За 5 минут до сумасшествия

Как провести линию между прошлым и настоящим, и при этом не потерять счёт времени? Как понять, что пора остановится, при этом не опустив руки? Не потерять себя? Война уничтожает эти понятия, сводит с ума, убивая человечность души и ценность жизни. Гермиона Грейнджер – героиня войны, лучшая подруга Гарри Поттера, и надежда всего волшебного мира. Та, кто помог преодолеть национальному герою все кризисы, после войны стала звездой, но при этом изгоем мира. Пытаясь найти хоть лучик надежды, волшебная Англия пыталась сделать себе из Гермионы идола, ту, за которой стоит идти. Пережив столь много ужасных вещей, волшебники пытались успокоить себя тем, что это больше не повторится. У них есть золотая троица, кто больше не допустит ужаса смертей. Те, кто смог выжить, а значит выживут и те, кто пойдут за ними. Для друзей же она оставалась всё той же, кем была в школе – всезнающей, и невероятно храброй девушкой. Ну как, для друзей. Сколько бы вместе они ни прошли, но война успела внести и тут свои коррективы – золотая троица, будучи лучшими друзьями во время войны, не могли себе представить совместное общение после. Привычка сражаться вместе уничтожила их мирную жизнь, оставив лишь намёк на некогда искренние чувства. За эйфорией приходит раздражение, и даже эта, своя своеобразная семья не смогла избежать. Что остается в человеке, когда он лишился всего? Когда те тонкие ниточки, которые держали его на плаву, разорвались. Что будет, если человек останется один на один со своими чувствами, эмоциями… со страхом и воспоминанием. День за днём, человек поедает себя, винит за всё сделанное и не сделанное, превращаясь в того, кем никогда не хотел, становится. Тем, кого он мог бы ненавидеть. Гермиона Грейнджер исчезла из очей волшебного мира спустя пару месяцев после победы. Настолько было дотошно, настолько было больно видеть все эти взгляды людей, слышать благодарности, что ей ничего не оставалось, чтобы исчезнуть, пропасть с радаров. Проблема не в том, что ей не нравилось внимание, нет. Проблемой было то, что после каждого «спасибо», в её голове звучало «ты виновата». Голос Фреда кричал ей в ухо о том, что волшебница виновата в том, что тот больше никогда не услышит своего брада. Римус ей твердил, что она забрала от него его сына, Тедди, и та должна стыдиться этого. Даже великолепный Северус Снейп говорил ей о том, что если бы она училась лучше, то всё закончилось по-другому. Могло бы закончиться иначе. Были и те, кого она слышать не желала, кого ненавидела всей душой, отчего их голос преследовал волшебницу и по ночам. Та, которая лишила Гермиону сна, и та, кто оставила ей метку, на всю оставшуюся жизнь – судьба Беллатрисы Лестрейндж сыграла с ней в больную шутку, но та успела отыграться на Грейнджер. Не было сил на борьбу, не было и на ненависть – оставались силы только на дышать. Были еще в её жизни вещи, которые звали её душу, зов её сердца и разума. Она повторяла себе раз за разом – спасая остальных, ты спасаешь себя. Её семья, родители, которых она любила всей своей душой, пострадали от войны не меньше остальных, сами того не зная. Принимая то судьбоносное решение, Гермиона и не могла задуматься, что ей делать, если меры, принятые ею, больше не понадобятся. Как вернуть всё, что было, если кнопки «возврат» нет? Последний год Гермиона провела в поиске решения своего вопроса, перерыла все книги, к которым она имела и не имела доступ, и попробовала все ритуалы, что могла совершить. Сегодня могла, как и исполнится, так и умереть её последняя надежда. Последний ритуал, который может вернуть её родителям память, единственный, который держит волшебницу на стороне светлой магии. «Любовь может победить всё» - говорил Дамблдор, но она никогда не была панацеей всех болезней, или универсальным ключиком ко всем дверям. Наоборот, любовь закрывала глаза любимым, уничтожала миры, и делала неисправимые вещи. — Возможно в это раз получится. Последний ритуал, который стоило провести Гермионе, должен был проходить в месте, которое наполнено магической силой, при этом сохраняясь чистым от чужой энергии, и негативных событий. Таких