Два зверя в одной клетке

Лору будто холодной водой облили. Неужели Эмма и правда позвонила тому маньяку, который держал Кирни два месяца за решёткой? А может, Лора ослышалась? — Эмма, скажи, что ты пошутила. — Процедила сквозь крепко сцепленные зубы блондинка. — Сейчас нам поможет только он, Лора… Не местная полиция, не скорая помощь, не друзья, не знакомые, а только Трэвис Хэкетт? Лора проклинала себя за то, что вообще впустила в свою квартиру эту вожатую. Всё было нормально, пока она не переступила порог её временного дома. А теперь ещё и позвонила человеку, которого Кирни хотела закопать живьём и сверху вдобавок вылить бочку цемента, чтобы наверняка не выбрался; за то, что запер её в камере на целых грёбаных два месяца! Она понимала, что он спасал их, но в то же время нагло врал в лицо и умалчивал о проклятии, когда за соседней стеной жил настоящий оборотень; за то, что приковал наручниками её к стулу и заставил смотреть на то, как её любимый человек превращается в чудовище, как он страдает и рвёт на себе одежду, а после и кожу от боли; за то, что её лишили глаза и за ту боль, которую она испытала в тот день; за то, что его грёбаная семейка психопатов делала с ней, как пыталась убить и всё бы получилось, если бы его сучья мать не перепутала пули… Лора могла найти ещё десяток причин, но голова взрывалась от мыслей и разногласий, она не хотела видеть шерифа снова. Она не боялась его, а остерегалась. Не хотела всем сердцем возвращаться в лагерь, в котором так много плохих воспоминаний и боли. Если она откажется ехать с ними, что сделает шериф? Снова оденет на неё наручники или вырубит снотворным? Лора разбито улыбнулась этим двум вариантам, ни один не внушал ей надежду. Они просидели в ванной четыре с половиной часа. Молчали как мышки. Эмма оправдывала такую тишину страхом перед убийцей. Хотя всё это время в квартире не было ни единого звука. А Лора просто не хотела говорить с человеком, который решился на такую глупость. Неужели Маунтбэнк настолько отчаялась, что решила позвонить именно ему? Кирни бы никогда не набрала этот злосчастный номер. Ни под каким предлогом, даже под дулом пистолета. Она лучше полностью отдастся в лапы серийному маньяку, который на них охотится, чем Трэвису Хэкетту. Лора подумала о том, что Эмма просто глупая девочка, которая ничего не знает о шерифе. Не знает, что он за человек и на что способен. Убийства, похищения, сокрытия — это всё дело его рук. Даже если приказы отдаёт кто-то другой, это неважно. Важно лишь то, что страж порядка творил эти все ужасы собственными руками. Как он вообще спит ночами? — пролетело в голове Лоры. А он и не спит… И не помнит, когда последний раз спал нормально… Прошло ещё немного времени, прежде чем дверная ручка повернулась и металлическая дверь податливо скрипнула. Лора поняла, что это он. Шаги тяжёлые, но уверенные. Она столько раз слышала их около своей камеры, что выучила этот звук и ритм уже очень давно. Девушка напряглась всем телом, а по спине пробежали мурашки, когда прозвучал стальной голос шерифа. — Есть кто? — Мы здесь… — Радостно воскликнула Эмма и прижалась всем телом к двери, в надежде смотря на подругу. Лора не разделяла её эмоций. — Не выходите пока. — Его голос был уже так близко, что Кирни сглотнула подходящий к горлу ком. — Я сначала осмотрюсь. — Хорошо… Спустя несколько минут, им всё же была дана команда открыть дверь, и Эмма не заставила себя ждать. Быстро прокрутила щеколду в нужную сторону и дверь отворилась. Сразу же за ней стоял Трэвис Хэкетт. Лора испуганно впилась в него голубыми глазами. Он ни чуть не изменился. Только стал более уставшим… Темные волосы были неаккуратно взъерошены, чёрные как смоль глаза излучали, как обычно, лишь холод и гнев. Под ними огромные синяки, будто бы он не спал уже добрую недельку. Форма чистая и аккуратная, значок блестит так, что у Лоры защипало глаза, а нашивка с его именем отглаженная до максимума. Да, мамочка постаралась… Лора хотела высказать ему всё, что думает прямо в этот момент; битый час уже репетировала монологи в своей голове. Но когда увидела мужчину вживую, вся уверенность мигом улетучилась. Трэвис внимательно и бестактно осмотрел