Гордость, предубеждение и Ф̶и̶л̶о̶с̶о̶ф̶с̶к̶и̶й̶ Камень Бесконечности

Прежде чем выйти из джета Баки остановился у арсенала с оружием и задумчиво взвесил в руке М16. — Стиви, я без понятия, зачем мы сюда прилетели. Но мне хотя бы нужно знать, будут ли нас пытаться тут убить. Стив вздохнул: — Надеюсь, что не будут. — То есть ты не уверен? — он вернул М16 на стеллаж и взамен вытащил Глок. — Я теперь, Баки, уже ни в чём больше не уверен. — Ладно, — пожал плечами Барнс и уже собирался выходить, но потом вернулся и в дополнение к Глоку цапнул с полки компактный пистолет-пулемёт и парочку запасных обойм к нему. Вдруг всё-таки будут. В этот раз они не предупреждали о своём приезде, поэтому машины с водителем у аэропорта не было. Баки задержался чуть позади, завязывая шнурки, а Стив вышел из пропускного пункта и огляделся. И только в этот момент осознал, что стоит посреди обычной улицы в костюме Капитана Америки со щитом наперевес. Может, и надо было взять Наташу с собой... С ней бы такой ситуации точно не произошло. У обочины тормознул видавший виды белый форд с роскошными занавесками на задних сиденьях. Водитель лет тридцати в белой майке и с массивным крестом на шее присвистнул: — Зачётный прикид, амиго! — Спасибо. — Тебе в город? Садись, подвезу. Сорок баксов. Недорого. Стив сильно подозревал, что сорок баксов — это как раз и было дорого, но торговаться не хотелось, поэтому он просто кивнул и сел на заднее сиденье. Одновременно с ним рядом с водителем плюхнулся Баки, милейшим образом улыбнулся, ненавязчиво пристроив на коленях автомат. Как будто так и надо. Хотя водила, которого звали Пабло, удивился не сильно: с заметным уважением скосил взгляд на футуристичный корпус Kriss Super 5 и тронулся с места. Пабло оказался парнем словоохотливым. Поэтому через пять минут Стив и Баки уже знали о том, что у него есть своя закусочная в городе и вообще он не таксист, а сейчас просто ездил к сестре в соседний город. И что сестру он не видел пять лет, потому что она пропала после щелчка Таноса. Прикинь, амиго, какая радость в семье? Что ему ещё надо до вечера успеть кучу дел (что будет вечером, он не уточнил), и что его брат Хорхе к сегодняшнему ужину должен привезти бутылку отличного рома. Но кто его знает, этого Хорхе, привезёт ли. Может и забудет. А потом он остановился на светофоре и хлопнул себя по лбу: — Куда везти-то, амиго? Ты ж не сказал. Стив нахмурился. Сегодня было воскресенье. Вряд ли правительственное здание было открыто в выходной день. Поэтому Стив назвал единственный адрес, известный ему на этом острове. Но как только он произнёс «улица Мендеса, 33», Пабло пристально вгляделся в зеркало заднего вида, а потом и вовсе развернулся всем телом, откровенно забив на то, что уже загорелся зеленый. — Хей, так ты настоящий Капитан Америка? — Да, это я. — Офигеть! А вот скажи мне, Капитан, это правда, что говорят? — А что говорят? — осторожно уточнил Стив. — Говорят, что наш президент отправился в прошлое и там голыми руками открутил голову Таносу, так что все, кого он забрал, сразу вернулись обратно. Это правда? Сзади уже сердито сигналили, но Пабло это нисколько не волновало. Ведь рядом с ним сидел самый что ни на есть достовернейший источник информации, который вот-вот мог пролить свет на эту историю. Баки отвернулся к окну и изо всех сил старался не засмеяться, а Стив сделал своё самое серьёзное капитанское выражение лица и ответил: — Всё в точности так и было. — Я знал! — обрадовался Пабло и доверительно сообщил, что теперь Антонио проспорил ему сотню зелёных. А потом спохватился, — и где сейчас сеньор Рамлоу? — Бр... Рамлоу. Он погиб. — О-о, — улыбка слезла с его лица, — ну да, это ж всё-таки Танос... А может