Верь мне. История забвения одной души.

Жаркое палящее солнце своими яркими лучами прожигало небольшую поляну. На ней, словно статуи застыли два неподвижных силуэта. Несильный ветерок трепал тёмные, почти чёрные волосы одной из фигур. Её жемчужные глаза смотрели хмуро и сосредоточено на второго актёра этой странной сцены. Такие же, словно смоль волосы, пышно развивались на ветру, укрывая свою хозяйку словно плащом. Длинная чёлка едва колебалась, позволяя увидеть два вечно скрытых изумрудных глаза. На губах играла немного сумашедшая улыбка, обнажающая ряд белоснежных зубов. Перед этой странной девушкой застыла ещё одна тень. Массивная словно гора, гигантская кукла гордо возвышалась над зеленоглазой. Острые рога. Рубиновые глаза. И мощные лапы, то сжимались, то разжимались, желая вцепиться в горло противницы его госпожи. Чуть подавшись корпусом вперёд и вскинув руки, с изящными длинными пальчиками невестка Хошигаке приготовилась атаковать. Едва заметное мановение кистью и мощный исполин срывается с места, с огромной скоростью приближаясь к сероглазой брюнетке. Последняя же ловким движением уворачивается от сокрушительного удара, легко кувыркнувшись, оказывается на спине марионетки и, сосредоточив побольше чакры в ладонях со всей силой ударяет с начало по самой кукле, а потом уже и по нитям чакры соединяющую её с хозяйкой. Но к ужасу Хьюги это, не приводит совершено не к каким результатам. Оборванные нити тут же регенерируют, а на мощной бронированной спине не остаётся ни малейшей царапины. Таберу резко выгнувшись в спине, тут же заваливается на землю, явно намереваясь раздавить прицепившеюся куноичи. Но девушка успевает в последний момент увернуться. Подальше отрыгнув от противника, она судорожно пытается понять, как же ей пробить оборону вечно атакующей куклы. Может попробовать добраться до Юки? Вряд ли она сможет применять ещё какие-либо техники, управляя куклой. Выхватив из подсумка пару кунаев с взрывными печатями, брюнетка тут же метнула их в Таберу, воспользовавшись образовавшейся дымчатой завесой, она бросилась в сторону зеленоглазой. Выпрыгнув из дымки, она стремительно приближалась к ухмыляющейся противнице. Вот уже ладони горят привычной голубоватой чакрой, вот она всего в паре шагов от достижения своей цели… Хьюга метится прямо в грудь, где удары получаются особенно сильными и действенными. Ещё пару сантиметров… И тут непонятно откуда появляется когтистая рука атакованной ранее марионетки. Алмазные ладони со всей силы ударяются об образовавшуюся преграду, пуская сеть тонких трещин в непробиваемой броне. Удар получается слишком мощный и ударной волной раскидывает противников в разные стороны. Ловко приземлившись на невысокие каблуки Хината победно глядит на немного растерянную Юки. Ага, получилось!!! А ведь это был далеко не самая сильная её техника!!! - Что ж, неплохо. Ещё ни кто не мог оставить даже царапины на броне Таберу Хито. Ты удивила меня Хината. – Чуть наклонив голову в сторону, Юки весело рассмеялась. – Я думаю разминку можно закончить и перейти к более серьёзным техникам. Ты готова? - Оттолкнувшись от земли, девушка мягко запрыгнула на плечи своей марионетке. – Да свершиться наш истинный бой…Минаками Нинджа но Джитсу!!! Широкая пасть Таберу тут же распахнулась, показывая ряды острых клыков. Из неё с легким бульканьем стала вытекать вода, которая тихо покачиваясь, оставалась висеть в воздухе нарастающим шаром. Глаза Хьюги, в который раз уже за день удивлённо распахнулись, поражаясь виду неизвестной техники. Тем временем гигантский шар поднялся ещё выше в воздух и по мановению рук Юки тут же стал меняться, принимая