоски, ни обиды, ни заинтересованности. Но больше всего Анархию тревожило то, что волнует это только ее. Ему до этого и вовсе нет дело, чем и выстроил между ними стену из железных шипов. - Мы можем поговорить? – Кугисаки кладет на плечи брюнетки свою ладонь и понимающе вглядывается в спрятанные глаза за длинными ресницами. - Все нормально. - Проблемой была скорее мучительно долгая адаптация и принятие. Остальные трудности меркли на фоне основной и самой волнующей. Она пыталась найти хоть одну вещь, за которую можно ненавидеть Годжо, потому что так бы ей стало легче. И каждый следующий раз, когда в сердце бы пробиралась, не входящая в планы, тоска по нему, она бы вспоминала, за что терпеть его не может. - Может сходить в учительскую? – Предлагает Итадори, зевая от скукоты. – Они обычно там тусят, на втором этаже….- Парень заметил характерную бледность для бессонницы у Мегуми, который только и делал, что молчал. – Фушигуру, ты вообще спал? - Я схожу за преподавателем. – Пряча руки в карманы, замкнутый в себе брюнет пропустил мимо ушей вопрос и двинулся к выходу, где уже Анархия хлопает перед его носом дверью. Никто не заметил, как она встала и бесшумно зашагала. - Ну…видимо она сама решила позвать препода. – Предполагает Юдзи, пожимая плечами. – Что с ней вообще в последнее время творится? - Да не знаю я! – Грубо отвечает Нобара, хмуро смотря на поверхность своей парты, как в пустоту. – Кое-то веки подумала, что обрела нормальную подругу, а в итоге опять ошиблась. Бесит это уже. – неразборчиво бормочет себе под нос шатенка. - Так! – Привлекает внимание Итадори и перемещается в центр класса. – Я устрою нам вечеринку, а каждый, кто откажется приходить, будет целый месяц дежурить за всех! – Выставляя палец вперед он машет им по сторонам и мотает головой. – Отказы не принимаю. - Тц, - Кугисаки это не обременяло, она всегда «за» за любой движ, но не могла отделаться от мысли, что есть ли в этом смысл. - Пойду передам Анархии. – Этот аргумент выдвинул Мегуми как причину для того, что бы поскорее выйти из аудитории. Состояние юноши оставляло желать только лучшего, но стойкости хоть отбавляй. Он слишком упрямый в своих интересах, но хотя-бы не солгал, пошел туда, куда и сказал. В учительской находился не только Годжо, и на удивление Анархии, она встретила незнакомых ей магов, которые и вовсе не числились к списку ее запланированных знакомств. Все тут же замолчали, как будто обсуждали именно ее. - Это та самая новенькая? – Цвет глаз сложно было опознать у этой женщины, так как она стояла дальше всех и веки наполовину прикрывали их. Одна часть лица закрыта светлыми волосами, заплетенные в косичку. - Мей, поправочка, она уже почти старенькая, уже больше как полгода числится у нас. – Констатирует факт Идзити, поправляя свои очки. Ему не очень нравилось ее поведение, поэтому исправив, решил показать Анархии, что, хоть он ее и недолюбливает, может заступиться. Масамичи потер свое темное кимоно на груди и задумался, наблюдая за девицами. - А есть ли толк с этого Проклятия? – Провоцирует Мей, подходя к Годжо. – С каких пор ты подбираешь всяких брошенных? Видно же, что она пустышка, полный ноль. – Один из ее вороном взлетел и приземлился на ее приподнятую руку. Анархия видела, что у нее схожий интерес к Сатору. Да и в действительности, будучи еще студентами, Мей Мей заигрывала с Годжо и твердила, что не прочь, если бы тот ее «утешил». Женщина даже не пыталась самоутвердиться за счет ученицы, ей это ни к чему, она и так знала, что лучше даже многих магов, которые когда-либо обучались с ней. Сейчас ей хочется показать какое место занимает Анархия в глазах высших существ – шаманов. Мей не ставила Проклятия как за что-то стоящее, а как мусор. Сатору знал, что если ее не остановить, то это здание взлетит к чертям, но эта ситуация как