Не дай мне упасть

По квартире летает аромат чего-то сладкого, напоминающего шоколад. Хенджин идет по знакомому коридору, ведомый запахом. Блаженно улыбаясь, он застает блондина у плиты, готовящего блины с шоколадом. Феликс не замечает парня, украдкой наблюдающего за ним у двери, и напевает песню Эда Ширана, переворачивая одной рукой блинчики. На его коже сияет солнце, переливаясь бриллиантами, а волосы кажутся еще светлее от яркого света из окна. Хенджин непроизвольно улыбается, замечая про себя, что впервые видит кого-то настолько домашним, но теплым и уютным, а не растрепанным и неуклюжим, как домовёнок. Футболка Феликса на пару размеров больше его настоящего размера прикрывает короткие шорты, обтягивающие стройные ноги. На ногах блондина милые белые носки и бежевые тапочки. Феликс олицетворяет собой покой и комфорт, от чего Хенджину становится легко на душе. – Доброе утро, Ликси. Родителей нет? – произносит брюнет, присаживаясь на стул и перекидывая одну ногу на другую. – Они уехали сегодня утром к родственникам, – Феликс поворачивается к Хвану и широко улыбается, перекладывая блины на тарелку. – Выспался? – Да, у тебя шикарная кровать. Я тебе не мешал? – обеспокоенно спрашивает старший, забирая тарелку у блондина и ставя её на стол. Его глаза блестят от сделанной красоты, а буркнувший живот просит быстрее это попробовать. – Вовсе нет. Ты спал как котенок, свернулся в комочек, – рассмеялся Феликс, наливая в чашки свежий кофе, от которого исходил пряный аромат. – Странно, я обычно буйный в постели, – говорит Хенджин и через несколько секунд понимает двусмысленность произнесенной фразы. – Ой, прости... Я не это имел в виду. Смотря на сконфуженного брюнета, Феликс не может сдержаться и начинает смеяться своим низким баритоном. Он совсем не думал о чем-то другом, но растерянный вид Хвана так сильно умилил и рассмешил его, что не мог остановиться откровенно хихикать над другом. – Ну перестань! – наигранно обижается Хенджин в попытках пресечь уже свой вырывающийся смех. – Приятного аппетита, буйный зефир, – продолжает смеяться Феликс и кладет первый блинчик на тарелку старшего. Хенджин мычит от недовольства, но оно, конечно же, притворное. Каждое новое прозвище из уст Феликса дает ему осознание, насколько они стали близки друг с другом. Поэтому никаких настоящих обид и быть не может. Пока Хван пробует еду и оценивает кулинарные способности младшего, тот в свою очередь возвращается мыслями к их ночи, попивая горячий кофе маленькими глотками. Их совместная поездка на машине Чанбина так сильно понравилась Феликсу, что он постоянно прокручивал в голове все детали и старался оставить в памяти как можно больше, чтобы возвращаться к этим моментам, когда будет не хватать этого, до мурашек приятного, чувства свободы. Также он вспомнил, как они приехали к нему домой и извинялись за поздний визит перед родителями Ли, на что они совершенно спокойно отреагировали и пошли дальше смотреть фильм поздней ночью. И Феликс ни за что не скажет Хенджину, что тот держал его в своих объятиях всю ночь, как что-то драгоценное. Он не хотел смущать парня такими подробностями, которые отпечатались в голове Феликса и заставляли сердце биться сильнее, пока Хван, засыпая, прижимал его все крепче к своей груди. Наевшись, Хенджин предложил помыть посуду, чтобы было честно и Ли не смог отказаться от помощи юноши. Пока старший усердно намывал посуду, хотя ненавидел это занятие, Феликс сбегал в свою комнату и вернулся обратно с двумя белыми баночками. – Что это? – поинтересовался Хенджин, мельком взглянув на них и ставя чашки на полку. – Покрасишь меня? – робко предложил Феликс, смотря на старшего щенячьими глазками. – Ты хочешь покрасить волосы? – Я хочу, чтобы ты их покрасил. Феликс стоял у стола, переминая ноги в надежде, что брюнет не откажет ему в такой простой просьбе. Студенту казалось, что это очень ответственный, но в то же время забавный момент, который он хочет разделить с дорогим ему человеком. – А если я все испорчу? – забеспокоился Хенджин, вытерев руки о полотенце и взяв баночки с краской и окислителем. – Черный?! – Ну да, хочу немного сменить