I Seoul U

Джисон до ужаса скучал по своему парню, отсчитывая дни и даже часы до их встречи. Минхо казалось это забавным, он говорил, что такое под силу только младшему, но ведь это не так, все влюбленные себя так ведут! Сколько бы Хан это не доказывал, но его бойфренд не воспринимал это серьезно, отшучиваясь и говоря, что младший очень милый. Они в разлуке всегда были дольше, чем находились рядом, но это не мешало никому из них воспринимать эти отношения довольно серьезно. Они, вроде как, жили вместе, хоть Минхо и был чаще всего в непонятных экспедициях, поэтому Джисон часто был один в общей квартире, за которую платил старший. Ему немного стыдно, но со своей скромной стипендии было сложно что-то предложить, а Минхо хотелось знать, что у младшего все в порядке, и приезжать не в пустую квартиру, где никто не живет месяцами, а в уютный дом, где его уже ожидает возлюбленный. Также его стыдил тот факт, что Ли отдельно переводил деньги на карту на то, чтобы возлюбленный не голодал и мог себе позволить не только ограничиться простыми продуктами, но и вылазками в какие-то заведения. Старший знал о том факте, что младший просто обожает поесть и это является одним из его главных хобби в жизни. Особенно в холодные времена года, когда ты чувствуешь особую потребность в том, чтобы согреться всеми доступными способами. Также зимний ассортимент пестрил не только вкусными горячими блюдами, но и пряными напитками, которые приятно жгли горло и непременно согревали. Даже сейчас в руках у парня горячий глинтвейн в металлическом стакане-термосе, а в рюкзаке новая порция рождественского печенья, которое он еще не пробовал. Корея в этом плане очень радовала парня. К каждому сезону можно было найти подходящую еду, постоянно появлялось что-то новое, только бы люди тратили свои кровные деньги. Джисон и тратил, не свои деньги, конечно, но он помогал развиваться целой индустрии тем, что скупал множество напитков и закусок. Ему хотелось в это свято верить. А Минхо вовсе не возражал, что баланс заметно пустел в такие пиковые периоды. Он говорил, что ему все равно некуда девать деньги в экспедициях, чаще всего ему приходится проводить все свои дни за работой, если получалось ужинать, то их угощало начальство или это один из ужинов, который входит в условия данной экспедиции. Сколько бы Джисон не пытался выяснить и понять, чем же занимается старший, тот так и не смог дать полную картину для представления. Может быть, это младший так плохо понимает, ссылаясь на свою творческую натуру, которой не понять, как можно променять городской комфорт на месяцы в непонятных условиях, где чаще всего отсутствуют какие-то банальные прелести современной жизни по типу интернета. Джисон бы скорее умер, чем смог отказаться от интернета и телефона на такое долгое время, но его парня вполне устраивают его работа и деньги, которые тот получает. Единственным минусом является расстояние, конечно, но за два года отношений это стало привычной частью жизни. Она все еще сильно огорчает младшего, но когда Минхо приезжает домой, то они проводят время только вдвоем, старший не берет никакой дополнительной работы, выполняя только обязательный минимум из дома и чаще всего в то время, когда Хан еще спит, уделяя тому максимум своего времени. Зная, что через несколько месяцев ему снова придется отлучиться на неопределенное время, и так по кругу. Сейчас Джисон находится в одиночестве в самый разгар рождественских праздников, подбадривая себя вкусной едой, тематическими фильмами и теплыми пледами, которые только и ждали своего времени. Они купили их с Минхо в прошлом году, но старшего вызвали раньше положенного в экспедицию, и это будто стало неприятной традицией: сидеть в атмосферно украшенной комнате под теплым рождественским пледом и скучать по своему бойфренду. Парень берет в руки телефон, на что тот отзывается ослепляющим светом экрана, и проверяет время. 00:00 25 декабря Очередное Рождество, которое парень проводит один. Отпивая горячего чая, Джисон усаживается удобней среди мягких подушек, которые его окружали. Один из самых романтичных праздников для парочек в Корее был вновь пропущен. Хан представлял, как бы они могли с Минхо прогуливаться по улице, может, даже держась за руки, пробуя различную уличную еду, которая в этот сезон была еще вкуснее. Кажется, что он чувствует ее вкус на языке, и потирает живот, который жалобно урчит, будто последние полтора часа фильма парень не ел одну закуску за другой. Джисон очень рад тому, что при том, что его питание выходит за все рамки, он все равно остается в относительной форме. Да, он худощавый, но зато к этому не нужно прилагать никаких усилий и его партнера это устраивает. С Минхо такая же схема не работала, тот после утомительных рабочих дней направлялся в спортзал, чтобы поддерживать свое тело в тонусе. Когда он оставался дома, то тоже пытался выкроить какое-то время для себя, хотя бы несколько часиков, которые мог потратить на посещение зала. Джисон отпускал того со спокойной душой, зная, что ему же потом воздастся, если Минхо будет в своей самой сексуальной форме. Хан стонет и полностью забывает о том, что смотрел фильм и должен быть сосредоточен на нем. Все мысли сейчас только о старшем, его теле и том, что он творит, когда приезжает спустя несколько месяцев разлуки. Ужасно хотелось сейчас хотя бы прижаться к теплому боку, а не укутываться сильнее в плед, надеясь, что этого хватит, чтобы заполнить некую пустоту на широком диване. Джисон губу закусывает, но вновь берет в руки телефон и пишет несколько сообщений старшему, говоря, что он соскучился и о тех мыслях, которые заполонили его голову. Сейчас у них просто невероятная разница во времени, целых четырнадцать часов, и есть большая вероятность, что сообщение будет замечено, потому что у старшего уже точно начался рабочий день. Он не сидит сутками в ожидании сообщений от младшего, но все же поглядывает в телефон чаще, зная, что Хан частенько не спит по ночам и предпочитает писать ему все, что придет в голову. Еще несколько часов этого вечера парень проводит в переписке со своим бойфрендом, засыпая на диване под какое-то ток-шоу, которое