никогда лучше влилась в его эксперимент. - Повтори. – Анархия даже не сразу поняла, что именно ее задело. Ее флирт с магом, на который он не реагировал, или же слова адресованные конкретно ей. - Плохо слышишь? Подойди, не бойся, я не кусаюсь. – Эти слова только и делали, что подбивали брюнетку к «несчастному случаю», но она решила действовать иначе. - Ты будешь валяться у моих ног, псина шаманская. – Апатия появилась на ее прекрасном лице. – Когда я исполню свое желание, непременно займусь и тобой. - Какая честь получить угрозу от ничтожного червя. Только вот есть одна загвоздка, которую ты не учла,- ухмылка светловолосой уже вызывала желание разорвать ее на куски, но от недосказанной фразы студентка притормозила. – Ты умрешь сразу же, когда мы.. - Нанами, - вмешивается Яга Масамичи, - я поручаю тебе Анархию, возьми ее на сегодняшнее задание и поделись опытом. Все, кроме Годжо, перевели удивленный взгляд на директора, который нашел задание для двоих. - Ее? – уточнил Кенто, выгибая бровь в ожидании, но долго колебаться в сомнениях, после кивка главного, не стал. – Собирайся, - обращается он к Проклятию, - выдвигаемся через пару минут. Она его слушала, но особо не вникала. Цеплялась только в то, что видела, а если быть точнее, к секретному разговору Мей и Сатору, что стоял с самодовольной ухмылкой. Тема и суть непонятны, так как брюнетка не могла расслышать слова, но играющие эмоции на лицах этих двоих с легкостью. Анархия продолжала смотреть на него и чувствовала, как внутри нее зарождается сумасшедшее чувство. Появляется то, что она так тщательно старалась избегать. Но уже следующую секунду подошла к нему и в какой-то момент она поняла, что, возможно, совершает самую большую ошибку, но ее это не тревожило. Хлесткая пощечина оставила багровый след на щеке Годжо, и впервые за последнее время он вспомнил старое чувство – смятение. - Мы выдвигаемся прямо сейчас. – командует Проклятие и покидает их, направляясь в свою комнату, что бы переодеться. Глаза Идзити буквально полезли из орбит. Помощник испугался, что она зашла слишком далеко со своими плохими манерами, но начал оценивать ситуацию со стороны других. Шаманы ошарашенно обернулись на пострадавшего коллегу, который даже и слова не проронил, а как ни в чем не бывало мягко улыбнулся. - Ты один раз доиграешься, Годжо. – С этой репликой Нанами тоже их лишает своего присутствия. - И ради нее ты мне сейчас угрожал? – Мей скрывала свое любопытство, но ей еще больше становилось интересно, на что она еще сможет подтолкнуть эту новенькую. Сатору прячет руки в карманы и довольно насвистывает любимую мелодию, наплевав на всех вокруг. Однако вслух, со снисходительным видом, ей передал: - Не забудь поблагодарить директора за то, что спас тебе жизнь. – Он не стал отвечать на предыдущий вопрос, так как он нес в себе нехарактерный отклик - был достаточно неожиданным для него. Если бы не родившиеся чувства к Анархии, то он бы дал отрицательный ответ ежесекундно, особо не задумываясь. - И каким же образом это произошло? – Интересуется женщина. - Она бы тебя убила. - Занятно. - Мей уже не так предвзято к ней относилась, но всегда любила убеждаться в чем-то лично. Она приняла правила игры своего соперника не для того, чтобы выиграть партию, а для того, чтобы узнать его ближе. Где-то вдалеке наливается сталью окрестное озеро, что пока ещё может издавать непонятные, но приятные на слух звуки - журчание. Пока Идзити подвозил Нанами и Анархию, то невольно задумался, что каждый человек, подобно луне, имеет свою неосвещенную сторону, которую он никому не показывает. Ученица скучающе смотрела через окно на людей. Кто-то улыбался, спешил, грустил, слушал песни в наушниках, а кто-то и вовсе отчитывал своего ребенка за сигареты, которые в процессе миссии курил Нанами. - Почему она его