Когда есть не только ты

- Тебе понадобится больше сил. Возьми и мои.

- Ты слаба, Би.

- Это уж точно важнее моей слабости.

- Не для меня.       Биатрис выпила очередную ампулу. На этот раз последнюю из всех запасов. Подойдя к Эйве, взяла ее за руку, пока второй она доставала нимб. Он засиял и засветился больше обычного. Биатрис присела, ощущая нарастающую слабость, но все также крепко держала руку Эйвы. В момент, когда самолет подлетал к ним, Эйва, сосредоточив всю силу, направила импульс, который стал тормозить самолет. Понимая, что его крушение все равно нельзя остановить, Эйва постаралась перенаправить его к острову, чтобы самолет не ушел под воду. Все это время Лилит находилась в кабине пилота. Прогнав одержимых, она закрылась, стараясь сделать хоть что-то. Рандомно нажимая на кнопки и рычаги, ей удалось связаться со службой, которая удаленно стала консультировать ее. Лилит получилось снизить скорость, что помогло им, в том числе и для того, чтобы Эйва смогла еще больше притормозить самолет. Понимая, что их пытаются направить в сторону острова, Лилит также старалась скорректировать направление, продолжая слушать, как помочь смягчить посадку. Изначально доставать шасси смысла не было, но она все равно сделала это. Получив импульс, аппаратура самолета ненадолго перезагрузилась. Связь и приборы восстановились, когда самолет уже подлетал к острову.       Остров небольшой, но там было свое население. Поэтому люди, консультирующие Лилит, параллельно предупредила службу спасения, чтобы они минимизировали угрозу жизни горожан. Самолет постарались направить в сторону аэропорта несмотря на то, что тормозного пути бы не хватило. Первое сцепление с землей было жестким. Весь самолет тряхнуло. Каждый надеялся, что ничего из груза не повредилось. Продолжая тормозить, Лилит наблюдала, как проносится все вокруг. Ближе к концу дороги были деревья, плавно переходящие в первые жилые постройки города. Она до последнего оставалась в кабине, пока самолет не стал таранить деревья. После Лилит переместилась в грузовой отсек, чтобы удостовериться, что люди живы. Собрав их всех, она переместилась чуть поодаль. Они наблюдали со стороны, как разрушая деревья и часть первых домов, самолет все-таки остановился, даже не задымившись. Нужно было только понять, осталось ли что-то неповрежденное среди необходимого им оборудования.       Эйва, как только воспользовалась всей силой нимба, почувствовала, что все ее тело парализовало. Не устояв на лодке, она стала падать с нее, уронив и нимб. Биатрис в этот момент все также сидела, пытаясь собрать хоть какой-то остаток своих сил, из-за чего не смогла отреагировать на резкий рывок, вырвавший руку Эйвы из ее руки. Увидев, что тело Эйвы погружается в воду, Биатрис скинула часть своего оружия в лодку и, не задумываясь о собственном бессилии, прыгнула за ней. Эйва погружалась быстрее, чем за ней плыла Би. Сделав очередной рывок, мысленно и неосознанно, по привычке, помолившись, она, наконец, ухватила Эйву и, приобняв ее, стала тянуть обратно вверх. Как только они достигли лодки, Биатрис затащила Эйву, постаравшись сделать искусственное дыхание либо хотя бы освободить легкие от воды. Когда Эйва выплюнула воду, а ее глаза приобрели более живое свечение, Биатрис успокоилась и коснулась ее руки.

- Чувствуешь?

