Чистокровные

С тихим хлопком на платформе появился высокий темноволосый юноша, поставил на землю свой чемодан и, взглянув на часы, осмотрелся в поиске друзей. Скорее всего те еще прощались с родителями, которые пришли их проводить. Его самого провожать было некому. Рядом какая-то волшебница суетилась вокруг двух своих детей, проверяя, не забыли ли те что-то из необходимых вещей и то и дело нервно обнимая кого-нибудь их них. Подобную нервозность в жестах он наблюдал уже не в первый раз. Сколько еще будет продолжаться этот кошмар? И отвыкнут ли они когда-нибудь от этого постоянного напряжения? Волшебница всхлипнула, поправляя шарфы детям, и Сириус отвел взгляд. Конечно, он мог найти Поттеров, которые относились к нему, как к родному, но что-то его останавливало. Он сам не до конца понимал причин своей меланхолии и дурного настроения. Казалось бы, возвращение в школу и встреча с друзьями должны были его обрадовать. Может, дело в том, что это их последний семестр. Последние полгода, что они проведут почти неразлучно. Наконец, его окликнули, и он увидел спешащего к нему Джеймса, который уже успел подцепить по дороге Хвоста. Меланхолия тут же отступила под натиском радостных приветствий. — Как твой очередной дом? — поинтересовался Поттер. — В этот раз удалось найти себе достаточно уютное местечко? — Да, маленький симпатичный коттедж в приятной деревушке, — лениво кивнул Сириус. В этот раз он, кажется, действительно нашел свое место. Хотя даже жизнь на улице или в какой-нибудь пещере была бы лучше его жизни на площади Гриммо. Тут же начало возвращаться дрянное настроение. Зря он стал вспоминать родительский дом. — Получается, Бродяга больше не бродяга, — весело ответил Джеймс, но взгляд его тревожно метался по платформе. Заметив это, Сириус поспешил воспользоваться возможностью сменить тему. — А ты, Сохатый, высматриваешь Лили? Или так сильно соскучился по Лунатику? — Мы договорились встретиться с ней на платформе, — Поттер продолжал крутить головой по сторонам. — Еще рано, — распознав в голосе друга нотки беспокойства, Сириус поспешил ненавязчиво его успокоить. — Можем пока занять купе, а потом выйдешь ее поискать. Вон, кстати, и Римус. Собравшись полным составом, мародеры бодро зашагали к поезду, на ходу обмениваясь последними новостями. — Как прошло знакомство с родителями? — Сириус подтолкнул в спину в очередной раз засмотревшегося по сторонам Джеймса. — Конечно же Лили им понравилась, — воодушевленно затараторил Джеймс, закидывая чемодан в вагон и попутно бросая еще один обеспокоенный взгляд на платформу. — Отец ее видел прошлой зимой, но только мельком. Да и не до разговоров тогда особо было. — Да уж, помню я тот вечер, — усмехнулся Сириус, запрыгивая в вагон последним. — Мама, конечно, слишком суетилась, — Джеймс потянул дверь первого же купе, но с тихим «ой» быстро закрыл дверь обратно. — Там твоя кузина. Сириус вскинул бровь в ответ на изумленное выражение на лице друга. — Ты забыл, что она учится с нами в одной школе? — В весьма пикантном положении, — добавил Поттер. — Малфой мог бы и запереть дверь. Взгляд Сириуса потемнел, а рука потянулась к палочке. — Да оставь ты их, — положил ему на плечо руку Римус. — Я всего лишь хотел добавить им романтики небольшим фейерверком. — Я думал мелкое пакостничество осталось позади, и теперь нас интересуют серьезные вопросы, — продолжил Люпин. — А разве посторонние в вагоне — это не серьезный вопрос? — не унимался Сириус. — Вообще-то, провожающие должны оставаться на перроне, а не приставать к школьницам в закрытых купе. — К слову о купе, — подтолкнул Люпин друга дальше по коридору. — Оно само себя не займет, а Джеймсу еще