отругала? – Ее вопрос сразу поняли, так как смотрели туда же. - Заботится о его здоровье. - Кенто расправляет плечи и отстёгивает ремень безопасности, когда машина тормозит. Легковушки взвизгивали на светофоре, таксисты ловили собеседников, а пешеходы переступали желтые полосы, распластавшиеся посередине дороги. - Какой смысл в человеческой жизни? – Анархия выдвигает темы для того, что бы выслушать их позицию и отвлечься от мыслей про Годжо. - Почему во всем в этом мире должен быть смысл? Кто придумал придавать смысл каждому своему действию? – Ученица переводит взгляд на Нанами и внимательно слушает. - Наверное, так просто легче. Люди не хотят причинять себе боль, они бегут от страшных мыслей, находя смысл во всем. Ведь на деле его нет ни в чем, но человек не может по-другому, так как воспринимает все вокруг за данное. Но как узнать, какой на самом деле смысл в моей жизни, я еще не понял. Не понял какой мой личный и навязанный другими. – Маг старался ни о чём не зарекаться. Проклятия ломают не там, где тонко, а самые жёсткие принципы. Именно то, что всегда было для людей неприемлемо, материализуется у проклятых духов. - С чем мы имеем дело? - Журналисты утверждают, - передает информацию помощник директора - что не связанные между собой жертвы погибают в одном месте. Как убийца выбирает своих жертв неизвестно, но детектив Эш активно занимается поисками, однако очевидцы утверждают, что чувствовали присутствие потусторонних сил. Как будто их кто-то созывает на место преступления. - Что за бред, - Нанами выходит из машины и выпускает пар изо рта от холода с остатками никотина. – нельзя было вызвать других магов, чтобы я не тратил свое время на эту ерунду? - Все бы ничего, но есть еще одна причина по которой были выбраны именно вы. - И что же это? - Платят крупные деньги и потребовали конкретно вас, так как это подпольное здание, в нем же убийства и продолжаются. Тут дерутся за крупную сумму, что уж говорить об их предпринимателе. Неофициальным подозреваемым стал игрок Z, так он себя называет. – Киётака протер линзы очков и с тревожностью оглядел вокруг них. – Погодите, а где Анархия?! Соревнования по сумо проводились на специальной квадратной площадке, которая называется мори-дохё – земляной трапезоид. Сама арена ограничена по периметру жгутом из рисовой соломы и представляет собой круг. В центре расстоянии друг от друга нанесены две линии. У борцов сумо из экипировки только специальная набедренная повязка - маваси, повязанная на талии через пах. В турнире принимали участие борцы крупного телосложения, но нигде не было сказано о том, к какому сословному классу они должны относиться. Зрители оглушительно завопили, когда их легендарный игрок повалил на лопатки победителя прошлого года, благополучно забирая глянцевый пояс лучшего. Анархия находилась в тесной толпе, где каждый стоял впритык друг к другу, но ей удалось протиснуться ближе к полю боя и разглядеть внимательней. - НУ ЧТО, КОГО ЕЩЕ УДЕЛАТЬ?! – Злобно и кромки произнес мужчина прыгая с одной ноги на другую, тем самым потрясывая пол от веса. Земля подскакивала вверх кусочками, но не столь значительными, что бы ринг засыпать заново. Боец начал бить себя по голой груди, издавая рев настоящего животного. У девушки загорелись глаза, когда каждый кричал имя победителя, аплодировал его жирными руками от чипсов. Почти у каждого мужчины была борода запачканная едой, а одежда пропитана потом. Запашок стоял не из приятных, но кому до него дело, когда в очередной раз она плюет на правила. Все притихли, предполагая, что хрупкая девушка ошиблась местом, ведь на ринге редко такие встречались - бесстрашные. - Ты че ты тут забыла, вафля? – Монотонно поинтересовался игрок Зеро, поворачиваясь к ней всем корпусом. - Если выиграю я, - сжав четыре пальца в кулак, большим указывает на