- Да.       Понимая, что это временно, и что скоро тело вновь начнет двигаться, Эйва успокоилась и улыбнулась, но лишь на мгновение. Вскоре Биатрис увидела нарастающую панику, и, оглянувшись, поняла, что нимба нигде не было. Сделав более глубокий вдох, Биатрис вновь прыгнула в воду, не услышав слов, которые говорила ей в след Монахиня-войн. Стараясь оценить течение, глубину и неизученные физические свойства, Биатрис попыталась вычислить траекторию движения нимба. Несколько раз поднимаясь на поверхность, чтобы подышать, она вновь и вновь ныряла обратно. Понимая, что не может вернуться к Эйве без него, она заставляла себя пробовать, стараясь не унывать и не переставать верить. В какой-то момент ей показалось, что где-то на глубине виднеется легкое мерцание. С каждым метром мерцание становилось ярче. Нимб будто реагировал на близость к Биатрис. Когда Би подплыла к нему, она поначалу засомневалась. Никто кроме Монахини-война или существ с того мира не может касаться его. Я отнесу тебя твоей носительнице.       Подумала про себя Биатрис, с опаской касаясь нимба. Нимб потух, но никак не ранил ее. Доплыв до лодки, Биатрис положила его на спину Эйвы, наблюдая, как он становится с ней единым целым. Довольная, она залезла в лодку, примостившись рядом с Эйвой. Как только прошло семь минут и все тело, зарядившись энергией нимба, стало функционировать, Эйва крепко обняла Биатрис, нанеся несколько легких поцелуев на ее лицо и губы. Собрав все оружие обратно, они направились к самолету. Соединившись с Лилит, другими монахинями и работниками АркТека, они стали продумывать дальнейшие действия. Служба спасения уже огородила местность, но они не знали, кто был заперт внутри. Эйва предложила переместиться в самолет до того, как его откроют, тем самым выпустив одержимых к толпе собравшихся зевак. Все, кроме работников АркТека и одной монахини, которая на всякий случай осталась их охранять, переместились в грузовой отсек. С тяжелым вздохом осмотрев в каком состоянии находится все внутри, они начали сражаться с одержимыми, только теперь имея возможность изгонять и убивать их из-за близости Монахини-воина. Им удалось справиться с ними до появления службы спасения.       Ковчег оказался целым, как и его питание. Часть оборудования была сломана, но его можно было заменить схожим. Дождавшись самолета, который прилетел на смену разбившемуся, они перенесли все необходимое, договорившись, что остальной груз других компаний перевезут следующим рейсом.       Пока все занимались погрузкой, Биатрис связалась с Матерью Суперион. По срокам они еще успевали. Мать Суперион сообщила им новости о Камиле, они уже добрались к ней, передав ноутбук. Их всех приютили в католическом приюте. Эйва, крича около уха Биатрис в ее телефон, радостно передала всем привет. Мать Суперион впервые без колких замечаний с легким дрожанием в голосе напоследок пожелала им удачи. - У нас есть пару часов, пока самолет не прилетит в Лондон.

- Мы не полетим с ними? Ты же хотела…

- Я хотела полететь куда-нибудь в другую страну или город на обычном самолете, уж точно одновременно не думая, что надо следить за всем и всеми. Тем более я готова променять все, что угодно, хотя бы на минуты наедине с тобой.       Эйве всегда удавалось растрогать Биатрис. Увидев, что самолет уже оторвался от земли, Би придвинулась ближе, поцеловав ее. Они прогулялись по острову, а после переместились в Лондон через портал, укрывшись под мостом озера и в тени деревьев Сент-Джеймсского парка. Им удалось перекусить в местном кафе, дав себе после возможность пройтись вдоль ближайших местных достопримечательностей. Эйва долго выпрашивала Биатрис сделать ее фото так, будто бы она держит на ладони Биг Бен. Даже слова Би о том, что так никто давно уже не фотографируется, не заставили ее передумать. Они делали совместное фото, когда на телефон Эйвы пришло смс, что самолет приземлился. Они быстро присоединились к Шанель, мужчина в то время уже пробовал начать оформлять документы. Чуть постояв, переждав вопросительную паузу, Эйва представила их друг другу. - Шанель, привет, снова. Знакомься, это моя девушка – Биатрис.       Не ожидав столь открытого представления, Би немного смутилась, но, увидев положительную и одобряющую реакцию Шанель, поздоровалась с ней. Минутная неловкость сменилась дружеским приветствием.

- Твое имя идеально подходит твоему образу. Знаешь, если захочешь, могу и тебе попробовать помочь найти свой стиль. Не думаю, что ты все время захочешь ходить в этой скрывающей всю красоту твоего тела форме.

