Виола Малфой

1 сентября 1992 год.       Я, как и всегда проснулась очень рано. Уже хотела было выйти на улицу на собрание и утренний ритуал, но вспомнила, что я сейчас в Хогвартсе, а не в Колдовстворце.       Поэтому не торопясь начала собираться к первому учебному дню: умылась, почистила зубы и расчесалась. Ещё раз фыркнув, таким образом показывая все, что я думаю о школьной форме, я все же её надела. Юбка была чуть выше колена и, именно это меня и не устраивало, ведь я привыкла к длинным платьям. Взяв сумку с пергаментами и пером, я спустилась в общий зал, при этом все время дергая юбку вниз.       В гостиной Слизерина было всего несколько человек, среди них был и Александр, который сидел на диване, а на коленях у него расположился Изи. Я присела рядом:       — Доброе утро, Саша. Ещё очень рано? — спросила я на русском. Александр улыбнулся от короткого обращения, он любил, когда я называла его так.       — Доброе, Ви. Через пятнадцать минут можно уже будет идти на завтрак. — сразу поняв суть моего вопроса ответил он.       — Отлично. Ты помнишь дорогу до Большого Зала?       — Ммм, если честно не очень. — ответил Александр. В это время, на противоположный диван плюхнулся какой-то слизеринец, имя которого я ещё не знала.       — Доброе утро, новенькие. Я Эдриан Пьсси, рад знакомству. О чем болтаете? ‐ на одном дыхании проговорил Эдриан. Я хотела было ответить, но меня опередил Александр, отвечая за нас обоих:       — Доброе. Рад знакомству. Я Александр Орлов, а это — указал на меня — Виола Малфой. Я как раз говорил, что не помню дорогу до Большого Зала.       Я поспешила сделать книксен и сказала:       — Рада знакомству.       — Ох, не стоит. Мы все-таки в школе, но признаться я впечатлен вашими манерами. — ослепительно улыбаясь проговорил Эдриан. Я ответила на его улыбку, вежливо кивнула, а Пьюсси начал рассказывать про Хогвартс и про то, как добраться до Большого Зала.       Я старалась незаметно рассмотреть его: высокий, спортивного телосложения, парень, с короткими темного цвета волосами, зелёными глазами и немного грубыми чертами лица. Он был довольно красив.       В гостиную начали подтягиваться и остальные. Гринграссы, Забини и остальные второкурсники. Вскоре я увидела и своего брата, спросила всё ли у него хорошо, в ответ получила уверенное «Да» и успокоилась. Я чувствовала некую ответственность за брата, и по большей части хотела искупить вину за то, что только начала его узнавать и общаться с ним.       Мы отправились в Большой Зал на завтрак длинной группой. На столе была разнообразная еда, которую можно было назвать завтраком, хотя тут уж не мне судить, все едят то, что хотят на завтрак. Я тем временем уселась рядом с Александром, впереди меня сидел Эдриан и старшая девочка Гринграсс, которая начала мило щебетать с Александром. Я, не обращая ни на кого внимания, начала накладывать себе завтрак: яйцо пашот, нарезанные овощи и тост с сыром. «Вполне сытный набор» — подумала я и принялась за еду.       Когда я уже закончила с яйцом и поклевала салат, захотелось пить. Я осмотрела стол: чай, кофе, вода. «Такого сложного выбора у меня ещё не было» — мысленно пошутила я. Мой выбор пал на чай, все же утром нужно пить горячее, а кофе не полезно для здоровья. Не успела я дотянуться до чайника, как её довольно резко схватила Дафна. Я вежливо отдёрнула руку и стала ждать, пока девушка не нальет себе чая, но она так и застыла с чаем на руках и, я все же решила её спросить будет ли она чай. На меня Гринграсс посмотрела с явным презрением, хотя явных причин для такой её реакции я, честно, не видела.       В итоге, Александр спас ситуацию, говоря, что тоже хотел бы чаю, на что Дафна быстро отреагировала и поставила чайник перед ним. Я еле заметно подняла одну бровь, говоря про себя: «Ох, не хватало мне ещё детских разборок». Александр налил сначала чай мне в кружку, а потом себе. Я поблагодарила его коротким:       — Spasibo. — Дафна Гринграсс бросила на меня тяжёлый взгляд, который я бы заметила даже не смотря на неё, уж сильно от этого взгляда исходила своего рода энергия.       