Мундир

      Я проводил их взглядом. Пугачёв жестом показал мне чтобы я подошёл к нему и сел, что я сделал. Наши лица были в непотребной близости, а его чёрные глаза как-то жадно рассматривали меня с ног до головы. – Так значит хочешь спасти свою невесту? – Да,– ответил я. – Хорошо, но ваше благородие, услуга за услугу, сами понимаете,– Пугачёв переместился на лавку где сидел я. Стало как-то боязно, но я был твёрдо уверен, что сделаю всё лишь бы помочь Маше. – Что я должен сделать? – Снимайте свой мундир,– сказал он, схватил за подбородок и уложил на скамье. До меня мысль дошла в момент. – Что ты себе вообще позволяешь!? Как так можно!? Какое непотребство так ещё и с мужчиной! Это же...– Пугачёв прервал мою тираду и прикоснулся к моим губам, скоро углубив поцелуй. Жёсткая борода и усы щекотали лицо. Он сам был довольно груб, а когда наконец оторвался от меня сказал: "Раз не хотите сами, я возьму вас силой." Кровь так и ударила в голову. Мысль о дальнейших событиях пугала до невозможности. Я начал бракаться, как ребёнок, пытаясь спихнуть с себя казака, но он только сильнее меня прижал и начал снимать свои шаравары. "Пьян! Пьян! Пусти беглец!"– кричал я во всё горло. Пугачёв только закрыл мне рот очередным поцелуем. Ясно почувствовался вкус вина столь противного со времени моего отъезда. Я ещё раз попытался вырваться, безуспешно, но я не терял надежды. В это же время казак без церемоний снял с меня штаны и кинул из в сторону к своим шароварам, туда полетел и мундир. По телу пробежал холод. Я продолжал брыкаться, пока не почувствовал у самого лица горячее дыхание и тот как хищно на меня смотрят глаза. От этого стало как-то не по себе. – Ну что, готовы, выше благородие?– прозвучал голос. – Что?– спросил я тихо. В момент низ и его, и мой были полностью оголены. Пугачёв раздвинул мои ноги, взялся за бёдра своими шершавыми руками и подался вперёд. Теперь моё сопротивление было бесполезно. Тело не слушалось. Внизу горело от ужасной жгучей боли, что только нарастала. Голос пропал и я был не в состоянии вымолвить ни звука. Это были кошмарные минуты, что кажется длились вечность. Было ужасно больно. Сознание мутнело от неё, всё тело горело и свело судорогой. Я уже ничего не слышал и молился про себя, как бы всё это закончилось. Какого было моё счастье, когда я уже не чувствовал движение чужой плоти во мне. Пугачёв отстранился. Я старался не смотреть на него, быстро, насколько это можно было, оделся и на ватных ногах отправился на выход, как сзади послышался голос: "Вы забыли, ваше благородие." Я обернулся. В руках казак держал мой тёмный мундир.