- Э э э, Шанель. Пусть там красота ее тела будет все-таки лишь подчеркнута, а не открыта напоказ всему этому крайне неверно относящемуся к красоте девушек миру.       Ревность Эйвы всегда забавляла Би. Она радостно приняла предложение Шанель, еще больше позлив Эйву. Биатрис никогда не думала, что может так легко думать о смене имиджа, образа и в целом своей жизни. Пребывая здесь и сейчас, она ощущала, что темная завеса завтрашнего дня отошла на второй план. Ей нравилось думать о будущем, где нет Ордена, одержимых и какой-либо миссии, ограничивающей ее. Она казалась счастливой, что давало возможность Эйве любоваться ею, ловя каждую эмоцию.       Шанель позвали к стойке. Возникло несколько проблем с грузом. К ним подошли люди, которые должны были доставить все оборудование до вертолета. Шанель, с важным видом сделав пару звонков и показав бумаги, увлеченно рассказывая рождающиеся в ее голове небылицы, добилась того, что весь груз пропустили без проверки, которая могла растянуться на несколько дней. Все погрузили в машины, ожидала полуторачасовая поездка.       Подъезжая все ближе к месту, обстановка вновь становилась напряженной, но лишь из-за непонимания того, что будет происходить завтра. Уже вечерело, а еще нужно было успеть установить и настроить Ковчег. Биатрис мялась, ей хотелось получить несколько ответов на волнующие ее вопросы. Собравшись с духом, она все же начала разговор с Эйвой.

- Я знаю, что ты держишь свой план в секрете, но можешь хотя бы сказать, как именно будет происходить Судный день и проявляться Священный огонь?

- Это явно не то и не так, как прописано в различных религиозных писаниях. Рейя говорила, что у существ в разы выше нее по силе, тех, кого Адриил назвал «пожиратели миров», есть возможность управлять процессами вселенной. Каждая планета в себе таит внутреннюю бомбу.

- Ядро?

- Да. Священный огонь – это не что-то вымышленное или перенесенное с другого мира. Оно заложено внутри изначально. Пока люди «праведные», огонь дает жизнь, как только сущности свыше решат, что тут слишком много плохого и нет смысла вновь давать искупление – огонь станет мечом правосудия.

- И что дальше?

- Одержимые, сущности и демоны раскиданы по миру. Тем самым под раздачу попадут все, независимо от своей причастности к этому. Поэтому и нужен Ковчег. Он будет магнитом.

- Он притянет всех демонов?

- Да. Отсюда и место суда будет единое. Видимо я все-таки повидаю «извержение зла», хоть и спровоцирую его самостоятельно.       Отводя напуганный взгляд, Биатрис попыталась скрыть свой явный страх, одновременно прижимая голову Эйвы к своему плечу. У нее было много мыслей, но она даже не могла предположить, что завтрашний день будет настолько сложным. Но помимо переживаний за Эйву, всех сестер, она почувствовала новую волну паники – за себя и свою душу. Вся ее праведная жизнь, «подаренная» ей ее родителями перечеркнулась, как только новая Монахиня-войн появилась в ее жизни. Биатрис хотела поделиться этим, но, понимая, что Эйва начнет винить себя во всем, промолчала, только лишь еще крепче прижав Эйву к себе. - У нас все получится, Би. Когда мы вместе – нет ничего невозможного.

- Конечно. Все пройдет по твоему плану.

