С Сеньком (не геи)

Двойка по физике окончательно расстроила Никиту, да и Арсений был непривычно холоден. Не то, чтобы он был особенно радушен обычно, но последние несколько дней он совсем перестал к Никите подходить. Дело было в чём? В том, что Никита уезжает на военные сборы, а Арсений нет? В том, что он никак не сможет присутствовать на вечеринке восемнадцатого? Никита не знал. От плохого настроения не спасала даже возможность глушить людей в общем чате, выписывая им муты. Но ведь заслуженно же выписывал? Охуели совсем, шутят про то, что фанфик напишут по фотографии, где Арсений с Кириллом. С Кириллом! Не с ним, не с его пассией, не с трушным бро! Вы видели где-нибудь такие вещи? Ужас. Внутри зудело. На этот раз винить стоило плов, наверное. Вид у него был очень подозрительный, по крайней мере. Тошнило. До сборов была ещё пара дней, но это, конечно, ерунда, учитывая, что неделю он, наверное, будет совсем недоступен. Он ведь даже пытался спровоцировать его на ревность. Видел, как тот идёт и ляпнул словно без контекста: «Так если он меня трахнет, это же не измена?». Сеня посмотрел на него… Как на долбоёба. И пошёл по своим делам дальше. Но это было давно. Сейчас же на телефон Никиты внезапно поступил звонок. Выяснилось, что звонит Арсений. Внутри Никиты всё замерло. Он прислонил телефон к уху и собрал все свои силы, чтобы ответить и унять дрожь в голосе: — алло, нахуй. Чё случилось? Написать нельзя? — Никита, это пиздец. Ситуация сюр, они напутали с моей группой здоровья и я еду на хуйню эту военную с вами. Никита старался скрыть свою радость, ведь трушный бро не должен решить, что он нетрушный. — Можешь считать, что ты моя пассия и я беру тебя с собой на тусовку. Военно-патриотическую. Оздоровительную. — Никита был горд своим ответом, Арсений на это недовольно хмыкнул. Отбыли в воскресенье. Территория лагеря была большой, но радости это особо не вызывало. Мерзко, слякотно. Всюду лужи. (А ведь какая-то Сова ростом 159 см может в них и утонуть, задумайтесь!). Расселились по комнатам и Арсения с Никитой, волей судьбы, конечно же, поселили вместе. — Да это пиздец ебаный. Я мог бы сидеть дома и отдыхать. А теперь неделю бегать по слякоти и автоматы собирать. — Арсений лёг на кровать и тихо застонал. Спина болела нещадно. Бежать за обжшником никогда и никому удовольствия особо не доставляло. — Такой хуйнёй я в жизни ещё не занимался. Ебать спасибо нахуй. Никита скромно устроился на краешке Сениной кровати. — Рад стараться, обращайся ещё! А вообще… И не говори, даже телефоны забрали, а они в группе небось пишут про… в общем, я уверен, что Ульяна не мутит тех, кого следовало бы. Арсений только слегка усмехнулся. —Что, думаешь, что они про меня с Кириллом сценарий уже подготовили? —Да, и вообще… Почему про вас с Кириллом, а как же я? — через секунду Никита смутился и отвернулся, чтобы Арсений не заметил покрасневших щёк. — Небось черепаху эту ебаную опять скидывают. Надо было маты всем на неделю выписать и всё. Жил бы щас спокойно, может… По-человечески… — Попытался перевести он тему. Сеня, однако, долбоёбом не был. Провести его было не так легко. Да и он не стал прикидываться чрезмерно трушным бро, решив стать самую капельку менее трушным. Арсений резко поднялся с кровати и, хрустнув спиной, сел вплотную к Никите. Никита почувствовал на своей спине прикосновение чужой руки. По спине пробежали мурашки. Сердце в груди парня подпрыгнуло, прокрутило три сальто подряд и рухнуло, разбившись насмерть, а затем само же себя оплакало, после преподнесло себе цветы за этот спектакль и покорно откланялось. В голове после хруста всплыла песня из рекламы. Интересно, а где тазобедренный сустав? Это типа умное название коленки? А деформирующий артроз… Звучит так, будто это гугл выдаёт в одном списке со СПИДом на запрос «голова болит почему». —У тебя руки холодные, — перебарывая своё возбуждение, пробормотал парень. —А ты уверен, что это не ты слишком горячий? — Сеня уже наклонился к Никитиному лицу и последнюю фразу прошептал тому в ухо, опаляя кожу бро горячим дыханием. Никита понял, что это была последняя капля. Арсений слишком долго дразнил его, он должен был догадаться к чему это приведёт. Рано или поздно. Диван, туалетная кабинка аж дважды… Он хватает Сеню за плечи, валит того на кровать и в завершение своего манёвра накрывает Сенины губы своими. Сначала поцелуй неуверенный, опыт у Никиты небольшой, всё-таки. Однако, Сеня мгновенно перехватывает инициативу и мигом углубляет поцелуй. Никита чувствует, как язык Арсения проникает ему в рот, скользя там. Быстро-быстро, близко-близко. Настолько, что даже кажется, будто каждое прикосновение обжигает. Настолько, что разум подёрнут дымкой. Будто физрук выпустил этот самый разум в разгар мая на улицу, в жаркий воздух, душный от сладких запахов черёмухи и сирени. И будто разум всю эту сирень со школьного двора пожрал, даже не считая лепесточки. Просто надеясь, что повезёт и каждый раз загадывая найти больше. Сеня обхватывает Никиту руками, поднимая футболку и оглаживая одним движением всю спину. Никита отстраняется и слегка постанывает. Футболка летит на пол и он зябко ёжится. Ну конечно, в школе будут держать до последнего, пока все не задохнутся, а тут март настал, считай, весна, уже и не так холодно, снег на улице остаточный, а что метель вчера была… Так это… Ну красиво было? Красиво. Вот ебало-то и прикройте. Сеня стягивает с себя кофту и откидывает её в сторону и роняет парня на кровать, нависая сверху. — Не-не-не, Тоха, мы ещё не закончили. Что тебе там, всю ночь надо, да? Вот щас и проверим… — Арсений стаскивает с себя штаны, Никита ёжится от жаркого чувства смущения. И вроде похуй уже на отопление, пока они тут вдвоём, пока они так близко… Но Никита отстраняется и отползает. — Что «не-не-не»? Это ты предлагал мне минет, стало быть, ничего я не обязан! — Никита победоносно смотрит на него, пока чужая рука не оказывается на его затылке, напоминая, что в реальной жизни у него нет админки (( Дверь в казарму скрипнула. — Мальчики! Вам ясно сказано было, что сбор через пятнадцать минут! Где вас… — Несчастный обжшник застыл и уже мысленно вычел из своей зарплаты деньги на психотерапевта. Разбираться с этим ему не хотелось. Увы, яой он не читал и ему интересного здесь ничего не было. — Я закрою глаза на это последний раз. Быстро оделись и чтобы через пять минут как штык, ясно?! — Ясно! — хором проговорили мальчики, отстраняясь друг от друга и отчаянно краснея. И всё хорошо. И слава тебе Господи.