Сделка

Месяц назад Дазай, на самом деле, не любил ночные клубы, хоть и бывал в них раз в месяц. Обычно причина крылась в том, что день был откровенным плохим. Какие-то мелкие неурядицы превращались в огромный ком, который сваливался на голову и под его давлением, он медленно погружался в зыбучие пески тоски и печали. Откровенно плохие мысли начинали настойчиво лезть в голову, сначала тихие, едва слышные, а затем они становились всё громче. И чтобы их заглушить, Осаму приходил в какой-нибудь ночной клуб, с громкой музыкой, кучей народу и баром, в котором можно напиться. Тогда мысли немного утихали. И когда их не было слышно, можно было уйти либо в одиночестве, либо даже в компании. На одну ночь, не более. Но сегодня был не тот день. Потому что мысли не утихали, сколько он ни пил. От огромного количества алкоголя накатывала тошнота. Осаму уже начинал думать о том, что стоит пойти домой и попытаться уснуть. Но при мысли о своей пустой квартире, с холодной кроватью и гнетущей тишиной хотелось напиться ещё больше. И когда он начинал подумывать о телефоне, который лежит рядом и возможно позвонить кое-кому, рядом с ним кто-то сел. — Виски, без льда, — произнёс он. Голос показался знакомым. Дазай повернулся и узнал этого человека. Вживую они виделись лишь однажды, чаще он видел его на экране. Акутагава Рюноске. Он был подающим надежды певцом, так говорили. И это была единственная положительная его характеристика. Дазай давно крутился в кругах шоу-бизнеса, даже после случая с Рио. Так вот, Акутагаву не то чтобы недолюбливали, скорее опасались. Все знали его как вспыльчивого человека, который критичен не только к себе, но и к другим. Он говорил правду в лицо и порой преподносил её так, что это могло ранить человека. Но Осаму не из тех людей, которые верят чужим словам. Он решил познакомиться с ним, когда они с Рио пересеклись с ним на одном из концертов. В целом, Рюноске показался Дазаю интересным, да, люди были в чём-то правы, но за то короткое время они пообщались достаточно нейтрально. Впоследствии их разговор закончился, потому что появился Доппо Куникида, менеджер Акутагавы. Он прогнал Дазая, сказав что Рюноске перед выступлением стоит беречь горло и отдыхать, а Осаму следить за своим подопечным, а не бездельничать. С Куникидой они были знакомы ранее и несмотря на то, что Дазай относился к нему скорее дружелюбно и любил безобидно, как ему казалось, пошутить над ним, тот почему-то относился к нему враждебно, опять же, так казалось. Прокрутив всё это в голове, Осаму решил, что сейчас ещё одна отличная возможность пообщаться с Рюноске. Почему бы ей не воспользоваться? Рюноске, почувствовав на себе его взгляд, повернулся. — Акутагава, верно? — спросил Осаму. Несмотря на то, что он был пьян, он мог говорить своим обычным голосом. — Мы знакомы? — Ну, что же ты так? Мы виделись с тобой на одном из концертов, я тогда был менеджером Рио Тагути… — А, ты тот болтливый парень… — Рю, вот ты где! Встретил знакомого? — послышался чей-то голос справа и Дазай повернулся туда. Это был парень примерно такого же возраста, как и Акутагава. У него были довольно длинные вьющиеся волосы, которые он убрал в хвост, но несколько прядей, чуть короче остальных, выбивались из неё. Дазай не смог пристально рассмотреть его из-за освещения в клубе, на первый взгляд, он был довольно симпатичным. — Ну, как знакомого, мы виделись один раз, — достаточно прямо ответил Рюноске. — Косаки Тацуо, — представился парень. Он казался более дружелюбным, чем Рюноске, который выглядел не заинтересованным в разговоре. — Дазай Осаму. — Тоже из мира шоу-бизнеса? — поинтересовался Тацуо. — Ну, менеджер, правда, сейчас ни с кем не работаю. — Вот как, — кивнул Косаки. — Рюноске, я тут компанию ребят встретил, он нас приглашают присоединиться к ним, съездить в другой клуб и просто прогуляться. Пошли, хватит хандрить. Акутагава раздражённо вздохнул, судя по всему, ему это идея не нравилась. Косаки слегка погладил его по плечу. — Ладно, — в итоге сдался Рюноске. — Дазай, верно? — получив кивок в ответ, он продолжил. — Вы тут один. Может, хотите с нами? — Ну, — Дазай задумался, в целом ему всё равно нечего было делать. — Я с вами! Только давай перейдём на «ты». — Отлично, — кивнув, улыбнулся Косаки. — Давай хорошо проведём время!

