Дело Селвин

Девочка на цыпочках поднялась по лестнице, направляясь к кабинету своего отца. Она украдкой обошла последнюю ступеньку, которая, как она знала, должна была заскрипеть, прежде чем она поднялась на второй этаж. Случайно дверь была оставлена приоткрытой, и Аннабель прижалась к ближайшей стене, чтобы подслушать приглушенные разговоры.  Там была ее бабушка, в чем не было ничего необычного, но что было довольно странным, так это присутствие адвоката. И свахи. Скорее, совершенно странным было то, что эти три человека собрались вместе. Особенно в день прощальной вечеринки, которую ее родители устраивали в честь выхода на пенсию одного из коллег ее отца.  Прошло уже несколько дней, как ее родители вели себя странно, разговаривали тихими голосами, прерывая Аннабель всякий раз, когда она входила в комнату, в которой они находились.  Лоб ее матери постоянно был нахмурен, как будто ее что-то беспокоило, и Аннабель иногда замечала, как она не спит по ночам, сидя в одиночестве у камина и разглядывая три карты Таро, которые она вытащила из колоды, лежавшей перед ней. Также были странные появления и ухода друида, провидца. Коллеги ее отца, но также и Аластер, около недели назад, которому, как она сначала думала, предназначалось попрощаться, пока он не заявил, что пришел поговорить с ее отцом.  наедине. Конечно, что-то происходило, и Аннабель намеревалась выяснить, что именно. Она пожалела, что у нее нет пары удлиненных ушей, когда наклонила голову под неудобным углом в надежде уловить обрывки продолжающейся дискуссии. Звук был приглушен тяжелой деревянной панелью, но ей удалось, по крайней мере, уловить, о чем шла речь.  Речь шла о новом стажере, которого ее отец только что проверил в Министерстве, мальчике ее возраста, слизеринце. — Он с нами всего неделю, а он уже раскрыл несколько дел, над которыми мы работали месяцами. Он невероятно одарен, если оставить в стороне его трудовую этику. Честно говоря, я думаю, что никогда не встречал никого с такими удивительными способностями... — Вы извините меня, но я не понимаю, зачем вашему новому стажеру требуется наше присутствие, - язвительно заметила ее бабушка, и в комнате воцарилась тяжелая тишина.  Аннабель слегка наклонилась, чтобы приблизить ухо к щели в двери, услышав, как ее отец начал ходить вокруг да около, пока в разговор не вмешалась ее мать. — У него была довольно... поразительная просьба. Она затаила дыхание, чтобы выяснить, в чем заключалась эта просьба, пока дверь внезапно не открылась и перед ней не появилось строгое лицо ее матери. — Тебе следовало бы подготовиться, юная леди, - отругала она ее, прежде чем отослать прочь и захлопнуть за ней дверь.   

——

  Аннабель взглянула на себя в зеркало, ее рука переходила от одного украшения к другому.  Она должна носить жемчуг, подумала она, выбирая пару сережек, которые прижала к коже. Она склонила голову набок, колеблясь, прежде чем ее взгляд остановился на нераспечатанном конверте, который лежал на ее туалетном столике. Письмо было развернуто, чтобы она могла не пялиться на изящный почерк, который выдал ее отправителя.  Она, конечно, не открывала его, потому что Аннабель запретила себе саму мысль о Томе в течение последних нескольких недель, зайдя так далеко, что сожгла их прошлую переписку и уничтожила блокнот, который он когда-то подарил ей. Она не была уверена, что такое ментальное изгнание сработало, учитывая, сколько раз она просыпалась посреди ночи с зудящей кожей и влажным сердцем, потому что ей снова снился он и тот единственный поцелуй, который она когда-то у него украла… Она сглотнула, вспомнив, как ранее в тот день прижалась к стене возле кабинета своего отца, чтобы подслушать разговор своих родителей и их гостей.  У ее отца был новый стажер…  Такие новости беспокоили ее весь день, потому что из-за хорошо воспитанного и по-настоящему одаренного слизеринца ее возраста Аннабель могла думать только об одном... Было ли это причиной, по которой Том написал ей? Это было то, что он хотел сказать ей после нескольких недель радиомолчания? Что ему предложили престижную должность в министерстве, и он будет работать с ее отцом? Что он променял свою несбыточную мечту на гораздо более престижную работу, которую он получил, даже пальцем не пошевелив, благодаря Слагхорну или Аластеру? С этой работой она могла бы справиться не хуже, если бы только ее отец осмелился нанять ведьм… Обронил ли Том в том письме хоть строчку о ее предстоящем замужестве? Поздравил ли он ее приветствием с оттенком насмешки, на что он, безусловно, был способен, пожелал ли ей удачи в ее будущей жизни, в которой она ничего не будет делать, кроме смены подгузников? Разве он не сказал ей однажды, что брак сопровождается рабством? Множественные удары вывели девушку из задумчивости.  — Ты уже закончила? Все в сборе. - спросила ее мать через дверь, продолжая стучать по деревянному стеклу, как будто такой бодрый ритм помог бы ее дочери быстрее спуститься.  Аннабель крикнула, что готова, и решительным жестом схватила нераспечатанное письмо и выбросила его в мусорное ведро, прежде чем выйти из своей комнаты, высоко подняв подбородок, готовая обнять весь мир и прогнать свои мысли об этом молодом человеке.   

