Три сестры

      «Что ж ты, фраер, сдал назад?

Не по масти я тебе?

Ты смотри в мои глаза,

Брось трепаться о судьбе» ©

      — Хикигая, какого ёкая ты уже не в клубе? — сурово спросила Шизо-сан, выходя из машины. Она посмотрела на бандитов. — И друзья у тебя какие-то странные. С плохой компанией, что ли связался?       Бригадир, собиравшийся секунду назад меня грохнуть, внезапно изменился в лице.       — Это кто? — спросил он у меня. — Подписка приехала? Твоя крыша?       — Не, это мой классный руководитель, — чинно ответил я, пытаясь унять дрожь в коленях.       — Ни хрена себе, — сказал Дзидо. — Чемпион Большого Токио по айкидо 2009 года твоя классуха? Завидую.       Я пока ничего не понимал, потому что адреналин разве что не лился из моих ушей.       — Это она? — спросил один из бандитов.       — Нет, — ответил Дзидо. — Та блатная принцесса, а это… Багиня!       Он посмотрел на меня, потом на Хирацуку, на биту и пожал плечами.       — Не пригодится, — сказал он и пошёл убирать спортинвентарь в багажник «Мерседеса».       — Хикигая, что здесь происходит? — начала что-то подозревать сенсей.       — Я тут это… домой пришёл, — ответил я невпопад.       Хирацука изменилась в лице и посмотрела на бандитов. Её глаза не предвещали им ничего хорошего.       — Ах, волки позорные! Козлы, чума! Вы мне на учеников будете наезжать? А ну-ка сели в свои говновозы и уехали нах отсюда, быстро!!!       — Погоди, Багиня, — прервал её поток мыслей вернувшийся с пустыми руками Дзидо. — Твой пацанчик нам как раз и не нужен. Он, конечно, пару минут назад меня в далёкое пешее путешествие отправил, что по понятиям требует ответки. Но за то, что он тебя сюда привёл, я готов и не на такое глаза закрыть. Ты ведь…       — Шизука я… Хирацука, — ответила сенсей. — А что ты перед этим сказал? Багиня? Так меня ещё никто не называл…       — Ну так Багиня и есть, — усмехнулся Дзидо. — Я твой поединок судил в финале на кубок Большого Токио в 2009 году. Который ты выиграла, вломив Хине Хашиваги из СHS, которая тебя на голову выше была и на девять килограмм тяжелее.       Шизо-сенсей изменилась в лице.       — Ками… Так вы тот самый Дзидо Юкио, «Мононоке-сенсей», клуб «Шаолинь»… кажется так вас называли… «Порхай как бабочка, жаль как пчела…»       — Ага, помнишь. Вижу, девочка, с тех пор сильно подросла. И стала настоящей… Багиней.       Шизука посмотрела на бригадира глазами, полными влаги. Ни я, ни бандиты нихрена не могли понять.       — Ну так чего там, шеф? Мочим тёлку и малого? Или как? — спросил самый бойкий из бойцов.       — Она вам не тёлка, а Багиня айкидо, это во-первых, — ответил Дзидо, — а во-вторых, я биту спрятал, потому что она против неё один хер не покатит. Её только пуля остановить может, а стрелять в такого бабца мне понятия не позволяют. Она с нами одной крови.       — Мононоке-сан… а вы-то как тут оказались? Почему вы… с ними? — спросила сенсей.       — Ну, я ж не спрашиваю, почему ты в школе преподаёшь. У каждого свой путь. Я вот детей ничему хорошему научить больше не смогу, потому я здесь. А ты… — он окинул её оценивающим взглядом.       — А здесь-то что вы решить пытаетесь? — вернулась к основной теме Шизука. — Вы вообще-то торчите у ворот моего ученика и уже напугали его до полусмерти.       — Да ну, — ответил Дзидо. — Напугаешь его, как же. Он в душе боец. Хоть и выглядит, как ботан. Мы тут смотрящую клана Ю. ждём, Харуно зовут. Наделала она делов по беспределу, теперь ответить должна.       — Мою сестру действительно Харуно зовут, но она никакая не смотрящая и ничего такого она не делала, — ответил я.       — Так, мне всё ясно, — отрезала Шизо-сан. — Только ничего не понятно. Мононоке-сан, отправь своих бойцов погулять, а мы чаю попьём. Хикигая, пустишь в дом? На улице такие вещи не с руки обсуждать.       — Э-э-э… — от такого неожиданного предложения я слегка завис. — А это точно безопасно? У меня минимум две сестры дома. Я отвечаю за их безопасность.       — Не ссы, — ответил Дзидо. — Я ж не гопник какой-то. Мы за справедливость, но по понятиям.       — Безопасность я гарантирую, — подтвердила сенсей. — Он хоть и мой бывший тренер, но вломить я и ему могу.       Дзидо криво усмехнулся.       — До этого не дойдёт, Багиня. Пошли уже что ли, — он выразительно глянул на меня.       — Ладно, идём, — согласился я.       Дзидо повернулся к бригаде и сказал: «Свободны на час». Толстолобики кивнули и почему-то двинули в сторону ближайшего супермаркета. А мы втроём — к нам домой.