и хрен с ней, с этой сотней... Он довёз их до особняка и наотрез отказался брать деньги у друзей сеньора Рамлоу, да ещё вдобавок вытащил из переносного холодильника несколько пакетов с креветками, устрицами и лобстерами, а Баки даже получил на руки здоровенного тунца. Всё свежее! Только сегодня выловили! И, посигналив на прощанье, умчался доделывать все свои многочисленные дела. Суперсолдаты же, неся в одной руке оружие, а в другой пакеты, и благоухая как рыбный прилавок, подошли к будке охраны, где их, впрочем, пропустили почти сразу. Но не успели они проделать и полпути до дома, как со ступенек уже сбежала Анита, одетая, как и в прошлый раз, в один из своих ретро нарядов. Которая на фоне особняка девятнадцатого века выглядела так, словно сошла с ожившей винтажной открытки. — Кто это? — выдохнул Баки, и взгляд его при этом стал таким заинтересованным, каким не был даже при виде Рози с Девятой улицы в тридцать пятом году. Но Роджерс не успел ничего ответить, потому что Анита уже увидела Стива, увидела Баки... И больше никого рядом с ними. И всё поняла. Слёзы покатились по её лицу ручьём, но она даже не пыталась их утереть. А Стив стоял с виноватым видом и не знал, что ей сказать, и как это остановить. И надо ли вообще это было останавливать. А Баки в это время смотрел на них обоих и немного охреневал от такого немого кино. — Вот умеешь же ты, Стиви, общаться с девушками. Ни слова не сказал и уже довёл до слез, — неодобрительно цокнул он, а потом выудил откуда-то белоснежный платок (!) и галантно протянул его Аните. — Спасибо, — зашмыгала она красным носом. Стив был готов биться об заклад, что ещё минуту назад этого платка у Баки не было. Но когда дело касалось красивых женщин, Джеймс Барнс умел становиться настоящим волшебником. — Пойдёмте пока в дом, до вечера ещё долго, — сделала приглашающий жест Анита и стала подниматься по ступенькам. Не то чтобы Стив мог отказать хоть в чём-то рыдающей девушке, но на всякий случай решил уточнить: — А что будет вечером? — Как, вы не знаете? Сегодня же праздник: День народного освобождения. Теперь уже дважды... Ну, и День памяти заодно. До вечера время пролетело незаметно. Баки развлекал Аниту как мог, рассказывая всякие смешные и наполовину выдуманные истории, вроде той, где обезьяны в Гватемале стащили у них весь паёк, и они расстреляли половину патронов, пытаясь вернуть украденное. Каким ветром его занесло в эту самую Гватемалу, он, конечно, разумно умолчал. Потом за ними приехал тот самый интеллигентный мужчина в годах, который вёз их в первую встречу, и Стив наконец-то узнал его имя — Дон Хуан. В прошлый раз то ли не расслышал, то ли просто не решил нужным уточнять. — Вы же произнесёте речь, Капитан? — спросила Анита, пока они ехали на центральную площадь. Речь... В своей жизни Капитан Америка произнёс много речей. Коротких и длинных. Написанных другими людьми и идущих от сердца. В кругу соратников и перед огромной аудиторией. Но эта речь казалась ему особенной и заслуживала таких же особенных слов. Возможно, Стив Роджерс даже знал, где их можно подсмотреть... Он выудил из кармана небольшой блокнот и полистал истрёпанные страницы. Как оказалось, Боб Таузиг записывал туда самые разные вещи: цитаты известных людей, слова тех, кого он знал лично, строчки из песен, которые показались ему интересными, и даже свои собственные размышления о жизни. Разбирая корявые неровные строчки, Стив подумал, что обязательно прочитает всё это на досуге, и что Боб был совершенно прав, когда стремился черпать мудрость из самых разных источников. И, конечно, Стив Роджерс смог найти в этой необыкновенной книжице те самые нужные ему сейчас слова. К тому моменту, как они приехали, на