      Биатрис постаралась ответить максимально уверенно, но Эйва давно научилась видеть у нее скрытые эмоции. Слегка нахмурившись, она начала задавать Биатрис вопросы, стараясь понять, что ее беспокоит. Спасенная резкой остановкой и звуками вертолетов, Би встала, дав лишь закрытый ответ «все хорошо».       Шанель, сотрудники, взяв мелкое оборудование, сели в вертолет. Ковчег и блоки питания тросами прикрепили уже к взлетевшему вертолету. Несколько монахинь сопровождали вертолеты, остальные вместе с Лилит переместились к Стоунхенджу. Как и было оговорено, его закрыли от туристов, окупив потери неплохим вложением со стороны Джиллиан. Вертолет с сотрудниками приземлился раньше. Они встретили подлетевший вертолет с Ковчегом, чтобы спустить оборудование без повреждения. Уже стемнело. Освещения не было, лишь привезенные фонари и прожекторы вертолета. Этого хватило, чтобы установить все необходимое оборудование по схеме, составленной Джиллиан. Оставалось только выставить верные настройки, что означало – что пора связаться с Камилой.

***

      Контакт, который передала Эйва, помог Ясмин найти телефон Тодда. Он сразу ответил на входящий звонок, предполагая, что это Орден ищет их. Уже без использования кода монахинь, он просто сообщил адрес, где они находятся. Когда минивэн подъехал к католическому монастырю, Мать Суперион удивилась выбору Тодда. Та же монахиня встретила их, отдав дань уважения Отцу Винсенту и Матери Суперион. Состояние Камилы выровнялось и постепенно шло на поправку. Перетерпев легкую боль, она обняла пришедших друзей. Ее глаза вновь сияли надеждой и любовью к миру. Пока Мать Суперион отсчитывала и допрашивала Тодда, Отец Винсент присел на кровать Камилы. - Я рад, что ты жива и невредима, Камила. Ты всегда была лучом света среди монахинь Ордена.

- Я тоже рада этому, Отец Винсент. Вы оставили меня в хороших руках.

- Я надеюсь, что ты не подумала, что мы оставили тебя. Да, Орден был занят другими делами, но мы – семья, которая не бросает своих. Тодд сам попросил.

- Из ваших уст это звучит не так правдоподобно, но я не сомневалась в вас. Но есть то, что меня беспокоит. Что будет завтра? Что станет с миром и нами?

- У Эйвы есть план. А мы все сделаем, чтобы поддержать ее.

- Хоть и ценой будет ее жизнь? Даже две.

- Эйва не умрет. Лишь отправится на ту сторону. А Биатрис – сильная. Все будет хорошо, не переживай. Давай помолимся за них.       Камила вновь уловила нотку неискренности в словах Отца Винсента. Но все же взяла его за руки ради короткой молитвы. Ясмин принесла Камиле ноутбук, чем еще больше успокоила ее. Искренне прижимая его к себе, она почувствовала, что вновь в команде, и что у нее будет возможность помочь другим. Все ожидание у них прошло в разговорах, они спорили о религии, политике и сущности жизни. Открытость и отличие Тодда разбавили одностороннее мнение других. А Ясмин продолжила делать акцент на то, как он смотрит на Камилу, вновь и вновь заставляя ее смущаться. Идиллию прервал видеозвонок. Все собрались поприветствовать Эйву и работников АркТека. Где-то на фоне было видно Биатрис, Лилит и остальных монахинь. Эйва передала ноутбук работникам, которые под руководством и советами Камилы начали выставлять необходимые параметры.       С каждой нажатой клавишей свечение Ковчега менялось. Он начинал принимать сигналы с установленных Слез Бога, но это можно было рассмотреть лишь через специальные очки. Засветились батареи питания и основание Ковчега, а после и узоры на окружности. Портал начал пульсировать, но не открывался, ожидая импульса нимба. Пульсации ускорялись и становились более слышимыми. Когда все было настроено, раз в период Ковчег начал озаряться, создавая новое поле, необычное им по цветам. Биатрис осмотрелась. Она видела больше остальных и ощущала проходящие вокруг волны, поступающую энергию Слез Бога. В ярких вспышках Ковчега она сумела увидеть знакомые образы той стороны. Смотря в небо, она наблюдала, что все начинает затягиваться слегка заметной завесой. Она даже не заметила, как к ней подошла Эйва. - Красиво, неправда ли?

- Очень. А что это?