встречать Лили. При упоминании девушки Поттер тут же забыл про кузину друга, и тому ничего не осталось, кроме как последовать за остальными. *** Хлопнувшая дверь купе заставила Нарциссу резко отстраниться от жениха. — Подумала, что Регулус пришел… — Он бы постучал. — Тогда… — Забудь, — Люциус нежно взял девушку за подбородок и развернул ее лицо к себе. — Случайный школьник заглянул и пошел дальше, поняв, что занято. Думаю, многие хоть раз натыкались на целующихся старшекурсников где-то в школе. Это не повод так нервничать. Нарцисса выставила вперед ладонь, останавливая наклонившегося к ней Люциуса. — Сложно не нервничать, когда ты так странно себя ведешь, — девушка подозрительно прищурилась. — Что именно ты подразумеваешь под «странным поведением»? — С тобой все хорошо? — не торопилась прямо объясниться Нарцисса, наслаждаясь легкой растерянностью жениха. — Жаловаться не на что, — Люциус с легким удивление посмотрел на девушку. — Ты за все утро ни разу не предложил мне остаться и не ехать в Хогвартс. Малфой хмыкнул, понимая, что над ним просто решили немного поиздеваться. — После недовольства твоей мамы на свадьбе боюсь, что ко мне тебя бы все равно не отпустили, так что лучше уж ты будешь в школе, — Люциус наклонился ближе, но тут в дверь постучали, вынуждая его отступить на шаг назад. Дверь купе отъехала в сторону, и на пороге показались Регулус с Энни. — Надеюсь, мы вам не сильно помешали. Но, пока не началась толкучка в коридорах, хотелось бы разместиться. — Да, конечно, — Люциус поцеловал руку Нарциссы. — Я обязательно найду способ увидеться с тобой до лета. *** Секундная стрелка завершила очередной круг, и часы показали ровно одиннадцать. С тихим вздохом Эмилия откинулась на подушку, прикрыв глаза. Она никогда сильно не любила школу, но момент, когда Хогвартс-экспресс отправился в путь без нее, наполнил тоской по безвозвратно утерянному. Если не брать в расчет уроки и ранние подъемы, то Хогвартс был миром относительной свободы: вдали от родителей и закрытого мира поместья, зато в окружении друзей и вечеринок без строго надзора взрослых. — Пора вставать, соня, — Рабастан вышел из ванной комнаты, приглаживая влажные волосы. — У нас на сегодня большие планы. — Например? — Эмилия перевернулась на бок, наблюдая за мужем, который возился в шкафу, собирая довольно официальный комплект одежды. — Нас ждут в Грнготтс для подписания ряда бумаг, — ответил Рабастан, меняя бесстыдно сброшенный халат на белоснежную рубашку. — Заодно можем прогуляться по Косой Аллее. Пообедать вне дома. Что скажешь? — А ты специально ждал начала нового семестра? — Эмилия лениво потянулась в кровати. — Неужели боялся, что я попытаюсь сбежать от тебя в Хогвартс? — Зная тебя, с большей вероятностью стоит опасаться, что ты решишь спрятаться в модном магазине, — насмешливо ответил Рабастан, бросив быстрый взгляд на часы. — Ну и сомневаюсь, что вчера ты была бы готова вылезти из постели раньше обеда. Фыркнув, Эмилия вылезла из кровати, предварительно замотавшись в одеяло, и поплелась к ванной комнате. Рабастан перехватил ее по дороге, на секунду прижав к себе и поцеловав в висок. — Нас ждут в банке в 12.30. Успеешь собраться? — Сделаю все возможное, — закатила глаза Эмилия, высвобождаясь из объятий мужа. *** На Косой Аллее было слишком тихо и безлюдно для главного торгового квартала магической Британии. Среди многочисленных домиков и магазинчиков то и дело мелькали заколоченные окна. На стенах висели плакаты министерства, призывающие к бдительности. Праздничная беззаботность, которая на время отодвинула тревоги, исчезла вместе с елками и рождественскими венками, оставив только давящее чувство страха, сквозившего