площади рядом со сценой уже собрался практически весь город. Из-за печальных новостей праздничный концерт решили отменить, и вместо цветастого задника на сцене висели пять больших портретов, перехваченных чёрными траурными лентами. Фотография Рамлоу была самой большой и явно была сделана очень давно. Брок был на ней таким, каким Стив его помнил во времена работы в ЩИТе: до боли в груди красивым. А когда они подошли поближе, то ему бросилось в глаза, что многие из присутствующих почему-то держали в руках китайские фонарики. — А зачем фонарики, Анита? — О, у нас так принято: люди пишут послание с благодарностью тем, кто помог нам одержать победу, и фонарик уносит это послание на небо. — Красивая и древняя традиция? — Не особо древняя. Пару лет назад тут чуть не затонуло пиратское судно, перевозившее эти фонарики, так что у нас их образовался целый склад. Вот и пришлось куда-то девать. Баки сзади тихо захихикал. Тут же рядом со сценой Стив увидел Гонсалеса и ещё нескольких парней, которые раньше работали на ЩИТ (ну, и на Гидру, естественно). Все они заметно напряглись, когда увидели Капитана Америку и Зимнего Солдата. Но Баки растянулся в широкой ухмылке и просто кивнул им, мол, расслабьтесь. Они кивнули в ответ и вроде как даже последовали его совету. Какая-то кудрявая женщина с двумя вертлявыми близнецами лет десяти тоже поздоровалась со Стивом. Он растерянно оглянулся на Аниту в поисках подсказки: — Это Марта Роллинз, — пришла она на помощь, а потом вручила ему фонарик и потянула за собой на сцену. Он поднялся по ступенькам, взял в руки микрофон, посмотрел на великое множество людей перед собой и сделал глубокий вдох, потому что Капитан Америка давно так не волновался на выступлении. — Мы собрались здесь сегодня, — начал он, — чтобы почтить память людей, которые помогли Мстителям вернуть всех, кого забрал Танос. Эти люди не были супергероями. Они... были простыми солдатами, которые, как и обещали, просто сделали всё возможное, чтобы выполнить свою миссию и одержать победу. Они совершили то, что не удалось мне. И без них я бы ни за что не справился. Я знал этих людей лично. Но, как оказалось, знал недостаточно хорошо. Они совершали в своей жизни разные поступки. И иногда ошибались. Как и я. Как и все мы. Но в конечном итоге сделали правильный выбор. Поэтому сейчас я могу сказать, что Брок Рамлоу, Джек Роллинз, Роберт Таузиг, Мэй Андерсон и Эмилио Веласкес погибли как герои, сражаясь за правое дело. Ведь как говорил один мой... хороший друг: «Героизм проявляется в том, чтобы в решительный момент делать то, что должно. Не ради себя, но ради других». И сегодня я хочу сказать им: спасибо. Капитан Америка выпустил из рук свой фонарик и десятки людей последовали его примеру. Целый рой ярких жёлтых огоньков взмыл в ночное небо, унося вместе с собой слова благодарности. Стив Роджерс смотрел на то, как они поднимаются всё выше и выше, и понимал, что в это самое мгновенье он был не один. И Баки, и Анита, и огромное количество людей на этой площади сейчас были вместе с ним, давая ему почувствовать, что они сражались не зря и что Страйк свои жизни отдал не напрасно. — Красиво, правда? — подала голос Анита. — Очень красиво, — согласился Стив. — Жаль только, что не все послания долетят... — Почему не все? — удивился Роджерс, тактично не напоминая про символичность этого действа в целом. — Вон те четыре опускаются вниз, — она нахмурила тонкие брови, — причём как-то одновременно опускаются... — Потому что это не фонарики, — отозвался Баки, который заметил их раньше всех. Он протянул Стиву щит, проверил обойму в автомате и оттеснил Аниту за спину. Огоньки в это время превратились в целую дорожку габаритных огней, и через