очертания человека. Вот две стройные длинные ножки, вот тонкая талия, выше небольшая грудь, тонкие изящные руки и в завершение голова с копной прозрачных переливающих волос. Чуть приглядевшись, Хината поняла, кого так напоминала ей эта девушка. Юки!!! Просто фантастическая схожесть. Закончив трансформироваться, это нечто приземлилось рядом со своим оригиналом, и так же склонив чуть в бок голову, уставилась на противницу. - Познакомься Хина, это Сверкающая Дева Шайнигу. Как ты уже верно заметила, она моя копия, даже мыслит так же, она почти разумное существо. А так же просто идеальное оружие. В дуэте с Таберу их ещё ни кто не побеждал, разумеется, кроме Итачи и Кисаме. - Сделав превосходное сальто назад, Юки скрылась за спинами своих марионеток. – Что ж, посмотрим, на что способна ты. Я не Нами, биться буду в полную силу, мне беременность не мешает. Сасори-дано сказал, чем жёстче я буду здесь, тем мягче и нежней он будет с тобой. Так что это всё для твоего же блага. - Мда… - Хьюга явно не могла понять логики. Хотя вывод тут один, либо её сильно изобьют здесь, либо будет жестокое наказание от Акатсуны. Больно будет в любом случае. Да, прям и решить невозможно, что же лучше. - Шайнигу, единение тел!!! – Тут же после слов зеленоглазой водяная кукла, будто утратив внутреннюю опору, стала растекаться, покрывая Таберу словно второй кожей. - Стиль мягкой руки: двойной кулак льва!!! – Пока, что в арсенале Хинаты это была самая мощная техника и она была единственным, что могла противопоставить наследница клана, двойной броне Таберу. Привычное голубое пламя чакры приятным теплом окутало обе ладони девушки, играя бликами на её алмазных кистях. Чуть присев, брюнетка метнулась в сторону противника, тот тоже не отставал, нанося мощнейшие удары и хитрые выпады. Едва успев пригнуться и выставить блок, Хьюга с ужасом услышала негромкий хруст в своей правой руке, который тут же отозвался чудовищной болью. С криком раненого зверя она с остервенением начала атаковать Таберу. Особо хитро извернувшись, она со всей силы впечатала перенасыщенную чакрой ладонь в бронированный бок этой боевой машины. Но только стоило ей коснуться воды на его теле, как она молниеносно стала перетекать на руку самой Хьюги. Жидкость до ужаса сжимала и просто сминала кости, заставляя девушку зайтись в диком крике. Из обвившей руку Хьюги воды стал подниматься уже знакомый силуэт, псевдо-Юки ухмыльнулась и, схватив брюнетку за горло, со всей силы припечатала к земле. Горевшие до этого неистовым синим пламенем головы львов, гордость Хинаты, медленно потухали, теряя свой облик и силу. - Чёрт… Я… я… не… мо…гу… про…играть… - С трудом подняв руки девушка со всей силы ударила по ухмыляющемуся лицу водяной марионетки. Голова Шайнигу взорвалась тучей сияющих брызг и тут же приняла обратно свою форму. Подняв повыше, свою прозрачную ручку она медленно, словно нехотя стала пронизать заострившимися, точно сенбоны пальчиками руки обладательницы бъякугана, чуть выше локтя. Кровь алыми ручейками стала стекать на землю, впитываясь в одежду и окрашивая прозрачную псевдо-Юки в красноватый цвет. – Я.. НЕ…МОГУ…ПРОИГРАТЬ!!! Громкий крик разорвал образовавшуюся на поляне тишину. Обнажив ряд белоснежных ровных зубов, Хьюга грозно скалилась, силясь разорвать сковавшие её оковы. Прямо сквозь острые пики, которыми её проткнула Дева она поднимала руки, совершенно наплевав на боль. Сосредоточив чакру в ладонях, она словно плетью рассекла тело Шайнигу. И хоть оно тут же восстановилось, Хината добилась своего. Настоящая же Юки в этот момент с непониманием смотрела на поднявшуюся девушку. Её