Когда я закончила с завтраком, я еле заметно пробормотала:       — Слава Высшим Ведьмам. — кажется, мое бормотание услышали все, кто сидел рядом, но вряд ли кто-то из понял, о чем я, только Александр хмыкнул и кивнул. У четвёртого курса первым занятием была Трансфигурация, что мы узнали благодаря расписанию, которое нам раздали старосты. Я попрощалась с ребятами и направилась на занятие с остальными учащимися четвёртого курса.       Уроки прошли незаметно, ничего сложного, ничего интересного. Я мечтала о том, как бы по скорее прогуляться на свежем воздухе, дотронуться пальцами рук до листьев. Безумно хотела пройти босиком по ещё зелёной дорожке трав и цветов, чтобы ощутить природу и её силу. Огромная толпа из студентов шли по коридорам в направлении Большого Зала, чтобы пообедать. Я думала над тем, чтобы предложить прогуляться Александру, хотя наверное стоило бы познакомиться с кем-то новым, подружиться и поболтать. Но мне этого не хотелось, я ведь видела косые взгляды, которыми одаривали меня, да ещё и каждый, кому не лень.       В толпе я заметила копну каштановых волос, волосы были очень густыми и, скорее всего, не ухоженными. Обладательница этих волос была ниже меня на голову, и я решила, что это или первокурсница или второкурсница. Я смогла рассмотреть нашивку на мантии: красный с золотым. Гриффиндор. Драко говорил, что Слизерин и Гриффиндор недолюбливают друг друга. Неизвестно, откуда эта вражда, да и я будучи новой в этих местах не очень разбиралась в межфакультетных разборках.       Теперь мы приравнялись с гриффиндоркой, она шла по левую сторону от меня и я смогла разобрать черты её лица. Милая, ничем не выделяющаяся.       — Привет. — решила поздороваться я. Девочка смотрела на меня минуту изучающе и чуть отшатнулась, ускорив шаг, почти что побежала к дверям Большого Зала. «Я же просто поздоровалась. Где её манеры и воспитание?» — недоуменно думала я.       Зайдя в Большой Зал, я плавно опустилась рядом с Драко, который сидел по левую сторону от меня, а вокруг него вальяжно расположились остальные его однокурсники.       — Как прошли занятия? — вежливо поинтересовался Драко.       — Неплохо. Легко и скучно. — коротко, но не менее вежливо ответила я.       — Ну, Ви, неужели всё так плохо? — еле слышно спросил меня Александр. Я даже и не заметила, как он оказался по правую руку от меня. В ответ я просто закатила глаза, пожав плечами.       Во время поездки в Хогвартс, мы с Александром договорились не обращаться друг другу так. Этими домашними «Ви» и «Саша». И то, что он решил при всех назвать меня так немного смутило. Решив ответить ему той же монетой, я все-таки бросила короткое:       — Нет, Саша. — этот Саша ехидно хмыкнул так, будто выиграл флакон самого дорогого ингредиента для зелья. Больше не обращая на него внимания, я, как и все, приступила к обеду.       Было шумно: звуки столовых приборов, смех и разговоры. Шум за столом ужасно мне не нравился, кое как справившись с обедом, я поднялась с места и направилась к выходу. Вышла я сразу из самого замка и направилась к озеру, на кромке которого я простояла долгие минуты, думая о своём. Мне вдруг стало очень грустно, и чтобы спрятаться я села спиной к дереву, и теперь смотрела на Запретный Лес. Никто не мог увидеть меня, огромное дерево скрывало меня всю.       — Что случилось? — услышала я. Я бы узнала этот голос из тысячи, низкий, спокойный тембр.       — Как ты меня нашёл? — спросила я.       — Видел. Что случилось? — ещё раз спросил Саша. В его голосе слышались нежность и тревога.       — Немного непривычно. Эти места для меня чужие, и эти люди. Я чувствую себя одинокой.       Он присел рядом со мной и осторожно обнял одной рукой, а я положила свою голову на его плечо.       — Со временем ты привыкнешь, эти места обязательно станут для тебя родными. — успокаивающе прошептал Александр.       Я молча кивнула, соглашаясь со всем, что он говорит. Мы просидели так очень долго, пока не стало темнеть и Александр любезно напомнил, что надо бы сделать заданные задания.       А на следующий день я получила неприятное письмо.

