blind love

Исин не помнит, когда встречал солнце с такой радостью и улыбкой на губах, учитывая, что весь месяц на улице держался холод. Частые прогулки по улице, когда Тао и Ифаня не бывает дома, новые мысли, посещающие его голову – Исин никогда не позволял себе этого, но теперь ему хочется измениться. И первая мысль, которая посетила его – а почему бы ему не устроиться на работу? Возможно, его никуда не примут, но хочется попробовать, хочется доказать всем, что он самостоятельный и вполне взрослый. Прошел месяц, как он попрощался с прошлым, с тем Исином, который зависел от близких, который верил в сказки и чертову дружбу. Как просто было попрощаться со всем этим. Исин кутается в теплую одежду и натягивает шапку, собираясь вновь попытать удачу. Ему отказали в кафе, в магазине игрушек и в цветочной. Никто не верит в его способности, ссылаясь на то, что работники нужны полноценные, а не такие, как он. Было больно слышать отказы, но Исин не сдается, вновь собираясь пробовать. Неважно куда, лишь бы ему дали возможность работать, как и все люди, как Ифань. Исин не спеша идет по улице, прислушиваясь к шуму города: гулу машин, разговорам прохожих, знакомой музыке, доносящейся справа от него. Кажется, это закусочная, судя по запаху, который он ловит. Исин открывает дверь, входя внутрь, и прислушивается к звукам. Подходит к одному из столиков и спрашивает, не занято ли это место. — Я сижу здесь один, но ты можешь присоединиться, — голос незнакомца приятный, и Исин присаживается. — Я не помешаю? — все же интересуется он, на что получает тихое «нет». Стянув шапку с головы и расстегнув куртку, он прислушивается к своему соседу, улавливая шелест бумаг. Наверное, занимается. — Будете что-нибудь заказывать? — подходит официантка. — Извините, а вам нужны работники? — украдкой интересуется Исин и слышит, как прекращает шелестеть рядом сидящий парень. Девушка подозрительно молчит, и Исин понимает, что здесь ему тоже не удалось. — А Вы... — она не знает, как правильно озвучить свой вопрос. — Я слепой, но это не помешает вам, обещаю. — Я уточню, подождите минуту, — удаляется она. Исин нервно выдыхает. В эти минуты он всегда сидит, как на иголках, заранее зная ответ, который ему дадут. — Извините, но Вам отказали, — сообщает вернувшаяся девушка, — Будете что-нибудь заказывать? — Нет, спасибо. Я уже ухожу. — Всего доброго. Приходите к нам снова, — девушка кланяется и уходит. Как грустно осознавать свою непотребность в этом мире, как неприятно слышать короткое «нет» в ответ, и для того, чтобы добиться цели, нужны силы, кажется, у Исина иссякают эти силы и стимул продолжать начатое. Как достигают своей цели люди, живущие мечтами? Исин поправляет вылезший из куртки шарф, попутно замечая тихое дыхание соседа, который явно наблюдает за ним, и встает с места. Молчаливое копошение заставляет обернуться на звук всего на секунду. Появилось ощущение, что сосед хочет что-то спросить, но Исин спешно надевает шапку, кланяется в благодарность и быстро произносит «Спасибо». — Подожди, — останавливают его. Исин оборачивается на голос. — Как ты относишься к детям? Исин замирает на месте, не понимая насколько уместен этот вопрос в их ситуации. — Ищешь работу, верно? – он кивает собеседнику, — Давай поговорим. Исин присаживается на место, давая понять парню, что готов его выслушать. — Сначала представлюсь, я – Лу Хань. Можешь звать меня Лу или Хань, как тебе больше нравится. Исин кивает после каждого предложения, терпеливо и заинтересованно ожидая продолжения. — У нас есть клуб, с которым мы занимаемся благотворительностью сиротам и больным. Недавно в одном детском доме ушел воспитатель, ищут замену, не хочешь попробовать? Лу Хань переводит выжидающий взгляд. — Я согласен, — почти сразу и уверенно отвечает Исин. Он чувствует, как его собеседник широко улыбается и кивает ему в ответ. — Ты оставишь мне свой номер? Все подробности я сообщу завтра. — Но у меня нет телефона, — Исин вешает нос, коря себя за такую глупость. Он никогда не нуждался в звонках, но совершенно не подумал о ситуации подобной этой. — Что же делать, — задумывается Хань, прикусывая губу, — А родственники? С кем ты живешь? — Нет-нет! — Исин рассеяно машет руками, — Я никому не говорил, что ищу работу. Я могу дать домашний, но это опасно. — Тогда, договоримся так. Ты мне дашь номер домашнего телефона, а я позвоню тебе