совершенно не привлекало никакого внимания и только освещало темную комнату. «Утро» встречает парня затекшей шеей и ноющей спиной. Когда-то он додумается до того, чтобы доходить до кровати и переписываться с Минхо там до того момента, как уснет. Устало потягиваясь, Джисон осматривает их совместное жилье. Вечерний разговор в основном был о наступившем (у Джисона) празднике, так что у младшего появилось что-то вроде рождественского настроения, и ничего, что по факту праздник наступил и он должен был заняться этим чуточку раньше. Старший все рассказывал о том, как в Америке отмечают Рождество и Новый Год, который совсем скоро наступит. Особо нового Хан не подцепил из разговора, только удивился тому, что в Корее так холодно относятся к Новому Году, ему раньше об этом было незачем задумываться. В их стране есть свои праздники, которые совершенно не уступают другим и, по скромному мнению парня, являются одними из лучших. И не то, чтобы Джисон был каким-то невеждой. Он ведь смотрел фильмы, видел, как в Америке относятся к праздникам, не раз натыкаясь на фильмы, где захватывали и Новый Год, видел все атрибуты праздника и смотрел на то, как те украшают дома, но от Минхо вся эта информация звучала иначе и играла другими красками. Ему захотелось украсить дом для себя, чтобы квартира ощущалась теплее в праздники. Отмечать что-то у него все еще не было никакого желания, но никто не отменял те пиршества, которые он себе устраивает на протяжении всего зимнего месяца. Поход по магазинам в поисках подходящих гирлянд и украшений оказался не самой рациональной затеей. Людей все еще было куча, будто они тоже успели схватить за хвост уходящее настроение и решили украсить свой дом, еще куча парочек, которые ходили по ярмаркам, неустанно напоминая, что у него есть партнер, который находится непозволительно далеко и не видит всей этой красоты, которая накрыла Корею с головой. Единственной радостью во всем было, конечно, наличие белого снега, который крупными хлопьями летел вниз. Младший сделал несколько снимков заснеженной улицы и, конечно же, свои фото на фоне улицы, отправляя самые удачные кадры своему парню с плаксивой припиской, что он хотел бы видеть его тут тоже. Украшение дома становится еще одной вещью, о которой младший, скорее, жалеет. После ночи, проведенной на диване, все его тело ноет, и бесконечное поднятие рук для того, чтобы закрепить все гирлянды, которые он купил, занимают много времени. После этого ему необходимо принять расслабляющую ванну и ни в коем случае не засыпать сегодня на диване, даже если очень захочется. Надо задуматься о том, чтобы купить телевизор еще и в спальню, чтобы у него не было больше даже мысли о том, чтобы ночевать в гостиной. Но пока ему стоит насладиться тем, что он создал этими руками. Парень осматривает длинные пальцы, которые сотворили целое рождественское чудо, осветив весь дом приятным теплым светом от огоньков, а затем и излюбленную гостиную, которая была не только вся в огнях, но и различных праздничных атрибутах. Джисон прикупил два носка, которые висели около телевизора, как раз под небольшой книжной полкой. Также было решено прикупить несколько венков, один из них висел на входной двери, а другой был на единственном окне, украшенном белыми свисающими снежинками и теми же теплыми огоньками. Остальные комнаты также не остались без пристального внимания, но концентрация рождественских свечей, огоньков и в целом духа праздника все же была сохранена в гостиной. Парень смотрит на пустующие носки, старший ему рассказал, что туда кладут подарки, но когда же его возлюбленный вернется и будет ли актуален подарок до тех времен? Ему казалось, будто еще чего-то не хватает, и пустой угол около телевизора так и кричал, что там недостает чего-то важного. Джисон не был профи в украшении дома, но атмосфера будто пропадала в том несчастном углу. У старшего примерно пять часов утра, так что беспокоить его сообщениями и звонками тот сейчас не будет, но похвастаться своим творением он все же сможет, как раз после того, как примет ванну и наконец-то поужинает. Хан обнаруживает себя днем лежащим на кровати, держащим в руках телефон. Упс. После плотного ужина он решил, что будет следовать правилу: никогда не вестись на поводу у дивана в гостиной. И сразу пошел в кровать, думая о том, что до пробуждения Минхо можно было немного подождать, а потом позвонить по видеозвонку и показать украшения во всей красе, надеясь, что Ли увидит что-то кроме засвеченного экрана. Что ж, сегодня вечером тоже можно было попробовать показать Минхо, что же вышло после его рассказа о том, как отмечают в Америке. И, может быть, парень поймет, чего же не хватало в углу еще до звонка, а потому нужно было подняться с кровати и все-таки взглянуть на свое творение еще раз. Вдохновение не посещает эту светлую голову, поэтому младший всецело доверится Минхо, который находится в новогодней атмосфере и может помочь с украшением их дома. Если повезет, то экспедиция скоро закончится, а это значит, что весь дизайн может сохраниться, и возлюбленный приедет в красиво украшенный дом, и они смогут провести свое Рождество или Новый Год, как ему будет угодно. Со звонком приходится вновь повременить, потому что если у него сейчас день в самом разгаре, то старший обычно ложится спать в такое время, и только Джисон со своим сбитым режимом может по ночам дозвониться до бойфренда. Вновь осматривая свою работу, парень удовлетворенно улыбается и собирается на встречу с лучшим другом, и если он сейчас же не поторопится, то его снова обвинят в том, что он совсем не умеет распоряжаться временем. — Детка, почему не звонил вчера? Уснул? — интересуется Минхо, ковыряясь в своих вещах. — Угу. И чувствую, что сегодня все было бы так же, если бы ты не позвонил. Джисон устало откидывается на подушку, держа телефон на вытянутой руке. — Насыщенный день? — старший поднимает голову и смотрит прямо на младшего, который прикрыл глаза. — Мы с Феликсом сегодня перевыполнили мой план по потреблению пищи на целую неделю, хён. Я думал, что не смогу даже домой дойти, настолько сложно было, — ворчит младший. — Но было слишком вкусно, я бы не смог