образ, – улыбнулся Феликс, доставая перчатки и кисть. – Немного... – хмыкнул Хван, но надел предложенные перчатки. Включив какой-то рандомный плейлист на Ютубе, они переместились в комнату Феликса и принялись за дело. Хенджин все время ойкал и издавал визжащие звуки по мере окрашивания, от чего младший не мог усидеть на месте и все время смеялся, уверяя, что все в порядке и с его волосами ничего не будет. Брюнет же подошел к делу очень серьезно и, по правде говоря, боялся нарушить структуру волоса или окрасить участок кожи в силу своей неопытности. Но Феликс все время направлял друга, следя за их отражениями в зеркале. Ему нравилось, как старший трогал его пряди, как зарывался иногда пальцами, хоть и в перчатках, во влажные локоны и иногда касался запястьями нежной кожи на шее. Через два часа их совместный труд окупился и Хенджин уже укладывал темные пряди с помощью фена, обрамляющие счастливое лицо младшего. Ли смотрел в зеркало и ему нравилось, что вышло из его маленькой затеи. Черные волосы делали лицо чуть старше, но все таким же мягким и невинным. – Тебе очень идет, Феликс, – искренне произнес Хван, заканчивая с укладкой и наклоняясь к его плечу, смотря в глаза младшего через зеркало. Ли посмотрел на новый образ, затем на склоняющегося Хенджина и согласился. Ему и правда идёт. И не только новый цвет волос. Когда Хван уехал домой, Феликс отправил фото своим друзьям похвастаться новым образом и поделиться их времяпровождением со старшим. Ему же он написал, что ждет через три дня на ночевке у себя дома и будет знакомить с товарищами. Родители Ли собирались уезжать на несколько дней за город, и было решено собраться компанией. Хенджина долго уговаривать не пришлось и он согласился почти сразу, порадовав младшего.

***

Подготовка к долгожданной тусовке проходила в хлопотах. Минхо, вместо того чтобы валяться на диване и смотреть очередное аниме, стоял на паркете квартиры и терпел выходки Джисона. Подойдя очень серьезно к выбору парного лука, Хан перебирал вещи и заставлял своего возлюбленного мерить всё, что казалось ему подходящим под его костюм. Сынмин с Чаном, забив на свой внешний вид, рубились в приставку, потому что вечером ребята решили поиграть в настолки и посмотреть фильм. Надо было успеть побить очередной рекорд и со спокойной душой отправляться веселиться. Самый младший как раз и выбирал фильм. Просматривая свой лист на Нетфликсе, Чонин остановил выбор на недавно вышедшей картине и расслабился. Он написал Феликсу по поводу доставки еды ко времени, чтобы тот не забыл, пока убирал квартиру к приходу гостей. Хенджин же тщательно выбирал свой аутфит на вечер. Рубашки и пиджаки исключались, чтобы не заставлять младшего молчать весь вечер. Чанбин по видеосвязи помогал ему с выбором и чуть не подавился соком, увидев, как Хван достает красный костюм «Шанель» из гардероба. – Хендж, ты ебанутый? – Да блин, я его почти не ношу, мог бы хоть сегодня, – раздосадовано фыркнул Хенджин и убрал вещь обратно в шкаф. Он еще покопался в одежде и достал объемный, синий свитер, на что Чанбин с довольной миной показал палец вверх и отключился. Примерив еще пару вещей, Хенджин все-таки остановил свой выбор на свитере и повесил его на спинку стула. Было пока несколько часов до выхода, поэтому он решил поспать, чтобы не отрубиться первым на ночевке. Ребята собрались около 9 вечера, забив на утренние пары следующим днем. Хенджин уже крутился вокруг Феликса, помогая с едой и напитками, прибыв самым первым из друзей младшего. Они разговаривали о всякой ерунде, нарезая пиццу и ставя в холодильник алкоголь с газировкой. Хенджин всё еще не мог привыкнуть к новому цвету волос парня, так подчеркивающего его аккуратное лицо и делая образ более дерзким. Он то и дело поправлял его локоны за ухо или трепал по затылку, проходя мимо, на что получал недовольные ворчания об испорченной прическе. Все остальные подтянулись в скором времени и наконец увидели Хенджина своими глазами, а не представляя того из рассказов младшего и выпрашивая фотографии загадочного краша их друга. Чонин не ожидал, что Хван будет таким милым и стеснительным в компании, из-за