завтра, например, в три часа дня, подойдет? Исин кивает и принимается записывать номер на бумаге, которую ему протягивают. — Только в три, не позже, — просит он, протягивая кусок бумаги собеседнику. — Да, конечно. Увидимся, — Хань начинает собираться, но Исин покидает забегаловку первым, радуясь своей огромной удаче. Должно быть, он хороший парень, — думает про себя Исин. Следующий день Исин сидит словно на иголках, ожидая звонка. Учитывая, что время около часа дня, ему кажется, что в любой момент может вернуться домой Тао или Ифань. Ближе к двум часам пальцы на руках начинает сводить судорогой, а сердце, кажется, готово остановиться в любую секунду. Время беззвучно тянется и чертов домашний телефон (которым почти никто не пользуется, кроме Ифаня) подозрительно молчит. Голову посещают различные глупые мысли, наводя на Исину панику. Что если Хань его обманул? Что если над ним просто решили потешиться? Неужели верить незнакомым настолько абсурдно? Глубоко погрузившись в свои мысли, Исин не сразу соображает, что внезапный звонок исходит от телефона. Он скорее несется в ту сторону, или проще говоря, вскакивает на ноги, сбивает что-то на полу, отчего предмет скользит до другой части комнаты, и судорожно прикладывает трубку к уху. — Алло? — запыхавшийся голос выдает его волнение. — Исин, это ты? — Да-да, — он облегченно вздыхает, когда узнает знакомый голос. — Я узнал. Желательно помогать с десяти утра до пяти вечера, а в какие дни, сказали договориться. Ты сможешь? Исин начинает счастливо улыбаться, потому что график ему идеально подходит. — Смогу. — Прекрасно. Записывай адрес.

***

Исин аккуратно теребит кусочек бумаги, находясь перед игровой площадкой. Звонкий смех детей навевает на него воспоминания такие же яркие и громкие, как сами дети этого приюта. Он в детстве всегда играл с Тао, старший брат ему заменил друзей, родных, не было никого другого настолько близкого ему. Сейчас только от осознания того, что частично предает брата, сердце больно сжимается в груди. Но Исин решил стать взрослым и самостоятельным, и никто не смеет менять его решение. Лу Хань обещал, что Исина встретят у ворот перед центральным входом игровой площадки, где он сейчас находится, но почему-то никто его не встречает, и от этого становится не по себе, страшновато. Он впервые в приюте, поэтому даже представления не имеет какие здесь люди, какие дети, и как с ними себя вести. В какой-то степени дети, не имевшие родителей, похожи на него самого. Ведь и они без одной из главных частичек этого мира. И почему-то становится легче на душе, значит, не он один такой. — Добрый день, Вы Исин? — обращается к нему женский голос, и Исин оборачивается. — Да, это я, — он вежливо кланяется, — А Вы? — Так значит малыш Хань говорил о тебе, — женщина нежно улыбается, — Меня зовут Юн Ли. Я воспитательница в этом приюте, поэтому помогать будешь мне. Женщина легко касается плеча Исина и просит следовать за ним. Парень старается не отставать. — Хань предупреждал, что придет юный парень, но кто бы мог подумать, что еще и настолько симпатичный, — хохочет Юн. Исин на это лишь густо краснеет, — Ой, ну перестань. Неужели не получал комплиментов от пожилой женщины? Вот мы пришли, надеюсь, ты запомнил, куда нужно идти? Она переводит взгляд на парня, и он тут же кивает. Исину повезло, что полы в детдоме деревянные, скрипы его лучшие проводники. — Вот и отлично, — она перевела дыхание и крикнула, — Дети! Все в дом! Исин слышит восторженные и звонкие крики детей, невольно улыбаясь такой их радости. Во что бы то ни было, они счастливы и это главное. Шумное мельтешение и копание на месте, пока ребята устраиваются на полу холла, даже небольшое возмущение, когда кто-то из малышей делит одно место, вокруг витает такая приятная атмосфера, что в Исине просыпаются новые чувства. Ребята затаили дыхание, когда Ли-ши громко стучит по полу игрушечным молотком. Такая послушность удивляет и восхищает одновременно. — Ребята, познакомьтесь со старшим братом. Его зовут Исин, и теперь он будет нам помогать, — произносит она. Исина волной окатывают новые восторженные чувства, его еще никто не называл старшим братом. — Здравствуй, хён, — протягивают несколько малышей, после чего следует мертвая тишина, и только спустя несколько секунд детский голосок лепечет, — Оппа! Ребята звонко смеются, а девочка в это время покрывается пунцовым окрасом. — Вот