Colorful garland

       Сегодня Джисон возвращался с работы пораньше, потому что его начальник любезно предоставил всем короткий день в честь наступающего праздника. Магазины были полностью забиты покупателями, потому ему пришлось стоять в километровой очереди, чтобы купить мандарины, так как их с Феликсом запасы вчера закончились. Суета в канун Нового года уже стала традицией. Люди спешили купить побольше еды, а самые забывчивые резко вспоминали о подарках для своих близких и знакомых. Хан уже придумал подарок для своего парня и был полностью уверен, что тот оценит объёмный жёлтый свитер, который будет согревать его в холодные дни. На улице стемнело, и пушистый снег пролетал мимо, кружась в танце с озорным порывом ветра, заставляя Джисона уткнуться носом в зелёный шарф и засунуть свободную от сумки руку в карман синего пуховика. Морозный воздух охлаждал его мозг и приносил покой в душу, словно не только природа уснула, но и все мелкие проблемы накрылись белым шаром, даря душевный покой. В конце концов, зима была его любимым временем года. Он дождался своего автобуса, который прибыл точно по расписанию, к счастью, не застряв в сугробах. Возле дома горели фонари, где на крючке внизу около лампочки были подвешены незамысловатые кованые снежинки. Как только он открыл дверь в квартиру, в нос ударил запах свежей выпечки, судя по всему, шоколадного печенья. Хан снял куртку и тут же почувствовал, как к нему прижались со спины, целуя его холодную шею и тычась в неё носом. — Я рад, что ты пришёл пораньше. Тебя отпустили или ты сбежал? — Феликс усмехнулся, сильнее сжав руками чужой живот. — Начальник смилостивился над нами, — он повернулся и обнял парня, оставив на его губах лёгкий поцелуй. У Ли в университете начались каникулы, поэтому все приготовления к празднику он взвалил на свои плечи. В гостиной съёмной квартиры стояла украшенная ёлка, светящаяся разноцветными огоньками. Персиковые стены с многочисленными фоторамками теперь были украшены бумажными гирляндами и увешаны сверкающими шариками разных размеров. На зелёном диване появилась парочка подушек в форме снеговиков и плюшевый мишка в новогоднем колпаке. Джисон вымыл руки, переоделся в домашнюю одежду и проследовал на кухню. Там на ярком столе стояла миска с шоколадным, как он и предполагал, печеньем. Феликс поставил чайник и разогрел в микроволновке жаркое, которое он приготовил пару часов назад. Хан был ему бесконечно благодарен, особенно за десерт. После сытного ужина и просмотра любимого телешоу они приняли душ, завернулись в мягкий плед и легли на кровать, включив тихую музыку. За вечер снова был съеден почти весь запас мандаринов, которые они вместе очищали от кожуры, а затем уплетали за обе щёки. В спальне также была маленькая белая ёлочка с красными игрушками. Она стояла на деревянном комоде возле молочной стены. На оливковых шторах висели голубые, розовые и белые снежинки, которые Феликс сделал сам из бумаги, насмотревшись видео на YouTube. Они решили, что, хотя время близится к полуночи, у них уже всё готово для празднования. Закуски были в холодильнике, и чтобы разложить их по тарелкам, нужна всего минута. Бутылка шампанского стояла на кухонном столе, ожидая своей участи. — Джисони, я хочу сделать тебе подарок прямо сейчас. Ты ведь не будешь против? — Ли приподнялся на локте, глядя ему прямо в глаза. — Нет, конечно, как пожелаешь, — он сел, упираясь спиной в невысокую стенку кровати. Феликс чмокнул его в щёку и подошёл к шкафу, достал оттуда небольшую белую коробку, обмотанную красной лентой. Затем приблизился к кровати, протягивая подарок. — В общем, это для тебя. Надеюсь, ты оценишь. А то меня немного подвела фантазия, — Ли подсел поближе к нему. Джисон осторожно развязал упаковку и снял крышку, отложив её в сторону. Внутри лежала смотанная в кольцо гирлянда с маленькими лампочками. Он вытащил её, заметив на конце аккумулятор с батарейками. Это был очень удобный декор, так как для него не требовались розетки с удлинителем. Хан нажал на кнопочку, включая её и просматривая набор режимов. Она светилась всеми цветами радуги и мигала с разными скоростями, превращаясь в разноцветный вихрь. — Ух