чего старался проводить с ним побольше времени, пока Феликс был занят другими. Он расспрашивал его о чем-то незначительном, лишь бы тема не касалась травмирующих воспоминаний и переживаний старшего. Чан предупредил друзей, что они с Сынмином уедут домой, не останутся на ночь. У них наметился важный турнир в онлайн игре и они не могли его пропустить. Феликс лишь закатил глаза на эту новость и предложил остальным выбрать спальные места. Джисон сразу заявил свои права на спальню его родителей, а Ян чуть ли не готов был драться за удобное кресло в кабинете отца Ли. Феликс уставился на Хенджина в надежде, что тот останется спать с ним в комнате, но тот лишь пожал плечами и предложил остаться на диване в гостиной, получив тихий, разочарованный вздох младшего. Парни набросились на пиццу, будто их не кормили неделю. Выпив по пиву за знакомство и хороший вечер, а также за чудесного Феликса, собравшего их вместе, каждый налил себе по бокалу предпочтительного алкоголя и расположился в гостиной для просмотра фильма. Хенджин о чем-то шептался и хихикал с Чонином, от чего Ли почувствовал себя окончательно расслабленным за весь вечер. Его лучший друг отлично проводит время с Хваном и находит общие темы. Что может быть лучше? Последующая, предложенная Хенджином, игра «Алкополия» чуть не поссорила парней. Все были выпившие и полураздетые из-за дурацких карточек с заданиями. Одному Хвану всё было нипочем и с него даже носка не стащили. К счастью Феликса, не пережившего бы даже потерю носков на парне. К глубокой ночи захмелевшие парни проводили буйного Чана, висящего на Сынмине. Он кричал о том, как разъебёт противоположную команду в игре, а ребята улюлюкали ему вслед, смеясь с самого старшего в компании. Джисон начал капризничать под действием выпитого и спорить с Минхо, но стоило тому закинуть Хана на плечо и отнести в спальню, как возня и непослушные возгласы прекратились. Джисон сразу же забыл о своих недовольствах и уснул в родных объятиях любимого. Чонин последовал их примеру и пошел в сторону кабинета главы семейства, отсалютовав Хенджину и пожелав доброй ночи. На квартиру наконец-то опустилась тишина. Феликс не был помешан на чистоте, но спать ему явно не хотелось, хоть часы и показывали пол четвертого ночи. А может ему ещё хотелось понаблюдать за спящим Хенджином. Поэтому он быстро переоделся в легкий белый пуловер и на цыпочках прошел в гостиную, чтобы собрать мусор и оставшиеся бутылки с коробками. Хван лежал на боку, укрывшись светлым пледом. Его лицо было безмятежно, а синие рукава свитера выглядывали из-под покрывала, выставляя на обозрение аристократичные пальцы, украшенные парочкой колец. Ли осторожно прошел в комнату, обойдя небольшой журнальный столик. Позволив себе несколько минут полюбоваться идеальными точёными чертами лица, он собрал несколько бутылок в одну руку и взял коробки в другую и побрел на кухню, стараясь не издавать громких звуков, ведь в квартире сопели аж четверо. Собирая мусор в пакеты и сортируя их, он услышал шаркающие шаги и обернулся. В проходе стоял сонный Хенджин и потирал глаза в попытках открыть их и сфокусировать взгляд. – Я тебя разбудил? – прошептал Феликс, завязывая узел у пакета. – Нет, я тебя не слышал. Мне захотелось в туалет, – также тихо ответил старший и осмотрел кухню быстрым взглядом. – Тебе помочь? – Не надо, отдохни лучше, – улыбнулся Феликс и потрепал его по голове, проходя мимо. – Ликси, ты не против, если я покурю на балконе? – Без проблем, только прикрой дверь, – предупредил младший и скрылся в зале, чуть гремя оставшимися бутылками. Разобравшись с мусором и быстро помыв несколько тарелок, брюнет прошел в гостиную проверить Хвана и пойти уже на боковую. Но Хенджин не спал. Старший сидел на полу и как будто что-то вычислял у себя в голове. – Не спится? – Феликс подошел ближе и сел напротив, чуть отодвигая столик, чтобы лучше видеть парня. – Не хочешь еще выпить? – неожиданно предложил Хван, указывая на бутылку виски, стоящую на подоконнике. Ли кивнул и поднялся за алкоголем. Взяв неглубокие бокалы, он поставил всё на стол и удалился на кухню за оставшейся колой в холодильнике.

