Орк-самурай

Поле боя, на котором сошлись представители трёх рас, пылало. Марево над ним, казалось, было соткано не только из дыма, жара, магических всполохов заклинаний, но и криков, стонов раненых, боевых кличей ещё живых и агрессивно настроенных воинов. - Хаа! И это всё, на что вы способны?! - зелёные мощные руки крепко сжимали полуторный меч, ловко орудуя им, словно пушинкой, а пренебрежение в хриплом низком голосе провоцировало уверенных в своей силе бойцов бросаться на мастера клинка снова и снова. - Хар-р-рага! - высокий прыжок и зеленокожий воин, представитель племени орков, разрубил на двое закованного в полный доспех латника, с пронзительным свистом рассекая металл, словно это было не железо, а бумага. - Окружить и убить, - сузившиеся глаза одного из командиров наёмников следили за движением орочьего мечника. Он узнал это ожерелье из черепов на шее, легкие тряпки, даже не прикрывавшие пренебрежение к противникам и меч, с такой легкостью разрубающий всё, что попадалось на его пути. - Серьёзно? - мечник выпрямился во весь свой могучий рост, когда кольцо вокруг него сомкнулось и ощетинилось вовнутрь копьями, - Вы решили взять меня этим? Жалкие жестяные букашки! - он поднял меч перед собой, легко крутанул его в одной руке мельницей и приняв низкую стойку, завёл своё оружие за спину, - Танец клинка! - раздался его клич, в котором последние звуки букв уже не поспевали за стальным вихрем, в котором закрутился мечник. Стальные наконечники копий посыпались на землю, оставляя в руках наёмников никчёмные палки, и в следующую секунду рассечённых на куски воинов разбросало вокруг. Когда едва уловимые опытным взглядом быстрые движения прекратились, а поднятая пыль осела, мечник стоял уже один, опустив голову и прикрыв глаза, в окружении мертвых тел. Он поднял свою клыкастую морду и вперился взглядом красных глаз, в которых разгоралось пламя ярости битвы, прямо в глаза капитана наёмников, - Ты следующий, жестянка, - поднял левую руку и ткнул пальцем на трёхпалой ладони в отдавшего приказ командира. - Бездна тебя раздери, проклятый самурай! - взревел всадник, но в его голосе уже отчетливо слышался страх и губы мечника сложились в кровожадной ухмылке, отчего его хищная морда стала выглядеть ещё более угрожающе. Опустив руку и не глядя увернувшись от нескольких арбалетных болтов лишь слегка покачнувшись корпусом, будто пьяный, его фигура размазалась, а зелёный силуэт, за которым не поспевал обычный человеческий глаз, уже нёсся к своей намеченной цели, - Добыча! - разнеслось по полю боя, отрубленная голова всадника взлетела в воздух, мечник, совершивший высокий прыжок, в котором нанёс сокрушительный и молниеносный разрез, приземлился за спиной за спиной поверженного воина. Над полем раздался глубокий звук боевого рога. "Отступаем" - тут же понял самурай и поднял голову, принюхиваясь. Поражением не пахло, но и победа явно была ещё далеко. По всей видимости вождь решил, что так будет лучше для братьев племени, но у мечника был свой собственный взгляд на стратегию ведения боя и он был одним из немногих, кто мог позволить поступать себе так, как он считал нужным. Наёмники были почти разбиты, но нельзя было забывать о том, где именно разворачивалось сражение. Рядом был эльфийский лес и эти ушастые могли в любой момент вступить в схватку, что могло переломить ход битвы. Осклабившись, мечник рванул прямо под сень древних лесов, в глубине которых виднелись величественные горы, подпирающие небеса. Зигзагами рассекая пространство, он быстро оказался на опушке леса, и, подстегиваемый хищными инстинктами охотника и убийцы, растворился в его чаще.