***

      — Глупогая! Братик! — обе моих сестры вылетели мне на встречу одновременно и рыдая вцепились с двух сторон, грозясь разорвать пополам.       — Всё хорошо, отпустите его, — сказала Шизука-сан, выйдя из-за моей спины.       Сёстры отпустили меня и слегка зависли.       — Шизо… сенсей? — спросила Юкино и побледнела как стена.       — Хирацука… сан? — удивилась Комачи. — А вы ещё кто такой??? — выдавила она из себя, узрев за спиной Шизо-сан шкафообразного бритого мужчину.       — Я с ними, — лаконично ответил Дзидо, разумно не вдаваясь в подробности.       — Сестрёнки. Всё хорошо… почти. Поэтому организуйте нам чай и… дайте пообщаться. Так, чтоб нам никто не мешал, — попросил я.       — Хм. Сразу видно, кто с доме хозяин, — сказал Дзидо. Камакура недовольно мяукнул басом с крыши холодильника.       — Моя школа, — улыбнулась Хирацука.

***

      Когда нас, наконец, заперли с чаем на кухне, Шизо-сенсей окинула нас с Дзидо тяжёлым взглядом.       — С чего начнём? — спросила она.       Я пожал плечами.       — Ты Багиня, тебе и решать, — ответил Дзидо. — У меня время есть, пусть мой базар будет крайним.       — Хорошо, — согласилась сенсей. — Тогда начнём с моих вопросов. И так: Хикигая, почему вы втроём сегодня дружно свалили из школы до окончания клубного времени?       — Потому что клиентов у нас сегодня не было, а вы тоже уже девятый день к нам не заходите.       — Вот как. Значит, стоит куратору ослабить контроль и тут же…       — Начинается беспредел! — вставил свои пять йен Бритый. — Всё как у нас.       — Мононоке-сан, при всём моём уважении… — Шизука хмуро посмотрела на бывшего тренера.       — Ладно, Багиня, молчу. Был не прав, — открестился Дзидо.       Я набрал в лёгкие побольше воздуха и начал загружать Хирацуке очередную телегу.       — Как вам известно, сенсей, в данный момент клуб волонтёров занимается подготовкой к проведению выборов главы студсовета, которые состоятся через три дня. Это занимает практически всё наше время, внеурочное в том числе. Часто мы работаем дома, по ночам, рано утром, что я могу легко доказать, продемонстрировав вам фрагмент рабочего чата. («Только бы не попросила показать!») Таким образом, ваш наезд на клуб в связи со смехотворным нарушением нами клубного режима я считаю необоснованным и в корне несправедливым. В то время, как будущий офисный планктон, роясь в коридорах старшей Собу в праздности и разврате, не ударяет пальцем о палец, трое великих тружеников не покладая рук гробят своё здоровье во имя её процветания.       — Как по писаному шпарит! — с восхищением причмокнул пухлыми губами Дзидо.       — Сказал красиво, складно, — согласилась Хирацука. — Но есть одно «НО»! У меня к тебе два вопроса, на которые ты должен ответить. Первый. Кто придумал отправить Юигахаму за мной шпионить?       — Юигахаму? Шпионить? Быть того не может! — почти искренне удивился я.       — Я знала, что ты так ответишь, — спокойно согласилась сенсей и встала с места. — Где у вас тут можно покурить?       — Шизо-сан, там вон окошечко открываете и курите на здоровье, — ответила Хирацуке на удивление быстро отворившая дверь кухни Комачи. Одна щека и особенно ухо повыше этой щеки предательски покраснели.       — Любопытному кролику однажды прищемили дверью ухо, — прозрачно намекнул ей я.       — Братик-неумноватик! — пискнула мелкая и исчезла за дверью.       — Я бы тоже покурил, — отозвался со своего места Дзидо.       — Вы тоже начали курить, Мононоке-сан? — удивилась сенсей. — Вы же спортсмен.       — Уже нет, — криво усмехнулся бригадир, доставая из кармана джинсов плоскую жестяную коробочку и выуживая из неё тонкую тёмную палочку. Глаза Шизуки загорелись.       — Ух ты! Это чего такое вкусное вы курите?       — Это сигарилла. То же, что сигара, но потоньше. Я уже сигаретами не накуриваюсь, мне там никотина не хватает. А здесь натуральный табак, без бумаги и прочих глупостей.       — Понятно… — понимающе кивнула Шизо-сан. — Я тоже год назад с «Ротманса» на «Дарк Кэптэйн» перешла. По той же причине. Нервы, знаете ли, с этими детишками шалят. Да и личная жизнь того… напрягает.       — Не замужем? — заинтересованно спросил бандит.       — Нет… — опустила взгляд Хирацука.       — Я тоже холост… пока, — коротко ответил ей Дзидо-сан и чиркнул зажигалкой.       Две струйки сизого дыма синхронно потянулись к открытому окну. Я посмотрел на эту странную парочку и с удивлением поймал себя на том, как много между ними общего. И смотрятся вместе они просто идеально. Бред какой.       — Хикигая, продолжай, — вспомнила про меня сенсей. — Мне очень интересно, кто Юи на такое надоумил.       — Ничего об этом не знаю. Впервые слышу, — попытался отмазаться я. — Каковы ваши доказательства?       — Хочешь доказательств? Слушай! — ответила сенсей и в очередной раз затянулась. — Во-первых Юигахама каждый день по полчаса моет учительскую. Причём почему-то именно в то время, когда я туда прихожу. Совпадение?       — Совпадение, — согласился я. — А вы что подумали?       — А я подумала, раз она моет весь коридор второго этажа за пять минут, а учительскую за тридцать и только в моём присутствии, это как-то подозрительно.       — Ну, не факт. Вам показалось, — не согласился я.       — Хорошо! Тогда второй аргумент. На днях Юигахама забыла у меня на столе свой смартфон. Прямо рядом с журналом класса 2-J. Я потянулась за журналом, чтоб в шкаф его убрать, а там — опа! — характерный розовый смартфон с сердечками. С включенным диктофоном. Я диктофон выключила, а смартфон Юигахама потом как бы невзначай забрала, когда учительскую мыла.       — Ничего об этом не знаю, — ответил я. — Юи вообще-то технически неграмотный человек, ткнёт куда-то пальцем и у неё в смартфоне, бывало, то такси само собой вызовется, то порнохаб установится. Так что не удивляет.       — Ладно, может быть, — согласилась Шизо-сан. — Ну, а вот это ты как объяснишь?       Лёгким движением руки она выхватила из кармана айфон и тыкнула экран прямо мне в лицо.       С экрана прямо на меня смотрела прекрасная полуобнажённая Шизо-сан верхом на Харлее. Прямо напротив злачных мест Соединенных Штатов Америки. Под фоточкой сияло золотом бессмертное стихотворение Займокузы, переведённое в данной версии на албанский язык. Пушной зверёк с крайнего севера наконец настиг меня.       — Дайте подумать… — решил я потянуть время.       «Хотя что тут думать, — пронеслось в голове. — Если я не возьму всё на себя, она сожрёт Юигахаму со всеми потрохами. Что она сделает с АйТи кунами лучше вообще не думать. Меня же так или иначе из Собы выставят, была не была».       — Знаете, сенсей, а это я вообще-то всё устроил. Но для вашего же блага.       — Ага… — глаза сенсей, к моему удивлению, выражали не желание меня немедленно грохнуть, а искреннее любопытство. — С этого места поподробнее.       — Я решил, что моим долгом, как волонтёра, помочь любимому классному руководителю выйти замуж, — прыгнул я с обрыва в ледяную воду. — Смартфон с диктофоном тоже я организовал. Юигахаму три дня шантажировал, чтоб она на такое пошла. Соболя у неё выкрал и не отдавал, пока запись не сделает.       — Ага, вот значит как, — ухмыльнулась сенсей. — Девушку свою, значит, спасаешь. Похвально. Но что мне теперь с тобой делать? Вариантов у меня множество: от банальных люлей до…       — Багиня, а оставь пацанчика в покое, — вдруг вклинился в нашу беседу Дзидо. — Он по понятиям всё правильно сделал. Неправильно будет его за это кончить.       — Мононоке-сан, да вы не понимаете!!! — закричала вдруг Шизо-сенсей в ярости. — Сколько ты таких объявлений дал, Хикигая?       — Двадцать шесть… — честно признался я.       — Вот! И ко мне теперь каждый день приезжают со всего света пожилые индусы, арабы, филиппинцы, сомалийские пираты, конголезские повстанцы и нигерийские мошенники. И все делают мне непристойные предложения!!! А хоть бы один замуж позвал…       Глаза сенсей снова подёрнулись влажной дымкой. И тут произошло то, чего в этой комнате не ожидал никто.       — Шизука… — сказал вдруг Дзидо, одновременно затушивая бычок о донышко любимого комачиного блюдца. — Я ведь на тебя ещё в «Шаолине» глаз положил. Ты ж самая перспективная ученица была… Я тебя БАГИНЕЙ про себя ещё тогда назвал. В общем это… базарить за жизнь я разучился, потому скажу чисто конкретно. Я тебя ещё с тех пор это… люблю, короче. Потому наверное и не женился до сих пор. Я и на улицу пошёл работать, чтобы тебя забыть. Если чё… выходи за меня.       В этот момент дверь кухни с грохотом рухнула внутрь вместе с Юкипедией и Комачи, которые имели на одной стороне лица явные признаки подслушивания. Впрочем, Хирацуку это уже не трогало.       Шизука стояла в углу кухне прямо напротив Дзидо, и по её лицу текли слёзы.       — Юкио, — сказала наконец она. — Да если бы я… да если бы ты… у меня даже мыслей таких…       — Вот видишь, как бывает, — задумчиво ответил Дзидо, выбрасываю бычок в окно. — А я из-за тебя всю жизнь себе поломал. Сначала думал рано, потом найти тебя не мог. Стал бандитом. А мог бы дальше детей айкидо учить.       — Как трогательно… — умилилась Комачи.       — Я бы так не сказала, — хмуро возразила ей Юкино. — Это жених уж больно подозрителен. Сенсей, где вы его подобрали?       — Молчи, девочка, — ответил ей Дзидо, прижав руку к сердцу. — У нас у обоих сейчас душа болит. Ну так как, Шизука?       Ещё не зная, что она ему ответит, я уже понял, что на этот раз пушной зверёк опять непонятным образом не довёл своё полярное дело до конца.       Хирацука вытерла слёзы и посмотрела на своего бывшего тренера.       — Юкио… ты мне тоже всегда нравился. Но это… так неожиданно. Порядочная девушка не может вот так вот сразу взять и согласиться. Ей нужно подумать. Дай мне немного времени.       — Хорошо, — согласился Дзидо. — А чтоб тебе лучше думалось, предлагаю тебе в помощь двух вооруженных бойцов, которые круглосуточно будут отгонять от тебя этих негров с арабами. Они при таких раскладах меня не меньше твоего напрягают.       — Я, конечно, и сама бы справилась, но… согласна, — ответила сенсей.       — Вот и ладушки. Как надумаешь, скажешь. А пока… — Дзидо посмотрел на меня. — Предлагаю перейти к моей теме. Базар за Харуно Юкиношиту и её беспредел.       В это время двери кухни раскрылись и в неё зашла нии-сан собственной персоной.