***

Сделав несколько глотков, Феликс почувствовал, как где-то под солнечным сплетением разливается тепло от терпкого алкоголя и чуть скривился. Хенджин усмехнулся на это и произнес: – Давай поиграем в игру с вопросами. Зададим друг другу парочку и будем максимально честны. – А в чем заключается суть игры? – прошептал Феликс, чуть наклоняясь вперед. – Ну Феликс! – шикнул старший, слегка поддев пальцем нос брюнета. – Просто узнаем друг о друге больше. – Ладно-ладно, – сдался Ли. – Я начну с чего-нибудь простого. Например, ты бы хотел завести домашнее животное? – Наверное? – Хенджин серьезно задумался и сделал глоток виски. – Я бы хотел пёсика. Такого небольшого, чтобы проводить с ним много времени, гулять и окружать заботой. Чтобы не оставаться одному. – Я тоже люблю собак. Они преданные, это круто, – подтвердил Феликс, смотря в темноте на парня напротив. – Теперь твоя очередь. Только давай тоже легкое. – Хорошо. Кем бы ты реально хотел стать? – быстро спросил Хван, будто уже знал, что спросит у младшего. Феликс немного подумал, почесав затылок и ровно ответил: – Хотел бы быть репортером, искать материал, снимать репортажи. Мне кажется, это интересно и всегда что-то новое. Нет постоянной рутины. – Серьезно? Я думал, что ты хочешь что-то связанное с творчеством, – удивленно сказал Хенджин, водя указательным пальцем по ободку бокала. – Мне отец не разрешит, потому что он политик, – пожал плечами младший и задал следующий вопрос. – Почему ты мне в итоге написал после первой встречи? – Эм... – Хенджин не ожидал подобного вопроса спустя пару месяцев после того, как его лучший друг принес номер Феликса. – Честно говоря, я не знаю. Может, потому что ты мне показался интересным? Ты просто сел рядом со мной и молчал, а когда мы заговорили, то мне было легко раскрыться с тобой. Я чувствовал, что могу тебе сказать абсолютно всё. И ты так правильно воспринимал мои слова. И не жалел меня, как все это делают. Я боялся, что, написав тебе, увижу слишком много сострадания и жалости, но ты просто слушал меня и отвлекал от всего плохого. – Ты не жалеешь? – осторожно спросил Феликс, придвигаясь ближе и кладя дрожащие пальцы на острое колено брюнета. – Как я могу? – спохватился Хенджин и накрыл дрожащую руку своей. – Ты мне приносишь столько счастья, Ликси. Ты каждый день слушаешь мои загоны, знакомишь с друзьями, показываешь, какая жизнь может быть без постоянного чувства вины. Ты создаешь меня заново. Дрожь прошлась по всему телу Феликса, и он готов был пустить слезы прямо здесь, ощущая столько чувств внутри от произнесенных в тихой квартире слов старшего. Слышать подобное от сломленного человека настолько невероятно. Конечно, Хенджином еще не все было отпущено, но он старался. Он пытался начать жить заново после самого тяжелого испытания в своей жизни. И то, что именно Феликс смог подобраться к его расколотой душе и вдохнуть в нее новое начало – это было настоящим просветом для них двоих. – Все хорошо? Я могу задать следующий вопрос? – едва слышно спросил Хенджин, продолжая поглаживать ладонь Ли и отвлекая его от пучины мыслей. Тот кивнул и отпил содержимое бокала, справляясь так от нахлынувшего волнения. – У тебя были когда-нибудь отношения? – Д-да. – тихо признался Феликс и резко потупил взгляд в пол. – Я был в отношениях два года, но в определенный момент понял, что мне некомфортно в них находиться. Они тянули меня на дно, и я ушел. Я больше года сторонюсь повторения этой истории. Хенджин медленно сглотнул, пытаясь сопоставить хоть какие-то детали в своей голове. Да, его все еще волновало то, что он так до сих и не решился спросить. Но видя, что эта тема неприятна для младшего, решил немного отступить. Он понимающе кивнул и сжал руку Феликса в поддерживающем жесте, давая понять, что эту тему он закрывает. – Я задам не очень корректный вопрос, но я хочу знать. Ты когда-нибудь пытался покончить с собой или думал о подобном? – после сказанного Феликс сразу же начал терзать свою нижнюю губу, боясь реакции Хвана. – Нет, – спокойно ответил старший, чуть повысив голос. – Ну точнее думал. Но не хотел этого сделать. Первые несколько месяцев мне было так тяжело, что я думал, что жизнь закончена и я не достоин ее продолжать. Но, как видишь, это вылилось во что-то хорошее, и я рад, что не задумывался об этом всерьез. Феликс почувствовал едва уловимую улыбку в речи Хвана и его уголки губ тоже слегка приподнялись. – Пожалуйста, Хенджин, говори со мной обо всём, хорошо? Будь то хорошее