из всех щелей. Эмилия покосилась на Рабастана, надеясь прочитать на его лице, что тот думает о плодах своей деятельности. Но лицо молодого волшебника оставалось невозмутимым. Таким же невозмутимым казалось и белоснежное здание банка «Гринготтс», которое надменно возвышалось над маленькими магазинчиками по соседству. Стоявший у входа гоблин поклонился им, но Рабастан не удостоил того даже кивком. Как и двух других, встретивших их уже в просторном холле банка. Пройдя мимо длинного ряда корпевших над рядами цифр гоблинами, Рабастан остановился у свободного. — У нас назначена встреча по подписанию бумаг. — Да, конечно, мистер Лестрейндж, — в голосе гоблина прозвучали недовольные нотки. — Сейчас есть несколько свободных гоблинов… — Я бы хотел, чтобы бумагами занимался волшебник. Мне казалось, я достаточно четко изложил свои пожелания. — Если вы настаиваете, — оскорбленно поджал губы гоблин, кивнув своему помощнику, который пригласил пару следовать за ним в нужный кабинет. Эмилия искоса глянула на холодное лицо мужа. Отец редко брал ее в банк, но она всегда воспринимала гоблинов, как неотъемлемую часть «Гринготтса», не задумывалась, что они отдельный магический народ. И тем более, не задумывалась, какое место подобные народы занимают в идеологии Пожирателей. Но, судя по отношению к ним Рабастана, невысокое. Кабинет волшебника, к которому их отвел гоблин, представлял собой маленькую комнатушку без окон. А сидящий за аккуратно прибранным столом волшебник лет пятидесяти смерил вошедших в его обитель молодых людей удивленным взглядом. — Не знал, что сюда теперь водят школьников на экскурсию. — У нас назначена встреча на 12.30 по поводу подписания документов о доступе моей жены к моей банковской ячейке и принципах наследования прочего имущества, — холодно отчеканил Рабастан. — Мистер Лестрейндж? — Мужчина вскинул брови. — Простите, я ожидал… Да, впрочем, не важно. Прошу вас, садитесь. Эмилия опустилась на один из указанных стульев, пытаясь представить ситуацию со стороны. Двое подростков пришли с серьезным видом обсуждать, кто и как может распоряжаться имуществом в браке… Эмилия в очередной раз глянула на Рабастана, но недовольство того выдавали только слегка сведенные брови. — Я отправлял вам мои пожелания, — деловой тон Рабастана, казалось, еще больше смутил его собеседника. Но тот быстро принял не менее деловой вид и достал нужную папку с документами, предлагая проверить все пункты перед подписанием. Эмилия пробежалась глазами по своему экземпляру, пропуская формальности и, наконец, добралась до интересующих ее пунктов. Ежемесячно она могла запрашивать с семейного счета до ста галлеонов. Большие траты шли только через согласование с мужем. Хмыкнув, девушка перешла к следующему пункту. В случае гибели супруга, потери им здравого рассудка, либо заключении его под стражу, она получала полный доступ ко всему его имуществу и имела право распоряжаться им по своему усмотрению. При наличии детей, она свободно распоряжалась имуществом до их совершеннолетия, а после не менее половины имущества должно было перейти наследнику мужского пола, а ребенку женского пола полагалось ежемесячное содержание в те же сто галлеонов. Эмилия тихо хмыкнула. Интересно, а если она успеет прогулять все состояние мужа до совершеннолетия этих самых гипотетических детей? По спине пробежался неприятный холодок. Эмилия скользнула взглядом по профилю сидящего рядом Рабастана. Хотела бы она, чтобы с ним что-то случилось? Кто знает, может, тогда она бы смогла и осуществить свои давние планы… От этих мыслей сердце кольнуло каким-то непонятным чувством. Неужели ей было жалко Рабастана? Какими бы сложными не