***

      — Как вас много, хи-хи-хи, — расцвела она. — Всем привет. Особенно тебе, Шизука — сто лет тебя не видела. Чего обсуждаем? — Тут она, наконец, обратила внимание на бригадира. — А это кто у нас такой нарядный, а? Представься, боец!       Бригадир зачем-то поднялся со стула.       — Дзидо Юкио, сайко-комон, триада Гамакатсу. По вашу душу пришёл.       — А что ты мне предъявишь, Дзидо? Ты ж понимаешь, что гнилая предъява за базар не катит… и тогда придётся вам перед моими бойцами ответить, — подмигнула Харуно, игриво вращая в руках рубиновые чётки.       Дзидо молча кивнул и достал свой смартфон. Потыкав пальцем в экран и что-то там открыв он молча протянул его Харуно:       — Вот.       Нии-сан с интересом начала рассматривать то, что сейчас было на экране смарта.       — Интересная работа, но топорная. Кто ж это так хотел меня подставить, что на секретное фото оперативной съемки из моего архива пририсовал эту малолетку, а потом в открытый доступ выложил?       Она окинула взглядом нас всех по очереди. Никто не отреагировал.       — Принцесса, надеюсь вы понимаете, что этот снимок НИГДЕ, ни при каких обстоятельствах не должен был появиться? — спросил Дзидо. — Это серьёзный залёт. Боссы требуют ответить.       — Понимаю, — ответила Харуно. — С себя ответственности не снимаю, но кое-что поясню. Дней десять назад какие-то фантомасы пытались сломать мою почту и заодно облачное хранилище. Я это поняла потому, как файерволл ругался и рассказывал мне о попытках подобрать пароль. Видимо, ублюдкам таки удалось проникнуть в облако и стырить пару-тройку фоточек. Вопрос в другом. Детишки!!! — обратилась она к нам. — Какого лешего было пририсовывать на фото секретной встречи, о которой никто не знал вот эту мандолину?       С этими словами нии-сан развернула смартфон в нашу сторону и….       … Я увидел почти обычное фото. В просторном помещении за длинным столом сидели мужчины. Часть из них, судя по характерном виду, принадлежали к преступному миру. Вторая часть была в дорогих костюмах и при галстуках. Я узнал мера нашего города и двух его замов, а также… о Ками, только не это… — отца Юкино и Харуно, спикера парламента префектуры, Хирото Юкиношиту. В аккурат между двумя конфессиями — коррупционеров и якудза, с хитрой улыбкой располагалась Ишики Ироха, показывавшая крёстному отцу чибанских бандитов большой палец.       Я завис. И, похоже, не я один.       — Сестра, это что такое? — спросила Юкино.       — Это сайт www.president-iroha.jp.com. Открыт в поддержку кандидата в президенты студсовета старшей школы Собу. Признавайтесь, кто из вас к этому приложил руку.       Выбора у меня не было, поэтому я тут же встал.       — Это я, — сказал я с тяжёлым вздохом. — Можете меня расстрелять. Ну или там… закатать в асфальт. Ещё можно меня в лес отвезти.       Дзидо поднялся со своего места и внимательно посмотрел на меня.       — Пацанчик, у меня такое впечатление, что тебе доплачивают все, кому не лень, чтобы ты за них отсидел. Я понятно выражаюсь?       Он окинул присутствующих взглядом. Все девушки с пониманием кивнули.       — И у меня возникает вопрос. ЗАЧЕМ ты это делаешь? Тебе жизнь не дорога?       — Вот такой он дурак, — ответила ему Юкино. — Он по другому не умеет.       — У меня такое впечатление, что ты меня нахер послал тогда возле калитки, чтобы я тогда тобой занялся, а про сестру твою старшую забыл. ДА?       Я молчал. Незачем отвечать на глупые вопросы.       — Конечно да, — мило улыбаясь, согласилась Харуно. — Потому что он нас всех любит спасать, но очень по-своему. Сначала создаёт проблему, потом от неё спасает. Да, Хикигайчик?       — За попугайчика можно и ответить, — попытался я возразить Харуно на понятном ей языке. Она в ответ захихикала.       — В общем, так… — подытожила Хирацука. — Мне всё ясно. Во всём виноват Хикигая. Но дров он наломал потому, что мы сами где-то их наскладировали… раньше. Где тонко — там …Хикигая. Он хотел как лучше, но сделал как всегда. Так что не виноват никто. Юкио, — обратилась она к своему пока что не парню. — Если Хачиман удалит все секретные фото прямо сейчас, ты сможешь его отмазать? Он мне нужен живым и здоровым. Потому что очень перспективный ученик. Мечтаю сделать из него человека.       — Для тебя, Багиня — всё что угодно, — улыбнулся уличный боец. — Что он тот ещё фрукт я сразу понял.       — Далее, — продолжила сенсей. — Хикигая, ты удаляешь к ёкаям отовсюду все свои двадцать шесть долбаных брачных объявлений и дальше я своими личными делами занимаюсь самостоятельно. Тем более, — сенсей выразительно посмотрела на Дзидо, — … у меня теперь есть одно очень серьёзное предложение.       — На этом всё, расходимся? — спросила Хирацука, окинув взглядом присутствующих.       Поскольку никто не возражал, Мононоке-сан и Шизо-сенсей вместе вышли из дома и, дружно окуривая окружающую среду сигаретным дымом, пошли к своим припаркованным машинам. Там их встретили уставшие от ожидания подчиненные Юкио Дзидо, которые через пару минут также расселись по машинам и разъехались. Похоже, кухонная стрелка наконец закончилась. Пока что — без жертв и разрушений.       Мы остались вчетвером. Я и три моих сестры. В голове звенело. Для одного дня событий было уж слишком много. Но и день ещё не закончился.       — Так ты, значит, сначала меня подставил, а потом перед братками хотел в Сусанина сыграть? — подмигнула мне нии-сан.       — Подставил вас не я, а мои субподрядчики — туманно намекнул я на Ай Ти кунов. — А кто такой Сусанин я не знаю, это явно не из курса японской истории.       — Принципиально это ничего не меняет, — усмехнулась Харуно. — Но… я сегодня посмотрела на тебя другими глазами. Ты молодец, хотя… слегка мошенник и сильно авантюрист. Но это в тебе мне даже нравится. За спасение сестрёнки проси у меня, что хочешь.       — Сестра… — напряглась в углу кухни Юкино.       — В пределах разумного! — определила рамки моего воображения Харуно.       Я уж было начал мечтать о новой игровой консоли или ящике Max Coffe, как моя средняя сестра быстренько обломала мне весь кайф.       — Сестра, у нас есть ещё одна проблема. На нас с братом сегодня напали гопники по дороге домой.       — Опа! — развеселилась нии-сан. — Так ты до стрелки на кухне ещё на одной успел побывать?       Я промолчал. Меньше всего мне сейчас захотелось рассказывать подробности нашего разговора с Хаямой.       — И что это за гопники? — спросила Хару. — Вопросы с неформалами я решаю все, на корню. Я к вашим гопникам могу пару таких ребятишек прислать, что обидчики ваши из Японии потом бежать будут бегом, не то что из Чибы. Так кто организовал на вас наезд?       Я молчал. Но моя сестра — нет.       — Хаяма Хаято…       Нии-сан подняла глаза и по их застывшему выражению я понял, что кофе с молоком, который она только что пила стал у неё поперёк горла. Она поперхнулась, разбрызгав кофе по всему столу, а потом захлебнулась безудержным гомерическим смехом. Она хохотала без умолку минуты две, а мы с Юкино ничего не могли понять и лишь хлопали глазами, глядя то на неё, то друг на друга. Наконец сестра перестала смеяться и вытерла выступившие от хохота слёзы.       — Да-а-а, умеете вы повеселить, — сказала она. — Хаяма? Наехал? Да он же пупс. Его какой-нибудь альфач будет в итоге на поводке водить, как мопса. Почему этот альфач не ты, Хикигая? Это намёк.       Она опять тихонько захихикала. Я опять ничего не понял.       — Нии-сан, я наверное тупой, но мне сейчас ситуация видится совсем не в радужных тонах, — обратился к ней я. — Хаяма наехал на меня за то, что я в старшей Собу отбираю у него рычаги управления социумом. Через три дня выборы президента студсовета и вот…       — Вы оба каждый по-своему лоховат, — хитро прищурившись заявила мне Хару-анэ. — Но его ошибка в том, что уверовал, будто может безнаказанно манипулировать людьми, а твоя — наоборот. В том, что ты пренебрегаешь их помощью и поддержкой, взяв всё на себя.       — Не понимаю, о чём вы, — честно признался я, — лучше подскажите, как мне с ним справиться.       — Какой же ты недотёпа, — вздохнула Хару. — Задачку я за тебя решать не стану, она слишком простая. Но подсказку дам. Вот первая: слабое место Хаямы — это обиженные им тян. Те, кому он причинил боль. Среди твоих знакомых есть как минимум одна такая. Скорее — больше. Организуй клуб сбитых лётчиц.       — И что я буду с ними делать? Приведу их на стрелку, чтоб они в клочки разорвали белобрысого и его банду?       Харуно смотрел на меня и улыбалась так, что мне показалось будто на кухне включили дополнительный светильник.       — Не-е-ет, Хачиман. Есть информация, обнародование которой хуже смерти. И некоторые девушки о ней знают. Ты можешь сделать Хаяме предложение, от которого он не сможет отказаться. И тогда ты будешь держать его за мягкие места до самого конца школы, если он со страху не переведётся. Это замок… А вот ключ… ключ сам найдёшь.