——

  Аннабель вышла из гостиной через французские окна и схватила флейту по пути к шатру. Она некоторое время стояла возле буфета, ее глаза обшаривали толпу, которая непринужденно болтала со стаканом в руке, пока она искала нового пенсионера. Конечно, приличия ожидали, что она пойдет поприветствовать коллегу своего отца, прежде чем, как она надеялась, сможет прокрасться обратно в свою комнату и почитать.  Она с легкостью заметила мужчину, потому что он стоял рядом с ее отцом, и кого-то еще, кого ей не удалось разглядеть, потому что они были скрыты другим кругом гостей, и когда девушка шагнула вперед, небольшое собрание расступилось в стороны, таким образом открыв третьего человека, с которым разговаривал ее отец.  Она застыла.  Высокий, темноволосый, весь в черном костюме. Ее сердце пропустило удар, и когда она увидела, как он перевел взгляд на нее и бросил на нее один из своих долгих и дерзких взглядов, она почувствовала внезапное желание спрятаться, и она бы отступила внутрь, если бы рядом с ней внезапно не материализовалась ее мать и не положила руку ей на поясницу, тем самым подталкивая ее к беседующей троице. — Аннабель, дорогая, позволь мне представить тебя мистеру Реддлу, новому стажеру твоего отца. — Конечно, - с горечью подумала она, когда отец представил ее, и напряглась, когда Том взял ее руку в свою, поднес ко рту и коснулся губами ее кожи.  — Как приятно снова видеть вас, мисс Селвин. О, эта интонация в его голосе.  — Я полагаю, вы двое знаете друг друга? - спросила ее мать с улыбкой. — Несколько лет назад мы были партнерами по зельеварению, - холодно ответила Аннабель, ее челюсть странно свело судорогой.  — Трудно не заметить вашу дочь, миссис Селвин. Ее безупречная репутация предшествует ей.  Девушка подавила желание закатить глаза.  — О, ты слишком добр, - хихикнула ее мать, положив руку ему на плечо, прежде чем доверительно прошептать: — Не позволяй ее ангельскому виду околдовать себя, я могу заверить тебя, что Анна была непростым ребенком. — Я верю вам. Она, безусловно, привыкла поступать по-своему. - Том улыбнулся, прежде чем бросил на нее взгляд, полный намеков, и Аннабель напряглась. — И все же, мама, в последнее время я была более чем любезной, - язвительно заметила она.  Ее мать бросила на нее взгляд, который означал что-то вроде “не смей смущать меня перед нашими гостями”, и она хлопнула в ладоши, трубя, что они должны дать молодежи немного места. Небольшая группа удалилась прежде, чем Аннабель смогла засвидетельствовать свое почтение, и довольно скоро она осталась одна в компании слизеринцев. — Какой сюрприз видеть вас здесь, мистер Реддл, - проворчала она, от горечи у нее онемел язык. Воспоминания возвращались к ней волнами, начиная с первой встречи с ним и заканчивая ночью, когда она видела его в последний раз. Она не знала, почему была так обижена, и действительно ли он заслуживал ее гнева, но Аннабель не могла меньше заботиться о чувствах молодого человека, поскольку у нее было достаточно проблем со своими собственными эмоциями. — Я не знала, что вы почтите нас своим присутствием сегодня вечером. Вам никто никогда не говорил, что было довольно невежливо появляться без предупреждения? — Я вижу, что ты не читала мое письмо, - ответил он, и она отвела взгляд. Она постояла там некоторое время, рассматривая различные лица окружающих их людей, прежде чем оглянулась на Тома и заметила, что он наблюдает за ней.  — Я слышал, ты уезжаешь, - сказал он небрежно, как будто просто хотел поддержать светскую беседу. Она молчала, и он сделал глоток своего напитка, отчего кубики льда зазвенели в его стакане. Он терпеливо ждал некоторое время, прежде чем продолжить: — До меня дошли кое-какие слухи о твоем женихе... — Например? — Его происхождение оставляет желать лучшего. — Что это должно означать? - прошипела она, и он презрительно фыркнул. — Что ж, такая девушка, как ты, должно быть, считает это довольно обескураживающим выбором. Ее грудь внезапно сжалась, когда она вспомнила тот день, когда произнесла эти слова, о том, что тогда все было намного проще.   Он продолжил легким тоном, как будто просто думал вслух.  — Возможно, если бы ты не делала такой тайны из своей помолвки, гораздо более приличные парни выстроились бы в очередь, чтобы сделать тебе предложение, Аннабель. Она усмехнулась, прежде чем плюнуть: — Возможно, я держала это в секрете, потому что мое замужество никого не касается. Ее голос сорвался на последнем предложении, и она обернулась, внезапно почувствовав, что ей трудно дышать. Она извинилась, ее глаза защипало от слез, когда она направлялась обратно в дом, прекрасно понимая, что выставляет себя дурой, но сейчас она была слишком близка к тому, чтобы заплакать, и хуже, чем убежать, было, конечно, разрыдаться на глазах у целой толпы.  Да пошел он, подумала она, когда наконец добралась до своей спальни и захлопнула дверь, медленно выдыхая, чтобы слезы не испортили макияж.  