пережить, если бы не попробовал это все. Минхо смеется и ставит телефон на стол, чтобы руки были свободны и он мог дальше перебирать свои вещи, отделяя грязное от чистого. Завтра у него выходной, а это означало только одно: генеральная уборка со всеми ее вытекающими. Ну и возможность лечь позже, чтобы завтра понежиться в кровати подольше. Джисон всегда был таким, это привлекло когда-то старшего и заставляет по сей день думать только о том, насколько же это мило звучит. Лепечет обо всем, что сегодня смог попробовать, подпирая ладонями пухлые щеки, и смотрит прямо в камеру, ловя каждое движение Минхо, который одинаково сосредоточен на нескольких вещах. — Когда ты уже вернешься? Без тебя дома сейчас очень пусто, — младший говорит с каждым словом все тише, опуская взгляд. — В понедельник у нас собрание, и там должны сообщить о том, как продвигается работа. Если очень повезет, то в следующем месяце могу вернуться, — старший отвлекается от сортировки вещей и смотрит в камеру, наблюдая за Джисоном, который вертел в руках кейс от наушников. — Эй, Хани, посмотри на меня, пожалуйста, — мягко просит старший, на что Хан реагирует сразу. Голос в наушниках звучит настолько нежно, и это добивает его, потому что такое чувство, будто старший позади и шепчет в самое ухо. — Я очень по тебе скучаю тоже и постараюсь вернуться настолько быстро, насколько смогу себе позволить. Мне жаль, что уже второе Рождество мы проводим порознь, но я ничего с этим сделать не могу. Младший кивает. Конечно, он же знает, что это никак не зависит от Ли, просто вместо того, чтобы проводить время за свиданиями со старшим, пока у него есть такая замечательная возможность, как каникулы, Джисон гуляет один или со своими друзьями, пялясь в телефон с завидной регулярностью, чтобы не пропустить нового сообщения от своего старшего бойфренда. Даже если их разделяют тысячи километров и семь лет разницы, им все равно. Каждый готов на многое, лишь бы урвать несколько минут в сети или лишний час, когда они все же находятся вместе. — По приезде устроим рейд по самым вкусным местам, договорились? Я думаю, что тебе есть, что показать мне, так ведь? — старший улыбается искренне и смотрит на Джисона, который не может держать серьезное лицо, и сквозь хмурость пробивается скромная улыбка. — Есть несколько кафе, которые открылись прямо возле нашего дома. И мы просто обязаны пройтись по всем улочкам, там сейчас столько вкуснотищи, что я готов все заново перепробовать с тобой! — младший восторженно щебечет, заставляя Минхо вновь влюбляться в него. — Тогда договорились. О том, что Джисон хотел вообще-то похвастаться украшениями в их доме, он успешно забыл и вспомнил только на следующий день, когда проснулся и обнаружил, что вчера не включал ничего из купленного освещения, поэтому решил не откладывать это еще на день и просто прислал несколько фото в дневном свете, пообещав попозже прислать вечернее освещение, чтобы старший посмотрел на эту красоту. Ответа ждать придется долго, но если младший не уснет к двум часам ночи и не забудет отправить фото, то убьет нескольких зайцев одним махом. Весь его день проходит в ленивых мелочах, которыми он занимается обычно. Играет в игры, переписывается с друзьями, параллельно смотря что-то по телевизору и в рекламных паузах делая вылазки на кухню, чтобы подкрепиться. Старший рассказывал еще о блюдах, которые чаще всего готовят на Рождество и Новый Год. Больше всего его заинтересовал пряничный домик, который был одновременно декором и сладким лакомством, и напиток эггног. С домиком пришлось бы повозиться, если Джисон решился бы на приготовление. Будь тут Минхо, то это можно было сделать вместе, и основную работу точно сделал бы старший, а Хан пожинал столь прекрасные плоды, попивая тот самый эггног. И снова он грустит оттого, что его парень не может просто телепортироваться в Корею. Или работать где-то в пределах страны, чтобы у Джисона была возможность приехать к старшему, а не довольствоваться только видеозвонками и переписками. Но спасибо Америке за быстрый интернет и за то, что босс Минхо не поленился найти им жилье и станцию с этим самым интернетом. Ли просыпается немного позже, чем планировал, но сразу же заходит в общий чат и отправляет несколько стикеров на фото, которые отправил младший. И они снова общаются о разнице в культурах, Минхо вновь приводит какие-то интересные факты про Америку, а Джисон лежит на диване и все пялится в пустой угол. Возлюбленный ничего не сказал о том, что украшений недостаточно, значит, что все в порядке, но самому младшему кажется, что он что-то упускает. Но разве это важно? Особенно в тот момент, когда Минхо смотрит более игриво и спрашивает у Хани, не хотел бы он поговорить о чем-то более личном. К щекам приливает кровь, и младший ретируется в комнату, прикрывая за собой дверь в ожидании, что сейчас что-то произойдет… И вновь Джисон просыпается и думает о том, как ему не хватало Минхо именно в этот период. Они вчера общались около трех часов подряд, если это можно было назвать общением. Ли его изводил, заставил надеть наушники и слушать его голос, прикасаться к себе так, как коснулся бы его сейчас. Все это заставляло его тело то и дело содрогаться, выплескивая удовольствие капля за каплей. Вся ночь после этого разговора была пропитана такими же снами, и если бы старший был здесь, то он бы устроил тому настоящее доброе утро, желая вновь испробовать того на вкус. Его не было только два месяца, и это не самая их длинная разлука, но в этот раз все ощущалось иначе. Хан тосковал сильнее и поэтому первым делом зашел в их чат, чтобы напомнить о том, что того ждет серьезный разговор с боссом и Джисон ждет только хороших новостей, а если будут плохие, то он не будет больше появляться в сети. Эта угроза шуточная, но он надеется, что его мысли услышат за тысячи километров и старшего отправят домой как можно скорее. Ему уже не терпится понежиться в теплых объятиях, особенно после того, как старший показал ему свои мускулы, которые стали еще больше за те два месяца разлуки. Как теперь Джисону не хотеть их пощупать и откинуть назойливые желания, чтобы его сжали как можно крепче и не