***

      Во второй учебный день всё начиналось хорошо. Все студенты сидели за завтраком в Большом Зале, в том числе и я. Моя голова была занята предстоящими занятиями, в особенности Зельеварением.       Мастер Снейп серьёзно относился к моему обучению, ведь нас связывала магическая клятва учителя и ученика. Мастер мог с лёгкостью считывать мои мысли и эмоции, при этом он играл важную роль в моей жизни не только профессионально, а полностью. Без его благословение я не могла выйти замуж за кого попало, что означает, что он имеет в этом не последнюю роль.       Я бы назвала его отцом, если бы такового у меня бы не было, но в этом случае он мне как дядя. Я уважительно относилась к этому человеку, но сама не являлась той, которая будет рассказывать все, что происходит у нее не только в жизни, но и в душе. Наши взаимоотношения были хорошими, так как и мастер Снейп не отличался разговорчивостью.       Когда с этими мыслями я доедала свой завтрак, передо мной сел огромный филин моего отца. Я развязала письмо с его лапы и с нескольким удивлением взглянула на письмо. Обычно отец просто подписывал его, но в этот раз письмо было запечатано сургутной печатью с изображением гобелена семьи Малфой. «Видимо это что-то важное или…» — не успела я закончить мысль, как другая более болезненная пришла на ум. «Не может быть! Неужели отец нашёл подходящего кандидата мне в мужья?» — уже с ужасом подумала я.       Решила распечатать письмо здесь и сейчас, ведь не была я намерена грызть себя этими мыслями. Достав плотную, дорогую бумагу из конверта и открыв, прочитала:       Доброе утро, Виола. Для меня оно, к сожалению, не такое уж и доброе. Пишу это письмо с напоминаем, как должна вести себя молодая аристократка, а особенно Малфой. Меня крайне разочаровывают твои необдуманные и постыдные действия в Хогвартсе. Никакого стыда, ни совести. Я не позволю, чтобы ты очернила меня и род Малфоев, обнимаясь с молодым парнем, да ещё и в публичном месте! Хочу, чтобы ты подумала о своём поведении, впредь я этого не прощу. Жду тебя на разговор во время Рождественских каникул.       Твой отец, Люциус Абраксас Малфой.       Мне понадобились титанические усилия, чтобы сохранить на лице нейтральное выражение, а также мне понадобилось пять секунд после прочтения письма, чтобы понять, с кем по мнению отца я обнималась. «Не может быть! Мы находились далеко от замка, да и от кого он узнал это? Его людей здесь нет…» — кроме моего младшего брата — Драко.       Осознание этого неприятно кольнуло где-то в груди, ведь теперь отец зол на меня, а мой собственный брат виновник всего произошедшего. Я и раньше обнималась с Александром, это не было чем-то сверхъестественным для нас. Мы выросли вместе, поддерживали друг друга не только словами, но и физически — объятиями. Теперь у меня появились несколько дополнительных проблем — доносящий на меня младший брат и недовольный отец. Мне предстояло с этим разобраться, хотя бы с первым до каникул.       Письмо я сожгла, закончила завтрак и отправилась на занятия с мыслью, что мне предстоит серьёзный разговор с Драко. «Я не позволю ему доносить на меня, да ещё и так нагло, не выяснив ничего лично со мной» — думала я, пока сидела на уроке.       День пролетел незаметно за занятиями, а также домашними заданиями, которые мне нужно было выполнить. Сейчас я сидела на диване в гостиной Слизерина, усадив рядом Драко. Александр не остался в стороне и сел на кресло справа от меня. Я наложила заклинание вокруг нас, чтобы наше общение не услышали остальные.       — Драко, я бы хотела с тобой серьёзно поговорить. — начала я, на что Драко кивнул, а Александр прищурился с интересом. — Мне стало известно, что ты оповестил моего отца о том, что я, якобы обнималась с Александром. — продолжила я.       — Но ведь все так и было! — немного удивлённо и быстро протараторил мой брат.       — Меня крайне огорчает то, что мой родной младший брат следит за мной и доносит о каждом моем шаге отцу. — холодно процедила я. Александр тихо наблюдал за разворачивающейся сценой с непроницаемым лицом, но стало сразу понятно, что он теперь внимательно следит за Драко. Сам же младший Малфой сидел тихо и даже опустил голову, смотря на свои руки на коленях.       — Я бы хотела, чтобы мы были настоящей семьёй, Драко. Надеюсь такого больше не повторится. Я хочу, чтобы ты знал, что у меня нет желания позорить нашу семью. — добавила я и строго посмотрела на брата, тот кивнул и я жестом дала понять, что он может идти. Драко быстро поднялся на ноги и поспешил в сторону спален мальчиков.       — Что это было? — спокойно спросил Алекс. Я вздохнула и принялась рассказывать про письмо, а также про предупреждение отца. Услышав мои слова Александр приуныл, никто другой не увидел бы этого, но я знала его слишком хорошо. Несмотря на то, что я заметила эту его эмоцию, я не стала задавать вопросов, а просто увела тему в другую сторону и, уже через пять минут мы с интересом беседовали о предстоящем ритуале на Самайн.