и познакомились, — Юн Ли не сдерживает себя, смеясь вместе с малышами, лишь Исин боится, что его сердце сейчас остановится. Следующие несколько часов дети вешаются ему на шею, грозясь либо уронить его на пол, либо сломать что-нибудь из мебели. Адреналин бьет ручьем по всему телу, сердце заходится в новом бешеном ритме, что Исин теряет счет во времени, пока Юн-ши не говорит о законченной его работе. Так Исин начинает свою работу, обожая ее с каждым днем. Дети – цветы жизни, и они трогают до глубины его сердца. Никто не сторонится его, никому не важно, что он слепой, есть только он и полные штаны радости малыши. Исин появляется в детском доме каждые будни, хотя будь его воля, он бы находился там целыми днями. Ни Тао, ни Ифань не подозревают, что младший теперь проводит все время не дома. Но, возможно, в какой-нибудь день все раскроется, остается надеяться, что произойдет это позже. — Оппа, — зовет его малышка Нян, дергая за рукав утепленной кофты, — Я хочу спать, ты можешь полежать со мной, пока я не усну? Исин нежно улыбается малышке и треплет ее волосы, кивая в ответ. Восторженная девочка показывает язык своей сопернице, проговаривая детское «бе-бе-бе» и уводит с собой парня. — Нян, ты ведь не хочешь спать? — смеется Исин, замечая развернувшуюся перед ним картину. — Ну и что. Я все равно выиграла, — упрямо тянет девочка, — Я больше люблю тебя, оппа, чем она. Затею малышки прерывает громкий голос Юн Ли, когда она просит Исина подойти к выходу. — Прости, Нян, я скоро вернусь, дождись меня. Девочка кивает, и Исин уходит. В холле он за недолгие две недели встречает Лу Ханя, пришедшего в гости в детдом. Но сейчас он хотел встретиться именно с Исином, поэтому его приход становится тайной для детей. — Привет, — тепло произносит Хань, протягивая ладонь, — Как успехи? — Привет, — Исин в ответ широко улыбается и пожимает руку, — Прекрасно. Спасибо тебе большое, я тогда даже поблагодарить не успел и номер твой не взял. — Все хорошо, — отмахивается Лу. — А ты не пройдешь? — опешивает Исин. — Ты скоро заканчиваешь, верно? — тем временем продолжает Хань, — Я хотел поговорить. Я провожу тебя до дома, а сейчас я хочу поприветствовать своих малышей. — Хорошо, — кивает Исин, внутренне напрягаясь. Его чуточку беспокоит настойчивость Лу. Дети безгранично рады видеть Лу Ханя, практически не слезая с парня, продолжая виснуть и вертеться вокруг него. Последние минуты они играют с детьми, под конец даже одна малышка начинает громко плакать, когда настает пора прощаться с ними. Хань обещает ей скоро вернуться и постоянно повторяет, что любит ее и никогда не бросит. — Оппа женится на мне, — уверенно произносит она, когда успокаивается, ведь парень ей об этом обещал буквально секунду назад, правда, в результате долгого плача. — Они любят тебя, — улыбается Исин, когда они покидают детдом, шагая в направлении его дома. — Да, они милые. Но ты им тоже нравишься. Исин кивает, говоря, что ему дети тоже безумно нравятся и эта работа просто потрясающая. — Но я хотел кое о чем поговорить, — наконец произносит Хань. — Да? — Я не просто так пришел. На самом деле Юн Ли звонила мне, не решаясь спросить тебя напрямую. Ей нужны координаты твоего проживания и контакты родителей, хотя бы кого-то из родных. Исин замирает, не зная, что ответить. И он, и Лу Хань знают, что он втайне искал работу. — Что же делать? — он обеспокоенно треплет рукав куртки, — Я не могу никому сообщить. — Совсем-совсем? — Лу получает уверенный кивок, — Но кому-то все же стоит сказать, Исин. Позволь поинтересоваться, с кем ты живешь? Исин молчит. Сказать парню, что он живет с братом одно, но сказать, что есть еще парень его брата – другое. Может ли он себе такое позволить? — Я живу с братом, — все же отвечает он, — И еще Ифань, он… — Тоже твой родственник? — Не совсем, — Исин жует губу, не решаясь, — Он парень моего брата. Наступает тишина, но всего на секунду. — Вот как. Тогда почему ты не говоришь им? — Это самое страшное, — выдавливает улыбку Исин, — Мы немного повздорили, и они до сих пор считают меня маленьким и несамостоятельным. Скорее, так считает Тао, он боится. — Тогда Ифань, попробуй сказать ему. Исин обдумывает это решение, но сердцем чует страх. — Наверное, так и придется сделать, другого выбора нет. Лу Хань кивает и спрашивает далеко ли им еще идти, а пока до дома всего два квартала, они долго о чем-то