отпускали всю ночь из объятий? Самым сложным в проживании одному было придумывание самому себе развлечения. Когда ты живешь с кем-то, то у него могут быть планы или вещи, которые можно сделать вдвоем, и ты просто подстраиваешься под это, а не киснешь в одиночку. Джисон не был против того, чтобы валяться дома и ничего не делать, у него это почти как призвание, но даже ему иногда нужно было куда-то выходить и с кем-то общаться вживую. Поэтому он переложил со своих плеч нелегкую ношу разработки плана на день на своего лучшего друга Феликса. Ведь тот, наверное, только и ждал, что его друг напишет, и это почти было правдой. Ликсу недавно подарили приставку, и ему в срочном порядке нужно было научиться играть в различные игры на ней, и кто бы мог подойти на кандидатуру учителя лучше, чем профессиональный бездельник — Хан Джисон. Он занимался творчеством только в первые дни отъезда Минхо, пока тоска полностью не охватывала его, и в первые дни по приезде, когда его тело было разморенным, а эмоции переполняли. Ну, и он делал исключения, когда учился, ведь стипендия сама себя не заработает, а жаль. Он бы мог учиться менее усердно, но тогда у него совсем не было карманных денег, да и родители Хана, которые не очень поддерживали стремления сына, сказали бы несколько фраз в укор ему. Но если так подумать, то учеба не приносила дискомфорта, особенно с тем, что его парня, на которого он бы хотел тратить больше времени, чаще всего нет дома, а в игры он и так успевает играть, так что смысла прогуливать тоже нет. Обрадовавшись тому, что занятие на день найдено, Джисон с удовольствием принял Феликса в свои ученики и с предвкушением ожидал, как он весь день проведет в одной позе, и потом его задница и спина откажут, но это во имя благого дела. Он знал о том, как Ликс ненавидит проигрывать, поэтому во время обучения он сможет отыграться и повеселиться на полную, поэтому взяв несколько снеков из дома, чтобы не с пустыми руками, Хан быстро одевается и бежит к другу. Время у друга летит так же быстро, как и его проигрыши, которые только забавляют Джисона, а Феликса заставляют пыхтеть и вновь начинать игру. Когда время переваливает за десятый час, Хан думает, что пора сворачивать их уютный уголок, прямо, как и парень Феликса, который сидел посредине между ними и поглаживал бедро светловолосого парня. Это не только не помогало тому выиграть, но и способствовало новым проигрышам. И будь Джисон менее тактичным, он бы мог не обращать внимания на очевидные сигналы, которые так и кричали, что ему пора домой. Уже стоя на пороге, Хан обнимает друга на прощание, и его будто током прошибает, когда он видит зеленое дерево, украшенное в светлых тонах, с золотистым дождиком. Елка. Вот, чего не хватало его дому. Это то самое, что не давало ему покоя несколько дней. И он наконец-то осознает всю свою глупость, это дерево было буквально символом зимних праздников, оно окружало его на всех ярмарках, фильмах, да и тут тоже. Сейчас, когда наступил вечер и елка освещала все небольшое пространство, она привлекала все внимание на себя, тогда как так получилось, что он не заметил ее днем, когда пришел к другу? Может, это отсутствие подсветки или просто его желание побыстрее поиграть в приставку, но наконец-то его пазл складывается. Глядя в телефон, парень облегченно вздыхает, сейчас только двадцать восьмое число и до Нового Года у него есть время, если он его захочет как-то отмечать и этот пустой угол его доконает. А еще у него новое сообщение от бойфренда, которое нужно срочно прочитать, поэтому парень прощается в сотый раз и уходит из чужой квартиры, захлопывая дверь. В сообщении его возлюбленный говорит, что им нужно связаться по видеосвязи, поэтому Хан не терпит до дома и звонит в тот момент, когда выходит из чужого подъезда. И не сдерживает радостного вскрика, когда Минхо сообщает ему, что уже тридцать первого числа будет в Корее. А это означало, что оставалось ждать всего три дня и он наконец-то сможет оказаться в чужих крепких объятиях и не отпускать возлюбленного несколько дней от себя вообще, даже если он попросит. Когда первая волна эйфории прошла, парень понял, что у него есть три дня, чтобы купить лучший подарок для своего возлюбленного. Договоренности о них не было, но Джисон понимал, что тот точно привезет ему что-то из Америки, даже если это не подарок на Рождество или Новый Год, а несколько сувениров. И это его бы не насторожило так, если бы о подарке Хана не было сказано с какой-то загадочной интонацией и небольшой ухмылкой на лице. Он попытал удачу в том, чтобы расспросить о подарке, но, ожидаемо, не получил даже подсказки, поэтому пообщавшись еще немного, они распрощались, и Джисон принялся активно искать списки лучших подарков для своей пары. Хан любил дарить подарки, но его невыносимо раздражал тот момент, что ты не можешь просто дать денег и появится лучший вариант. Нужно сидеть и думать о том, как этот сюрприз воспримут, о всех его тайных смыслах и многих тонкостях. У Минхо это получалось намного лучше, он будто знал все самые сокровенные мысли младшего. Джисон тоже знал своего бойфренда, о его предпочтениях и вкусах, но это никак не помогало ему с выбором, ведь есть столько всего, что он бы хотел подарить, и только три дня на то, чтобы решить, какой будет самым идеальным. Последующие дни проходят в суматохе, Хан ходит от одного магазина в другой, пытаясь найти то, что ему бы понравилось. Еще ему нужно выкроить целый день на то, чтобы убраться в квартире. Зная любовь старшего к чистоте, он бы мог при наличии грязных полов начать уборку в тот же день, что и приехал, а Джисону хочется завладеть вниманием старшего максимально, поэтому дни летят с сумасшедшей скоростью. Он приходит в себя только тридцать первого, когда понимает, что уже вечером его возлюбленный переступит порог дома, и ему нужно теперь подготовить себя к встрече. Тишину комнаты нарушает звонок от Минхо, и Хан быстро принимает звонок. — Доброе утро, Хани. У самого старшего вечер, Хан видит темноту за огромными окнами. — Ты уже в аэропорту, хён? Старший утвердительно мычит. — Буду дома около десяти вечера и хотел попытать удачу и позвонить