Пламя, кровь и магия

Как же она была рада тому, что возвращается в Хогвартс! Не то, чтобы дома было совсем невыносимо, но когда отец отправил дядю на какую-то миссию в Шотландию и не пустил её с ним, начался какой-то бессмысленный кавардак. Чёртова Алисента, конечно же с «благими намерениями», шепнула отцу о том, что Рейнире нужно найти хорошую партию, чтобы после выпуска из Хогвартса сразу убрать её куда подальше. Отец решил, что «отличной партией» (это всегда звучало в голове Рейниры голосом Алисенты) будет Малфой. Гребаный Малфой! После этого они на протяжении двух месяцев поочерёдно то посещали Малфой Мэнор, то принимали этих мерзких слизняков у себя дома. Казалось, отцу тоже не нравилось общество Люциуса Малфоя, а вот Алисента с Нарциссой, видимо, стали лучшими подругами. Рейнира же постоянно сдерживалась, чтобы не проклясть Драко и старалась максимально его игнорировать, но он будто постоянно нарывался на драку. Зато он нашёл общий язык с пятилетним Эйгоном. Нашёл брата по разуму. Нормально поговорить с отцом не получалось, Хайтауэры окружили его, как стервятники. Гарри не отвечал всё лето, Гермиона и Рон на сообщение о планах отца отреагировали крайне обеспокоенно, Грейнджер сказала, что они придумают какой-нибудь план, но дело с мёртвой точки не сдвинулось. Ответ от дяди содержал лишь два слова «отвратительный выбор». Рейнира была абсолютно согласна, но, одновременно, очень расстроена таким кратким ответом. Дядя совсем не писал ей с момента отъезда. Он и раньше уезжал на долгое время, особенно часто, когда Рейнира была маленькой, но теперь, после учебного года, проведённого рядом с ним вдали от этого жалкого подобия семьи, Рейнира ощущала острую необходимость в общении с ним. Хоть с кем-то, кроме Малфоев, Хайтауэров, и всех остальных чистокровных снобов. Даже Снейп казался более привлекательной кандидатурой. Поэтому она надеялась, что наконец встретится с дядей после распределения первокурсников. Рейнира поспешно поцеловала отца в щеку и обняла его, вежливо, однако с неприветливым выражением лица, попрощалась с Алисентой и, схватив чемодан, побежала в Хогвартс-экспресс. Внутри она пыталась отыскать рыжую макушку Рона, но заметила лишь лохматую Гермиону в момент, когда поезд начал покидать перрон. — Грейнджер, — радостно улыбнулась она, входя в купе к ней, — привет! — Рейнира! Я так скучала! — Гермиона обняла её и помогла запихать чемодан под сидение. — У меня столько новостей, представляешь, мы с родителями ездили в Стоунхендж! Мне кажется, там какая-то особая магия, возможно, какая-то концентрация силы, ты ничего не знаешь об этом? — затараторила она, — ох, а как твои дела? Не прокляла Малфоя? — Не знаю, не так плохо, как могло быть, не прокляла, — быстро ответила Рейнира, радуясь встрече. — Жаль, — улыбнувшись, сказала Грейнджер, — Кстати, Рон написал, что Гарри не получал письма из-за домового эльфа, представляешь? — Домового эльфа? У Гарри есть домовой эльф? — удивилась Рейнира. — Нет, этот эльф непонятно откуда взялся. Вообще, я не особо разобралась что к чему в письме Рона, хотелось бы услышать все от самого Гарри. Он ничего не успел рассказать мне, когда мы были в Косом переулке. — Грейнджер в чём-то не разобралась, ну и дела, — улыбнулась Рейнира, Гермиона закатила глаза, — кстати, а ты не видела Гарри с Роном? В ответ на её вопрос в дверь купе постучались и появилась рыжая голова одного из близнецов. — День добрый, прекрасные дамы, — преувеличенно возвышенно сказал он, — кажется, наш непутевый брат и его очкастый друг не смогли пройти через стену… — Что?! — Это как?! — одновременно воскликнули девочки. — Без понятия, но сейчас никто из провожающих не может попасть обратно, — пожал плечами, кажется, Джордж. Рейнира пыталась различать их, но выходило не очень, — в общем, надеюсь, вы составите компанию нашей сестрёнке? — Не смейте обижать её! — раздался голос второго близнеца из коридора. Джордж отошёл и в купе зашла смущенная девочка. — Привет, я Джинни, сестра этих идиотов, — рассержено сказала она. — Мы все слышим, — раздалось из коридора. Рейнира с Гермионой переглянулись, пытаясь не