увлеченно беседуют. Исин медленно поворачивает ключ в дверном замке и прислушивается к тишине. Радует, что никого еще нет, значит, он успеет что-нибудь приготовить и сделать вид, что он был все это время дома. На домашние хлопоты уходит меньше часа, чем становится очень привычным, ведь несколько дней он старался успевать до прихода Тао. Исин для убедительности ложится на свою кровать и не замечает, как задремал, пока его брат не постучал в комнату. — Тао? — Исин хлопает ресницами и потирает глаза, тут же вскакивая на ноги и несясь в зал. — Эй, ты уснул? — таким образом приветствуют его, на что он кивает и предлагает поесть. — Как прошел день? Как учеба? — Все так же, — устало произносит Тао, — Еще неделю и начнутся экзамены. Кажется, я умру раньше, чем они начнутся. Правда, я устал возвращаться так поздно. Тао продолжает нагружать своим нытьем, но Исин практически его не слушает, мысленно обдумывая, как быть, когда у брата начнутся экзамены, и как попросить Ифаня помочь ему. Буквально спустя некоторое время возвращается сам Ифань, привычно чмокая своего парня в щеку и присоединяясь к ним. Теперь и он становится жертвой нытья Тао, ведь тот практически с прихода своего парня налетает с возмущениями на учебу и несправедливую жизнь. — С каких пор ты стал таким, Тао? — в шутку произносит Ифань, но Тао почему-то воспринимает такое, как попытку его оскорбить, начиная тут же дуться и строить из себя непонятно что. Исин тоже замечает странное изменение в своем брате, с недавних пор он словно превратился в маленького капризного ребенка, то и дело, обижаясь на любые слова и воспринимая их в свой адрес. — Каким? — с укором спрашивает Тао, добавляя в вопрос стальные нотки. — Ребенком. Исин широко распахивает глаза, не веря услышанному. Нарочно ли или же не специально такое сказал Ифань, ведь этим он обязательно заденет Тао. И в подтверждение мыслям, Тао тут же прищуривает глаза, строго смотря на Ифаня. — Вот как? — ухмыляется Тао, — Ну что ж, прекрасно, теперь я еще и ребенок. Тао громко встает со стула, показывая этим свое недовольство, и просто уходит без единого взгляда и слова. Ифань громко вздыхает, присаживаясь на место своего парня. — Я снова переборщил, — говорит он, и Исин кивает в ответ, — Но ничего, это пойдет ему на пользу. Он стал слишком требовательным и вредным, раньше он не был таким. — Да, — произносит Исин в подтверждение, совсем не замечая, что сейчас вообще-то на стороне не своего родного брата, — Тао никогда не был таким, может быть, он устал? Ифань переводит взгляд на младшего и легко улыбается. Насколько же умен и взрослый не по годам этот мальчишка в его глазах. — Исин, — мягко зовет Ифань, наслаждаясь произнесенным именем, — Ты можешь накормить меня? Младший тут же вспыхивает и неуверенно кивает, будто просят его о чем-то другом, но смущение преодолеть все же сложно. Он подбегает к плите, тут же начиная наливать суп с клёцками, все происходит в спешке, что Ифань наблюдает за ним с улыбкой на губах. — Спасибо, — благодарит он. Ифань принимается за еду, а Исин осторожно прислушается к нему. Приятно знать, что старший ест с аппетитом. — Ифань, — тихо зовет его Исин впервые по имени, — Могу я попросить тебя об одолжении? — Да, конечно, — кивает тот. — Мне нужны твои данные и желательно номер телефона, — быстро произносит Исин и задерживает дыхание. — Что? Для чего? Исин смущенно закрывает лицо ладонями, ведь начинает пылать под действием чувств. — Только не говори Тао, прошу. Я недавно устроился на работу, и мне нужны данные родственников. — Вот как, — спокойно отзывается Ифань, чем радует младшего. Ему не хотелось бы сейчас объяснять, почему и для чего он устроился, — Ты все же уже взрослый, Исин. Я помогу тебе. Исин счастлив. Настолько, что, кажется, срывается с места и обнимает Ифаня, восторженно, но тихо благодаря. Старший теряется и будто выпадает из реальности, чувствуя теплое объятие. Легкая дрожь пробегает по телу и мысль, что ему хочется обнять в ответ, но вот сознание не дает ему совершить этого. — Спасибо, — слова достигают ушей и дыхание, кажется, тоже. — Только пообещай мне, что расскажешь о своей работе, — просит Ифань, когда младший отстраняется. Исин радостно кивает. Радует, что интуиция его не подвела, ведь Ифань в самом деле потрясающий парень. Как и обещал, Ифань согласился дать свои данные, но вот почему-то настоял самому явиться