себя. – ты отдаешь мне пояс. - А при другом раскладе? – Мужчина смотрел на нее, как орел на букашку, не видя опасности и ощущения азарта. - Если выиграешь ты, то я подарю тебе машину своего знакомого. – Теперь то она его меркантильные замыслы заинтересовала. – По рукам? - Внутренний скелет Анархии покрыт трещинами кровавого яда, готовый был выплеснуть и растворить всех в своей кислоте. - Потом не плачь перед всеми, нам насрать какого ты пола. Хоть пиздюком восьмилетним. Сумо - это разговор через удары. - Ох, уж поверь мне, денёк у меня не задался, поэтому я выскажусь по полной. – Хитрая искра засияла в ее ромбовидных зрачках, которые сузились как у змеи. Увиденное игрок Зеро отнес к тому, что это новомодные линзы молодежи, и что нет в этом ничего особенного. Но его смутила уверенность девушки, как будто это она в разы больше него и физически сильнее, но мощнее взбудоражил игривый холодок по телу, когда они пожали руки. Он не знал о проклятиях, был обычным человеком, поэтому даже понятия не имел, что заключил контракт с душой похлеще дьявола. Болельщики завопили, все с нетерпением ждали боя. Подпольная деятельность всегда грязная, плевать кто противник, главное зрелище. Тусклый свет здания упал на волосатое пузо бойца, когда тот встал в позу ног на ширине плеч. Анархии дали надеть маваси на свою обтягивающие лосины, а куртку она давно отбросила за границы арены. Одна цель – заставить противника коснуться любой частью тела пола или вылететь из поля. Ее закипающая кровь и безупречное чутье, природный талант — все оставило, улетучилось в этот вечер. Анархия, без промедлений, со своей уверенностью, полетела в стену, пустив бетонную трещину. Ее тело скатывается вниз, но она на автомате встает и идет за реваншем. - И долго мы будем смотреть как ее по стенам шманают? – Среди толпы обращается Нанами к Идзити, он даже бровью не повел, этого и ожидал от проклятия. - Еще подождем, - Он с невероятным удовольствием следил за тем, как Анархия летит уже третий раз в ту же стену, иногда даже похлопывает в такт зрителям. – я этого больше нигде не увижу. - Ты же понимаешь, что она на твою машину играет? – осведомляет блондин, поправив свой воротник от духоты. - Чт…, НИ ЗА ЧТО!!! – Помощник директора на мгновение замолчал чтобы перевести дыхание. Он чуть ли одежду на себе не рвал от нервов, выкрикивая громче всех. – ТОЛЬКО ПОПРОБУЙ ПРОИГРАТЬ, АНАРХИЯ!!! СЛЫШИШЬ? ТУТ ВООБЩЕ ЕСТЬ СУДЬЯ?! В последний момент на лице Кенто читался интерес, приправленный любопытством. Он знал, что проклятия создания ненормальные, но был приятно удивлен, что Анархия не использовала проклятую энергию, но понимал, что так долго девушка не протянет. Довольно увлекательная реакция для того, кто обычно сохраняет хладнокровие. Несмотря на то, что студентка старается держаться и выкидывает громкие речи, очевидно, что она не осознает серьезность ситуации. - Сдавайся, на тебе скоро живого места не будет. – Дает шанс игрок зеро на выживание, но брюнетка отхаркивает сгусток крови и садистки ухмыляется, залезая на поле. Сердце бешено колотилось о ребра, а спина покрылась холодным липким потом. Синяки для ее как награда, шрамы напоминание о буйстве. – Да ты больная! – Задорно произнес сумоист и потер ладони. – Тогда готовься к последнему удару. Даже себе Анархия не могла объяснить это сокрушительное поражение. Но случилось то, что она никак не предвидела. Очертания ее тела резко размывались неистовым потоком для Зеро, но она не двигалась. Страх хлынул черной волной, вливаясь в горло вместе с ледяным воздухом. Боец судорожно оглянулся, все вокруг пропали, только скверный запах железа начал бить в ноздри. Замигал свет, все притихли. В шелестящей тишине вдруг взорвались звуки грома, странные, нарастающие и яростные. Смерч, по другому не назвать, налетел на него как