бывали их отношения, она не могла заставить себя желать его смерти. А что до Азкабана… Когда Темный Лорд придет к власти, он явно освободит своих соратников. — Что-то не так? — голос Рабастана вывел Эмилию из задумчивости. — Если тебя что-то не устраивает, можем обсудить. Покачав головой, Эмилия поставила свою подпись. *** — Предлагаю пообедать где-нибудь здесь, а потом зайти в «Твилфитт и Таттинг», — обратился к жене Рабастан, когда белоснежное здание Гринготтса осталось позади. — Нам нужны новые наряды. — Не думала, что мой интерес к магической моде окажется таким заразительным, — саркастично протянула Эмилия. — В конце января намечается прием у Роули. Это наш первый выход в свет в новом статусе. Не помешает подготовиться. — Вот как, — немного рассеянно отозвалась Эмилия. Раньше она любила балы за возможность покрасоваться и потанцевать. Любила и светские вечера за возможность лишний раз пообщаться с друзьями. Но теперь… Все ее друзья в школе. Да и статус сильно поменялся. В груди все тоскливо сжалось. Похоже она еще долго будет до конца принимать свое новое взрослое положение. *** Устроившись с ногами на сиденье, Нарцисса перелистнула страницу справочника по углубленному изучению Травологии, честно пытаясь сосредоточиться. Но взгляд ее то и дело обращался к сиденью напротив, где Регулус лежал, положив голову на колени Энни, и палочкой перелистывая парящую над ним книгу. Пьюси же уже полчаса как отложила свою книгу и перебирала пряди волос юноши, наблюдая за ним нежным взглядом. Картина была настолько необычная, что Нарцисса с трудом удерживала себя, чтобы не начать слишком уж откровенно пялиться на парочку. В купе постучали, после чего дверь скользнула в сторону, впуская Розье и Мальсибера. Не убирая книги, Нарцисса кивнула семикурсникам, полагая, что пришли они не к ней. Пусть их отношения с Эваном и престали быть враждебными, до былой дружбы им тоже было далеко… — У нас там вроде небольшого собрания, — неторопливо заговорил Розье, обращаясь к Регулусу. — Присоединишься? — Ты, как всегда, умеешь выбрать место и время, — недовольно нахмурился Регулус. — До гостиной не подождет? — Ну, во-первых, в дороге скучно, — лениво протянул Эван. — А, во-вторых, к чему портить вечер в гостиной нашими скучными разговорами? Не всем они интересны. Нарцисса тихо хмыкнула. В Пожиратели она точно не собиралась, но послушать, что они обсуждают, ей неожиданно показалось интересным. Но высказать эту мысль вслух ей не удалось. В купе влетела золотистая искра, взорвавшаяся разноцветным фейерверком. Оглушенная, Нарцисса только и успела, что спрятать голову и лицо за книгой. — Фините Инкантатем, — твердый голос Энни едва перекрывал воцарившийся в купе шум. Когда хлопки стихли, Нарцисса осторожно выглянула из-за книги, обнаружив перед собой спины семикурсников, который почти одновременно убрали магические щиты. На противоположном сиденье замерла Пьюси с палочкой в руках и гневным выражением на лице. — Тем идиотам, что это устроили, стоило бы объяснить, что так и поезд спалить можно. — Сейчас мы этим и займемся, — Розье резко дернул дверь, выскакивая в коридор. За ним рванул Мальсибер. Регулус вскочил на ноги и, быстро одернув одежду, вышел следом. Энни, казалось, хотела остановить его, но махнула рукой, окончательно помрачнев. *** Регулус нагнал приятелей в ближайшем тамбуре. Там, помимо слизеринцев, оказался зажатый в угол гриффиндорец. И не просто гриффиндорец, а один из мародеров. Правда, самый непримечательный. — Твои друзья тебя бросили или изначально отправили одного? — насмешливо протянул Розье. — Я… — Петтигрю нервно сглотнул. — Я просто искал тележку со сладостями. Регулус