на место работы Исина и познакомиться с рабочим персоналом. Он еще не знает, куда ему предстоит идти, но свободное время выкрадывает к четвергу. Исин называет только адрес и время окончания его работы. — Сегодня приедет Ифань, — предупреждает Исин женщину, на что она кивает, а Лу Хань подавляет улыбку. — Ты смог договориться? — Да, — радостно выдает Исин, — Я знал, что он мне поможет. На самом деле, он хороший парень, понимающий. Хань внимательно наблюдает за парнем, еле сдерживая улыбку. — Ты счастлив, по тебе сильно заметно, — Исин густо краснеет на слова Лу, — Он ведь тебе нравится? — Нравится? — не веря, переспрашивает он, — Я не знаю. Он нравится мне как человек. — Но я и имел в виду… Ох, — доходит до Лу Ханя, а младший на это только выгибает бровь, мысленно спрашивая, что не так, — Вот оно что. Тогда, я рад за тебя, Исин. Лу Хань шутливо приобнимает парня за плечи и говорит, что останется навсегда на его стороне, что бы ни случилось. Исин смотрит на него с удивлением, все еще не понимая, к чему ведет его товарищ, но тем временем отдается ласке и улыбается счастливо. Возможно, он нашел себе хорошего друга? Ближе к концу рабочего дня, Ифань приезжает на указанное место и оглядывается, словно изучая его, и немного удивляется тому, куда он приехал. Кто бы мог подумать, что юный мальчишка смог устроиться на работу в детский приют. Для Ифаня такое событие снова становится открытием, но после все же понимает, что Исин невинный человек, который на фоне детей будет смотреться еще невиннее. Испортить такую душевную чистоту младшего станет самой тяжелой ношей, ведь он к этому и идет без возможности себя остановить. С каждым звонким смехом детей, доносящихся с окон и площадки, ноги Ифаня тяжелеют. Переступить эту черту, помочь Исину с работой, услышать от него кучу благодарностей и стать еще ближе – чем дальше он идет, тем больше понимает, что придет не к лучшему результату. Но в самом центре, где-то глубоко-глубоко в сердце, теплеет надежда, что он на правильном пути, и это придает ему одухотворенность. Его встречает приятная женщина в возрасте, имя которой Юн Ли, они много о чем говорят: об Исине, о работе, о графике, о зарплате и о самом Ифане. На последней теме разговора Ифань недолго думая, называет себя сводным братом Исина, о том, что они сейчас живут вместе, и он присматривает за своим любимым младшим братишкой. Небольшая ложь во благо частички, которая стала для него самой сокровенной. Когда разговор окончен, Ифань заполняет анкету, ставит подпись и благодарит эту женщину за возможность работать его младшему братику. — Что Вы, — смущается женщина, — Исин замечательный человек, ему рады каждый в этом приюте, что уж говорить о девочках, — она смеется и Ифань смеется вместе с ней, — Я не встречала еще таких светлых и замечательных людей, глядя на Исина с Вами, я начала осознавать, насколько должны понимать друг друга семьи. Это для меня урок, — она снова смеется. — Рабочий день закончился, верно? — интересуется он, на что Юн Ли кивает, — Тогда могу я забрать Исина? — Конечно. Я провожу. Женщина скорее встает с места, зовет Лу Ханя и просит его позвать Исина. Лу бросает короткий взгляд на мужчину, ухмыляется и скорее скрывается за дверью. — А чем мы это тут занимаемся? — шепчет Хань над самым ухом Исина, и тот подскакивает на месте. — Лу! — тут же возмущается младший, — Ты перепугал меня! Я даже не слышал, как ты подошел. — Собирайся скорее, твой Ифань уже обо всем договорился и ждет тебя в холле. Исин пропускает мимо ушей «твой Ифань» и в подтверждение переспрашивает, правда ли это. — Правда-правда, — смеется Лу. — Здорово. Исин закидывает игрушки в корзину, скорее прощается с детьми и идет к выходу. Хань следует за ним, частенько ухмыляясь, ведь в его голове крутятся несколько вопросов. — Он потрясающий, правда? — озвучивает он первый вопрос и для уверенности добавляет, — Ифань. — Да, — без задней мысли отвечает младший и совсем не врет, ведь считает Ифаня самым потрясающим человеком. — А еще он очень красивый, — продолжает Лу. — Знаю. — Вот как. Откуда? Ты же его не видишь. Исин останавливается и замолкает. Он проговорился, а Лу Хань еще и поймал его самым хитрым образом. — Знаю и все. Хань решает не продолжать, поэтому они дальше следуют в тишине, пока не приходят к холлу. Ифань ждет его и приветствует. — Как прошел день? — он обнимает Исина для