Потерянные во тьме

Потолок высокой каменной пещеры украшали поблескивавшие в полутьме драгоценные камни. Исилиэль не знала, был ли это подарок Судьбы или же насмешка, но камни здесь появились после Войны гнева. Она точно помнила, что, когда она и ее народ последний раз могли свободно выходить под лучи солнца, проклятых минералов не было. — Смотри, еще один новый рубин, — раздался низкий голос справа над ухом и, проследив за тонким бледным пальцем брата, она нашла взглядом упомянутый камень. «Действительно, что-то новое.» — подумала она, впрочем, ничего не ответив на слова эльфа. Лишь коротко, едва заметно кивнула головой, макушкой ощутив твердые плиты камня, на котором лежала. Наследный Владыка Баллора, — королевства темных эльфов, — в одно легкое движение перевернулся на бок и недовольно поморщился: — Столько лет один и тот же потолок… Может, сменим место? — Зачем? — меланхолично пожав плечами, Исилиэль повернула голову, рассматривая открывшийся анфас брата. Впрочем, это лицо она видела каждое утро в зеркале своей спальни. Два близнеца, идентичная внешность. Длинные до пояса волосы темно-желтого цвета, карие, почти черные глаза, острый нос и аристократично изогнутые губы. Бледная кожа, много столетий не видевшая солнца, сделала близнецов еще более схожими. Единственное, что отличало Морохира, — кривой шрам, бравший начало от брови, пересекавший чудом не задетый правый глаз и исчезавший где-то под подбородком. — Что значит «зачем»? — удивленно хмыкнул он, выгнув светлые тонкие брови. — Если не будем ничего менять в своей убогой жизни, даже подобные мелочи, мы загнием. — Звездное небо на поверхности тоже всегда одинаково, не драматизируй. Морохир со стоном приподнялся с камней, разминая онемевшие мышцы, и огляделся. Одно и тоже. Каменные дома, каменные стены, каменные потолки и полы… Еще пара лет, и они сами станут похожи на камни. Он усмехнулся. Они с сестрой еще помнили, что наверху есть мягкая трава, зеленые деревья и освежающий ветер, в отличии от их вынужденного дома, где они были заперты по глупости его отца. — Когда-нибудь, — повернув к ней лицо, глухо протянул он, — я вновь покажу тебе настоящее звездное небо, сестра. И, поверь мне, этого осталось ждать недолго. Его рука осторожно коснулась ее колена, спрятанного за многослойной юбкой, и медленно скользнула вверх, комкая ткань. Глаза Морохира лихорадочно блеснули. Исилиэль нахмурилась, а затем, откинув ладонь брата, также приняла сидячее положение: — Что ты задумал? Ты снова за свое, брат? Раздосадованный пренебрежением Исилиэль, наследник трона лишь поморщился, демонстративно отвернувшись и посмотрев на еще спавший город внизу, под их ногами. За много столетий темные эльфы значительно развили устройство пещер, перейдя от выживания к якобы спокойной жизни. Многие, как и его тупица-отец, привыкли к камням вокруг и холодной, от которой сводило зубы подгорной воде. Смирились с отсутствием дождя, солнца, снега, других рас и животных. Но он-то знал: пока его народ медленно умирает, наверху кипит жизнь. — Выбрось свои мысли из головы, мы живы только благодаря мирному соглашению! Ты знаешь его условия лучше меня и должен понимать, что его нарушение превратит нашу жизнь в Эру знает что! — К Гиль-Галаду Айнатара, Великого Илуватора! Пусть сгниет в своих Чертогах Безвременья, — желчно выплюнул Морохир, раздраженно закатив глаза, не приемля упоминания божества. — Если бы Владыка Мелькор был жив… Исилиэль вспыхнула, в ужасе распахнув глаза и нервно подорвавшись со своего места, с гневом глядя на брата с высоты роста. — Немедленно перестань! Это запретные речи. Еще бы на черном наречии это сказал. Морохир глухо рассмеялся, развеселенный поведением девушки и, поднявшись, успокаивающе взял сестру за плечи, чуть сжав их пальцами. — Хорошо-хорошо, сестра, ты, как всегда, права. На секунду его пальцы коснулись подбородка эльфийки, подняв вверх белоснежное лицо и заставив девушку посмотреть в его глаза. Будущий король задумчиво усмехнулся, завороженно наблюдая, как его большой палец касается распахнутых бледных губ сестры, очерчивая их границы. Тряхнув головой, словно сбрасывая наваждение, и безболезненно щелкнув Исилиэль по носу, он деланно спокойно бросил: — Я сделаю вид, что не ненавижу нашего отца за его тупость, а ты — что забыла мои слова, договорились? Дождавшись недоверчивого кивка, он довольно хмыкнул и первым двинулся вниз, к расположенному там подобию замка с крепкими каменными стенами. Насвистывая себе какую-то мелодию под нос, Морохир достал кинжал с рукоятью, покрытой черной кожей, из поясного ремня и весело подкинул его в воздух, затем ловко поймав кончиками пальцев. Исилиэль сомкнула похолодевшие руки на подоле платья и с сомнением уставилась на ровную спину удалявшегося брата. Волна тревожного предчувствия прокатилась по ней, неприятным комком осев в груди. — Я все чувствую, Исилиэль! — раздался крик Морохира и, прикрыв глаза, эльфийка тряхнула головой, рвано вздохнув. Скрывать мысли. Скрывать чувства. А затем двинулась следом, надеясь, что страхи так и останутся страхами. Под ногами захрустели осколки камней, а город перед ними медленно просыпался…