ты, очень красиво и практично, — улыбнулся Джисон, поворачиваясь, чтобы поцеловать юношу. Зимой губы Феликса всегда были обветренными и шершавыми, потому что у него была привычка облизывать их на морозе, и никакой бальзам ему от этого не помогал. — Мы можем повесить её над кроватью или в любом другом месте, где тебе больше нравится, — Ли накрыл пледом его босые ступни. — У меня есть идея получше, — Джисон размотал длинный провод и накинул несколько слабых петель на удивлённого парня, наклонившись к нему. А после прошептал, — Ликси, что ты думаешь насчёт того, чтобы стать сегодня главным праздничным украшением? — Ты предлагаешь мне роль новогодней елки? — усмехнулся он, набрасывая на его шею часть гирлянды и притягивая ближе к себе, соприкасаясь губами. — Скорее сияющей звезды. Джисон тут же притянул его в развязный поцелуй, проникая в рот языком. Опустив руки на его талию, он ощутимо сжал её через толстовку, а затем скользнул ладонями под одежду. Феликс невнятно промычал. Ему всегда нравилось, как гладят его обнажённую кожу, заставляя толпы мурашек пробегать по телу. Он положил руки ему на плечи, простанывая в рот, когда молодой человек стал прикасаться к нему более откровенно, сжимая обтянутые тканью ягодицы и бока. Хан отстранился, удовлетворённо облизнувшись. Припал губами к его шее, прокладывая невесомую дорожку от уха до ключиц, не переставая ласкать его тело. Феликс уже машинально расслабился и потянулся к чужому паху, сжимая его член через штаны. Он всегда быстро возбуждался и был нетерпелив, желая получить удовольствие как можно скорее, в отличие от Джисона, который предпочитал долгие прелюдии, доводя партнёра до исступления и слушая его мольбы о большем. — Ликси, — он бросил на него шальной взгляд. — Сегодня ты не будешь трогать ни меня, ни себя. — Хан ухватился за низ чужой толстовки и потянул её вверх, снимая. Взял гирлянду и руки, соединяя его ладони вместе. Ли зачарованно наблюдал, как парень обматывает ему запястья и предплечья, осторожно, чтобы не задеть лампочки, пропуская конец провода под другими рядами, прочно соединяя их между собой. Феликс знал, что тот умеет вязать всевозможные узлы и петельки, практикуясь на себе, но они ещё никогда не пробовали такого вместе. Джисон любовался крепко сплетёнными руками молодого человека, довольный результатом. Он перекинул оставшуюся часть гирлянды на талию и грудь, наматывая круги, спутывая их вместе и оставляя аккумулятор болтаться на бедре. — Нигде не давит? — Хан подцепил пальцем его подбородок, пристально глядя в глаза. — Нет, всё в порядке, — он подался вперёд для поцелуя, но тот отстранился, вставая с кровати. Выключил торшер с кремовым абажуром возле кровати. Джисон подошёл к шкафу, доставая из нижнего ящика бутылочку со смазкой, и щёлкнул выключателем. Вся комната погрузилась в кромешную тьму, так как шторы были довольно плотными и не пропускали свет фонарей с улицы. Феликс слышал, как шуршит чужая одежда, а затем матрас прогибается под тяжестью ещё одного тела. Его резко положили на спину, подняв руки над головой и придавив их. Из груди вырвался протяжный стон. Хан нащупал переключатель на его бедре и нажал на кнопку. Вся красиво выплетенная сетка на теле Ли вспыхнула множеством огоньков, которые живо мигали, отбрасывая блики на стены и мебель. — Какой цвет выбрать для начала? Или пусть их будет много? — Джисон переключал режимы, перебирая всю встроенную палитру. Ему нравилось, как свет эстетично распределяется по всем изгибам тела парня, вместе с тенями, подчёркивая их, превращая его в произведение искусства. — Давай фиолетовый, — Феликс начал нетерпеливо ёрзать на покрывале, за что получил лёгкий укус в бок, вскрикнув от неожиданности. Фиолетовый цвет действительно идеально ложился на его кожу, играя бликами в глазах, что отражали в себе насыщенный лиловый оттенок. Тёмные волосы Ли приобрели глубокий угольный цвет, сильно контрастируя с его лицом. Джисон провёл пальцем по ряду фонариков, убеждаясь, что они не греются, но всё же следует соблюдать осторожность, чтобы не сломать их. — Будь умницей и держи руки над головой, хорошо? Феликс кивнул в знак согласия, чувствуя, как хватка на его руках