- Купол, который перекроет скоро всю землю. Даже когда закончится завтрашний день, он останется, скрывая землю от «пожирателей». Но это лишь часть. К утру завтрашнего дня тут создастся еще внутренний круг, который будет притягивать к Ковчегу всех существ, усиливаясь силой места и энергией Слез Бога. Не знаю, какой это будет цвет, но явно что-то яркое.

- А что потом?

- Сюда начнут слетаться все демоны и сущности. Мне нужно будет попробовать удержать их тут, пока не проявится огонь.

- Я буду рядом, сколько будет нужно, Эйва. Когда ты откроешь Ковчег, чтобы все затянулось в тот мир, я удержу тебя здесь.

- Би, послушай, - Эйва подошла к Биатрис, взяв ее за руки, - я не смогу сосредоточиться, зная, что ты – в опасности. Ты и так сделала все, что могла. Позволь мне довести все до конца, одной.       Биатрис вырвала свои руки, бросив убийственный взгляд. Она отошла в сторону, наблюдая, как Эйва разговаривает с Лилит, повторяя что-то, пока та не кивнула. Биатрис понимала, о чем она попросила Лилит. Бегать от существа, умеющего телепортироваться, она не сможет, как и противостоять решимости Эйвы. Часть монахинь отправилась отдыхать в выставленные палатки, работники АркТека, еще раз перепроверив оборудование, вместе с Шанель отправились к вертолету. Их миссия была закончена. Эйва обняла Шанель, поблагодарив ее.

- Тебе стоит побыть с ней. Я рада была помочь тебе, но мне жаль, что мы можем больше не увидеться. Хорошо, что ты тогда прыгнула в тот бассейн.

- Если б не я, то всего этого могло бы и не быть. Теперь мне остается лишь исправить все совершенные мною и Рейей ошибки.

- Я думаю, все идет так, как и должно было. Иди к ней. Вот мой номер, пусть позвонит, если будет нужна моя помощь.

- Спасибо.       Проводив взглядом улетающий вертолет, Эйва подошла к Биатрис. Она передала листок с номером Шанель. Би лишь ненадолго подняла на нее взгляд, чуть сжав губы. Она удерживала руки в замке, даже когда Эйва обняла ее. Биатрис резко стало так душно, хотя ночь была прохладной. Ей захотелось отойти, слегка расстегнуть форму, но при этом всем ей все равно не хватало воздуха. Эйва не понимала, что с ней происходит. Почему она мечется, очень напряженно дыша. Только увидев страх в глазах Биатрис, она поняла, что у нее случился приступ паники. Отведя ее в сторону, удержав ее голову своими руками, Эйва поцеловала ее. - Я видела по телику, что поцелуй помогает при панических атаках. Но не было возможности проверить это.       Глаза Биатрис обрели более живой и спокойный вид, но дыхание все же оставалось затрудненным, будто бы огромный ком в горле мешал ей дышать полной грудью. Урывисто ловля кислород, Биатрис пыталась начать говорить, но все ее тело не слушалось, не поддаваясь любым ее желаниям. Она опустилась на колени, не поднимая взгляд. Эйва села рядом с ней. Не стараясь говорить или спрашивать, она просто была рядом, даже не касаясь ее. Она была готова ей дать столько времени, сколько это было нужно, даже если бы они просидели до утра.       Биатрис успокоилась, но боялась увидеть разочарование в глазах Эйвы. Она пообещала быть сильной, верить в ее план и в них, до последнего наслаждаясь каждым моментом. Но приближение Судного дня и понимание того, что будет дальше, накрывало ее сильнее. Она впервые чувствовала себя слабой, и ненавидела себя, уже забыв это ощущение. Именно при этой мысли Эйва обняла ее, поймав бегающий взгляд Би. Она поцеловала ее нежно в губы, прижав после к своему плечу. В тишине ночи биение их сердец казалось очень громким, как и периодические всхлипы и вздохи. Увидев в глазах Эйвы лишь нежность и любовь, Биатрис улыбнулась, хоть и после все-таки отвела взгляд.       Би хотелось высказаться, но слова казались такими пустыми и неподходящими, да и не складывались даже в голове в полные предложения. Она была рада, что Эйва ничего не просит объяснять. Да и ее слова, произнесенные шепотом «я все понимаю», окончательно завязали попытку Би произнести хоть что-то.       Эйва помогла Биатрис встать, и, не обращая внимание на ее сопротивление, отвела ее в ближайшую свободную палатку. Застегнув вход, она уложила Би, обняв ее со стороны спины. Легкое свечение нимба освещало все вокруг, позволяя видеть проплывающие тени. Биатрис задремала. Неосознанно повернувшись к Эйве, она обняла ее и устроилась на ее плече. При каждом новом импульсе нимба, Эйва могла на секунду полюбоваться Биатрис, рассматривая все ее правильные и манимые черты лица. Прислушавшись, она услышала ровное дыхание и сердцебиение. Это вызвало довольную, но искреннюю улыбку Эйвы. С ней она и уснула, на те немногие часы, которые у них остались.