разъяренный зверь. Острая боль разорвала мышцы на предплечье, а затем и в ногах, вынудив сумоиста грохнуться. Нанами, видя перед собой женский силуэт - убийцу, ничего не успел сделать, даже если бы хотел его спасти — а он хотел этого. Когда куноити подняла руку вверх все начали разбегаться, а струйки крови стекали медленно по катане. Зеро умер перед Анархией, сквозь мутное сознание она поняла, что звуковая волна трибун напомнила рев дракона, что изображен на рваном плакате у стены. Лицо нововнедренного бойца было скрыто под ханней – японской маской демона, волосы спрятаны под конусообразным головным убором. - Тебя мы ищем, игрок Z? – Догадался Кенто, готовясь к бою. Зрительно отдает команду Идзити, что бы тот помог Анархии выбраться. – «Поговорим?» - Я только за. – Дерзкий, наглый оттенок баса, но в то же время очень тяжелый. Так говорили люди, которые за жизнь повидали многое и больше ничего не боятся, даже смерти. Когда Анархия услышала голос, то застыла на месте, ведь это тот самый, который во сне рассказал про тайну амулетов. Киётака закинул на свое плечо руку студентки, таща к выходу. - Стой, - кряхтит девушка, прищуриваясь на нового гостя. – она нам не враг… - Расширение территории: «Искажение». – Таинственная незнакомка в воздухе рисует зеркало, от которого дует мощный ветер, и бардовое кимоно разлетается, оголяя бедра. Теперь куноити и маг находились наедине, в измерении не самой для него лучшей альтернативы. - Куда он пропал?! – Идзити не редко проявлял страх и нервозность, когда его организаторские планы нарушались таким отвратительным методом. Тут и раскрывается его черта – осторожность со всеми, кто его окружает. Видя, как Анархия смотрела на то место, где минуту назад находились те двое, уточняет. — У тебя появился стратегический план дальнейших действий? — Да. Называется импровизация. Нанами пронзил разряд тока, и по телу прошла ударная волна. Не в силах вздохнуть, он пытался понять, что происходит, и в то же время старался навести хоть какой-то порядок в собственных мыслях. То, что он видел - невозможно. Как ни крути, такие объяснения не придумывай, всё, что здесь происходит, просто не может быть реальным. Все вокруг забито темнотой, которая выпускала из пасти тихий хохот. Откуда-то доносилась цирковая мелодия, но потом ее заглушал детский плач. Мрачная картина вырисовывалась в голове, создавая устрашающие эпизоды. Он слышал мольбы о пощаде, хруст костей и чувствовал отвратительный запах крови – железа. Постепенно маг осознал, что способен двигаться. Уже неосознанно шевелит пальцами, поворачивая голову. Только ноги застыли на месте. В голове Нанами сейчас нервно курит дама в черном, принося страшную усталость и пустоту. Из него словно высасывали жизнь, он не мог двинуться, а по описанию так, как будто дух покидал тело. А всему причиной был ветер из появившегося зеркала в невесомости. Он не дул в его сторону, а наоборот, бил в спину и проникал сквозь плоть, выветривая душу. — Чувство величия, человечина, когда-нибудь доставляло тебе удовольствие? То, что ты можешь вершить судьбы множества людей, влиять на их сознание, мысли, сводит с ума многие поколения пришедших к власти, часто к ней не привыкших людей. - Продолжение партии, пришедшее ей в голову на одиннадцатом ходу, было изысканным и дивно прекрасным. Она специально подстроила встречу, но не ожидала, что встретит Анархию. Ее по плану здесь быть и вовсе не должно. - Они просто не осознают своих возможностей, ибо родились среди обычных граждан, которые мало чем отличались от них самих. В погоне за властью они просто сходят с ума, не отдают себе отчёт в своих мыслях, действиях, чувствах! Их постепенное погружение в болото тщеславия, жадности и пороков для кого-то бывает хорошим уроком. - Из пепла и праха воздвигнутся новые роды этого бытия, мы – люди, тогда-то смешаемся с пылью, останемся в памяти себе подобным, поэтому я не боюсь смерти. Когда то уже был готов к ней. - И даже яркое сияние софитов не сможет скрыть тьму человеческой души! - Злодейка грациозно расставляет руки по сторонам и поднимает холодные пальцы к зеркалу, ускоряя проклятую энергию, затем слышит сдавленный рык пленника. Он упал на колени оглушенный, потрясенный мощью силы. Опустошенный, до самых глубин сознания, не в силах собрать остатки своего разума и самозащиты, борется с желанием уснуть. Против техники невозможно было что-либо предпринять, техники чужих запрещены на этой территории, остается только смириться. Постигло очередное заблуждение о том, все ли у него в порядке. Жизнь не даёт времени разобраться и ответить на эти вопросы. Он бежал, пока почти не добрался до финиша, но только ближе к цели спросил себя, а стоит ли вообще туда бежать? Что его ждет у финиша, кроме смерти? - Такова наша природа, – говорит он, грустно улыбнувшись. – мы разрушители, это истинная суть людей. Неважно кто ты такой, человек или Проклятие, любой неизбежно падает. - Скоро твоя сила станет моей, Кенто, - Его смутило то, что женщина знала его по имени. Это означало, что она целенаправленно учинила всю суматоху, - а тело игрушкой. Человечины все такие, толи дело Проклятия. Мужчина от недостатка энергии даже уже не уверен, что у него есть сердце. Шум бегущий по венам крови заглушает все звуки, пытающиеся проникнуть в слуховые диапазоны. Но так привычно нырять в свою тревогу, будто открыть книгу на зачитанном месте, так, словно смотреть давно снятый фильм про самого себя. - Проклятые духи никогда не упустят возможности показать свое величие. Но вы, глупцы, не понимаете одного, что выглядеть могущественно – не значит быть могущественным для окружающих. - Тогда познай на своей шкуре, человечина, что такое истинная сила проклятия и склони свою голову. – Властно, в сию минуту, высказывает куноити, и оголяет катану из ножны. - Вперед. - Нанами никак не отреагировал, равнодушно принял итог, но ни за что не поддался ее вожделению к власти над ним. Смотрел неуклонно прямо в глаза, стараясь игнорировать маску. Вибрация в ее измерении создала трещину, через которую появилась та, кто нарушила все планы и торжество – Анархия. Вся побитая, израненная, не знающая, что такое отдых, из последних сил упирается в колени и тяжко дышит. Этот трюк провернуть ей удалось не с первой попытки, и далеко не с десятой. Она настойчиво пыталась к ним проникнуть всеми способами, в итоге сработал только один – техника отражения. Их пронзил свет, исходящий снаружи, а монстры внутри, коснувшись его, резко огородились. Зато теперь было видно, что их больше тысячи. Просто спрятались во мгле. - Ты зачем сюда пришла? – В глазах незнакомки отражалось негодование. Она примерно знала, какой ответ получит, но ее совсем не радовало то, что сейчас придется заняться ею. - Дрыщавый попросил. - Анархия уже не скрывала своё презрение к противнице. - Мне плевать на тех, кого ты убила, но его тронуть не позволю. - И почему же? Сама хочешь прикончить? - Усмехается куноити, наблюдая за тем, как брюнетка направляется к ней.  - Это тебя уже не касается. - Не припомню, что бы он обещал нам чего-то стоящего. - Причем тут ты? - фраза показалась молодому Проклятию слегка загадочной, но думать стоило о другом. - Долго же тебя придётся обрабатывать. - Девушка в маске тяжело вздохнула, рассматривая свое отражение в ней. – Радуйся, Нанами, сегодня твой второй день Рождения. – Измерение в мгновение исчезло, оставляя эту троицу в неведение. Начинает пробираться яркий свет в виде долгожданных солнечных лучей. Глазам иногда становится больно глядеть наверх. Нанами был доволен грандиозным изменениям, произошедшим наверху за короткий промежуток времени, но от бессилия хватается