убедительности, ведь сейчас играет в любящего старшего брата. — Хорошо, — неуверенно отвечает младший, ведь для него такого рода объятия стали совсем неожиданными. — Исин, у тебя замечательный брат, — восторженно произносит Юн Ли, а юноша одновременно с Ханем выгибают бровь, мол, что это значит. Ифань прокашливается, приобнимает крепче за плечи Исина и сообщает, что им пора уходить. — Мы будем рады видеть Вас снова здесь, Ифань, — Юн Ли буквально не скрывает свою симпатию к мужчине, а Лу Хань заливается хохотом, ведь порядком эта атмосфера затянулась в узел. — Юн Ли странная, — произносит Исин, когда они выходят за ворота приюта, — Зачем-то назвала тебя моим братом. — Я сказал ей это, — Ифань чувствует себя неуверенно, — Я не знал, что придумать. — Вот как, значит, я могу дальше работать? В голосе младшего восторг, радость, и Ифань просто улыбается, замечая эти изменения на лице. — Да. Исин громко скулит от радости и прижимается к руке парня, буквально вися на ней. Такая близость становится сигналом, скорее, щелчком и Ифань кладет свою руку на хрупкую талию, обнимая. Огромная волна радости передается и ему, поэтому не может сдержать свою улыбку. Насколько же мил и прекрасен этот мальчишка, что желание удержать его при себе растет с каждой секундой. Можно ли назвать эти чувства настоящей любовью? *** Естественно, эта идеальность не могла продержаться долго. Дома их ждет Тао, хмурится и явно чем-то недоволен. А увидев своего парня и младшего брата вместе, совсем срывается с цепи, налетая на них с обвинениями. — Вы где были? И почему так долго? — руки сложены по бокам и брови собраны у переносицы, недовольство явно отражается на его лице, — Я жду уже больше часа! Ты обещал сводить меня на свидание! — он тычет пальцем на своего парня, — А ты! — он переводит взгляд на Исина, — Должен был сидеть дома и не выходить без моего ведома! Куда ходили? — Тао, — устало выдыхает Ифань, но тот его тут же перебивает. — Я не с тобой разговариваю! Исин! Младший дергает плечами и не знает, что ответить. — Отвечай! Серьезный тон выбивает из колеи, и слова застревают в горле. — Я… — Исин жует губу, опуская голову вниз, словно провинившийся, — Мы… — в голове, как назло, опустело, а сказать правду страшно. Он так и молчит, все еще надеясь, что найдет выход, подберет мысль, но ничего не происходит, только ноги уже подкашиваются и сознание теряется от того, что соврать родному брату он не может. — Прекрати, Тао, — вступается за младшего Ифань и подходит к своему парню, — Ты ведь готов? Давай сходим на свидание. Тао что-то бурчит, возмущается, но все же соглашается со своим парнем и тут же меняется в лице, начиная рассказывать Ифаню, как прошел его день. Исин не выдержав минуты ранее напора, несется в свою комнату и закрывается, чтобы больше не слышать обвинений в свою сторону. Да, он виноват. Он забрал время Ифаня, он попросил ему помочь, он виноват. И та радость полчаса ранее, кажется, была иллюзией, неправдой, ненастоящей. Ведь в реальности Ифань -парень его брата, Ифань любит его брата, он не нужен Ифаню, и тем более его брату. Он обуза. А счастье, которое Исин временами испытывает, придумано им. От этих мыслей становится паршиво на душе, некомфортно, отвратительно. И слезы, которые собрались на его глазах, осознание реальности, жалости к себе. В голове вертятся мысли, что он придумал себе счастье, радость, нужность этим людям. Исин издает тихий всхлип и глупо улыбается. — Очнись, ты не нужен ему, — произносит он, и в подсознании вырисовывается картина, о ком он говорит, — Ты так жалок. Исин не успевает подбирать кулачком слезы, не может приглушить свои всхлипы, что, кажется, его слышит весь дом, и от этого становится стыдно за себя, за свою слабость. Проходит больше часа, и в доме тишина, и скорее всего, означает, что Ифань и Тао ушли. Исин спешно встает с кровати, прислушивается к любому шороху, но в ответ не слышит ничего, выходит в зал и скорее прикладывает ухо к телефонной трубке. — Алло, — звучит тихо на том проводе, и сердце Исина стучит с бешеной скоростью. — Хань, — дрожащим голосом зовет он, — Что мне делать, Хань? — Что случилось? — Лу напрягается всем телом, ведь голос младшего совсем потерянный. — Я… мне кажется, я понял. Мне страшно, — руки дрожат, а в голове крутятся слова его же голосом, — Люблю. Судорожный выдох. — Я люблю его, — повторяет Исин и немного