softcore | haikyuu!! boys

Когда Бокуто вернулся домой с тренировки, ты уже ждала его на диване, нервно покусывая ногти. Рядом с тобой — телефон экраном кверху и толстовка Котаро, сползшая вниз, словно мёртвая гадюка. Парень сразу понял, что что-то не так. Слишком чисто. Слишком тихо. Слишком безупречно и идеально. Слишком слишком… В два шага очутился перед тобой, присаживаясь на колени, чтобы разглядеть твоё лицо. — Что случилось, солнышко? — одного вопроса было достаточно, чтобы довести тебя до слёз, но ты мужественно сдержалась, лишь сиротливо хлюпнув носом. Бокуто схватил тебя за руку, не вставая с пола. Принялся мягко поглаживать, вырисовывая круги на ладони. — Отец звонил, — вымолвила ты, сглатывая слюну. Котаро втянул носом воздух. Тяжело… — Спустя столько лет? Что ему было нужно? Только тогда ты встретила его взгляд, помрачнев. — Хотел примириться. Сказал, что его уже все простили. Кроме меня. Будто я какая-то не!.. Волейболист поспешно сел рядом, на диван, и сгрёб тебя в свои объятия, не давая закончить фразу. Не нужно было этого. Ещё в старшей школе он понял, что семья для тебя являлась неким табу. Темой, что нельзя было обсуждать просто так, за ужином или при других людях. Естественно, о знакомстве с родителями в такой ситуации не могло идти и речи. Бокуто всё знал по твоим рассказам и тому, что сам видел в старшей школе. Синяки, ссадины, недосып. И он хранил эту тайну в себе, зная, насколько безгранично к нему твоё доверие. Когда дело касалось твоей семьи, вся его озорная натура пропадала, оставляя место лишь для жестокости. Он ненавидел твоего отца, и иногда казалось — даже больше, чем ты сама. И защищал он тебя ценой собственной жизни. — Примириться? — эхом проухал парень, нахмурившись. — Это что значит? — Не знаю… Может, хочет извиниться? — ты прижалась ближе. — Мне кажется, у меня открылась старая рана. Я истекаю кровью, Ко… — Не говори так, Т/И. Только не со мной. Ты горько ухмыльнулась — ведь правильные подобрала слова. Шрамы на сердце ещё не образовались. — Остальные простили его, Ко, — ты часто обращалась к Бокуто по сокращённому имени, как бы пытаясь сказать: «Ты понимаешь меня?». — А я не прощу. Не прощу, Ко! — Такое не прощают, — волейболист пространно качнул головой, соглашаясь с твоими словами. — Может, мне с ним встретиться? Поговорим по-мужски. Могу даже Куроо позвать. Что скажешь? Тецуро, твой бывший сосед, прекрасно видел все зверства, что вытворял твой отец, и тоже мечтал дать ему в морду. В этом они с Бокуто прекрасно спелись. Котаро замолчал, раздумывая о чём-то своём, однако не прекращая мягко поглаживать твою талию большими ладонями. — Ты же пойдёшь со мной? — вопрос клинком разрезал фрустрацию. — Ради тебя я не побоюсь искупать руки в крови, Т/И. Ты испуганно икнула, представив эту картину. Она показалась тебе такой святой… — Надо покончить с этим, — строго продолжил Бокуто, мысленно уже давно приняв решение. — Стоило этим заняться ещё в старшей школе. В конце концов… Он наклонился в сторону, аккуратно беря тебя за подбородок. — Чтобы создать новую семью, нужно решить проблемы в прошлой. Ты лишь прильнула поближе, пряча слёзы. Твои пальцы сжали футболку Котаро до скрипа. — Ты хочешь создать семью со мной? — удивлённо прошептала ты, потеряв голос. Бокуто расхохотался, вновь возвращая себя в предыдущее, весёлое состояние. — Я живу ради тебя. И сделаю всё, чтобы сделать тебя самой счастливой на свете. Он приблизился, легко целуя в лоб. — У тебя всегда буду я, Т/И. Что бы ни случилось.