бъякуган, словно изнутри подёрнулся чёрной дымкой, которая постепенно превращалась в оформленные символы древних рун. Хвала Ками Саме, Юки обучаясь в академии, не всё время прогуливала уроки, а хоть немного познавала азы техник шиноби. Руны, появившиеся на бъякугане Хьюги, использовались за всю историю только одним кланом, очень сильным и известным в своё время. Узумаки. Поистине мощный народ, живший в ныне разрушенной деревне Скрытой Водопадом. “Иса” – руна расположенная в правом глазу, означала самообладание и спокойствие, а в левом “Альгиз” именующаяся ещё, как безумие и инстинкт. Что бы всё это могло означать? Юки не знала. Продолжая осматривать Хинату, девушка всё больше дивилась, тому, как она до сих пор умудрялась стоять на ногах. Переломанные руки, словно плети, свисали с боков, а сама раненная куноичи чуть нагнувшись вперёд, прерывисто дышала. Одежда, перепачканная кровью и землёй смялась, демонстрируя прекрасное подтянутое тело. Вдруг, Хьюга сделала сначала один шаг вперёд, потом два, три, медленно переходя на бег. Её глаза излучали одновременно пустоту и безумие. Совершенно безоружная, с переломанными руками она внушала просто животный ужас. Поставив Таберу вперёд и подозвав к себе Шайнигу, Юки с необъяснимым трепетом ожидала удара. И он последовал. Мощный. Сокрушающий. Дикий. Чакра в теле куноичи словно взбесилась, вырываясь наружу яркими сполохами. Вены на лице вздулись ещё больше, а сам бъякуган как будто изнутри светился неярким сиреневатым цветом, особенно ярко сейчас выделялась руна Альгиз, имеющая тонкий алый контур. Таберу стойко сносил яростные удары, прикрывая свою хозяйку. Однако по его броне всё больше и больше расползались цепочки тонких трещин. - Уходи. Дальше я сам разберусь. – Юки мелко вздрогнула, услышав у себя за спиной холодный голос Акатсуны. – Иди в штаб, забери Нами и пленницу, а потом возвращайся сюда с Учихой. У тебя три минуты. Не медля больше ни секунды, девушка, сложив печати, прервала свою технику, запечатав Таберу и Шайнигу. Мгновение, и вот она уже возле деревьев, подхватив раненых, исчезла в густых кронах. - И что же мне теперь с тобой делать? – Сасори не боялся взбесившуюся девушку, просто он не знал, как же её можно остановить, при этом сильно не покалечив. Собственно поэтому он приказал привести Учиху, тот легко сможет поместить наследницу клана в гендзюцу и покопаться уже в её подсознании. Что за чёрт вообще с ней происходит? И почему она его совсем не узнаёт? Вдруг, задумавшегося Акатсуну от мыслей отвлекла быстрая тень, промелькнувшая над ним. Мгновенный блок и зубы Хьюги впиваются в деревянное кукольное запястье. Подножка, захват, попытка прикрепить к телу девушки нити чакры потерпели явное фиаско. От тихого рычания, вырывающегося из груди брюнетки, у Скорпиона на голове зашевелились волосы. Жуть. Неужели это и сеть тот самый приступ? Как же с ней справлялись в деревне? Удивительно, что за всё время она ни кого не убила. Опять внезапная атака. Но в этот раз Сасори удалось схватить девушку за раненые руки. Она кричала. Громко. Грозно. Гневно. Держать захват было трудно, руки скользили из-за крови текущей из порезов, да и сама куноичи извивалась, будто змея на раскалённых углях. Чакра вырывающаяся из тела брюнетки обжигала, словно пламя, грозясь спалить кукольное тело Скорпиона дотла. - Что Акатсуна, не можешь справиться, даже с собственной ученицей? – Всегда безразличный и равнодушный голос Итачи, звучал до ужаса саркастично и насмешливо. Встав напротив вырывающейся девушки, он, поднял её лицо за подбородок и внимательно посмотрел ей в глаза. Ещё буквально пятнадцать секунд, пленница