за голову и пытается встать с пола. Больше всего радует чистая лазурь внешнего вида неба, на фоне которого проскальзывают редкие птицы, нарушая небесный покой. Только Анархия учуяла этот запах, по которому нашла след злодейки. Собрав оставшуюся энергию в ногах, она рванула со всех сил за тенью. Куноити была быстрой, очень, но и студентка не давала фору. Завернув за очередной угол, они пересекаются взглядами, соперницу ограждал забор в виде железной сетки. Анархия хотела уже сделать шаг вперед, но передумала, когда незнакомка прикоснулась к катане в знак предупреждения и произнесла: - Тебя постигнет та же участь, что и Рико. На лице ученицы появилось выражение глубокого потрясения, потом оно потемнело. Проигнорировав ее реплику, не теряет шанса узнать правду: - Кто ты такая? - Спроси себя об этом. Облекаясь в слова, мысль изрядно прибавляет в весе — но теряется в изяществе. Улыбнувшись, куноити спокойно уходит от нее, не применяя техники. Анархия проводила ее долгим взглядом, бросив правильный ответ сквозь зубы в виде одной буквы. Незнакомка кивнула, их беззвучный обмен мнениями подтвердил ее догадки – они знают, но не говорят, предпочитая держать все в секрете. Некоторые время спустя, когда Анархия наконец вернулась к магам, они вышли на улицу, чтобы перевести дух. Вокруг старые дома, помойка и оградительные ленты ярко-желтого цвета. Холодный воздух отрезвлял, а шум окружающей среды успокаивал. — Это было смертельно опасно, – банальное замечание от Нанами последовало с новой сигаретой. — зачем ты бросилась спасать меня? - Идзити заключил со мной контракт. – Честно отвечает брюнетка, со стороны наблюдая как совместно работает полиция и скорая помощь, которые прибыли на место преступление. - И что же он пообещал? - Жизнь за жизнь. - Убьешь его? – чуть напряженно уточнил светловолосый, мысленно отрицая то, что было в действительности. - В планах пока что не имеется, - чихнув, Анархия потерла нос. - подождет, спешить некуда. - Не стоило пренебрегать этим, я уже был готов. – Вышел на откровенную тропу маг, выпуская клубок серого дыма. - А что, ты уже хрупкий сервиз? - Пользуюсь вниманием? - Пылишься. - Всему приходит конец, и мой тоже близок. Постоянное присутствие смерти в жизни человека дает ему возможность полнее, ярче воспринимать все прелести земного существования. Смерть родная сестра задора, пылающего сердца. - Кенто замкнул все свои чувства на замок до поры, пока не сочтет нужным снова дать им выход. Но еще даже не сделал шаг к этому, потому что не хотел обременять себя эмоциями. - В конце вы меня убьете? – Со спокойствием интересуется брюнетка, продолжая смотреть не на собеседника, а вперед. - Тут либо ты нас, либо мы тебя. - И когда же мне ждать ножа в спину? - Когда его наточат. – Нанами смотрел в окна, где любопытные люди, которых засекретили, быстро закрывали занавески. Это преступный район, здесь на каждом шагу можно встретить бывшего заключенного…или сбежавшего. Девушка выглядела уставшей, она слегка нагнулась, когда подбородок поместила на сложенные руки. Синяки и ушибы сохранились, чем доставляли болевой дискомфорт. Локти были поверх переносной ограды, которую работники использовали для зоны, куда переступать нельзя. – Что творится между тобой и Годжо? - Он посмотрел на Анархию, на секунду её образ сломался, и на лице отразилась целая гамма эмоций, но она практически сразу взяла себя в руки и отвернулась. Понимая, что бы она ему выдала правду, нужно в ответ и самому раскрыться. - В уединении моя свобода. Ее пьянящий вкус всякий раз перекрывает мне воздух, а я лишь хочу задохнуться. Нет ничего хуже, чем сожалеть о том, что ты рассказал кому-то слишком много о себе и о своих секретах. - Что толку рассказывать, если все равно никогда не удается описать словами свои чувства. - Я любил свое одиночество