тебе перед посадкой. Я разбудил? Джисон зевает широко, прикрывая рот ладонью. — Сегодня у меня ранний подъем, — он слегка улыбается, когда смотрит на возлюбленного, который сидит около панорамного окна в круглых очках и с надувной подушкой на шее. — Мне даже не верится, что я смогу тебя увидеть хоть в какой-то зимний праздник, обычно я все пропускаю, — неловко хихикает старший. Его резко прерывает женский голос, который оповещает о начале посадки. — Мой рейс, — поясняет Минхо. — Надеюсь, что ты уже украсил елку, ведь Санта приносит подарки для хороших мальчиков именно туда. Черт, елка. С этими переживаниями по поводу подарка возлюбленному Хан вовсе позабыл о том, что его тревожил пустой угол. И если сейчас он скажет, что никакой елки нет, то получится немного неловко. Джисон уверен, что его бы поняли, но ему не хочется разочаровывать старшего, да и он будто так настроен на то, что в их доме все украшено в соответствии с американскими традициями, что прямо сейчас ему придется нагло врать и надеяться, что его не поймают за этим делом. — Конечно, — младший закусывает губу и решает немного сменить тему, — но я бы хотел больше услышать про хорошего мальчика. Ли смеется и говорит: — Ты услышишь это не один раз, хорошо? Такой разговор Джисону был больше по душе. — А теперь я пойду, — старший шлет воздушный поцелуй в камеру, — увидимся через пятнадцать часов. Хан тоже прощается и, быстро отключаясь, буквально вскакивает с кровати. Не могла его встреча с бойфрендом пройти спокойно, чтобы он без лишних нервов просто приводил себя в порядок и сидел дома, нет, сэр. Джисон надеется, что для таких, как он, которые ищут зеленое дерево тридцать первого числа, делают какие-то скидки. Может, эти скидки есть, но явно не там, где он ищет. Продавцов, которых ранее приметил Хан около дома, поняв, чего именно ему не хватает, будто ветром сдуло, наверное, они уже продали весь свой товар. Ехать до центра было около часа, но если где и должна быть елка, то, скорее всего, там, во имя великого туризма. Отчаяние достигает своего пика, когда Хан, помывшийся и полностью приготовившийся к встрече с бойфрендом, приезжает в центр и обнаруживает несколько дохлых деревьев, которые приветственно валяются на обочине возле рождественских ярмарок. Джисон понимает, что бежал, в тот момент, когда на его лбу собираются капельки пота, и быстро их утирает. Не хватало, чтобы его макияж пострадал до вечера. Сейчас кажется резонным спросить себя: нужна ли в доме настоящая елка? Ведь всегда есть магазины, где продаются жалкие пародии на елки или вообще деревья, которые работают новогодними торшерами, и будет шанс ослепить Минхо настолько, что он не заметит разницы. Парень стонет недовольно. Должна же быть в Сеуле хоть одна приличная елка, которая ждала такого никудышного хозяина. Пройдя всю ярмарку, Хан вновь идет в сторону метро, сейчас он поедет и купит самое уродское искусственное дерево, накинет несколько дождиков сверху, и на этом его страдания окончатся. Каково же было удивление, когда продавец в огромном магазине с заготовленной улыбочкой говорит, что у них не осталось искусственных елок и есть только жалкая пародия на одиноко висящую лампу в стене, когда ты заезжаешь в голую квартиру. Но это ведь ничего, правда? Тут рядом есть куча магазинов, и ведь надежда умирает последней. И она почти умерла в тот момент, когда у него стоял выбор между неоново-розовой искусственной елкой и двумя веточками настоящей ели, которые можно было купить при входе в торговый центр. Надо было взять одну из тех несчастных елок, которые валялись на ярмарке, это сейчас кажется более привлекательной идеей, как ни крути. Время изрядно поджимает, он провел весь день в поисках, точнее, в путешествиях из точки А в точку Б, чтобы найти целое ничего. Может, взять елку напрокат у Феликса? Нет, ну а что, она уже украшена и вряд ли нужна будет им именно в эту ночь, а потом Джисон признается Минхо, что елка вовсе не их. Заодно хён повидается с Ликсом, который следил за развитием их отношений с самого начала и слушал бесконечное нытье Хана. До встречи с возлюбленным у него есть примерно три часа, и если он не поторопится сделать хоть что-нибудь, то попросту пропустит его возращение и свою возможность освежиться в душе перед приходом старшего. Да даже если без елки, то разве это будет важно? Когда они увидятся, это не будет иметь никакого значения. Поэтому Хан принимает тяжелое решение: вернуться домой и импровизировать. Может, ему встретить старшего в красивом белье, и на этом моменте вряд ли кто-то смог бы кинуть взгляд за спину и уличить в небольшой лжи. Как назло все поезда начали опаздывать, будто чувствовали, что сам Джисон нервничает и опаздывает. Ему ехать больше часа, не хотелось потом все делать впопыхах, но и идти пешком было не вариант, он дойдет тогда только к полуночи, если установит быстрый темп. Раздраженно цокая языком, парень принимается ждать, надеясь, что хотя бы этот поезд не отменят и он не останется в метро навечно. С каждой новой минутой ожидания Хан раздражался не на шутку, поезд был задержан на двадцать минут, людей было куча, и он еле втиснулся в вагон, толкая плечом даму, которая хотела влезть перед ним. Ему даже не стыдно, он привык жить в Сеуле в период праздников и понимал, что хоть такое поведение не является приемлемым, но оно превращается в таковое, теряя любые нормы приличия. Из вагона пришлось вылезать с таким же боем, как и заходил. Его станция была промежуточной между несколькими главными, где больше всего людей выходит и заходит, и он уже не на шутку пожалел, что не захотел раскошелиться и поехать на такси. Ему казалось, что он полностью пропитан чужими запахами, которые резали нос, и хотелось только сжечь одежду, в которой он стоял, и снова перемыть голову, чтобы не оставлять напоминание про эту поездку. Раздраженно двигаясь в сторону дома, Хан смотрит на время, до прибытия Минхо у него есть полтора часа, этого хватит для того, чтобы помыться и вновь уложить волосы. Поэтому парень ускоряет шаг, двигаясь не по своему обычному маршруту, а через небольшие дворики, чтобы хоть немного сократить себе путь. Он раздраженно пинает