D4

Лето. То славное мгновение, которое мы переживаем, будучи детьми, остается в нашей памяти, и в нашем сердце на долгие годы. Но у всех свои воспоминания и у всех они разные, что же может их объединять? Почему их относят в одну группу славных мгновений, если у всех разные ситуации и разная жизнь? Конечно, бывают похожие ситуации, но являются ли они одинаковыми? Пожалуй, с этой темой связано много втекающего и вытекающего. Кто же даст ответ на все это? Может быть, когда-нибудь, найдется человек, который сможет объяснить это привычным для людей языком? Остается лишь гадать. Ведь ответ кроется в будущем, задействован в настоящем и ждет своего часа. __________________________________ Лужайка, под пылающим солнцем, греет маленькие ножки детей, бегающих на заднем дворе старого дома, который, пожалуй, уже давно пора снести. Маленькие девочки играют в догонялки, если судить по их действиям. Бегают друг за другом, то и дело спотыкаясь о незначительные препятствия, в виде своих ног, стараются легонько касаться друг друга, что, к слову, у них мало получается, почти каждый раз они просто падают друг на друга, и как можно быстрее убежать от того, кого им удалось коснуться. Кто же пустил детей, толком еще не научившихся ходить, бегать в такую жару по газону? Увы, у меня нет ответа на этот вопрос. Рядом с домом нет гаража, в котором бы лазил вечно ругающийся на неисправность машины отец, рядом с домом нет сада или палисадника, в котором бы каждый вечер копошилась матушка, стараясь, как можно лучше, подвязать свои опадающие розы. Да и в доме как таковых признаков жизни не наблюдается. В доме нет того теплого огонька, который греет всех своим существованием. Дом сложно назвать домом. Да, это место где когда-то жили люди, а может быть и живут. Но он не создает чувство защиты, поддержки и полностью противоречит, всем своим видом, выражению «дома и стены помогают». От куда же взялись эти дети? Кто они? Они бегают здесь каждый вечер, весело смеясь и в конце концов падая друг на друга от усталости. Рядом с ними никогда не было взрослых. Они всегда были вчетвером. По их разговорам я понял, что малышку бегающую в розовых ботиночках с маленьким голубым бантиком по середине, зовут Беатрис, а девочку, которая больше всех похожа на Беатрис своими яркими, зелеными глазами, светлой, как белый лист бумаги кожей и черными, как уголь, волосами, зовут Салли. Только вот ботиночек у девочки нет. Она всегда босая. Две другие девочки немного отличаются от них… Как бы это сказать… Они, как Инь и Янь. Надеюсь, что я могу выразиться так. Одна из девочек темнокожая, у нее густые темные волосы, которые завиваются в кудряшки, большие карие глаза, от которых исходит тепло… Но больше всего мне в этой девочке запомнилась ее улыбка. Не у многих людей есть такая улыбка. В какой-то момент кажется, что она озаряет собой весь белый свет. Всю нашу планету. И дарит людям лишь счастье, и то, что они потом будут вспоминать, как, то славное мгновение, которое каждый переживал в детстве. Четвертая девочка альбинос. Я не могу вспомнить ее имени… Но, когда ее зовут девочки, они называют ее Пэд. Насколько я помню это не ее полное имя… Но в последнее время я стал слишком забывчив. Стоило бы записать их имена… Вдруг что случится. Будет глупо обратиться в ту же самую скорую, и сказать, что девочку альбиноса зовут Пэд. Вдруг медики окажутся ненцами и подумают, что я говорю про пэдаву? Что, к слову, означает утомление. Подумают, что я с ума съехавший. Нет, так не пойдет, нужно все же запомнить в следующий раз ее имя… Нет. Не запомнить. Надо его записать. Надо записать все имена. На всякий случай… Ох, я забыл, пожалуй, самое главное. Кто я и почему рассказываю про этих девочек? Почему я не помогаю им? Почему я не спрошу где их родители и не постараюсь им как-то помочь? Ответы на эти вопросы я забыл. Насколько я помню, я ничем не болею… да и провалов в памяти у меня, как таковых, не было. Так что же происходит?