***

Дазай проснулся с ужасающей головной болью и чувством скованности во всём теле. Попытка открыть глаза отдалась ещё большей болью из-за яркого дневного света в помещении. Судя по всему, вчера Осаму выпил очень много. Это можно было понять по лёгкой тошноте, которая потихоньку начинала накатывать, когда он с трудом поднялся и сел. Всё-таки открыв глаза, он обнаружил себя на диване. Не на своём, это был чужой диван и квартира, в которой он был, тоже была чужая. Послышался шелест бумаг. Повернувшись на звук, он первым делом увидел направленный на него раздраженный взгляд серо-зелёных глаз, пронзительный даже сквозь линзы очков. Доппо Куникида. — Какой кошмар встретить тебя с самого утра, — произнёс Осаму. — Могу сказать о тебе то же самое, — невозмутимо ответил ему Доппо и снова уставился в кучу бумаг на столе. Дазай старательно пытался вспомнить, как он тут оказался, внезапная догадка пришла в голову. — Это квартира Акутагавы? — спросил он. — Совсем ничего не помнишь, да? А нечего напиваться до беспамятства, — раздражённо произнёс Куникида. — Вы вчера трое заставили меня подняться посреди ночи, чтобы я забрал вас с пляжа. При этом вы сами не знали, на каком именно вы пляже, так что мне пришлось покататься в поисках. Ладно, ты и Косаки, но в Рюноске я разочарован. Я нашёл вас троих в полубессознательном состоянии и решил, что проще просто отвезти всех к нему домой. Эти двое наверху, пока я их туда довёл, ты улёгся на диван и уснул. Ну, я и оставил тебя там. — Понятно, — пробубнил Дазай. Видимо, всё тело болело именно из-за неудобного положения, в котором он спал. Дазай смутно помнил, что произошло после того, как он присоединился к компании Косаки. Они поехали в другой клуб и там пили, много пили, а потом полная тьма и вот он тут. — Возможно, это покажется наглым, но чтобы прийти в себя и доехать до дома, мне нужен душ и кофе, — Дазай попытался встать с дивана, мир вокруг закружился, он схватился за подлокотник, удерживая равновесие. — Это квартира Рюноске, но он спит, — спокойно произнёс Доппо, в его голосе не было неприязни, но он всё же сказал. — Я бы тебя выгнал, но он к тебе благосклонен, думаю, что ты можешь воспользоваться душевой для гостей и сам сделать себе кофе. — Спасибо, — растерянно ответил ему Осаму. Тот, посмотрев на него исподлобья, не ответил. Дазай осматривался. Судя по всему, это был полулофт. Квартира была двухэтажная. Первый этаж представлял собой совмещённые гостиную и кухню. Кухня состояла из холодильника, плиты с вытяжкой и нескольких кухонных тумб, на которых стояли различные необходимые для готовки вещи. Было видно, что Рюноске готовит сам. Дазай отметил очень хорошей марки кофемашину, это было единственным, в чём он разбирался и мог оценить. Рядом на небольшом расстоянии от тумб стоял стеклянный стол с двумя стульями. За кухней находилась дверь, ведущая куда-то. Кухню от гостиной отделяла витиеватая лестница, уходящая вверх. Также чуть поодаль было что-то напоминающее прихожую, но оттуда, где Дазай стоял, было не видно. Также наверху тоже была перегородка, что там было сложно понять. Сам Дазай находился в гостиной. Спал он на небольшом бежевом диване, а по обе стороны от него стояли кресла в похожем стиле. Справа от него был письменный стол, за которым сидел Куникида. Слева стоял огромный музыкальный проигрыватель. А прямо перед ним на стене висел телевизор. Также Дазай отметил достаточно большие окна, которые очень хорошо освещали всё помещение. Именно этот бьющий в глаза свет и заставил его проснуться. — Ванная там, — заметив замешательство Осаму, письменной ручкой Куникида указал на дверь за кухней. После принятия душа Дазай смог почувствовать себя лучше. Несмотря на то, что вчера он был непонятно где, одежда была в более-менее приличном состоянии и даже не пахла алкоголем. Осаму не раз напивался до беспамятства; все эти случаи были разными, и нынешний явно не был худшим. Ещё немного пробыв в ванне, он вышел и столкнулся с Косаки. Тот выглядел слишком хорошо для человека, который перепил. Хорошо переносит алкоголь? — Доброе утро, Дазай. Я думал, что Куникида выгонит тебя ещё утром, но как вижу, он даже разрешил тебе сходить в душ. — Он разрешил мне остаться, потому что это квартира Рюноске. Он всё ещё спит? — Да, пусть поспит, он вчера перебрал. — Вместе живёте? — уточнил Дазай. Он ещё вчера догадался, что Косаки является парнем Акутагавы. Он даже где-то видел статью о них. — Не так давно, да, — Косаки как-то замялся, отвечая на вопрос. — Не против, если выпью