удивляется, как легко произносятся слова, идущие с самого сердца, — Боже. Люблю, — для убедительности снова повторяет он, — Лу Хань? — Я тоже тебя люблю, Исин, — хохочет Лу на том конце, ведь, действительно, такой внезапный прорыв его насмешил. — Я не о тебе! Нет, тебя я тоже люблю, но я говорю об Ифане, понимаешь? — Не понимаю, — откровенный хохот со стороны Лу, и Исин хмурит брови. — Что непонятного в том, что я говорю, что люблю Ифаня? — голос младшего серьезный, убедительный, и любой, кто бы видел это со стороны, не смог сдержать смешка. — Я понял, понял. Но зачем ты говоришь это мне? — А кому я должен сказать? — невинность Исина умиляет до жути, что будь сейчас Лу рядом, он стиснул бы его в объятиях. — Подумай, — спокойно отвечает ему Хань, и Исин серьезно задумывается. — Ифаню? Нет, я не смогу ему сказать! И Тао, как же я же предам его. Он мой брат, а Ифань его парень. Господи, за что мне это? Почему именно он? Почему я не мог просто влюбиться в тебя или в кого-нибудь другого? — обреченный вздох, — Этот мир явно против меня. — Не говори чепухи, — перебивают Исина, — Мир всегда за тебя. У тебя есть родители, есть брат, есть Ифань, которого ты полюбил. Ты должен жить ради них. Лу Хань не договаривает, потому что Исин скидывает трубку и бежит на кухню, ведь звучит тихий поворот в дверном замке. За окном вечер, что остается только поужинать и лечь спать, поэтому Исин тут же начинает ковыряться в холодильнике и доставать продукты. Он надеется сделать вид, что все хорошо, и с ним все прекрасно, поэтому тихо напевает песенку и ждет брата и Ифаня. Но в место всего этого, он становится свидетелем небольшой ссоры, точнее новых обвинений со стороны Тао. — Не начинай, мы же только недавно об этом поговорили, — просит Ифань, но тот явно его не слушает. — Все было хорошо до тех пор, пока ты снова не упомянул Исина! Ты думаешь о нем больше, чем обо мне! Тао замечает младшего брата в проеме и бросает на него обвиняющий взгляд. Исин съеживается после упоминания своего имени, а если бы он имел способность видеть, не смог выдержать такого тяжелого взгляда. — Исин, марш в свою комнату! — командует Тао. Младший вздрагивает и роняет нож на пол, отчего следует звонкий, неприятный удар металла о кафель. — Прекрати им командовать! — впервые повышает голос Ифань. Тао на секунду теряет бдительность и заходится по новой. — Ты кричишь на меня? Ты на меня кричишь, — с укором обвиняет старший брат. Ифань безнадежно вздыхает, но Тао это кажется не останавливает. — Может быть, ты об Исине думаешь еще, когда мы целуемся? Или вообще, занимаемся сексом? — сильный удар по чести Ифаня, и тот не выдерживает и дает звонкую пощечину Тао. — Я не хочу тебя видеть, — голос твердый, жесткий. Тао молчит, прикладывая ладонь к горящей щеке. В его глазах потерянность, испуг. Ему впервые становится страшно. Одна фраза о том, что его не хотят видеть, переворачивает его мир верх ногами. — Отлично, — спокойно произносит он, — Мы с Исином уходим. Собирайся! Последнее слово он адресует младшему брату. — Без Исина, — все тот же жесткий тон Ифаня. На удивление Тао молча разворачивается к выходу, уходит, при этом громко хлопая дверью. Тишина. Ни звука со стороны Исина, ни шороха со стороны Ифаня, только тяжелое дыхание. — Прости, — говорит Ифань и присаживается на диван, — Я погорячился. Я верну его, пусть только немного успокоится. Исин подбирает нож с пола, кладет его на стол и аккуратно подходит к Ифаню, присаживаясь рядом. Откуда столько смелости, сказать сложно, но младший берет чужую ладонь в свою руку и крепко сжимает. Ему тоже тяжело, в нем такая же буря эмоций. Исин прикладывает ладонь парня к своей щеке, гладит слегка шершавую тыльную сторону большим пальцем. — Я не хочу, — тихо шепчет он, не давая точного ответа, чего именно он не хочет. Нежное поглаживание успокаивает Ифаня, и в нем просыпаются чувства, которые он до этого прятал. Ему нравится. Нравится настолько, что не замечает, как прикасается губами к рукам Исина и благодарит его. — Ты прекрасный, — произнесенные Ифанем слова опьяняют его самого, — Ты нежный, добрый, самый лучший, — слова идут с самого сердца, и Исин впитывает их в себя, — Я боюсь отпускать тебя, хочу держать тебя возле себя, Исин. Я порчу тебя. Исин отрицательно качает головой, давая понять, что он не прав. — Все в порядке. Ты не можешь меня испортить, ведь я сам решаю, портиться