ослабевает. Джисон подтянул его к себе, стягивая штаны, под которыми не было нижнего белья, устраиваясь между его разведённых ног. Ли никогда не пробовал лежать без движения, потому что он и так был тактильным, а в постели особенно. Он не оставлял без внимания ни одно место на теле своего парня, поэтому сейчас просто получать прикосновения было слишком сложно. Хан склонился над ним, втягивая в поцелуй, который сразу стал не нежным, а скорее хаотичным и сумбурным, поскольку Феликс хотел как-то компенсировать свою неподвижность. Джисон быстро отбросил затею целовать его в губы, потому припал к шее, оставляя языком влажные полоски и любуясь тем, как блестит кожа в пурпурном освещении. Ли безумно хотелось притянуть его за голову ближе и запустить пальцы в волосы, но ему не оставалось ничего другого, как постанывать от незамысловатой ласки. Хан прикоснулся к его ключице, покусывая её, оставляя видимые пятна. Феликс протяжно застонал, почувствовав на своих сосках две руки одновременно, что стали прокручивать и растирать пальцами горошины, отчего они быстро покраснели, становясь чувствительными. Джисон спустился губами к животу, проводя языком по свободным от лампочек участкам. Он положил ладонь на твёрдый член юноши, слабо сжал и провёл ею вверх-вниз, услышав громкий стон. Феликс толкнулся вверх, но не получил желаемого. Видимо, сегодня с ним решили поиграть. Хан убрал руку, взял смазку, выдавил прозрачный гель из дозатора, подогревая его до температуры тела. Ли постарался расслабиться, когда влажный палец начал поглаживать его сжатый ободок, дразняще надавливая. От этого он заскулил, двигая тазом. Джисон решил поддаться, проскользнув в него сразу на всю длину, чувствуя, как податливые стеночки втягивают его внутрь. Феликсу не нужна была долгая растяжка, потому что они занимались сексом достаточно часто, и последний раз был прошлой ночью. Но помедлить хотелось, потому Хан плавно двигался внутри него уже двумя пальцами, намеренно игнорируя его простату. Если бы руки Ли были свободны, он бы заставил его поторопиться или взял бы инициативу на себя. Его член уже изнывал от нехватки внимания, а липкая смазка с головки уже испачкала весь живот и некоторые лампочки, заставив их светиться более тускло. — Хани, перестань дразниться и войди в меня или хотя бы прикоснись ко мне, — он самостоятельно насаживался глубже, извиваясь для лучшего проникновения. — Почему ты такой нетерпеливый? — он был очень возбужден, но не хотел торопиться. Ведь, судя по всему, Новый год они встретят именно так, а времени до него оставалось немного. — Я просто хочу, чтобы ты трахнул меня, пока в моих глазах не появятся звёздочки. Так, как мы оба любим. Хан поднялся выше, целуя его глубоко и встречаясь языком с чужим, параллельно вытаскивая пальцы, заставляя парня под ним хныкать от разочарования. Он потянул его за руки, приподнимая, и сел сам, опираясь о спинку кровати. — Присаживайся, — усмехнулся Джисон, опуская глаза на свой давно вставший член. Феликс довольно замычал и на дрожащих коленях придвинулся ближе к нему, расставив ноги по бокам от его бёдер. Хан взял свой член, обнял его за талию и аккуратно приставил сочащуюся головку ко входу. Ли тут же расслабился и насадился самостоятельно, открывая рот в немом стоне, когда твёрдая плоть полностью заполнила нутро. — Теперь не двигайся, — он надавил на бёдра, рукой нащупывая телефон рядом с подушкой и включая его. — Новый год наступит через три минуты. — Хочешь, чтобы я встретил его с членом в заднице? — Феликс запрокинул голову назад. От того, как крупная головка упиралась в его простату, сдерживаться было невозможно. — Да, ведь как встретишь, так и проведёшь, — Джисон хрипло рассмеялся, получив лёгкий удар по плечу. Он тоже терпел, чтобы не толкнуться, сжимая чужое бедро до синяков, меняя цвет гирлянды на ярко-зелёный. — У меня внизу уже всё горит. Три минуты это слишком долго, — он закинул руки ему на шею, прижимаясь ближе и потираясь членом о его живот. — Я тоже чувствую, как твоя дырочка нетерпеливо сжимается вокруг моего члена. Ты такой узкий и безумно мягкий только для меня. Да? — Сжав ягодицы, он провёл языком по чужому виску, заглядывая