Золотые грёзы

Космос всегда манил людей своими неизведанными просторами. Каждый из нас хотя бы раз задумывался о том далеком, что таится в его глубине. С течением времени, население Земли привысило лимит, места стало категорически не хватать. Именно тогда, чтобы избежать мировых конфликтов, войн и геноцида, произошел научный скачок. Сначала заселили Марс, сделав его пригодным для жизни. Затем заселили и соседние Системы, после чего началось исследование других. Путешествия по Космосу перестали быть чем-то невозможным. Любой миллионер мог позволить себе путевку в увлекательный круиз. Конечно, не обошлось и без огромных человеческих потерь. Многие жертвовали собой, отдавая свою жизнь науке. Именно благодаря этим жертвам, мир пришел к наивысшей точке цивилизации... Так пишут в учебниках по истории. На самом деле изучение новых планет не такое радужное занятие. Оно требует специальной подготовки, знаний и умений. Планета Kepler-22b стало первой планетой из другой Системы. Перед заселением людей, необходимо прочесать ее вдоль и поперек. Изучить экосистему, погодные условия. Ясное дело, что это путь тяжелый и не быстрый. Для кого-то он становится смыслом жизни. В классе было шумно. Новоприбывшие солдаты смеялись, разговаривали, ожидали начала первого в их жизни космического инструктажа. Занятия по подготовке к работе длятся месяц, за это время они успевают хорошо разобраться в условиях жизни на планете, подготовиться к ним и перейти к практике. Дверь открылась и стали раздаваться методичные постукивания о пол. Все стихли и обернулись. В проходе между парт шел человек, он был средних лет, одетый в черный плащ и свитер, брюки и ботинки. В правой руке держал черную лакированную трость с резной ручкой, он хромал на одну ногу. Человек в черном дошел до своего стола и оглядел всех глазами. Стукнув тростью о пол пару раз он будто приглашал всех встать. Как по щелчку студенты поднялись, поправляясь и встали ровно, опустив руки вдоль туловища. - садитесь. - Хрипло, но четко сказал человек в черном. Он взял мел в руку и написал на доске свое имя. - меня не обязательно называть полным именем, можно просто профессор Хино. На ближайший месяц я буду вашим наставником, буду проводить для вас лекции и уроки выживания на планете Kepler-22b. Если вы хотите выйти из стадиона через месяц и приступить к своей работе, выходных у вас не будет. Пока вы не пройдете мое одобрение, никто не закончит обучение. Вопросы есть? - Монотонно проговорил он. В зале, где-то на задних партах поднялась рука. Молодой человек, короткостриженный и наглый на лицо, сидел и что-то жевал своим широким ртом. - а че, нас какой-то калека жизни учить будет? - Промямлил он и усмехнулся над своим подколом. - ты ожидал увидеть кого-то другого? - невозмутимо ответил профессор Хино. - ну, хотя бы того, кто может ходить без помощи трости. - думаю, я являюсь живым примером того, что будет если не знать теорию. На этот раз вы можете остаться, но в следующий раз я буду вынужден попросить вас покинуть мое занятие. Профессор Хино начал читать лекцию и параллельно с этим рассматривая лицо каждого ученика. Именно ученика, не солдата. Чтобы попасть на эту планету им пришлось сильно попотеть, это звание нужно было заслужить. Даже из этого класса многие не выходят на экспедиции и отправляются обратно на Землю. В этот раз среди парней были и девушки. Если не сбегут к ученым-исследователям из них многое что получится. Между серыми лицами было и одно знакомое. Лукас Мельшбрук, молодой парнишка, голубоглазый кудрявый блондин, он отличался на тренировках, которые были на Земле. - для начала, забудьте все, чему вас учили. Изучим климат планеты. Подготовленному солдату не страшны дожди и резкие перепады температуры. Комплектацию снаряжения мы подробно рассмотрим на следующем занятии. Проговорив все оставшиеся организационные моменты, профессор Хино отпустил всех на завтрак. Сам же он медленно перешагивался с одной ноги на другую, идя за остальными. В столовой уже все собрались. Обеденные столы делились на несколько зон: столы для новичков, таких как студенты профессора Хино и на солдатов старших рангов, которые выходят на планету в экспедиции; столы ученых - тех, кто занимается расследованиями окружающей среды и развитием научной деятельности; столы мелкого персонала - уборщики, секретари, почтальоны; столы для командующих - в их отряд входили генералы, командиры солдатских отрядов, главные среди ученых и конечно к ним относился и профессор Хино. - ты сегодня рано пришел, как успехи с новоприбывшими? - Сказал жизнерадостный старичок, он же был бывшим наставником профессора. - испуганные глаза, похоже их вообще начали отбирать для количества. - на то ты им и дан, чтобы всему обучить. Как тебе, кстати, Марк? - а... тот выскочка. Не пройдет он отбор. - ты его не допустишь? А вдруг он действительно хороший? - по глазам вижу, что скользкий тип. - ну, тебе виднее, сколько солдат