небольшие сугробы, даже не удосуживаясь поднимать ноги. Ну вот почему в единственный раз, когда его парень приезжает на праздник, он идет совсем не по плану? Повезло, что он хотя бы украсил дом до того, как услышал о том, что Минхо вернется. Спасибо ему за то, что подарил немного вдохновения и рождественского настроения, но ему хочется винить себя в том, что с елкой так некрасиво получается. Остался один поворот, и Джисон окажется в теплом доме. На улице темно так, что глаза можно выколоть и разницы никакой не почувствуешь, редкие фонари освещали только небольшие участки около мусорных баков. Расположение, конечно, десять из десяти, думается парню, и вот он доходит до очередного такого фонаря, намереваясь свернуть к своему дому, как его взгляд цепляет что-то, выделяющееся на фоне металлических баков. Что-то зеленое и колючее. Парень резко останавливается и не верит. Кто-то на полном серьезе выбросил елку сегодня, и она не выглядела ужасно, просто обычная себе елка, у которой даже не было причин быть выброшенной. Джисон думает быстро, осматривается вокруг несколько раз и подходит к дереву, осматривая ближе на наличие залысин. Нет, она со всех сторон довольно пышная. Вновь быстро осмотревшись, Хан берет дерево в руку так, чтобы колючие ветви не так сильно кололи руки, и идет в сторону дома, отходя от мусорных баков на приличное расстояние, будто не он тут стоял и забрал дерево. Если не говорить, что это дерево стояло возле баков, то так и не скажешь. Его гордость это не заденет, а Минхо никогда не узнает, на том он сам с собой и решил. Дерево было не очень большое, что идеально даже вписывалось в интерьер квартиры. Накинуть на деревце несколько гирлянд, которые он купил для дома, и можно сказать, что украшение завершено, легкий минимализм, который не прослеживался во всей квартире, но отчаянные времена требуют отчаянных действий. Повозившись с ключами некоторое время, парень недовольно цокает. Еще бы остаться под дверями за час до приезда парня, будет встречать его очень по-праздничному с отвоеванной у мусорных баков елкой. Зеленое дерево опирается о входную дверь, когда Джисон снимает куртку. Действовать нужно быстро, прикидывая в голове, сколько у него уйдет времени на все, он вновь берет в руку елку и собирается двинуться в сторону гостиной, наконец-то заполнив пустой угол тем, чего так не хватало. Но не успевает и шагу сделать, когда видит чуть дальше шкафа небольшой чемодан, с которым Минхо уезжал два месяца назад. Хан не верит в то, что видит, и все-таки решается сделать шаг, ведь вдруг это вовсе не его возлюбленный, а какой-то неизвестный человек, у него ведь теперь есть, чем обороняться. Покрепче сжав ствол, Джисон плотно сжимает губы и немного вытягивает голову, чтобы заглянуть в другую комнату, но пугается от неожиданно появившегося силуэта. Такого знакомого и любимого. — Хани, ты чего? — Минхо смеется, стоя посреди множества теплых огоньков, подсвечивающих его идеальную фигуру. Плотные бедра обтянуты в светлые джинсы, сверху надет темный гольф, обтягивая накачанные руки, которые точно стали значительно больше. Зеленое дерево выпадает из рук, которые бессильно разжимаются, а сам он бежит в сторону возлюбленного, запрыгивая на того. Ли немного покачнулся от неожиданности, но успел подхватить младшего и крепко обвил руками, заставив ноги того повиснуть в воздухе. Хан не уверен, что ему не кажется, вдруг это все какой-то странный сон перед Новым Годом, а потом он проснется в кровати один, крепко держа в руках телефон, с которым он снова уснул, не желая прощаться с тем, кто так далеко. Минхо немного меняет положение рук, поддерживая парня теперь под бедрами и немного подкидывая выше, так, что теперь Джисону нужно взглянуть в лицо, а не прятаться в изгибе чужой шеи. Младший смотрит долго, пытается выцепить в лице какие-то изменения, вспомнить те мелочи, которые могли бы выдать в нем настоящего. Ли действует первый, мягко целует чужие пухлые губы, слегка прохладные от долгого нахождения на улице. Хан вплетает одну из рук в чужие волосы, как же он скучал по этому простому жесту, который позволял прижаться ближе, тело к телу. Джисон ведет языком по нижней губе, прося, чтобы старший приоткрыл рот, но тот резко прерывает поцелуй, оставляя нежный чмок на растерянном лице. — Теперь это я? Младший невольно закатывает глаза, понимая, что его бойфренд знает того как облупленного. Или читает мысли, что могло быть самой ужасной вещью, и он вовсе не хотел этого знать. — Я еще не на все сто процентов уверен, если честно, — младший проводит прохладным кончиком носа по теплой щеке. — Когда ты вернулся? И почему раньше времени? Джисон думает, что это могло звучать грубо, будто старшего тут не ждали. — Нет, я рад! Но хотелось тебя нормально встретить. — Меня вполне все устраивает, — Минхо медленно опускает парня на землю, теперь Джисон не может смотреть сверху вниз на возлюбленного. Ли придерживает пальцами чужой подбородок, слегка приподнимая его, и оставляет новый целомудренный поцелуй на щеке. — А теперь расскажи мне историю про елку, — кошачьи глаза метнулись в сторону прихожей, где все еще валялась на полу пушистая красавица. — Я думаю, что нам нужно ее украсить, не так ли? Джисон быстро прошмыгивает в прихожую, смотря на дерево, которое скинуло несколько веточек от удара о пол, но в целом было в порядке. Хан будет бесстыже избегать этого разговора так долго, как только может, а с тем, что он теперь еще может поцеловать старшего и не дать ему договорить, эта миссия кажется плевым делом. Минхо качает головой несколько раз, даже не пытаясь подавить улыбку, и подходит к младшему сзади, когда он пытается поставить елку так, чтобы она не заваливалась в разные стороны. Старший кладет подбородок на чужое плечо и обвивает руками тонкую талию, кажется, что она стала еще тоньше за то время, пока он отсутствовал, но это казалось физически невозможным. Его пальцы пробираются под плотную толстовку, оставаясь играть ими с футболкой, которая отделяла от желанного контакта с кожей. — Ты будешь вообще помогать? — младший пыхтит возмущенно, потому что после нескольких месяцев разлуки его могло выбить