Не дай мне упасть

Дни стажировки проходили увлекательно и спокойно. Хенджину нравилось заниматься новым делом и узнавать детали своей будущей работы. Усталость наваливалась под конец дня и не оставляла сил на что-то другое, но парень был рад, что приходит домой и почти сразу укладывается спать. Мыслей перед отключкой в голове не оставалось, и Хван засыпал сразу, как его голова касалась подушки. Ему предоставили удобный график, так что он мог пару дней работать на износ, а следующие два дня отмокать после новых ощущений в офисе. Самого архитектора, чьим менеджером собирался стать в скором времени, он всё еще не видел. Агентство уведомило Хвана, что встреча произойдет уже после официального трудоустройства. Брюнет надеялся, что с самим мужчиной будет приятно работать и он не заставит его вставать посреди ночи или в дикую рань ради того, чтобы обговорить детали заказа. Сейчас на Хенджине висели входящие звонки и запись новых заказов в таблицу, которую после него тщательно сортировали, дабы архитектор одобрил уже оставшиеся варианты. Иными словами, на стажировке всё складывалось как нельзя лучше, чем мог ожидать юноша, от чего он был доволен. Что его нервировало, так это то, что Феликс почти пропал с радаров. Нет, они конечно списывались несколько раз на дню, но этого было катастрофически мало. Хенджин хотел видеть его карие глаза и солнечную улыбку, а не смайлики в мессенджере. У младшего расписание тоже забилось от того, что накопились долги по учебе. К тому же, на носу была сессия и к ней стоило подготовиться, а не бить баклуши. Студсовет организовал несколько мероприятий, которые нужно было постоянно контролировать и проверять. Времени на себя оставалось всё меньше, что уж говорить о встречах с друзьями. Даже родители Феликса стали переживать о его самочувствии, видя, как их ребенок с утра убегает на учебу, поздно возвращается и сразу бежит в свою комнату, сидя там до поздней ночи с включенной лампой. Мама парня не давала Ли голодать и приносила ужин и небольшие перекусы прямо в комнату, забив на приличия и поддержание атмосферы за столом. А парни очень скучали. Скучали друг по другу. Разговоры в переписках не давали того, чего хотелось на самом деле и заставляли унывать с каждым днём все больше. Хенджин тосковал по рассказам младшего, его низкому голосу и веснушчатым щекам, которые хотелось погладить пальцами. Феликсу же нужны были объятия старшего и мягкий взгляд, который всегда говорил о том, что он рядом и поддержит любую идею. Обдумывая свою новую жизнь, в которой появились Феликс, новые друзья и работа, Хенджин стал прикидывать вариант со съёмом квартиры. По началу таких мыслей не было, его всё устраивало и менять он ничего не намеревался. Но сейчас, видя, как дела идут в гору, хотелось немного обособиться и продолжить строить свою новую жизнь в других стенах. Хвану хотелось жить по своему расписанию, научиться хоть немного готовить, узнать что такое это ваша самостоятельная жизнь и бытовуха. Он размышлял, что с появлением работы парень сможет позволить себе небольшую квартиру. К тому же, мать решила появиться в его жизни и скинуть денег. И вообще обещала поддерживать материально, если Хван продолжит в том же духе выходить из своего «коматозного состояния». Юноша лишь фыркнул на это и деньги принимать не хотел. Думал. Младший поддержал Хенджина с поиском квартиры и подбрасывал варианты, когда находил время. Хван и не знал, что он может быть таким дотошным в выборе жилья. Где-то не устраивала стоимость аренды, в других местах не нравилось месторасположение, а куда-то он просто не хотел переезжать по своим каким-то соображениям. Хотелось чего-то простого, но ближе к центру города и наличием всевозможной транспортной развязки. От очередного нудного поиска Хенджина отвлек писк телефона. На экране было лишь одно сообщение: «Через 5 минут позвоню, готовь свою мордашку». Старший заликовал и побежал в ванную комнату укладывать волосы и освежить уставшее лицо.