***

      Покончив с ужином, я по просьбе своего друга Люциуса прибыл к нему в Мэнор через камин. Сам Люциус уже видимо поджидал меня, он сидел на одном из двух кресел у камина, а на маленьком столике посередине стояла бутылка огденского и два соответствующих бокала.       — Наконец-то я тебя и увидел, друг мой. Я уж было подумал, что ты потерялся в Запретном, пока искал там свои травы. — поприветствовал меня Люциус.       — Начало учебного года всегда загруженное, ты и сам это знаешь Люциус. — опустившись в кресло напротив и жестом попросив налить мне немного, я продолжил:       — Я так полагаю, что есть веская причина тому, что ты так срочно меня позвал. Давай перейдём сразу к делу.       — Знаешь ли — наливая мне огденского, говорил Люциус. — Недавно у меня был мистер Орлов и мы вместе пришли к кое какому соглашению, но нужно твоё одобрение, как мастера.       — Я так понимаю, что это связано с Виолой. Орлов кажется отец её дружка. — нахмурившись сказал я.       — Да. Буду краток, мы решили обручить наших детей. — на этом предложении мои брови непроизвольно поднялись вверх, но Люциус продолжал:       — Я узнал, что на их семью наложено проклятие, при котором мужской пол этого рода влюбляется лишь раз, и только с тем, в кого он влюбился может иметь потомство. Мы заключили непреложный обет, что помолвка обязательно состоится.       Я сделал большой глоток, горький напиток приятно жег горло, помогая привести себя в чувства, услышанное сильно меня встряхнуло.       — Я хочу услышать от тебя не только согласие, но и твоё мнение. Ты же все-таки её мастер, чувствуешь её эмоции, читаешь её мысли. — всё не унимался Люциус.       — Это неожиданно. Ещё неожиданней, что ты так легко дал непреложный обет. — растягивая слова, медленно ответил я. Люциус пригубивший свой напиток закивал и с каким-то восторгом в глазах ответил:       — Ты знаешь меня, Северус. Если бы я не видел выгоды в этом союзе… Но я её отчётливо вижу и не собираюсь отступать.       — Помнится мне, что ты обещал дочери свободу в этом вопросе… — все также медленно протянул я.       — Непреложный обет только на помолвку, если ничего не выйдет, то так уж и быть… — но я оборвал его на полуслове и стараясь держать себя в руках яростно прошипел:       — Ты идиот, Люциус! Обряд помолвки также силен и нерушим, что и брачный обряд! И ты прекрасно знаешь, что твоя дочь относится крайне серьёзно к таким вопросам! — Люциус застыл, его лицо выражало смятение, но не дав ему прийти в себя, я продолжил:       — Также, ты сам знаешь, что такое магическая помолвка. Виоле всего четырнадцать! Ты хочешь, чтобы она в четырнадцать, мать твою, лет легла в постель с парнем? Ты об этом подумал?       Я искренне волновался за девочку, ведь так привязался к ней спустя столько лет. Люциус залпом выпил все содержимое своего бокала и совсем тихо сказал:       — Я не думал насчёт магической помолвки… Но как же я так мог! Салазар! А ведь всё спланированно на Йоль. — Люциус резко закрыл лицо руками и тяжело вздохнул.       Мне оставалось только тихо сидеть рядом, поддерживая друга своим присутствием.