усмехнулся. Поверить, что этот пухлый приземистый парень просто захотел купить себе дополнительную порцию сладостей было несложно. Да и вряд ли Сириус бы упустил возможность поучаствовать в подобном «веселье». Но, скорее всего, брат просто оказался проворнее, и попался только его дружок. — Тогда, наверное, ты должен был видеть того, кто только что выбежал из вагона… — Ну… Я… — глазки Петтигрю перебегали с трех слизеринцев на дверь за их спиной, словно он ожидал появления спасителя. — Понимаешь, кроме тебя, мы здесь больше никого не видели, — Эван достал палочку, что следом за ним повторил Мальсибер. — А нам тут сильно испортили поездку… — Да это же был всего лишь… — Петтигрю запнулся, поняв, что сболтнул лишнего. Розье цокнул языком, поднимая палочку. — Я сразу сказал, что затея глупая, — полные страха глаза не отрывались от кончика направленной в его сторону палочки. — Это все Сириус. А я пытался его отговорить. Глупая вышла шутка. Но это же всего лишь шутка. Регулус, который стоял немного в стороне, нахмурился. Ему сразу вспомнился Сириус, который не раз заявлял, что его друзья ему ближе, чем семья. И вот, один из его друзей сдал его за пару минут. — Мы понимаем, что это не твоя вина, — Эван приблизился к Петтигрю и положил руку ему на плечо. Брови Регулуса взлетели вверх. Обычно вспыльчивый Розье, кидающийся в драку при любой возможности, вдруг миндальничает с прихвостнем своего главного соперника? — Так вы меня не тронете? Дверь за их спинами хлопнула, и в тамбур ворвался Сириус. — Хвост, мы уже начали думать, что ты забыл в какое купе тебе надо, — он с вызовом посмотрел на слизеринцев, доставая палочку. — Или у тебя тут какие-то проблемы? — Никаких, — пискнул Петтигрю, который даже с прибытием помощи в бой не рвался. — Я пытался узнать, не видели ли они тележку со сладостями. — А мы и сами уже звереем от голода, — быстро ответил Мальсибер, поигрывая палочкой, которая все еще была у него в руке. — Но, похоже, придется дожидаться у себя в купе, — одернул того Розье. — Идем. Регулус первым поспешил покинуть тамбур. Компания брата была для него слишком некомфортной. — Давно ты стал такой вежливый с гриффиндорцами? — услышал он за спиной голос Мальсибера. — Ищу слабое звено в стане врага, — усмехнулся в ответ Розье. — Ты видел, как этот трус моментально сдал друга, лишь бы его не тронули? — Ну и ставки были невысоки. — Но и ему не смертельная опасность угрожала… То ли дело будет после школы. — О чем ты? — О том, что он может пригодиться. Его друзья наверняка вступят в войну. Уже взявшись за ручку купе, Регулус замер. «Его друзья» — это ведь и Сириус в том числе. Регулус медленно выдохнул. Сириус не считает его за брата и не беспокоится о нем, значит, и ему не стоит. *** — Ты выбрала, что будешь есть? Эмилия вздрогнула, выныривая из собственных мыслей. Она так и не удосужилась просмотреть меню. — Давай на твой вкус. Они расположились на втором этаже ресторанчика прямо у широкого окна, но вид на магазинчики напротив трудно было назвать примечательным. Однако, лучше уж было рассматривать их, чем встречаться с проницательным взглядом Рабастана. — Подпись документов — это простая формальность. — Да, я понимаю, — ровным голосом ответила Эмилия и все повернулась к мужу. — А сколько денег на твоем счету? — А с какой целью ты интересуешься? — вскинул брови Рабастан. — Исключительно… Испуганные крики и хлопки трансгрессии прервали их разговор, приковав внимание пары к происходящему на улице. А там уже показались люди в черных мантиях с капюшонами, накинутыми на головы, которые ворвались в один из магазинов. — Твои друзья? — язвительно прошептала Эмилия так, чтобы больше никто ее не