в его затуманенные глаза. — Детка, тебе же нравится, когда я без презерватива? — Да! И я хочу, чтобы ты наполнил меня своей спермой. Моя дырочка очень нуждается в ней! Они услышали, как за окном раздался хлопок, и увидели яркий отблеск на занавесках. В небо начали запускать фейерверки, приветствуя новую смену года. — Загадай желание, малыш, — Хан нажал на кнопку, зажигая все цвета одновременно, отчего юноша сам превратился в его личный фейерверк. В голове Феликса было пусто, и он, наконец, смог отпустить себя. Приподнялся и сел обратно, задавая темп. Его нутро стало очень чувствительным. Он уже ощущал себя затраханным до беспамятства. Джисон громко застонал, раздвигая в стороны его ягодицы, с силой сжимая их, видя перед собой разноцветные огни и искажённое от удовольствия лицо. Красный свет падал на лоб и половину щеки Ли, розовый и жёлтый украшали его шею и грудь, хаотично переходя в фиолетовый и зелёный, чередуясь между собой. Феликс подстроился под необходимый угол так, чтобы член попадал прямо в простату. Ему очень хотелось прикоснуться к себе, и если бы он это сделал, то сразу же кончил бы. Но у него не было другого выбора, кроме как тереться о чужой крепкий пресс. Джисон толкнулся ему навстречу и, повалив его на спину, вышел из него. Ли не ожидал такой перемены и того, что его приближающийся оргазм был так небрежно прерван. — Хани, дай мне кончить, я больше не могу, — разочарованно прохныкал он. — Пожалуйста. — Как скажешь, котёнок. Джисон перевернул его на живот, надавил на поясницу, заставляя прогнуться в спине. Вся кожа Ли была покрыта потом и блестела пёстрыми искорками. Особенно ягодицы и мокрое от смазки место между ними. Феликс уткнулся лбом в подушку, ощущая вес юноши на себе и то, как он вдавливает его руки в кровать. Хан взял свой член, проводя головкой по открытой дырочке, слегка надавливая. Ли уже открыто скулил и изнывал от нестерпимого желания. Джисон решил сдаться, так как его мозг тоже отключился от раскрытого тела под собой, которое так нуждалось в нём. Он толкнулся сразу на всю длину, втрахивая в матрас, не отпуская его рук. Феликс, казалось, сорвал голос, крича от глубоких и точных движений прямо по простате, вцепился зубами в край подушки, испачкав её вязкой слюной. Хан склонился над ним, кусая заднюю часть шеи, обхватывая его поперек живота, заметив, как дрожат чужие ноги. — Всё, чего ты хочешь, это чтобы тебя трахали, как сучку, даже в новогоднюю ночь. Уверен, именно это желание ты загадал под бой курантов, — Джисон вновь ощутимо укусил его за плечо, обхватив чужой член. — Ммм, да, — Феликс закатил глаза от нереального кайфа. — Я твоя сучка, Хани, а ты мой самый лучший подарок. Хан ещё раз провёл пальцами по его члену, надавливая на головку. Ли не выдержал напора, содрогаясь всем телом, обильно кончая и видя под веками вспышки, похожие на бенгальские огни. Джисон, протяжно застонав от сильной тесноты вокруг его плоти, толкнулся со звонким шлепком до основания. Его горячая сперма заполнила всё нутро юноши, как он и хотел. Феликс тяжело дышал, чувствуя, как его всем телом прижимают к кровати. Руки в таком положении онемели и немного болели. Хан вышел из него, провёл пальцем между его ягодиц, переворачивая на спину. Он принялся распутывать прочное плетение, стараясь не повредить лампочки. Это было действительно восхитительно – то, как чужое расслабленное лицо выглядело в разном свете. Когда Феликс почувствовал свободу на своих запястьях, то притянул молодого человека к себе для поцелуя, зарывшись пальцами в его влажные волосы. — Ликси, тебе понравилось? — Джисон нежно поцеловал его в уголок рта, положив гирлянду рядом с подушкой. — Да, я и правда загадал желание, чтобы у нас было больше выходных, и мы могли проводить их вместе. — Уверен, что оно исполнится, потому что я загадал то же самое, — усмехнулся он, поглаживая его по животу. — С Новым годом, мой Феликс, — улыбнулся. — С Новым годом, мой Джисони, — улыбнулся в ответ. — Тогда пойдём, напьёмся шампанского и будем отвечать на поздравления. Потому что наши телефоны вот-вот взорвутся. Феликс светился уже изнутри. Всё-таки покупка гирлянды была однозначно правильным решением.