через тебя прошли. Казимир Петрович - так звали главного командующего выходными в экспедицию отрядами. Он был наставником профессора Хино, когда тот был еще совсем молодым. За столом, напротив профессора Хино сидела женщина, с рыжими пушистыми волосами. Она была немного старше него, но даже в свои года выглядела свежей. Женщина стукнула профессора по руке, чтобы тот обратил на нее внимание. Это получилось, потому что теперь зеленые глаза мужчины смотрели в ее голубые. - ты пойдешь со мной на снорров смотреть? - Игриво шепнула она. - разве мне нечем заняться? - подняв бровь спросил Хино. - ну пожалуйста. - Женщина сложила руки в ладонях и прижала их ко лбу. - хорошо, ладно, уговорила. Майя Сэн - ученая, исследует животный и растительный мир Планеты Kepler-22b. Также занимается разведением новых видов. Их дружба с профессором Хино началась из-за его хромой ноги. Майя помогла подобрать нужную мазь, которая на время прекращает постоянную ноющую боль. За обеденным столом остались только Казимир Петрович, Майя и профессор Хино. Постепенно они все встали и направились каждый по своим делам, но из столовой им не дал выйти Марк. Он подопнул ногой трость профессора так, что она чуть не выпала из руки. Профессор Хино не растерялся и ударил его по колену. Марк тут же скорчился от боли и сполз на пол. - попомните мои слова на счет него. - Сказал Хино и вместе со своими коллегами вышел из столовой. Стадион - это огромное жилое здание, которое совмещает в себе несколько секторов. Самый основной - его центр, огромное поле для тренировок. Дальше по кругу идут кабинеты ученых, столовая, кабинеты командующих и жилой комплекс. Стадион оборудован новейшими технологиями, оснащен различными инновациями. Коридоры были светлые и просторные, сейчас шли тренировки, поэтому вокруг было тихо. Раздавался только стук от каблуков Майи и от трости Хино. - ты стал больше хромать. Мажешь мазью два раза в день? - Спросила она и ее звонкий голос пронесся эхом вдоль коридора. - мажу, боль все равно возвращается. - это на нервной почве, ты всегда переживаешь перед приходом новоприбывших. Профессор промолчал, но они как раз дошли до лабораторий. Это была часть Майи, тут все было так, как она сказала. В оборудованных вальерах царили неизвестные миру животные и растения. Они прошли вглубь и уткнулись в широкий и высокий вальер. Он подсвечивался синим светом, который отражался на лице и одежде. В вольере были коряги, ветки, листья, никого не было видно, но раздался громки рык и из-за куста показался черный силуэт. - вот и моя снорра вышла. Она недавно стала мамой. Подарила миру шесть здоровых снорриков. Снорры - дикие животные, населявшие Kepler-22b. Смесь пантеры и трицератопса из прошлого. Мощные клыки во рту, рога на голове и шипы на хвосте, но в то же время так элегантны как большие черные кошки. -вот, я сделала тебе новую порцию мази. Сейчас будет проще ее добывать, у малышей обильное слюновыделение. - спасибо. - если знаешь, что будешь много ходить, мажь три раза в день и на всякий случай бери тюбик с собой. Хино покивал несколько раз, а потом сунул мазь в карман плаща. - эй, пойдем еще кое-что покажу. Майя зашла за угол и Хино не торопливо поковылял за ней. В маленькой комнатушке было темно, горела только одна полутусклая лампочка. Остальное пространство было завешано белой простыней. Профессор закрыл за собой дверь и Майя сдернула простыню. Она упала на пол, оголяя невообразимый вид. В огромной ёмкости, похожей на пробирку, плавал младенец. К нему с помощью присосок было присоеденено несколько проводов и маска, которая помогала ему дышать в неизвестной профессору жидкости. Младенец был похож на человеческого, но ряд отличий все же был заметен невооруженным глазом. Синие чешуйки на руках, ногах и спине, и далеко посаженные друг от друга глаза. - это первый человек на этой планете. Она не родилась естественным путем, но ее строение сделано по всем параметрам, которые нужны для благополучной жизни на Kepler-22b. Если здесь появится жизнь, все люди будут выглядеть так. - С легкой улыбкой на лице сказала Майя. Профессор расматривал ее личико, на удивление у нее были длинные реснички, пухлые щечки. Не было чувства отвращения, наоборот только интерес. - знаешь, мне даже не верится, что человечество зашло на столько далеко. Иногда смотришь в небо и не понимаешь, как люди смогли додуматься до таких сложных систем. У нас по всему Космосу разбросаны телепорты, чтобы скоротать время перелетов. Это... уму непостижимо! - Увлеченно говорила Майя. - да... для тебя наука - это и есть вся жизнь. - Хино, как друг, я бы хотела помочь тебе с твоим коленом, все бы за это отдала. Но как ученый... я говорю, что это невозможно. - Она положила ему руку на плечо. - зато ты можешь делать волшебную мазь. - Улыбнувшись ответил Хино, но в его глазах все еще была нотка печали. Майя грустно улыбнулась ему в ответ и подняв штору с пола, повесила ее обратно, закрывая