***

      Пробуждение было ранним. Свет первых лучей солнца перекрывало освещение, создающееся вокруг Ковчега. Теперь оно уже явно было видно всем. Само кольцо Ковчега ярко светилось, а внутри все также бывали уже постоянные пульсации, сохраняющие портал полуоткрытым. Купол за ночь объял всю землю, а по окружности вокруг Стоунхенджа, доходя даже до тропки для людей, образовался энергетический круг, который и должен был притянуть всех существ к порталу.       Эйва, аккуратно разбудив нежным поцелуем Биатрис, попросила ее напомнить монахиням, что никого из работников или охранников здесь также не должно быть в ближайшее время. Сама Эйва отправилась к Ковчегу. Импульсом она подзарядила вначале Ковчег, а после и создавшееся вокруг поле. Портал открылся полностью, после он уже поддерживался блоками питания. А энергетическое поле стало расти вверг, создавая огромную и широкую воронку. Находясь внутри, не чувствовался ветер, не ощущалось тепло солнца. Казалось, что даже солнечный свет не проникает внутрь.       Монахини, после напоминания Биатрис, усыпили охрану. Собравшись все вместе, они ожидали дальнейших указаний. Лилит с опаской наблюдала открытие Ковчега. По телу прошла боль от ощущения прохождения сквозь него. Но поле, которое создалось вокруг, наоборот будто манило ее, еще раз подтверждая ее внутреннюю темную суть.       Эйва вышла к ним, старясь улыбаться максимально искренне, она поблагодарила всех за проделанную работу. - Для меня честь быть Монахиней-воином такого чудесного Ордена. Взгляд Эйвы сосредоточился на Биатрис. - Я нашла тут семью, любовь и призвание. И пусть я даже останусь для вас той глупышкой, которая необдуманно делает все то, что хочет. Я не жалею ни об одном своем выборе. Пусть нас и связал гребанный нимб, не принимающая мой стиль жизни католическая церковь и слезы от тренировок с Матерью Суперион, именно это породило ту силу, которая сегодня остановит Судный день. Все, кто боятся или опасаются – вместе с охранниками переместитесь в Орден. Лилит, помоги им. Я попрошу часть из вас остаться до начала, чтобы вместе суметь противостоять возможным проблемам. Черт, надеюсь они не возникнут. Но когда все начнется, я должна остаться тут одна. До встречи, сестры.       Если она будет. Подумала, но закончила лишь про себя Эйва. Часть монахинь, взяв с собой охранников, переместилась с Лилит. Остальные рассредоточились вокруг Стоунхенджа, но поодаль от возникшего поля. Пока Эйва была занята подготовкой, Биатрис вошла в поле. Почувствовав лишь внутренний жар, она спокойно прошла через него, увидев лишь то, что все ее вены ненадолго подсветились нежно зеленым цветом. Биатрис сделала шаг к Ковчегу. Он был полностью открыт, давая четкую картинку того мира, но там было пусто, не было видно Тарасков или Рейи, не было того места, куда Би попала, увидев друзей, которых она потеряла. Ей хотелось дотронуться по Ковчега, но в моменте, когда она уже поднесла руку, с той стороны возникло свечение. Мутный облик приобрел знакомые черты Рейи. Она прикоснулась к порталу со своей стороны, почувствовав его сопротивление, тогда ее томный взгляд обратился прямо к Биатрис.

