Совсем, как в альбоме...

      Руки Клэя предательски дрожали, из-за чего он начал осторожно поглаживать свои ладони, тем самым пытаясь отвлечься от неожиданно накатившей паники. Темноволосый выглядел не слишком довольным и всем своим видом показывал, что он должен быть осведомлён о своём промахе прямо сейчас, ни секундой позже. На удивление, парень казался немного выше. — Да? Что я уже успел сделать? — голос «персонажа» был холодным, но весьма спокойным. Зеленоглазый сразу подметил, что его акцент точно отличается от американского. — Тут такое дело… Я художник, — Дрим закопошился в скетчбуке и молниеносно раскрыл его на нужной странице, — и я абсолютно случайно нарисовал Вас. Я уверяю, я рисовал это где-то два месяца назад, такое совпадение весьма странно, и… — Не тараторьте. — Прошу простить… — Могу я взять? — Конечно! Да, конечно.       Темноволосый тряхнул головой, откидывая пряди мягких волос с лица, и осторожно, чётко зная границы между дозволенным и запрещённым при обращении с чужими вещами, взял скетчбук юноши в руки, детально рассматривая рисунок. Спустя пару минут неловкого молчания, которое разбавляли лишь журчание воды, отдалённо напоминающее чей-то шёпот, и разговоры людей вокруг, парень вернул книжку с рисунком владельцу, уже гораздо более оживлённо глядя в его испуганное лицо. — Могу сказать, что рисуете Вы отлично, — Клэй хотел только пролепетать хотя бы «Спасибо», но новый знакомый оборвал его, многозначительно поднимая ладонь. — Не стоит благодарностей. — Чтож… Я хотел бы, если Вы… — Джордж. Джордж Дэвидсон. И перейдём уже на «ты», ненавижу подобного рода формальности. — Оу. Клэй, рад знакомству.       Парни пожали друг другу руки, весьма скованно, но уже гораздо более приветливо. Хоть тело Дрима и находилось прямо возле фонтана в парке, мысли юноши блуждали где-то далеко, пытаясь обработать полученную информацию и найти объяснение этому странному совпадению. Судя по всему, Джордж тоже пребывал в непонимании и продолжал смотреть на кудрявого, будто выжидая, что он вот-вот сознается, раскроет ложь, которую умело обратил в красивую шутку, но нет, этого не произошло, ведь Клэй и не думал лгать. Дэвидсон поджал губы, продолжая говорить. — М-м-м… Думаю, нам пора прощаться. У меня пробежка ещё приблизительно пятнадцать минут, а тебе стоит продолжить рисование, у тебя отлично получается. — В таком случае, до встречи. — Увидимся!       Джордж отсалютовал художнику и размеренно побежал по улице парка, уже готовясь плавно выходить на проезжую часть, чтобы перейти её. Клэй огляделся по сторонам и, боясь поймать на себе чей-то взгляд, спешно зашагал в обратном направлении, домой.       До своего жилища парень добрался быстро, даже толком не обращая внимания на дорогу, на людей и их лица, искажённые страданием от невозможной жары, на автомобили, с характерным гулом проносящиеся мимо. Зато, лишь переступив порог родного здания, художник захлопнул дверь и только после этого смог вернуться в реальность. Патчес — кошка юноши, будто появилась из пустоты, сразу прильнув к ногам хозяина и начиная бодать их своей пушистой головой. Кудрявый наклонился и погладил животное по спине, сразу вслед за этим занёс сумку со скетчбуком в свою комнату, грубо поставив её на стол, и бросил телефон в карман тонких широких штанов. На пороге комнаты тут же появился Сапнап, желающий узнать, как прошло то время, в течение которого его друга не было дома. — Эй, как ты? Выглядишь странно. — Бог ты мой... Прошу, не смейся надо мной сейчас. — С чего вдруг я буду над тобой смеяться? — Да с того, — Клэй устало приземлился на кресло у своего стола, — что я сегодня в нашем парке встретил парня, которого рисовал... Давно.       Сап демонстративно присвистнул, изумлённо вздёрнув брови. — Тебя, случаем, не солнечный удар хватил? — Ник звучал озабоченно, на его лице читалась готовность помогать. Дрим лишь покачал головой и взглянул в окно. — У меня после такого, скорее, сердце прихватит. — Ты же мой старик, уже вон, песочком сыпешься! — Николас проскользил по гладкому полу прямо к Клэю и протянул руку к его волосам, бесцеремонно хватая пальцами кудряшки, словно на них и правда лежала куча песка. — Да иди ты! — Клэй вжимает голову в плечи, начиная смеяться. — Что у тебя вообще за привычка вечно трогать мои волосы? — Не зна-аю, не зна-аю. Ладно уж, художничек, оставлю тебя наедине со своими мыслями.       Рука Сапнапа осторожно перешла с макушки старшего на его плечо, вслед за тем парень удалился, прямо за дверьми комнаты останавливаясь для чего-то. Через пару мгновений дверь снова приоткрылась, в щель протиснулась кошачья морда, после туловище, придерживаемое загорелой рукой, а как только Патчес оказалась в комнате, рука исчезла, преграждая кошке путь к отступлению. Животное протяжно мяукнуло, рысцой подбегая к хозяину, село прямо рядом с ногой Дрима и с опаской дотронулось лапой до его голени. Клэй понял намёк любимицы, пристроил её у себя на коленях, где маленькая плутовка сразу улеглась, вынуждая юношу держать ноги под прямым углом, чтобы зверь, не дай Бог, не съехал на пол. Одной рукой поглаживая мягкую шерсть Патчес, зеленоглазый опять достал из сумки скетчбук и пролистал все свои работы в поисках той, которую сделал сегодня. Абстракция, всего лишь плод богатого воображения американца, ничего более. Что-то побудило его перелистнуть страницу и снова сжать карандаш в пальцах. В который раз Дрим провёл несколько изогнутых линий, не контролируя себя, будучи погружённым в раздумия. Надеюсь, этот парень не подумал, что я больной. Сапнап назвал меня художничком... А это должно было быть оскорблением? На меня так косо смотрели сегодня... Отвратительно. Я постараюсь выходить на улицу гораздо реже для своего же блага.       Юноша будто очнулся, позволив голосу в своей голове, источник которого никто не мог увидеть, завершить мысль, и взглянул на страницу скетчбука, что недавно пустовала. В правом нижнем углу красовалась дата и подпись со смайликом, придуманная кудрявым очень внезапно. На весь остальной лист растянулась композиция: правую часть рисунка занимало большое чёрное фортепиано, за ним, грациозно нажимая клавиши, сидел молодой парень, это было видно по телосложению. Он вновь показался Клэю слишком знакомым, это выводило из себя. Зелёные глаза налились злобой, юноша подорвался было, чтобы вырвать лист, скомкать и выбросить его в стоящую рядом коробку, дно которой было кое-где засыпано маленькими шариками использованной бумаги, но опомнился, просто с громким хлопком закрывая скетчбук и бросая его в ящик стола. Пожалуй, хватит на сегодня потрясений. И пора бы выбросить Джорджа и случай с рисунком из своей головы.