девушек с ног до головы, не спуская руку с пистолета, покоившегося в кобуре на бедре. Лора стояла в самом дальнем углу комнаты, прижалась спиной к стене с такой силой, будто бы хотела стать с ней одним целым и исчезнуть с поля зрения этих чёрных выжидательных глаз. Он видел, что она всё ещё боится его. О да, это видно невооружённым глазом. — Ты, выходи и собирай вещи. — Одним кивком острого подбородка он указал сначала на Эмму, а потом посмотрел на Лору, задержав мимолётный взгляд на её окровавленных руках, не обращая никакого внимания на то, что девушка перед ним стояла почти голая. — А ты, приведи себя в порядок. — Убийцы здесь не было? — Обеспокоенно спросила Эмма, переступая порог ванной комнаты. — В квартире чисто. Но вы правильно сделали, пересидев в ванной. Эмма удовлетворенно кивнула головой и закрыла за собой дверь, оставляя Лору одну. Они с шерифом направились в кухню. — Почему она вся в крови? — Холодно произнёс мужчина, упираясь спиной в ледяную поверхность столешницы. Эмма стала напротив него, внимательно обследуя взглядом. — Скорее всего, вытирала надпись с зеркала. Я зашла к ней, когда она уже… Была такой. — Вздохнула девушка. — И это половину я уже с неё вытерла… — Следов взлома нет, тот, кто оставил эти надписи — проник в квартиру, скорее всего, имея ключи. У кого ещё есть ключ от этой квартиры? — Откуда мне знать? — Возмутилась Эмма, сложив руки на груди в оборонительную позу. — Я приехала сюда только вчера вечером. Выражение лица шерифа перестало нравиться Эмме и она почувствовала неприятную зыбь на спине. — Надписи посвящены… — Он прокашлялся. — Лоре? — Ну а кому же ещё?! — Они появились здесь, как только ты явилась. — Слегка подняв одну бровь, Хэкетт не давал девушке продыху. — На что вы намекаете? — Ошарашенная Эмма гневно надула губки и её голос стал более… злым? Эмму тяжело представить такой, но офицер полиции обидел её прямо сейчас. — Разве я… Убийца? — Это я у тебя и спрашиваю. Ты убила кого-то в ту ночь? Эмма чуть не поперхнулась собственной же слюной. Её глаза сначала расширились, потом подозрительно и гневно сузились, а нижняя губа начала подрагивать. — Да как ты смеешь обвинять меня в таком? — Желая ткнуть маленьким пальчиком ему прямо в грудь, девушка быстро сократила между ними расстояние и уже замахнулась, но её руку быстро перехватили. Глаза шерифа потемнели с такой скоростью, что Эмма не могла теперь даже отличить черный зрачок от такой же мрачной радужки. Мужчина крепко сжал её запястье жилистыми пальцами и с отвращением откинул женскую руку от себя. — Не смей трогать меня. — Маунтбэнк могла поклясться, что услышала его гортанное рычание, настолько разозлился коп. — И тыкать мне. Эмма испуганно фыркнула и отскочила на шаг назад, обиженно посмотрела на офицера полиции и побежала в комнату собирать свои вещи. Девушка уже не была уверена, что поступила правильно, позвонив этому мужчине… Лора слышала всё до единого звука и вздоха… Включив воду так тихо, чтобы смочь вполне различать их голоса, девушка медленно залезла в душевую кабину и направила на себя напор горячей воды. С губ мгновенно сорвался тихий стон облегчения. Капельки воды приятно ошпарили её трясущееся тело… — Может быть, предложите мне чашку кофе? — Будто бы издеваясь над девушками, Трэвис неумолимо стоял на кухне, беспощадно сверля глазами Эмму, которая спустя двадцать минут зашла туда с двумя тяжёлыми сумками. Лора как раз вовремя подоспела, безжалостно вытирая сухим полотенцем влажные короткие волосы. — У меня нет кофе. — Резко отрезала девушка и уже не так испуганно посмотрела на мужчину впереди. Он сейчас так бесцеремонно упирался в её любимый стол, что она хотела вышвырнуть его с квартиры как можно быстрее. — Чай тоже сойдёт. — И чая нет. — Лора не сдавалась. — Хотя бы вода в кране у вас есть? — Издевательским тоном продолжал свой напор шериф. Лора поняла, что он хочет её добить. — Для тебя у меня нет ничего. — Чуть ли не выплюнув эти слова, девушка неохотно кинула грубый взгляд в его сторону и развесила мокрое полотенце на ближайшем стуле. — Ты куда-то собралась, Эмма? Кирни в недоумении осмотрела собранные вещи подруги. Неужели та правда поедет с