- Умно. Эйва удивляет меня. Как я не могу попасть к вам, так и тебе не стоит пробовать пройти сюда. В тот раз тебе повезло, сейчас в тебе мало ангельского вещества, чтобы пройти эту завесу. Если хочешь жить – оставайся в своем мире.

- Если я умру, я попаду в то место?

- Твой голос пропитан сомнением.

- А Эйва, что станет с ней на той стороне? Вы же знали, кто она.

- Всегда знала. Поэтому доверила завершить миссию ее отца. У нее будет выбор: принять смерть смертного или жизнь ангела. Тебе лучше знать, что она выберет. Но при любом исходе ты с ней больше не увидишься. Ни в этой жизни, ни в следующей. И, Биатрис, Табрис был лучшим из нас. Его смерть оживила свет во мне. Этот свет истинного воителя течет по жилам Эйвы.

      Биатрис хотела задать еще несколько вопросов, но облик Рейи испарился, лишь за спиной послышались чьи-то шаги. Би повернулась, осмотревшись, сразу потянулась рукой к посоху.       К Эйве подошла Лилит. Ей было интересно, сколько именно ей надо находится здесь и что ее план готовит в отношении нее. Были ли риски, что и ее затянет в эту воронку. Эйва лишь пожала плечами, ссылаясь на то, что если должно было бы, то уже затянуло бы. Лилит напомнила ей и то, что в самом начале Эйва поделилась, что должны прийти новые существа, в разы сильнее тех, кого они уже встречали. - Рейя сказала, что у пожирателей есть свои шестерки. Некая команда, которая выполняет всю черную работу. Они должны прийти на землю, чтобы создать, открыть или хер пойми что сделать, чтобы обрушить сюда свой огонь. Я не знаю, будут ли они враждебны, но в любом случае мы будем мешать их планам, что явно их разозлит.       Лилит получила свои ответы. Не желая продолжать диалог, она отвлеклась на красные огоньки в небе. Казалось, что отовсюду летит что-то, но движется в одном направлении – в воронку. Это было похоже на залп салюта, только это шоу не предвещало какого-либо веселья.       Перед Биатрис появилось несколько демонов, кто-то был в виде привычных для нее сущностей, а другие имели животные и человеческие черты. Пребывание в воронке ослабляло их, поэтому к драке дело не перешло. Выбежав из поля, Биатрис также стала смотреть на небо, устрашаясь количеству притягивающихся сюда сущностей. Она сделала еще несколько шагов, стараясь прочувствовать, тянет ли ее обратно. Закрыв глаза, она постаралась почувствовать себя, открыв их снова – улыбнулась, понимая, что ее страх был надуманным. Она боялась, что из-за ее поступков и выборов ее сочтут грешной. То, что находится внутри нее также могло бы ухудшить ситуацию. Но ничего с ней не происходило. Спасибо, Бог. Кем бы ты не был.       Слегка воодушевленная, она направилась к Эйве, которая недавно закончила рассказывать что-то Лилит. Эйва встретила ее живым и радостным взглядом, будто бы они встретились через вечность разлуки. Перед тем, как подойти к ней ближе, она глянула на Лилит, пока та не кивнула ей в ответ.

- Эйва, твой магнит работает. Сущности начинают собираться внутри воронки. Они такие разные, видимо, мы встречали лишь малую часть того, что на самом деле обитает на нашей планете.

- Значит мне остается поддерживать эту воронку, чтобы они не вернулись обратно. Мне нужно рассказать тебе еще одну часть плана.       Биатрис напряглась, но послушно проследовала за Монахиней-воином. Тяжело вздохнув, она все пыталась держать на ней взгляд, не отвлекаясь на небесное свечение и звуки, издающиеся из воронки. - Когда все закончится, когда все неземное окажется в том мире через Ковчег, портал необходимо уничтожить.