пару секунд вокруг неё с громким гудением показался хищный корпус инопланетного корабля, вышедшего из режима стелс. Толпа заволновалась, а потом хлынула в стороны, как море перед Моисеем, освобождая место для его посадки. Стив и Баки спрыгнули со сцены и стали осторожно приближаться к неизвестным визитёрам. С угрожающим шипением разгерметизировалась и отъехала в сторону дверь этого аппарата. На землю опустился трап с тревожной красной подсветкой. И Стив с изумлением увидел, как по нему один за другим вышли те самые орки, которых он видел на K2-141b (или уже другие, просто похожие как две капли воды. Кто их, этих инопланетян, вообще разберёт), и встали по обеим сторонам от дорожки, словно почётный караул. А затем в проёме показались два тёмных силуэта, и голос, который Стив Роджерс уже никогда не надеялся больше услышать, произнёс: — Да ладно тебе, Красавчик, не комплексуй. Отличный комбез. Лучший из всех твоих жёлтых комбезов. Все бабы будут твои. Ну, может, и не прям все, но половина точно. И по трапу спустился самый непотопляемый сукин сын, каких только знавал Капитан Америка. А ведь он был знаком со многими людьми. Брок Рамлоу собственной персоной шёл бок о бок с тем самым малиновым существом в жёлтом комбинезоне. Белозубо улыбался и приветственно махал толпе. Одет Рамлоу был очень странно. На нём была хитиновая броня. И за его спиной развевался грёбаный плащ. Стив, не веря собственным глазам, вглядывался в его лицо, на котором не было ни единого шрама, и понимал, что это и правда его Брок. Только на семь лет старше, чем Стив его помнил. Он не постарел, нет. Но ещё больше заматерел и как-то поплотнел. А ещё на месте его правого глаза теперь красовалась самая настоящая чёрная пиратская повязка. — Не ожидал попасть на собственные поминки... — пробормотал воскресший герой, когда споткнулся взглядом о портреты на сцене и приложил руку к виску, отдав честь своим бывшим соратникам. А потом он заметил Стива и замер. Пару мгновений они смотрели друг на друга, прежде чем стали делать шаги навстречу. — Ты совсем не изменился, Роджерс, с нашей последней встречи, — попытался острить Рамлоу, чтобы не показать, насколько он нервничает. — Зато тебя просто не узнать. — Да, сменил имидж, как видишь. Хотел быть похожим на Фьюри. — Скорее теперь ты похож на Хосе Антонио. На лице Рамлоу отразилось недоумение, а потом он вспомнил: — Тот мужик с саблей на постаменте? Брось, Роджерс, совсем не похож. У меня нет таких шикарных усов, как у него. Кстати, ты уже произнёс речь? — Да, только что. — Вот чёрт. Значит, самое главное я пропустил. — Нет,— приблизился вплотную Стив, — не пропустил. — Что, будет ещё гвоздь программы? — Именно. — И когда же его ждать? — Прямо сейчас. И под смех Баки, аплодисменты, одобрительный свист, удивлённые возгласы и вспышки фотокамер на заднем фоне Стив Роджерс его поцеловал. Позже, когда все немного угомонились, Анита перестала реветь от радости, а Брок и Баки её успокаивать, горожане вдосталь нафотографировалась с орками и отправились дальше праздновать триумфальное возвращение своего президента, а они смогли, наконец, передислоцировать космический корабль в более подходящее для него место, Стив спросил у Брока, как он спасся и чем занимался эти семь лет. И Брок ему рассказал. Как победил Хозяина пустыни и гигантского сарлакка. Как объезжал диких дьюбаков и учился пилотировать космические корабли. Как одолел грозного Джаббу Хатта и стал новым даймё в Мос-Эспа, а потом и на всём Татуине. Как познакомился с мандалорцами и джедаями. Как они вместе одержали победу над остатками имперской армии. И, конечно, как же так вышло, что он лишился своего правого глаза. Но это была уже совсем другая история...