копом? — Две сумки с твоими вещами стоят в коридоре. — Виновато посмотрев на «медсестричку», Маунтбэнк проследила глазами за шерифом, который прошёл мимо девушек и легко поднял сумки Лоры, направляясь к двери. — Эй, что это всё значит?! — Будто бы проснувшись ото сна, Лора взволнованно побежала за шерифом. — Поставь мои вещи на место. Я никуда не поеду с вами! — Поедешь. — Даже не оборачиваясь к ней, Хэккет резво пересёк порог входной двери. — Я сказала нет! Мужчина застыл и медленно повернулся к Лоре лицом. Она испуганно опешила. — Не заставляй меня прибегать к другим, тебе уже знакомым, методам. Кирни замерла на месте, сразу же подумав о тех злосчастных наручниках, которые сейчас так соблазнительно свисали с кармана полицейской формы Хэкетта. Так много «игр» можно придумать с этим предметом… И Лора могла поклясться, что у шерифа точно есть сексуальная фантазия о наручниках. О, да. Как он надевает их на неё и запирает гнить за решёткой всю её оставшуюся жизнь. — Ты не сделаешь этого снова… — Не сделаю чего? Снова не попытаюсь спасти ваши никчёмные жизни? — Позволь напомнить, что это из-за вашей грёбаной семьи, моя жизнь стала такой! На её глаза навернулись слёзы, а желваки на лице Трэвиса заходили ходуном. Он начал нервничать и понимал, что опять теряет контроль над ситуацией. Неужели ему снова придётся похищать эту девушку? Рука Эммы нежно легла на плечо блондинки, от чего та испуганно дёрнулась. — Лора… Не сопротивляйся. Там мы будем в безопасности, пока не найдём того, кто за нами охотится. — Она выровнялась с девушкой и посмотрела в её разбитые голубые глаза. — Это ведь не навсегда, всего лишь на время. Пожалуйста, не оставляй меня одну… *** Кап… Кап… Кап… Капельки дождя хлестали по прочному стеклу окна. Лоре казалось, что дождь идёт уже и в её голове. В машине было душно и жарко. Она поёрзала на своём месте и снова уставилась в окно. На улице уже была почти ночь и в потёмках нельзя было ничего различить. Трэвис ехал и не медленно, и не быстро. Ехал так, что Лоре становилось плохо и хотелось выпрыгнуть с машины и убежать. В салоне предательски пахло крепким кофе, мускатом и дешёвым мужским одеколоном. В целом, аромат нравился ей, но признаваться себе в этом, девушка не смела. Рядом сидела Эмма, что-то листая в своём телефоне. Она не выглядела ни расстроенной, ни радостной. Сейчас на её лице читалось странное безразличие. Казалось, что ей всё равно, куда её везут и что будут с ней делать… Лора не специально перевела взгляд вперёд, подняла выше и увидела, как в зеркальце за ней отстранено наблюдает офицер полиции. Он прищурился и снова посмотрел на дорогу, которую сейчас и так было почти не видно из-за сильного ливня. Ехать оставалось от силы часа три, а они и словом не обмолвились за всю дорогу. Её мысли будто были услышаны… — У кого-то ещё были ключи от твоей квартиры? — Послышался монотонный голос мужчины. — У хозяйки. — Могла ли она их потерять или отдать кому-то? — Без малейшего понятия. — Так же безэмоционально отвечала Лора, зная, что бороться с этим мужчиной бесполезно, нужно лишь строго выполнять его приказы. — Она сейчас вообще на другом континенте. — Вы не заметили никаких странностей в этот день? — Нет. — В один голос ответили светловолосые девушки. — Кроме кровавых надписей, конечно же. — Добавила Эмма и нахмурилась. — Если это кровь человека, то этот убийца — ещё и полный психопат… — Он оторвал вашей подруге голову и вырвал сердце. — Хмыкнул шериф. — А ты ещё сомневаешься в том, психопат ли он? — Я не это хотела сказать… — Густо покраснела Маунтбэнк, но была перебита Лорой. — Это не человеческая кровь. — Что? — Она не человеческая… Кирни сейчас благодарила себя за то, что поступила на медицинский. Когда она только увидела кровавую надпись — впала в истерику, но уже после смогла понять, что это кровь животного. Цвет крови, её запах и текстура могут многое рассказать о своём владельце… — Ты права. — Хэккет удивился и слегка кивнул. — Она волчья. Эмма чувствовала себя лишней. Откуда они, чёрт возьми, знают это? Или это она просто настолько слепая и глупая? Трэвис хотел добавить «За шесть лет, я научился отличать волчью кровь от другой»… Но промолчал.