или нет. Мы вместе найдем выход из любой ситуации. – Давай выпьем за то, чтобы всегда находить выход из любого дерьма и держаться друг друга, – предложил брюнет и поднял свой почти пустой бокал в воздух. Феликс проделал то же самое, но чокнуться они не решились, чтобы не разбудить остальных парней в квартире. Посмеиваясь от этой ситуации, они допили напитки и посмотрели друг другу в глаза. Феликсу все тяжелее становилось сдержанно смотреть в эти омуты, а Хенджин просто рассматривал в темноте веснушки, так похожие на шоколадные крошки печенья и понимал, что они безумно притягивают его. – Итак, вопрос! Что тебе больше всего нравится в моей внешности? В голове Хвана вопрос был разумным, ведь он только что рассматривал чудесные пятнышки на лице брюнета. Но для Феликса он был неожиданностью. И что ответить? Не признаваться же в чувствах прям так. – Мне нравятся твои губы. У них очень красивая форма и они такие пухлые, я всегда обращаю внимание на них, когда ты присылаешь фотки, – робко признался младший, закусывая свою и без того истерзанную губу. Осмелев, Феликс добавил. – А еще у тебя нижняя губа больше верхней, а у меня наоборот. Это необычно. Хенджин только сейчас обратил внимание на такую деталь. Он перевел взгляд с глаз парня на его губы. Они слегка блестели от нервного покусывания и облизывания их владельцем. Верхняя губа и правда была больше и отливала алым, от чего Хенджин не отказал себе в касании. Его большой палец провел по раскрытой губе и почувствовал чуть шершавую кожу. А вот нижняя была хоть и с небольшими ранками, но влажной. Не отдавая себе отчета в движениях, Хенджин даже не заметил, как оказался слишком близко к парню напротив. Зато Феликс почувствовал это всем телом и боролся со жгучим желанием прильнуть ближе. Проверив слова младшего, Хенджин поднял глаза и встретился с кричащим взглядом напротив. Лицо Феликса покрылось розовой дымкой и буквально горело от смущения, от близости. Они продолжали смотреть друг на друга, каждый борясь со своими демонами внутри. Или они боролись с одним и тем же, но по разным причинам. Не контролируя себя, Феликс сжал ладонью колено старшего и чуть подался вперед, задевая своими губами чужие. Хвану потребовалось несколько секунд, чтобы осознать всю ситуацию. Но было слишком поздно бежать. На подкорках сознания грелась мольба повторить легкое касание. Хенджин медленно коснулся кончиком носа щеки младшего, проверяя реакцию, даже не понимая чью именно. Глаза Феликса прикрылись, и он еле слышно выдохнул, боясь пошевелиться. Он почувствовал на своих губах чужие и перестал дышать, задержав дыхание. Хенджин все еще не закрывал своих глаз, боясь потеряться в ощущениях. Но почувствовав вишнёвый привкус, жать по тормозам было поздно. Феликс чуть несдержанно накрыл нижнюю губу старшего с мыслями хотя бы раз прикоснуться. И пропал. Сжимая двумя руками колени брюнета, он соединялся своими устами с чужими медленно и осторожно. Вкус вишни смешался с колой и поцелуй стал кисло-сладким, от чего головы полетели. Хван пытался прислушаться к своим ощущениям, но не мог подумать ни о чем другом кроме влажных губ Феликса на своих. Это было так волнующе и сладко, что его била крупная дрожь. Руки каким-то образом нашли верное положение на изящной талии брюнета и все было настолько правильным, что Хенджин притянул хрупкое тело к себе и усадил на колени, не разрывая поцелуя. Ли гладил все еще дрожащими пальцами щеки старшего, а затем запустил их в уложенные волосы, взъерошивая их. Ему было тяжело дышать от смешанных чувств, поэтому отстранившись от мягких и таких желанных губ, он поспешно задал вопрос: – Ты пьян, Хенджин? – Нет, совсем нет, – еле слышно прошептал Хван, чувствуя бешеный стук сердца в висках. – Хорошо, х-хорошо... – так же тихо произнес младший, снова прильнув к теплым губам. Хенджин буквально цеплялся длинными пальцами в кожу Ли, сминая его талию через одежду и льнул все ближе. Робкие, приторно-нежные касания долго продолжали невинный и тягучий поцелуй, пока Феликс не провел влажным языком по распухшей губе старшего. Их языки нашли друг друга по наитию и сплелись в нежном танце, соединяя сладкую слюну. Проводя по нёбу, ряду зубов и стенкам щек, они исследовали и узнавали друг друга в новом для них смысле. Трепетные прикосновения не превращались во что-то пошлое, хоть и повышали давление в голове, отбрасывая все сигналы остановиться. Потеряв счет времени, они так и остались на полу, ласкающие друг друга губами до утра.