- Не проси меня сделать это.

- И не буду. Последним в портал полетит нимб, заряженный финальным импульсом, который начнет затягивать портал. Независимо от того, затянет меня туда или нет, только лишь при соприкосновении нимба и портала на ноутбук Камиле придет сигнал. Джиллиан починила детонатор, способный удаленно запустить взрыв. Спустя 15 секунд детонатор сработает, уничтожив последнюю связь двух миров.

- И кто подтвердит взрыв? Камила?

- Отец Винсент. Если он начнет колебаться, то есть страховка.

- Независимо от того, подтвердить или нет, взрыв произойдет сам?

      Эйва кивнула. Биатрис была ошеломлена продуманности Эйвы, но раздражена тем, при каких обстоятельствах это произошло. Казалось, что она предусмотрела все, создав единственно верную линию движения происходящих событий, которая не может быть изменена при любом вмешательстве или бездействии человека. Это был тот момент, когда учитель был горд за ученика, но и ненавидел себя за безупречную работу.       Эйва периодически подходила к воронке, направляя импульс с нимба. Визуально казалось, что воронка временами теряет свою высоту, но при каждой подзарядке ее объем возвращался. Еще одна группа монахинь переместилась вместе с Лилит. Еще до ее возвращения все оставшиеся почувствовали заметные толчки из-под земли. Толчки сменились вибрацией, которая ритмично отражалась от камней, создавая слегка заметную мелодию. Все переглядывались и осматривались, выжидая того, что будет дальше. Как только Лилит вернулась, она прикрыла свои уши. Ей мелодия резонировала с большей силой, притупляя все остальные звуки. Она присела, прикоснувшись к земле.

- Она горячая!

      Все проверили землю под ногами. Все, что было близко к воронке – было горячим, и казалось, что температура росла. Отступив на безопасное расстояние, монахини ждали, что будет дальше. Эйве, несмотря на жар под ногами, приходилось периодически подходить к воронке, чтобы ее подзаряжать. В один из таких моментов она почувствовала, что земля стала мягкой, больше похожей на болото или очень мягкий пляжный песок. Трава почернела, а ноги проваливались. Вспомнив тренировки с Би, Эйва вспорхнула над землей, продолжая следовать к воронке.       Земля содрогалась все сильнее. По окружности возникли пять четких кругов, которые окрасились ярко-оранжевым свечением. Воздух рядом с ними явно менялся, создавая легкий эффект дыма. Свечение поднималось, создавая целый цветной столб яркой вспышки. Закрыв от нее глаза, все пропустили приход тех самых существ, о которых упоминала Эйва.       Возникло пять сущностей, напоминающих лавовых или огненных големов. Раздав несколько громких рыков, они стали бить землю вокруг себя, создавая легкое землетрясение, которое повлекло за собой движение камней Стоунхенджа. Эйва стала опасаться за целостность Ковчега, но увидеть ничего не смогла. Вся окружность, которая ранее стала горячей, задымилась настолько густой завесой, что ни воронка, ни подлетающие к ней сущности не были видны. Эйва подбежала к Биатрис и обняла ее. - Би, прошу тебя, живи дальше, вспоминая все те моменты, которые нам удалось разделить друг с другом. Живи, зная, что, где бы я не находилась, я всегда буду любить тебя. Но сделать все я смогу лишь тогда, когда пойму, что ты жива и в безопасности. Прошу, отпусти меня. Проживи счастливую жизнь за себя и за меня. Если я не вернусь сегодня, то не ищи меня. Не теряй себя в бессмысленной надежде. Я люблю тебя.

- И я люблю тебя. Но я никогда не…

      Не дав договорить, Эйва поцеловала Би. По ее щекам потекли слезы. Невозможно было оторвать губы друг от друга, но, собрав последние силы, Эйва сделала шаг назад, позволив Лилит дотронуться до Биатрис. Их образ растворился, оставив Эйве лишь нежный след поцелуя и бешено бьющееся сердце, которое хотелось вырвать, чтобы перестать чувствовать всю возникшую боль.