***

Хенджин сидит с айс кофе за столом и ждет долгожданного звонка, чтобы хотя бы на расстоянии увидеть лицо, по которому он долго скучал. Прошло не так много времени, но Хван уже чувствовал нехватку младшего, он нуждался в нём. Желание спрятаться в этом маленьком мире, где только они двое, росло с каждой минутой. Наконец раздается трель рингтона и с молниеносной скоростью Хенджин принимает звонок, включая свою камеру. – Ликс, привет, ты как? – смотрит четко в экран Хван и обхватывает губами трубочку от напитка рядом. – Привет! – младший машет по ту сторону ладошкой в экран и искренне улыбается. Его волосы небрежно собраны в мальвинку и выглядят так уютно, что хочется затискать. – Нормально, я только закончил домашку. – Выглядишь уставшим, – с улыбкой выдает Хенджин, видя маленькие круги под глазами напротив. Он пальцами касается подбородка и не может сдержать рвущуюся улыбку наружу от того, что они наконец говорят. – На учебе завал? – Да. Скоро сессия и нужно разобраться с дедлайнами, – объясняет Феликс, бегая глазами по сторонам. – Но всё в порядке. Как у тебя дела с квартирой? – На самом деле ужасно, – жалуется Хван, издавая легкий смешок от приятного чувства внутри во время разговора. Он облизывает губы и продолжает. – Мне вообще не нравятся предложенные варианты. Но я стараюсь найти дешевле. Не хочу просить денег у мамы. – Не стыдись этого, Хенджин, – после раздумий отвечает брюнет, видя как старший по ту сторону экрана заламывает пальцы и опускает взгляд. – Это нормально, если ты будешь брать их у мамы. Это хоть какая-то поддержка от неё. – Наверное, ты прав, – Хван снова припадает губами к трубочке и потягивает кофе. – Может, встретимся на этой неделе? Или у тебя стажировка? – Для тебя я найду время! – уверенно бросает Хенджин, обнажая зубы в улыбке. – Ты чудесный, Хени. – Нет, ты, – издает смешок старший, а затем заливается глупым смехом от осознания. – Мы сейчас будем как парочка, которая не может положить трубку. – На самом деле я бы хотел побыть парочкой хотя бы на пару минут, – признается Феликс, смущаясь сам же своих слов и опускает глаза куда-то вниз. Хенджину перехватывает дыхание от сказанного и он смотрит в экран будто с вызовом, оценивая произнесенное только что. Он заметно нервничает и трясет головой, прогоняя надоедливую челку с век. Не может сказать с поднятым взглядом, поэтому тоже устремляет взор ниже. – Ликс… – медленно произносит Хван, обдумывая всё в голове. Слова рвутся из горла, но мозг предупреждает о последствиях. К черту. – Я же тебе нравлюсь, да? Младший лишь поджимает губы, мимолетно прикусывая их, и смотрит в камеру невинным взглядом, сверля чужие. Кажется, что их гляделки длятся час или больше, но нет, прошло всего несколько секунд. Первым отмирает Хенджин. – Прости, если слишком прямо спросил, – тихо произносит он, резко отведя взгляд и прислушиваясь к своим бешеным танцам пульса. – Нет, все нормально. Нравишься, да. Хенджин откидывается на спинку стула и смотрит прямо, освобождая лоб от с чего-то влажных волос. Температура в комнате повысилась, хотя он сидел с открытым окном. Признание младшего отскакивало от стен и врезалось в тело Хенджина снова и снова. Контролировать себя было всё тяжелее, но и сказать пока чего-то нормального не было сил. Вообще не было сил думать. – И я надеюсь, ты помнишь о нашем договоре, – нарушил тягучую тишину Феликс, наблюдая за руками Хвана, тщательно убирающего волосы назад. – Тебе не нужно говорить о своих чувствах сейчас. Хенджин ругается про себя всеми матами, которые знает и опускает руки. Все равно это не помогает, становится только жарче и тяжелее дышать. Он выдавливает из себя усмешку и смотрит на чуть расстроенные глаза младшего. – Я могу приехать?