из колеи даже дыхание от Минхо в его сторону. — Моральная поддержка, — старший вновь улыбается довольно, оставляя поцелуй на шее. Он чувствует, как Хан вздрагивает, и прекрасно понимает, что в данный момент это никакая не поддержка, но он не виноват в том, что соскучился и не может удовлетворить свой тактильный голод двумя поцелуями. Джисон чувствует улыбку на чужих губах, когда поцелуи новыми волнами покрывают его тело. Ему хочется больше, раствориться в этих касаниях, а не делать вид, что он усердно старается поставить елку прямо. — Мы можем заказать какой-нибудь доставки и дождаться Нового Года, — Минхо прерывается от своего занятия, говоря около самого уха, что тоже не давало Джисону сосредоточиться. — А потом продолжить то, что началось здесь. Ли оставляет еще один поцелуй за ухом, заставив Джисона разом покрыться мурашками. Следующие действия были быстрыми, он разомкнул объятия, взял елку из рук и буквально за два движения поставил ее так, чтобы она не падала. С Минхо всегда все шло намного быстрее. В одной руке у него был мобильный, где тот уже заказывал доставку, а второй рукой нащупывал гирлянды, чтобы они с Джисоном смогли их накинуть на дерево и не оставить то без украшений вовсе. Хан же просто ходил за старшим по пятам, все пытаясь помочь и унять бешеное сердцебиение, когда они пересекались взглядами. Минхо рассказывал о том, как летел из Америки и как настолько быстро смог добраться до дома, что выглядело действительно как новогоднее чудо. Ему удалось первым встать в очередь на паспортный контроль, багаж был при себе, а таксист был довольно приятным и довез его с минимальным количеством пробок, зная какие-то свои хитрые маршруты. Джисон доедал вторую порцию горячей лапши и пытался даже не отрывать взгляда от старшего. Ли поглаживал бедро младшего через ткань темных штанов, желая больше никогда не расставаться надолго. Время летело быстро, и, когда вся еда была доедена, у старшего зазвенел будильник, заставляя младшего выгнуть бровь. — Не хотел пропустить Новый Год, — быстро поясняет старший, — обменяемся подарками? Минхо тянется к Джисону, оставляя быстрый поцелуй на его губах, и встает с дивана. Тот сразу же встает за старшим, подходя к двум носкам. В тот, который предназначался для возлюбленного, он уже успел вложить подарок несколько дней назад, его голова бесконечно раскалывалась от всевозможных вариантов подарка, но он надеялся, что этот придется по душе. Интересно, его подарок уже тоже находится в носке? Ли вышел из комнаты, распаковывая чемодан, а Хана охватило-таки неподдельное желание глянуть хоть одним глазком, что же там. Глянув в сторону бойфренда и увидев, что тот все еще занят, Джисон осторожно подошел ближе и отодвинул пальцем край ткани, чтобы иметь возможность заглянуть внутрь. С первой попытки было неясно, что же там, поэтому, подойдя еще ближе, младший практически опустил голову внутрь носка, все пытаясь высмотреть что-то кроме черного пятна. — Что делаешь? — руки старшего резко оказались на его талии, заставив младшего подпрыгнуть и вскрикнуть от страха. — Нечего было подсматривать. Минхо прижимает хрупкое тело ближе к себе, пока Джисон держится за свое сердце, что практически выпрыгнуло из груди. — Я даже ничего не увидел, — жалобно говорит Хан. — Можно было подождать две минуты и обойтись без этого, — Минхо кладет одну из своих рук на грудь младшего, ощущая, как сердце того все еще быстро билось от страха. — Уже ничего не изменишь, — бурчит Джисон и поворачивает голову в сторону возлюбленного. — Нам обязательно ждать еще две минуты? — Ты хочешь пропустить традицию с поцелуем в полночь? Глаза младшего удивленно раскрываются, а губы непроизвольно вытягиваются вперед, чтобы скорее получить поцелуй. — Ровно в полночь, — смеется старший и быстро ищет что-то в интернете. Джисону уже не терпится поскорее вновь поцеловать возлюбленного и преподнести ему свой подарок. Ну и открыть свой, конечно же, ведь там что-то не очень большое, если судить по тому, что ничего сразу же не было видно. А вдруг там и вовсе ничего нет и Минхо сделает ему сюрприз более неожиданно. Но носок, который немного провисал от тяжести, говорил об обратном. Ли ставит свой телефон на небольшую полку с открытой страницей сайта, где показывают точное время. У них всего одна минута до того, как двадцать второй год сменится на двадцать третий. — Я надеюсь, что следующий год будет наполнен большим количеством приятных воспоминаний, — начинает старший, окольцовывая талию младшего. — Не хотел говорить сейчас, но я подал заявление о временном переводе в корейский офис, и если мне его одобрят, то целый год мне не нужно будет никуда ездить, просто ходить на работу, как обычные люди. И мы сможем отметить Рождество, а потом и Новый Год вместе. Джисону стоило огромных усилий, чтобы не поцеловать старшего раньше на тридцать секунд, но все же сдержать свой некий порыв он не смог. Его руки оказались на шее старшего, и он прижался так крепко, как только мог, утыкаясь губами в щеку. — Надеюсь, что они его правда одобрят, — протягивает Джисон и немного отстраняется, вновь глядя на своего возлюбленного. — Отсчитаешь со мной? Минхо бросает быстрый взгляд на время и вновь возвращает свой взгляд на Хана, который кивнул и положил свои ладони на чужие щеки. — Пять, — пальцы младшего мягко оглаживают нежную кожу. — Четыре. — Три. — Два, — Джисон придвигается вплотную к губам. — Один, — Минхо слегка поворачивает голову. — С Новым Годом, — шепчут парни друг другу в самые губы и соединяются в таком желанном поцелуе. Они медленно движутся в такт, никто из них не торопит событие, просто наслаждаясь моментом, который они могут разделить только вдвоем. Руки Минхо осторожно спускаются ниже, оказываясь на ягодицах младшего, в то время как ладони Хана перемещаются с щек на грудь, упираясь руками в крепкие мышцы. Ловкие пальцы выводят круги на тонкой водолазке, отчего старший невольно вздрагивает, и это чувствует младший. — Обмен подарками? — Минхо отстраняется первый, отходя на «безопасное» расстояние. — Тогда я открою твой? — восторженно говорит Хан и уже подходит к носку, который так и манил заглянуть в