мест в мире было немного, и одним из них был Стоунхендж. «Ирония» сказали бы её родители, если знали бы. Спасение их памяти должно проходить в том месте, где они последний раз были со своей дочерью до того, как она ушла в магический мир. Это место искрило магией, и в первые Гермиона это почувствовала еще давно, в тот первый раз нахождения тут. Она пропитывала воздух, искрилась, заставляла чувствовать Эйфорию, и давала понимание о великолепности и важности этого места. Она не давила, была приятной… Вкусной, сказал бы Рон, со своими постоянными сравнениями вещей с едой. А сейчас же, наоборот, тут было почти невозможно находиться – то ли Магия давала понять, что не стоит с ней играть в шутки, то ли Судьба намекала, что пути обратно не будет. Пути назад не было, как и других возможностей, Гермиона это понимала, поэтому решила и не отступать. Как записано в книге 18 века, которую она нашла в одном из магазинов Лютного, был описан ритуал, как его исполнять, и что для него потребуется. Следующая страница же, была оторвана. Там могло быть написано всё, что угодно, но для Грейнджер не было разницы – время поджимало. У неё оставалось две недели на спасения памяти их родителей, и не было время на поиски пропавшей страницы. Гермиона привыкла верить книгам, и, если было сказано, что есть ей два года для исправления ситуации – значит так и было. Каждую вещь, которую девушка расставила вокруг ритуального камня, имела для неё значение. Каждая из вещей хранила в себе счастливые воспоминания, как и тот плюшевый зайчик, которого она получила после первого урока в школе, как и тот шарф в цветах Гриффиндора, который она отдала отцу, когда тот заболел ангиной. Время подготовки закончилось, пришло время отложить все сомнения, и сделать то, что требовалось от неё, как от хорошей дочери. «Будь хорошей», говорили они. «Будь правильной», твердили ей на ночь. — Магию призываю, магии отдаюсь – приди на зов ко мне, и помоги мне в столь ужасной проблеме. Забери вещи мои, забери мысли мои, память мою, и верни тем, кто её не имеет. Как забрала, так и отдаю. Помоги мои людям по крови, помоги моим людям по мысли, отдай меня, и отдай им. Стану слугой твоим добровольно, стаю рукой твоей решающей, только помоги мне. Коль не поможешь, врагом твоим буду, уничтожу мир твой, пока не получу то, что нужно мне. Как выглядят предвестники беды? Как понять, что то, что ты делаешь – не верно? Молния среди ясного неба, иль улетающие птицы вдаль могут дать понять, что ты сделал неисправное? И какова будет плата за столь неаккуратные решения? Туман, заполнивший поляну, душил, из него не было выхода, казалось, что он пробрался в легкие и в разум. Осмотревшись, Гермиона увидела столь знакомых, и столь невозможных людей – вокруг неё стояли все те, кого она потеряла. Мертвые души, люди, которых она когда-то любила, стояли, и каждый кричал что-то своё. Кричали, пока их голоса не сложились в один. — Беги Обернувшись, Грейнджер увидела белого волка, стоящего чуть отдали от всех. Белый волк, и ярко красные глаза. А ещё оскал, который выбивается в память на всю жизнь. Неизвестно кто это, но понятно лишь одно – он имеет силу над всеми, ведь после одного рыка замолкли все. Лишь стояли и смотрели, как будто ничего не говорили до этого. Была лишь пустота, которая была хуже криков. Такая родная, но при этом чужая, как будто волшебница не провела в ней всё последнее выбор. Крик и тьма. Крик, от которого замирало дыхание, и хотелось спрятаться. Крик человека, душа которого разламывается, крик человека, который теряет остатки того, что когда-то было важным для него. Крик и голос. — Прими судьбу свою, и не пытайся менять её. Получай наказание своё, и неси его до конца своих осознанных дней. Из книги Вила Вуларис «Тот, кто осмелится кинуть вызов судьбе и магии, будет наказан, и лишён того, что было дорого ему, пусть он этого и не осознавал. Избежать этого невозможно, последствия ритуала зависят только от вас – добровольна отданная жертва даст вам то, чего вы желали. Тяжело угадать, что Сёстры заходят забрать от вас, поэтому обдумайте все за и против до. Да благословит вас Удача».