услышал. — Нет, — присмотревшись, зло процедил Рабастан. — Подражатели. — Что? С первого этажа ресторана донесся звон разбитого стекла. Рабастан резко встал, притягивая палочкой их мантии, и протянул Эмилии руку. — А как же новые наряды? — ехидно поинтересовалась она, не торопясь отвечать на его жест. — В другой раз, — Рабастан сам схватил девушку за руку, рывком притягивая к себе, и переместил их в зимний лес. Не выпуская запястья жены, он прошел пару шагов вперед, пока перед ними не возникли резные ворота. — Ты испугался своих соратников? — саркастично, насколько это было возможно проговорила Эмилия, которую тащил за собой Рабастан. — Я же сказал — подражатели, — недовольно ответил Лестрейндж. — Просто бандиты, которые, пользуясь страхами других, решили нажиться. — Ты мог бы помочь остановить их. С твоей-то подготовкой. — Мне было важно убедиться в твоей безопасности. И останавливать бандитов — не моя работа. С чего мне помогать мракоборцам? — Интересная позиция, — Эмилия, наконец, вырвалась, упрямо остановившись посреди занесенного снегом сада. — Ты утверждаешь, что то, чем вы занимаетесь… Что все это ради благополучия волшебников. Но что конкретно хорошего вы сделали для волшебников? Вы только и делаете, что сеете страх и смерть. Кого вы хоть раз защитили? Кому помогли? — Ты… — Рабастан нахмурился, отведя взгляд. — Твои рассуждения по-детски наивны, ты просто… — Не понимаю, — закатила глаза Эмилия. — Так и скажи, что сам уже до конца не понимаешь за что борешься. Обогнув мужа, она быстро зашагала к дому. — Я знаю, за что борюсь, — упрямо бросил он ей в спину. *** Нарцисса вошла в привычную с первого курса комнату и присела на край своей кровати, тоскливо оглядывая такую пустую без привычной соседки спальню. Но не успела она осознать и принять свое одиночество, как дверь приоткрылась и на пороге показалась Энни. — Меня после ужина поймал Слизнорт и сказал, что я теперь буду жить с тобой, так как Эмилия в школу не вернется. Словно в подтверждение ее слов у бывшей кровати Эмилии с тихим хлопком возник чемодан Пьюси. — Да, это разумно, — отозвалась Нарцисса, хмуро наблюдая за тем, как Пьюси по-хозяйски уселась на кровать, которую столько лет занимала ее подруга. С другой стороны, лучше уж Пьюси, чем Кэрроу или Эйвери. — Чуть позже же собираемся в гостиной. Наверное…ммм… надо переодеться. — Да уж, в школьной форме мы еще успеем находиться, — усмехнулась Энни, палочкой открывая чемодан. — Выберем, в чем пойдем? — Начала Нарцисса, но к концу вопроса голос ее почти сошел на нет. Пьюси отложила на кровать первые попавшиеся юбку и блузку, левитируя остальные вещи в шкаф. — Думаю, раньше, чем через полчаса идти смысла нет, так что можем пока разобрать вещи, — бодро сообщила она. — Да, конечно, — Нарцисса тоскливо посмотрела на свой чемодан. Наряжаться в одиночестве настроения не было, а Пьюси уже перешла к расстановке книг и заполнению прикроватной тумбочки. Силой воли Нарцисса заставила себя взяться за содержимое своего чемодана, давя раздражение от того, как легко и быстро Пьюси обживается в их с Эми комнате. *** За каникулы из школьных коридоров исчезли все Рождественские украшения, оставив только промерзшие каменные стены замка, среди которых гулял пронизывающий ветер, так что ученикам приходилось укутываться в шарфы и теплые мантии, чтобы перейти от класса к классу. Только жарко пылающие камины создавали маленькие островки уюта. По этой причине уроки Зельеварения стали особенно любимы Нарциссой. Изнеженный Слизнорт умудрился добавить в класс несколько дополнительных очагов, сохраняющих драгоценное тепло. Пытаясь не упустить ни одной детали, Нарцисса сосредоточилась на зелье. На