него. — Нет! — восклицает Ли. — Сначала я хочу открыть твой, если ты позволишь, — чуть более спокойно продолжает парень. Джисон немного неуверенно покосился на возлюбленного, но если этот порядок так важен, то пускай так и остается. Он отходит немного в сторону, пропуская Минхо к его подарку. — Я долго над ним думал, но ты не смейся только, ладно? — Ли улыбается широко, от чего его кошачьи глаза полностью прикрываются. Он быстро ныряет рукой внутрь и достает небольшую коробочку, обернутую темно-синей оберточной бумагой, и поворачивается к Джисону. — Ну, так бы ты быстро открыл, пусть немного интриги будет, — оправдывается младший, ковыряя пальцами край своей толстовки. Минхо быстро справляется с упаковкой и, глядя в глаза младшему, открывает коробочку. Он перемещает свой взор вниз, обнаруживая два украшения, которые лежат рядом на тоненькой цепочке. — Я читал, что у каждой Луны должно быть свое Солнце, и это мне запомнилось, — тихо говорит младший. — Ты можешь носить оба украшения, если хочешь. — У меня же есть свое Солнце, зачем носить оба, — мягко воркует Ли. Щеки Джисона приобретают розовый оттенок, будто он не ожидал никакой похвалы и подтверждений их чувств. — Подойди ближе, — старший поддевает пальцами один из кулонов, замечая, что те магнитом тянутся друг к другу. Его губы трогает легкая улыбка оттого, насколько этот подарок был продуман и мил. Минхо осторожно надевает цепочку и передает свою, с небольшой Луной, в руки младшему, чтобы он смог сделать то же самое. — Спасибо за чудесный подарок, — Ли оставляет легкий поцелуй на чужих губах и немного нервно хлопает в ладоши. — Для того, чтобы я подарил свой подарок, нам нужно немного подготовиться. Хан жалобно стонет. — Неужели ты не можешь прекратить издеваться и вручить мне мой подарок? — Это на случай, если основной подарок не понравится, тогда второй будет твоим подарком на Новый Год. — Ты приготовил два подарка? — возмущенно начинает Джисон, но его прерывают быстрым поцелуем в губы. — Отвернись к стенке и закрой глаза, а когда я вернусь, ты сможешь посмотреть, что же было в носке, договорились? Не сказать, что ожидание добавляло каких-то радостных нот в жизнь Джисона, но еще немного и он сможет взять свой подарок в руки, так что он кивает и, отворачиваясь к стенке, прикрывает глаза. Подсматривать ему уже не хотелось, но он внимательно прислушивался ко всем звукам, которые исходили из прихожей. Минхо вновь возился со своим чемоданом. Значило ли это, что его второй подарок намного больше первого? Или его нельзя было перевозить в небольшой сумке, которая свисала с плеча старшего, когда он уезжал в Америку. Шум переместился ближе к елке, что могло означать скорый зеленый свет на то, чтобы он мог открыть глаза. Голос Ли доносится из-за спины: — Можешь смотреть. Хан быстро распахивает глаза и ныряет рукой в носок, сразу же нащупывая небольшую бархатную коробочку. Неужели они решили подарить друг другу что-то парное в этом году? Теперь младший был рад тому, что его подарок был первым, будто не он украл чужую идею. Раскрывая коробочку прямо у глаз, Джисон растерянно моргает, находя ее пустой. — Минхо, я ничего не понимаю… — парень разворачивается и сразу замолкает, видя своего возлюбленного, сидящего на одном колене и с обручальным кольцом в руках. — Я должен был приготовить длинную речь, где описываю все твои достоинства и просто говорю о том, как сильно люблю тебя, но в какой-то момент, когда я сидел в Америке после нашего очередного разговора, я понял, что мне недостаточно того, что ты мой парень. И сорвался из офиса, чтобы пойти в ювелирный и купить это кольцо, — Минхо хмыкает. — Оно скромное, по меркам того, что я видел, но надеюсь, что ты примешь его и у меня будет шанс исправиться на обручальном кольце. Джисон прикрывает глаза рукой, которые слезятся от непрошенных слез, и молча протягивает левую. Он не был готов к такому подарку, но не принять предложение также не мог, ведь это же Минхо, тот парень, которого он готов ждать из каждой экспедиции, тот самый, с которым они провели времени больше по отдельности, тот самый, который сейчас попросил о переводе, потому что знал, что будет просить руки и сердца. Он безвольно несколько раз кивает головой, боится, что если попробует сказать что-то, то из горла донесется всхлип и он не сможет справиться с эмоциями. Минхо надевает кольцо слегка подрагивающими руками, хотя сейчас неизвестно, у кого из них они дрожат сильнее. Следующее прикосновение, которое ощущает Джисон, мягкий поцелуй, который приходится на руку, прикрывавшую глаза, а затем чувствует руки, которые вновь обвивают талию, прижимая ближе к себе. — Я боялся, что ты откажешь, — тихо шепчет Ли, — поэтому мой второй подарок все еще в силе. Младший убирает руку от лица и смотрит в сторону зеленого дерева, под которым лежало что-то большое темно-серого цвета. — Это электроодеяло. Если бы ты отказал, то оно бы могло тебя согреть, — неловкий смешок вырывается из его губ, выдавая нервозность. Джисон шмыгает носом и все же кладет свои руки на плечи возлюбленного, который решился на такой серьезный шаг. — Настолько страшно? Минхо берет ладонь и кладет к себе на грудь, чтобы младший мог почувствовать его учащенное сердцебиение. — Я все еще не верю, что ты согласился. Хан мотает головой в сторону, ему самому не верится, что он даже не обдумывал свое решение, просто сделал так, как хотелось. Но глядя на Минхо, зеленое пышное дерево, украшенную огоньками квартиру и помолвочное кольцо, он думает о том, что многие спонтанные решения превращаются во что-то поистине волшебное, как и сам праздник, который проносится раз в году по всем странам мира. И если бы ему сказали, что еще через два года он будет замужем за самым любящим мужчиной и встречать Новый Год в Америке, переехав туда ради общей карьеры, он бы никогда не поверил в это, попросил бы прекратить издеваться. Но даже спустя время он будет уверен в этом решении, в том самом жесте, когда, протянув свою руку и отдав сердце, он согласился на важный шаг и сейчас может стоять в объятиях любимого, глядя на заснеженную улицу. Может, в этом и была магия Нового Года и самого важного зеленого атрибута.