***

Как вихрь, Хенджин оказался на пороге дома младшего за считанные минуты, пыхтя и убирая наглую челку. Он не мог позволить Феликсу остаться наедине с собой и своими мыслями, а главное, чувствами после их разговора. Он всё еще не готов ответить взаимностью, боясь начинать новое путешествие в мир бесконечных разговоров и теплых прикосновений. Но оставаться на его стороне и всегда находить время для этого парня Хенджину не составляло труда. Он чувствовал благодарность за то, как Феликс всего за пару месяцев растопил в сердце Хенджина лёд и позволил выплыть из замерзшего океана вечной скорби. Недельное расставание и невозможность поговорить в обычной обстановке, наэлектризовало атмосферу и первые несколько минут они не могли насмотреться друг на друга и едва дышали, боясь, что этот момент ускользнет через пальцы так же неожиданно и быстро, как произошла их встреча. Романтичная натура Хенджина взяла верх и он пригласил младшего прогуляться по ночному городу, наслаждаясь огнями и прохладным ветром, с осторожностью обходящим их шествие. Феликс был и правда рад, что старший прибежал и не оставил его. В который раз Хенджин доказывал, что их общение для него не пустой звук и умалчивать что-то он не собирается. Эта зрелая сторона Хвана очень впечатляла Ли и давала почву фантазиям о том, какими могли бы быть их отношения. По дороге им встретились два котика, которых младший принялся сразу же гладить. Его воркование над животными умилило Хенджина и он запечатлел этот момент себе в память надолго. Старший указал, что эти коты похожи на них. Рыженький был копией Феликса, а черно-белый был более сдержанный, но с большими и добрыми глазами. Это был Хван в какой-то другой жизни, он не сомневался. Брюнет фотографировал на телефон каждую деталь этого вечера, чтобы скролить галерею и вспоминать этот вечер еще очень много раз. По дороге они зашли в продуктовый и взяли себе перекусить и газировку. Оказалось, что в рюкзаке старшего покоились два пледа и ждали своего часа. Хенджин расстелил большой плед на траве рядом со спокойной рекой, а второй накинул на плечи младшего в надежде согреть. Феликс готов был поклясться, что ради этой заботы он готов ждать старшего хоть годами.