и в моменты, когда я оставался один, мне казалось, что это лучший вариант для меня, и даже без ощущения того, что я кому-то нужен, мне вполне комфортно. Но потом я видел незнакомцев, чьи души казались мне теплыми. Я и не замечал, как начинал представлять их руки на своем лице, шее, плечах.. самообман, красивая иллюзия. Этот туман, который рассеется при первой же возможности, не даст полностью узнать себя. - Загибаясь в страданиях своего организма, Нанами клялся никогда больше не забываться в табачном дыме. Никогда больше не отдавать последние деньги на единственное действенное успокоительное. Но потом, когда едкий дым в очередной раз распространился по телу, обволакивая легкие и затуманивая разум, осознавал, что в этой жизни физически не сможет отказать себе в этом кратковременном удовольствии. - Мой старый друг считал, что уж если что-то любишь, то любить надо без границ. Если ненавидишь, быть в ненависти дьяволом. Ну а если уж ввязался в драку, то лезь в самое пекло и сражайся там, как черт... иначе не умеешь ни жить, ни ценить жизнь. - Он мертв? - Слишком предсказуемо? - Да. – Неприятный холодок поглаживал волосы за спиной, направляя по своим потокам. Анархия закрыла глаза и представила себя в другом месте, там где никого нет и вся власть у нее под пятками. Как она танцует на костях врагов, как красит губы чужой кровью, из которых доносится свист....он то и вернул ее в реальность. Нанами стоял рядом и молча курил, не жалея о сказанном. Сам он сильно не придавал этому значение, даже вообще никакого. Эти факты о нем можно было прочитать на лице проведя день вместе. – Почему ты готов умереть? - Мне кажется, что я уже устал. - Ты чувствуешь усталость не потому, что сделал слишком много, а потому, что сделал слишком мало того, что зажигает в тебе свет. - Я всегда удивляюсь, почему птицы остаются на месте, если они могут лететь куда угодно. - Задай этот вопрос себе. - Напоследок высказывается Анархия и отбирает его сигарету между пальцев, отправляя на встречу к бетонной поверхности. Она отворачивается и уходит, пока Нанами разинул рот и застыл на месте. Но удивление настигло позже, когда он вспомнил их диалог в машине. Теперь планы Годжо не казались такими бредовыми и нереализуемыми. Ночью просыпаются темные существа, монстры и чудовища, но Анархия раскрылась с другой стороны. Окурки слепо тлеют на асфальте, втаптываются в землю и после чего забываются. У них один исход, Кенто его всегда знал, но почему-то верил, что можно что-то изменить. - Кто такая Рико? – студентка решила задать этот вопрос, когда уже все сели в машину. Мужчины переглянулись и с некоторым удивлением увидели в глазах друг друга отражение собственных мыслей. - Задание Годжо. – Аккуратно подбирает объяснение Идзити, нажимая на педаль автомобиля. Они двинулись вперед. Сегодня каждый открыл для себя что-то новое. Идзити согласился на контракт потому что знал, что маги убьют ее первее, и жизни он сам не лишится. Так сильно он в них верил, что даже рискнул на этот поступок. За этим последовал длиннющий монолог водителя, похожий на извержение вулкана. Но, когда закончился, стало ясно только одно – каждый из них что-то скрывал. Когда с последним завершающим жестом Идзити замолчал и носовым платком промокнул пот со лба, открыл окно, что бы подышать воздухом. В сердце Кенто, там, где раньше обитала любовь, образовалась холодная пустота. Ее блондин приобрёл очень давно. Разрастаясь, она стала заполнять собой всю душу. Тогда то он и почувствовал, что с ними что-то не так: ушли радость, доверие и пропало счастья. Но после разговора с Анархией он сделал определенные для себя выводы. Она подтолкнула его к новым дверям подсознания, пускай сама и не в курсе. - Останови, я выйду здесь. – Потребовал Нанами, когда заметил знакомую пекарню. – Кофейку захотелось.