продолжала вырываться, противясь воле гендзюцу, но вот её движения стали всё более медленными и плавными, пока она в конец не повисла в руках Акатсуны безвольной куклой с широко распахнутыми глазами. - Я думаю, она получила уже достаточно увечий на сегодня. Я не ты, побеждаю только с кровью и смертью. – Осторожно опустив Хинату на траву, кукольник внимательно стал изучать её бъякуган. Сейчас руны уже не выделялись, так ярко, как во время боя, а были полупрозрачными, с размытыми контурами. – Как бы ни был прискорбен данный факт, но я мало разбираюсь в додзюцу, так что буду вынужден спросить, знаешь ли ты, что всё это значит? Сасори стоило огромного труда держать себя в руках, смотря в эти холодные красные глаза. Итачи Учиха. Он всегда, как-то необычно поглядывал на его ученицу. Он опасен. Не зря Акатсуна запретил Хинате общаться с ним. Хоть и последняя весьма активно сопротивлялась, продолжая тайно встречаться со своим “другом”, красноволосый был относительно спокоен. Переведя свой ледяной взгляд на девушку, Итачи стал, так же внимательно изучать изменившийся бъякуган. Альгиз и Иса. Какое странное сочетание, прям, как огонь и вода. Жизнь и смерть. Вряд ли руны имеют естественное происхождение. Скорей всего, они поставлены кем-то из клана Узумаки, только они владели рунными печатями. Но зачем и когда? - Символы олицетворяют две её сущности. Одна – это её обычное состояние, состояние покоя. Вторая же, это гнев и безумие. Могу предположить, что Хината, неосознанно активировала руну Альгиз, что и привело её к боевому состоянию самозащиты. В ней горел инстинкт самосохранения. Сейчас это техника деактивирована и сознание твоей ученицы стабильно. Не считая остальных наружных повреждений. - Это высшая форма бъякугана, что-то вроде твоего мангекю? - По силе, Хината была просто идеальным смертельным оружием, так что частично можно сказать да. Она даже не сразу попала в моё гендзюцу. Но это всё не бъякуган. Эти руны имеют инородное происхождение и берут корни в запечатывающих техниках клана Узумаки. Кто-то очень сильный, давно применил к ней это. Руны хранят в себе просто невероятное количество чакры, копившейся наверняка на протяжении нескольких лет. Чакры у неё не меньше чем у тебя или меня, но вот умеет ли она в здравом уме применять свои запасы большой вопрос. - Спасибо, что поделился своими соображениями Учиха. Я учту. – Подняв с травы израненное тельце, кажущейся сейчас просто невероятно хрупкой девушки, Акатсуна повернулся к своему коллеге спиной. – До встречи. Деревья размытыми пятнами мелькали мимо прыгающего с ветки на ветку юноши. На руках он нёс драгоценную ношу. Свою ученицу. Стараясь не делать резких прыжков, что бы лишний раз не тревожить её он задумчиво разглядывал развивающиеся тёмные локоны. Когда она рассказала ему свою историю, он думал, что теперь он знает всё. Она для него больше не была загадкой. Но теперь… Снова тупик. Но на этот раз, он стоит на пороге действительно чего-то важного и необъятного, того, что не знает даже сама Хината. Что за тайная рунная техника? Как связана юная Хьюга с давно уже вымершим кланом Узумаки? И что же дальше делать самому Акатсуне, стоит ли учить девушку технике марионетки или лучше развить скрытые способности идеального оружия? Сложные, однако решения… Зайдя в штаб организации, красноволосый тут же наткнулся, на бегающую по залу собраний зарёванную Юки и смирно сидящую брюнетку с двумя гульками. Кажется её фамилия Такахаши… - Сасори-сан, Сасори-сан как она?! Это я во всём виновата!!! Простите Сасори-сама!!! Позвольте Вам помочь, я тут бинты приготовила. Сейчас должна Хороми