кофе? — Пей, конечно, я не против. Косаки направился в зал и он заметил, что Куникида окинул его очень недовольным взглядом, но что было для него необычным, промолчал. Приготовив кофе и сделав первый глоток, Дазай, наконец, почувствовал желание жить. Вот ради чего он просыпался по утрам. Немного подумав, он направился в гостиную к Куникиде и Тацуо. Подойдя поближе, он буквально ощутил напряжение, которое витало в воздухе. Эти двое игнорировали друг друга. Тацуо что-то смотрел в телефоне, а Куникида всё ещё сидел с огромной стопкой каких-то бумаг и коробок, Дазай увидел их только сейчас. Он подошёл поближе и оказалось, что тем, что разбирал Куникида, были письма фанатов и другая почта — Даже такую мелочь контролируешь? — улыбнулся Дазай. — Да, — важно ответил Куникида. — У Рюноске кризис, поэтому убираю всё негативное. — Большая часть негативного в телефоне, — не обращаясь ни к кому конкретно, произнес Тацуо, вновь заслужив осуждающий взгляд Куникиды. — Я удаляю, не волнуйся, Куникида. Но Доппо не то, что не успокоился, скорее стал ещё более раздраженным. Дазай хотел уже уйти, как вдруг одно из писем, которое лежало ближе к нему, привлекло его внимание. Точнее, почерк, которым это письмо было написано. Красивый, каллиграфический почерк, узнаваемый. Осаму вспомнил письмо, которое Рио однажды показал ему, положительное, то каким они было вначале. Осаму ещё тогда отметил, то, как оно было написано. Он почувствовал, как неприятный холодок пробежал по спине. — Куникида, — начал он. — Это единственное письмо таким почерком? Доппо, похоже, заметил смену тона голоса, посмотрел сначала на Дазая, потом устало взглянул на письма. — Не знаю, может и нет, но я не запоминаю особо, — он взял в руки письмо и покрутил: — Оно ведь самое обычное, — а затем кинул в общую стопку. Настоящее — То есть тебя беспокоит схожесть писем? Не думаешь, что это может быть случайностью? — поинтересовался Рампо. — Может. — Есть «но»? — Да. Я не стал бить тревогу, просто стал чаще общаться с Акутагавой, чтобы понаблюдать. Рюноске против не был, мы достаточно быстро подружились. Но кое-что помешало, он расстался со своим парнем, Косаки на это отреагировал очень негативно. И начал угрожать и это спутало все карты. — То есть среди угроз теперь непонятно бывший это или возможный сталкер? Да, затруднительно. Почему ты не хочешь обсудить это с самим Акутагавой, рассказать всё ему? Что насчёт его менеджера? Он должен видеть больше, если занимается его почтой? — Он видит, но он не заостряет на этом внимание, тем более не хочет тревожить Рюноске, я его понимаю. Но сейчас он уехал, а Рюноске передал мне обязанности менеджера. И я думаю ему рассказать, но сначала решил обсудить это ещё с кем-то. Рампо замолчал, обдумывая ситуацию. Затем в его глазах блеснуло понимание. — Знаешь, что смущает? Ты рассказал, что Рио начал получать угрозы после того, как начал отношения со своей девушкой. Но Рюноске был в отношениях, а письмо, которое ты увидел было положительным. Но что, если мы немного забудем о письме? Куникида упомянул, что хочет чтобы Рюноске не видел негатив, значит он был. Косаки же упомянул про угрозы в телефоне, которые он удалял, значит они были ещё до их расставания. Потом они расстались и теперь непонято от кого угрозы. Конечно, Рюноске популярный певец и негатив будет в любом случаи, угрозы тоже, но если это систематично, то это уже странно. Дазай слушал Рампо с интересом, тот структурировал его собственные сомнения. — Давай понаблюдаем, я сейчас не особо занят, поэтому могу помочь. Так как ты сейчас стал менеджером Акутагавы, у тебя больше возможностей. И у меня, ведь ты можешь дать мне доступ не только к его почте, но и к тому, что приходит на телефон.

***

В итоге после разговора, Дазай с Йосано ехали к бару, Осаму просто предположил, что Рюноске может быть всё ещё там. Услышав тихие причитания по поводу телефона, Акико протянула ему пауэрбанк, который удивительно, но подошёл. В итоге, когда телефон наконец-то включился, Дазай обнаружил несколько пропущенных от Акутагавы и почему-то очень много от Ацуши, он взял его номер, когда они познакомились в баре. Не успел он проверить пришедшие сообщения, как телефон снова завибрировал. На экране ожидаемо высветилось «Ацуши». — Да? — ответил Дазай. — О, вы наконец-то ответили. Дазай-сан, у нас тут в баре возникла проблема, которая требует вашего вмешательства. И надеюсь, что вы появитесь тут до того, как всё станет хуже, — голос у Ацуши слегка дрожал, что не предвещало ничего хорошего.