этих каникулах у нее почти не было возможности практиковаться и теперь она старательно восстанавливала навыки, не желая ударить в грязь лицом. Она даже не обернулась, когда в кабинет кто-то вошел. И отвлеклась от нарезания ингредиентов, только когда услышала сказанное вошедшим. — Профессор Слизнорт, Регулуса Блэка вызывает к себе директор. Забыв про зелье, Нарцисса обменялась настороженно-удивленным взглядом с кузеном. Однако, тот быстро затушил огонь под своим котлом, собрал вещи и молча вышел из кабинета. С трудом доведя зелье до приличного состояния, Нарцисса поспешила перелить немного в пузырек и, сдав работу профессору, начала собирать вещи, нетерпеливо дожидаясь колокола. Когда он, наконец, прозвенел, она первой вылетела из класса, поспешив покинуть подземелья. Но, оказавшись в холле, она притормозила. Как ей лучше поступить? Идти к кабинету директора и ждать Регулуса? Найти Энни? Или лучше дождаться обоих в Большом зале на ужине? Пока она колебалась, в другом конце холла появилась Пьюси, и Нарцисса поспешила к ней. — Регулуса вызвали к директору, — сходу выпалила она. — Зачем? — Мне не сообщили, — раздраженно передернула плечами Нарцисса. — Ты думаешь что-то серьезное? — Не обязательно, — неуверенно ответила Энни. — Не думаю, что им есть что ему предъявить, а Рег не дурак, чтобы самому подставляться. Пойдем на ужин. — Я думала подождать его у кабинета директора… — Не стоит, — чуть подумав, ответила Пьюси. — Все равно мы ни на что не повлияем, только выдадим свое беспокойство. Хотя Энни сама предложила дождаться Регулуса на ужине, она так и не поела, сидя рядом с пустой тарелкой и кидая нервные взгляды на вход в Большой зал. Наконец, в дверях появился Регулус. — Что от тебя хотели? — зашептала Нарцисса, стоило только кузену сесть за стол рядом с Пьюси. Регулус неторопливо осмотрелся. Но значительная часть школьников уже покончила с ужином, и столы были полупустые. — Формально, обсудить мое прошение на доступ в Запретную секцию. Узнавали, что именно меня там интересует. Вот только я сомневаюсь, что я единственный, кто успел подать запрос, но не слышал, чтобы директор беседовал с кем-то еще. — И зачем тебе Запретная секция? — шумно выдохнула Нарцисса. — Разве дома мало книг? Регулус быстро переглянулся с Энни, а потом перевел задумчивый взгляд на кузину. — Для учебы, например, — туманно ответил он. Разговор как-то резко перешел в обсуждение домашних заданий, и Нарциссу не покидало чувство, что брат еще планирует подробнее обсудить произошедшее с Пьюси. И их бесконечные многозначительные переглядывания только подтверждали ее мысли. В гостиной парочка действительно тут же направилась в спальню Регулуса. Нарцисса глянула на компанию у камина. Флинт и Селвин обсуждали что-то с Алекто. Пара семикурсниц шушукалась между собой. Подумав, Нарцисса свернула в свою спальню. Стянув ставший внезапно тесным галстук, она выпотрошила содержимое своей сумки на кровать, выбирая чистые пергаменты и чернила. Ей тоже есть с кем обсудить случившееся. Но, написав первые пару строк письма Люциусу, Нарцисса замерла, задумчиво закусив губу. А что, если их почту читают? Может, не у всех. Но вдруг Блэки попали под подозрение? Не выдаст ли ее письмо что-то? Несколько раз перебрав формулировки, девушка отшвырнула перо. Может, у нее просто паранойя? Подумав, она решила начать с описания поездки и первых дней в школе, лишь вскользь упомянув про вызов Регулуса к директору, не описывая своих переживаний по этому поводу. Закончив письмо, Нарцисса выдохнула, складывая конверт. Завтра утром надо будет успеть забежать в совятню. В том, что Люциус обратит внимания на нужную деталь, она не сомневалась.