мне или нет. — Ты очень умный, Исин. Ифань смелеет и продолжает целовать руки младшего, перебираясь к запястьям, ведя дорожку до локтя. Исин тяжело дышит. Ему нравится, но больше всего ему хочется, чтобы Ифань не чувствовал себя виноватым, ведь он считает, что виноват здесь только он. Губы останавливаются на плече, и младший судорожно выдыхает. Его сознание туманно, так же как и сознание Ифаня. Не ясно, что им движет, потому что поцелуи становятся напористее и интимнее. Губы достигают шеи, и младший опрокидывает голову назад, открывая доступ. По телу продолжают бегать мурашки, голова пьянеет с каждым прикосновением влажных губ, дыхание становится сбивчивым. Никто из них не считает это неправильным, ведь сердце давно приняло это решение. Разумно было бы прекратить все это, извиниться и никогда больше не вспоминать. Но настойчивые губы добираются до губ Исина, растворяют их в поцелуе, и все моментально стирается из памяти. Как же давно хотелось ощутить вкус настоящего поцелуя, вкус этих сладких губ, ощущение влажности у себя на губах. Наглый язык у себя во рту, сбивчивое дыхание и неспокойное биение сердца. Так страшно, но в то же время до одури приятно. В мыслях Исина только «еще», «не останавливайся», в мыслях Ифаня только «мое», «хочу», и это объединяет их вместе словом «люблю». Они забывают о времени, об обстоятельствах, о комфорте, ведь им сейчас так хорошо вместе. Хрупкие руки расположены на спине Ифаня, и парень чувствует, что держит свое счастье в руках, под собой, продолжая целовать эти мягкие губы. Легкая дрожь передается по его телу, и хочется дать Исину силу, показать, что ему незачем переживать и бояться, что он его любит всем сердцем и, кажется, будет любить вечность. Исин дышит тяжело, сорвано, льнет к груди Ифаня. Для него реальность словно потеряна, и он оказался где-то в своих мечтах, фантазиях. Он не до конца верит, что чувствует это возбуждение, это тело над ним. Сейчас он не вспомнит, как оказался лежащим на этом неудобном диване, с чего все началось и почему позволяет целовать себя, гладить свой живот, свою грудь. Но ему нравится. Нравится абсолютно все: как уходит его футболка куда-то на пол, как щекочет легкий ветерок его обнаженный торс, как влажные губы проходятся по животу. Ему нравятся крепкие мужские руки у себя на боках, уверенные движения тела над ним, и как сознание плывет где-то, но сейчас явно не с ним. Приятная боль после легкого укуса, словно помеченный любимым человеком, поэтому в голове вертится только «люблю, люблю, люблю…». И Исин не держит слова в себе, тихо шепча признания в самое ухо старшего, чем только больше побуждает того к действиям. И он улыбается, когда дал возможность себе высказаться, когда его штаны уходят к футболке на пол, когда ладонь касается места, к которому он сам никогда не прикасался. И эта волна удовольствия, что пробивает его тело, сносит остатки разума, хотя вряд ли уже что-то до этого там оставалось. Исин впервые стонет сладким голосом, щекоча слух, разнося свой приятный стон по помещению. Блаженные касания к его промежности, к его телу, почему-то хочется большего, хочется еще. Исин умоляет не останавливаться, иначе не сможет пережить эти ощущения в одиночку, не сможет понять, как прекратить это чувствовать. Его просто сломает. Ифань точно может сказать, что такого удовольствия он никогда и ни с кем не испытывал. Он точно может сказать, что никогда так не любил, и все бы отдал, лишь бы раньше мог осознать такую крепкую любовь. Исин для него все – это его жизнь, его мир, его страх, слабость и сила. Хочется спрятать это чудо ото всех и не делиться ни с кем, потому что Исин его, он хочет, чтобы он принадлежал ему. Ифань блаженно прикрывает глаза, когда звучит новый, тихий и нежный стон, и он понимает, что сейчас в его руках что-то хрупкое, дорогое, ценное, к которому нужно относиться с вниманием, с любовью. Имитация секса, которое можно в полной мере назвать занятием любовью, но Ифань не останавливается, ведь об этом просит его Исин, он доведет все до конца. Он покажет свою любовь, тихо шепча признания, оберегая младшего, крепко держа его в руках. Исин винит во всем себя, Ифань винит себя, а Тао винит всех, но не себя. И они не знают, что никто в их жизни не виновен, ведь судьба дала возможность выбора, а они сами избрали этот путь и идут к какому-то, еще пока совсем не ясному, результату.