***

Дни шли бесконечно, Феликса так достала учеба и вечные долги, что он ходил злющий на всё. Он понимал, что осталось немного и после сессии будет легче, но хотелось расслабиться хоть немного. Ли не понимал, откуда у него накопилось столько работ, и почему с каждым разом они прибавляются. В беседе парни собирались поиграть в баскетбол, пока не стало совсем холодно и морозно. Феликс отнекивался как мог, но понял, что ему не помешает проветрить мозги. Тем более, Чонин не оставил бы всё так и насильно бы потащил старшего на площадку. Так что ничего не оставалось, как забросить пару оставшихся рефератов и собираться. Хенджина тоже позвали, потому что Ян еще на ночевке договорился с ним сыграть хотя бы разочек. Брюнет незамедлительно согласился в силу того, что у него были выходные. А еще позвал Чанбина, чтобы тот не тух дома и познакомился с ребятами, про которых постоянно говорил Хван. Баскетбольная площадка была наполнена нескончаемыми криками играющих парней, вошедших в азарт. Воздух как будто стал густым, от чего ребята вспотели и тяжело дышали. Кто-то снял толстовку, оставив на скамейке рядом и продолжил игру уже в одной футболке. Напряжение в игре росло, от чего пары глаз бегали из стороны в сторону в бешеном темпе, обветренные губы стали искусанными, а лбы покрыты липким потом. Запыхавшийся Чонин перебежал на другую сторону поля и стал подавать сигналы Хенджину, показывая траекторию ведения мяча, пока противники отвлеклись. Хван проследил за рукой младшего, кивнул и после короткого свистка, взяв мяч в руку, повел его, облизывая пересохшие губы от волнения. К нему двинулся Минхо из противоположной команды, но тут же оказался где-то за спиной Хенджина, ликующего от своего ловкого маневра, но по-прежнему сосредоточенного на своих движениях и соперниках вокруг. По телу пробежали мурашки от предвкушения победы, Хенджин давно не испытывал этого приятного чувства возбуждения от игры в команде. В последний раз он играл в футбол и это было еще в школе. А потом игры как-то позабылись, а в течение года речи о таком развлечении не было и в помине. Хенджин похоронил их, как и всю свою жизнь. И сейчас он наслаждался игрой без каких-либо тяжелых мыслей, тянущих его на дно, снова в эту бездну ярости и вины. Сейчас все было по-другому. Друзья были рядом, погода была отличная, а веснушчатый парень согревал одним лишь своим присутствием как это и бывало в последнее время. Передав мяч Сынмину, Хван подмигнул Джисону и начал блокировать его, не давая помешать другу сделать подачу. Хан игриво смотрел на противника и пытался сделать шутливые подножки, кривляя лицо и смеясь. На какой-то момент им стало плевать на игру, и они просто дурачились, бегая по полю между остальными игроками. Даря друг другу лукавые улыбки и показывая языки, как маленькие дети, они оббежали чуть ли не всё поле, пока Чан не окрикнул Джисона для следующего паса. Хенджин подбежал на место ближе к кольцу и продолжил следить за разворачивающейся игрой. Чуть согнув колени и положив на них руки, он наблюдал за друзьями и их забавными движениями, хотя лица их были донельзя серьезными, будто они играли в сборной. Неожиданно мяч из рук Чанбина ушел в сторону и Хван резко подбежал к нему, обгоняя Чана. Одарив наглой улыбкой старшего, Хенджин повел мяч в бешеном темпе, сдувая смольные волосы перед глазами. На пути появился Феликс, и Хенджин впервые увидел дикий взгляд парня и дерзкую ухмылку на таких желанных губах. Пытаясь обогнуть брюнета, Хенджин еле слышно произнес: – С огнем играешь, малыш. – А хотел бы с тобой и не здесь, – нагло ответил Феликс, закусив губу, отвлекая этим знатно охуевшего Хенджина. Ли никогда не был таким вызывающим перед старшим и это сбило с толку так, будто ударили по голове. Поэтому мяч благополучно оказался в руках Феликса, и он побежал в сторону противоположного кольца. Игра оказалась проигранной, но не тем, кто этого ожидал и совершенно не в тех условиях. Хенджин продолжал стоять у своего кольца и прокручивать слова Феликса в голове снова и снова. Это же то, о чем он подумал? И почему это так сильно откликнулось в низу живота? Хван поднял голову и нашел взглядом темную макушку среди ликующих друзей. Феликс снова был тем самым обычным парнем, похожим на луч света для наблюдающего. Захотелось покурить. До ломоты в конечностях. Хенджин направился к скамейке, где небрежно лежали их вещи и достал пачку из своего рюкзака. Парни решили продолжить игру 3 на 3, а к затягивающемуся Хвану подошел уставший и весь мокрый Чан и сел рядом, вытягивая ноги. – Угостишь? – спросил Чан, тяжело дыша. – Ой, ты куришь? – удивился Хенджин и протянул сигарету старшему. – Бывает, когда сильно устаю, – объяснил Чан и поджег конец сигареты, передавая зажигалку её владельцу. – А ты чего? – Да у меня тоже иногда бывает, – пробубнил брюнет, выпуская струйку дыма в воздух. – Чан, а можно вопрос? – Конечно, Джинни. – Тебе тоже нравятся парни? – Мне нравится только один парень, – со вздохом произнес Бан и стряхнул пепел на землю. – Я больше года влюблен в Йенни. – Серьезно? – глаза Хенджина чуть не повалились на землю, услышав признание старшего. – А он что? – А он асексуален и аромантичен, – горько усмехнулся Чан и с улыбкой взглянул на брюнета. – Знаешь, я не совсем понимаю всю эту штуку с асексуальностью, но я очень сильно уважаю малого, чтобы перейти хоть какие-то границы. Я в принципе доволен тем, что он постоянно рядом и всегда готов поговорить. – А как же твои чувства? – с интересом произнес Хенджин, разглядывая цветные волосы Чана, развевающиеся на ветру. – Когда ты любишь человека, то необязательно доказывать о чувствах каждый день, просить любовь в ответ и все такое. Ты просто рад, что этот человек здоров, тепло одет и смеется. Остальное не важно, знаешь. Он знает о моих чувствах и уважает это так же, как и я его. Просто не может дать что-то взамен, кроме крепкой дружбы, – с некоторой робостью ответил Чан и отошел выбросить окурок. Хенджин несколько секунд обдумывал слова и где-то внутри согласился со всем сказанным. Возможно, Феликсу тоже не нужно было взаимное признание парня, а было важно быть рядом всегда и поддержать в любую минуту. И эта небольшая дистанция от Хенджина не пугала юношу, а принималась с пониманием. – Ты знаешь что-нибудь о прошлых отношениях Ликса? – внезапно обронил Хенджин, когда старший снова оказался рядом. – Мы мало что знаем, но это были очень тяжелые отношения. Феликс на все смотрел через розовые очки, так сильно влюбился в парня. А тот оказался тем еще манипулятором, тряс деньги с Ликса и его семьи, изменял ему и даже не скрывал. А потом буквально ползал на коленях перед ним, но Феликс молодец, закончил это. Короче ничего хорошего у них не было, только наивная влюбленность Феликса и огромное желание наживы у другого. Брюнет посмотрел вдаль на пыхтящего парня, резкими движениями убирающего свои влажные волосы с лица и почувствовал обиду за него. Как можно было так обойтись со столь заботливым и любящим человеком? Только чудовище могло такое совершать на протяжении двух лет. Гнев накрыл Хенджина с головой и ему захотелось спрятать Ли за своей спиной или же в своих руках – как угодно – только бы никто не посмел задеть его сердце вновь, лаская лишь гнилым острием ножа. Этот парень заслуживает другой ласки.