подойти, она хорошо медицинскими дзюцу владеет… - Девушка безостановочно тараторила, тут же утирая катившиеся из больших изумрудных глаз слёзы. После того, как Акатсуна уложил свою ношу на небольшой диванчик, куноичи тут же принялась обрабатывать раны на руках подруги. Спустя пять минут в комнату зашла жена Хидана. Поклонившись кукловоду, она тут же принялась к лечению переломов. Буквально уже через полчаса, Хьюга была полностью здорова и спала спокойным мирным сном. Поблагодарив рыжеволосую куноичи за помощь и приказав Такахаши следовать за ним, Акатсуна вновь взял спящую девушку на руки и направился в личные покои. Комната встретила его привычной гробовой тишиной и непроглядным мраком. Уложив брюнетку на кровать, Сасори зажёг несколько факелов. Он, конечно, мог спокойно передвигаться и в темноте, но вот его гостьи вряд ли. - Как тебя зовут? – Усевшись за свой рабочий стол, красноволосый вдруг вспомнил про подругу Хьюги, ожидающую своего приговора. - Такахаши Тен-Тен. – Голос пленницы немного дрожал, выдавая страх перед кукольником, на что сам Скорпион только улыбнулся. - Назови возраст, свои техники и статус клана. - 17 лет. Оружейница, специализируюсь на призыве оружия во время боя, хорошо владею тайдзюцу. Малый клан, политического влияние в деревне не имеет. - Хорошо. – Взяв в руки небольшой свиток, с посылкой для Конохи от не безызвестной Хинаты Хьюги, он задумчиво покрутил его в руках. – Я сдержу своё обещание и выделю тебе комнату в моей мастерской. Если будешь хорошей девочкой, сможешь прожить здесь долгую жизнь. Я не против. Главное хочешь ли ты сама этого и согласна ли на мои условия? - Я… Я согласна. Простите, как мне к Вам обращаться? – Чуть склонившись в почтительном поклоне, девушка вопросительно посмотрела на кукольника. - Сасори-сан, думаю для первого времени достаточно этого. – Отвернувшись от Такахаши, юноша уже хотел приступить к написанию письма для Конохи, но его прервал тихий голос его новой сожительницы. - Сасори-сан, возможно с моей стороны это покажется дерзостью, но я всё же рискну и спрошу. Не могли бы Вы взять и меня к себе на обучение? – В шоколадных глазах девушки была видна надежда на согласие Акатсуны. Последний же задумчиво разглядывал куноичи. В принципе, почему бы нет. Да и Хината будет рада… Чёрт, что это со мной? Уже о таких мелочах забочусь. Тряхнув копной своих волос, юноша отогнал все лишние мысли касательно своей первой ученицы. - Я согласен. Но будь готова к тому, что ты будешь на ранг ниже Хинаты. С этим уже ничего не поделаешь. Обучение, как раз начнёте вместе. Твоя подруга только сегодня ознакомилась с азами кукольного искусства. Завтра попросишь объяснить её тебе этот материал. – Поднявшись со стула, красноволосый направился в свою мастерскую, перед этим поманив за собой улыбающуюся девушку. Уже там он отвёл её в дальнюю комнату, служившую складом для неудачных результатов экспериментов кукловода. Пока девушка расчищала комнату, юноша быстро соорудил ей небольшую кровать. Так же выдав ей всё необходимое и сообщив, что завтра рано утром им придётся отправиться в город, за новыми вещами, покинул свою ученицу. Усевшись обратно за рабочий стол, кукольник по быстрому настрочил парочку саркастичных строк для Хокаге, запечатав это всё в свиток, он с самым быстрым соколом организации отправил презент в Коноху. Вернувшись в комнату, шиноби устало разделся и, улёгшись на кровать, за талию притянул к себе спящую девушку. Она лишь, что-то тихо пробормотала сквозь сон и, развернувшись своему учителю, уткнулась лицом в его грудь. Стоит ли говорить, как блаженно в этот момент улыбнулся Акатсуна?