рассмеяться. — Привет, я Гермиона Грейнджер, а это Рейнира Таргариен. Джинни улыбнулась. — Да, я знаю, Рон рассказывал. — Что там произошло? — спросила Рейнира. — Не знаю, мы с мамой и папой спокойно прошли через стену, после Перси, Фреда и Джорджа, Рон с Гарри должны были зайти после нас, но так и не появились. Папа попытался пройти обратно, но не смог. Мама быстро посадила нас на поезд, пока он не отъехал, а Рон с Гарри, видимо, опоздали. — Как они теперь будут добираться до Хогвартса? — задумавшись, спросила Гермиона. — Папа что-нибудь придумает, — ответила Джинни. Они ехали, рассказывая Джинни про Хогвартс и про преподавателей, и, хотя Джинни наверняка все это уже слышала от братьев, она слушала с интересом. Потом она говорила о том, как боялась, что не получит письмо и как обрадовалась, когда, наконец, оно пришло. Потом Джинни начала рассказывать что-то про работу отца. -… и папа сказал, что в министерстве как не было порядка, так и нет, и при Таргариене он вряд ли появится, — она резко остановилась, осознав, что сказала это при Рейнире, — прости, — Джинни виновато потупила глаза. Рейнира улыбнулась уголками губ, опустив взгляд в пол. — Ничего. Она знала, что отца не считают хорошим министром, и всегда думала, что он держится на посту лишь за счёт фамилии и того, что на него легко было повлиять. Удобный правитель для всех. Дядю это раздражало. Рейнира слышала, о том, что многие считали, что дядя сам бы с радостью подался в министры, убрав брата с дороги, но вряд ли кто-то хотел, чтобы министерство возглавлял такой импульсивный и ненадёжный человек. До Хогвартса они ехали, говоря на нейтральные темы. Гермиона рассказывала про мир маглов и была расстроена тем, что не догадалась в конце того года попросить у Гарри номер телефона. Тогда они бы с лёгкостью могли общаться все лето. А Джинни рассказала, что её папа устроил драку с Люциусом Малфоем (Рейнира добавила, что и сама бы с радостью подралась с Малфоем), а после достала из сумки какую-то чёрную книжку и начала что-то писать в неё. Когда поезд приехал, Джинни, попрощавшись с девочками, взволнованно побежала с остальными первокурсниками к Хагриду, а они направились к каретам, едущим в замок. Дядя говорил ей, что кареты не едут сами, их возят фестралы. Хорошие существа с плохой репутацией из-за того, что видеть их могут лишь те, кто видел смерть. Дядя сказал, что мало только видеть смерть, нужно ещё и прочувствовать её. Рейнира боялась, что могла видеть фестралов, ведь она видела умершую маму и брата, прожившего несколько часов, и боль утраты не отпускала её, но, к счастью, не видела. Иначе каждая поездка в Хогвартс приносила бы много негативных эмоций. Церемония распределения проходила слишком долго по мнению Рейниры. Очень сильно хотелось есть, Гарри с Роном до сих пор не объявились, а за столом преподавателей отсутствовали профессор Дамблдор, Снейп и дядя. Рейнира очень надеялась, что дядя находится там же, где Дамблдор и Снейп, но мужчина, у которого отсутствовала левая рука, сидящий на его месте, пресекал эти надежды. Двери большого зала распахнулись, пропуская рассерженного Снейпа, растерянных Гарри с Роном и, как всегда, добродушно-спокойного Дамблдора. Гарри с Роном уселись рядом с Гермионой, та вопросительно на них посмотрела. Парни отмахнулись, как бы говоря «всё потом». — Прошу прощения за опоздание, — улыбнулся директор, когда дошёл до стола преподавателей, — рад приветствовать всех новоприбывших. Надеюсь, что так же как и для остальных, Хогвартс станет для вас вторым домом. А теперь позвольте представить наших новых профессоров: это, — Дамблдор указал на золотоволосого индюка, именно так бы назвала этого человека Рейнира, и, она была уверенна, дядя бы согласился с этим прозвищем. Алисента обожала его книги, — профессор Локонс, наш новый преподаватель защиты от тёмных искусств. А это, — он указал на мужчину, сидящего в конце стола на месте дяди, — профессор Кеттлберн, он благородно вышел с пенсии, чтобы подменить профессора Таргариена, пока тот в командировке. Рейнира вздохнула. Без дяди год в Хогвартсе будет в разы скучнее, решила она.