младенца в пробирке. - мне пора идти. - Сказал Хино, начиная выходить из комнаты. - хорошо, ты сегодня придешь ужинать? - пока что не знаю, посмотрим. - если чтоя мы с Казимиром Петровичем будем тебя ждать. - спасибо. Профессор вышел в пустой коридор и направился в центр услуг. Уже должны были доставить письмо, нужно зайти на почту. Центр услуг включал в себя различные зоны: почта, прачичная, пару магазинов с одеждой и предметами быта, библиотека, компьютерный клуб и еще много всего, что может понадобится обычному человеку. Здесь всегда было шумно и много людей, но около почты обычно никого не было. - а, профессор Хино! Добрый, добрый день. - Сказала женщина за стеклом, которая раздавала письма. - добрый день. Для меня что-нибудь есть? - конечно, сейчас найду. Она покапошилась своими тоненькими пальчиками в стопке с письмами и вытянув белый конверт вручила его профессору. - спасибо! Значит, завтра еще увидимся. - до встречи. Профессор Хино осторожно положил письмо во внутренний карман плаща и отправился в жилой комплекс, где была его маленькая квартирка-комнатка. К сожалению, даже в этих коридорах сегодня было шумно. Заселение новобранцев, все толпились в проходе и расселялись по квартирам. Профессор жил в конце коридора, поэтому пришлось пробираться сквозь толпу. Подойдя к своей квартире, за спиной послышался мальчишетский голос. - профессор Хино? Не знал, что мы будем соседями! Мужчина обернулся и оглядел юношу с ног до головы. Это был Лукас, давно в этой квартире никто не жил, может хоть кто-то будет здороваться по утрам. - здравствуй, Лукас. Надеюсь что приживешься, с новосельем тебя. - спасибо, хоть я и не с первого раза нашел свою квартиру, но со временем все равно привыкну. Профессор улыбнулся и повернувшись к своей двери открыл ее ключом-карточкой. Замок пискнул и дверь открылась. Комнаты не были слишком большими, но все было для удобства. Слева стояла кровать, напротив нее стол с лампой, около стены шкаф с одеждой и другими вещами. В следующей комнате была ванная вместе с туалетом и дальше через дверь был зал с телевизором и кухней. Обычно, Хино туда не заходил, так как все удобства были в первой комнате. Настало время для дневного сна. Профессор переоделся в пижаму и умывшись улегся в кровать. Он уснул достаточно быстро и проснулся только около 9 часов вечера. Конечно, ужин пришлось пропустить. Доковыляв до кухни, держась рукой за стену, профессор подошел к холодильнику. Открыв дверку, он достал банку с газировкой и сел на стул. Из корзиночки взял таблетку и, открыв газировку, запил ее. Вспомнив про письмо, Хино вернулся в комнату и сел за стол. В руках держал белый как снег конверт, на котором ровным почерком было написано: "Моему любимому. От кого: Ферна Кому: Хино" Профессор вскрыл конверт и из него сразу выпал сложеный в несколько раз листок бумаги и печатные фотографии. Развернув лист, он начал читать. "Привет, котенок! Недавно забрал твое письмо с почты, не мог сделать это раньше. Получилось ответить только сейчас. Обещаю больше не пропадать так надолго. Ты спрашивал как у меня дела. Отвечаю: у меня все хорошо. Твоя мама передает тебе привет и просит, чтобы ты чаще ей писал. Все спрашивают, скоро ли ты приедешь к нам, и я в том числе. Я знаю, что у тебя серьезная и ответственная работа, но я уверен тебя могут отпустить хотя бы на месяц. Кстати о работе, как тебе новый отряд? Уже успел познакомиться с Лукасом? Там еще есть один тип, ты его там воспитай хорошенько (надеюсь, ты стукнешь его своей тросточкой). Если что, он был не в моем отряде, я бы не стал его допускать. Ну, а теперь ты раскажи о себе. Как твое колено? Все еще болит? Не забываешь кушать и хорошо ли спишь? Что нового появилось? Я скучаю по тебе. Скорее приезжай повидаться! Люблю, твой Ферн." Такие письма всегда пробивали профессора на слезы. Фернан Дьюле - муж профессора Хино. Главный командующий отрядами, которые отправляют на Kepler-22b. Их разлучила работа. Разные сферы деятельности и разное предназначение. После травмы, единственное что оставалось профессору - это учить солдат технике безопасности. Ферн же, тренировал их на Земле. Разлука могла длится от 5 месяцев и продолжаться очень долго. Никто никогда не знал, когда они смогут вновь увидеться. Но каждый из них понимал и принимал свою ответственность, поэтому лишний раз не вставал против системы. Профессор Хино вытер стекающую по щеке слезу и взял в руки фотографии. На них был Ферн вместе с его родителями, мама профессора, красивые виды города. У профессора был целый альбом с фотографиями, которые присылал Ферн вместе с письмами. Все это он бережно хранил и ценил такое общение. Для них это было гораздо важнее, чем пустые буквы в телефонных мессенджерах (к тому же, связь была очень плохой). Письма же значили, что человеку не лень сесть, написать, сходить и отправить на почту. Это было элементарное внимание, которого в жизни профессора было слишком мало.