——

  Комок встал у него в горле, когда он смотрел, как Аннабель уходит, и он мысленно проклял ее за то, что она такая невыносимая девчонка.  Тому не понравилось врываться на вечеринку по случаю выхода на пенсию какого-то случайного парня, которого он даже не знал, только для того, чтобы получить шанс поговорить с ней, поскольку она не ответила на его письмо, в котором он извинялся за свое поведение, почти умоляя ее встретиться как можно скорее, поскольку время поджимало.  Он презирал необходимость умолять ее родителей дать ему шанс, использовать все свои дипломатические таланты, чтобы заставить их пересмотреть ее помолвку, послать Аластера от его имени, только для того, чтобы оказаться подвергнутым тщательному допросу свахой, поддаться на все ее расстраивающие вопросы, некоторые из которых были слишком личными, о его семье и детстве.  О, и как сильно он ненавидел то, что она только что вела себя так, будто ее последним желанием было увидеть его, заставляя его чувствовать себя нежеланным гостем, несмотря на то, что он пришел спасти ее, несмотря на все препятствия, с которыми он столкнулся, чтобы сделать это... Он быстро последовал за ней, решив разобраться с ее бессвязностью, но когда он добрался до первого этажа и толкнул дверь ее спальни, чтобы найти ее сидящей у окна, ее лицо отвернуто от него, но он представил себе тонкие черты, он почувствовал себя странно умиротворенным. — Я хотела бы побыть одна, - прошептала она, как будто сдерживала слезы, но он вошел и закрыл за собой дверь.  Он огляделся, заинтригованный, потому что впервые оказался в ее комнате, и он обнаружил, что странно ошеломлен мыслью, что ему довелось стоять среди ее вещей, где она, возможно, сделала свои первые шаги в детстве, испытала первые волнения подростка.  Он медленно начал расхаживать по комнате, обращая внимание на груду картонных коробок, стоявших у стены, и которые могли бы заставить его сердце сжаться, если бы он не знал, что достаточно скоро ей, возможно, придется распаковывать вещи, и эта мысль подняла его настроение. Он направился к ее прикроватному столику, взял книгу, которая лежала на обложке, чтобы прочитать название, перешагнув по пути через кучу одежды. В комнате был беспорядок, такой, какой он ее себе представлял, и Том внезапно осознал, насколько она была его альтер эго, его идеальным вторым "я", потому что если он был аккуратно организован и дисциплинирован, то Аннабель была невероятно неряшливой и хаотичной.  — Я просила тебя уйти, - услышал он ее вопрос, на этот раз громче, и, оглянувшись через плечо, обнаружил, что ее прекрасные глаза все еще отвернуты от него.  Он положил книгу обратно - хорошую, с благодарностью признал он, - прежде чем отвернуться. — Сегодня я был в министерстве. Она все еще смотрела в окно, но ее абсолютная неподвижность намекала на то, что она прислушивается.  Он вернулся на середину комнаты, его голос был спокойным, размеренным.  Он не торопился, еще немного осмотревшись, нашел свое письмо в мусорном ведре. Его сердце сжалось при виде этого, и он тихо произнес заклинание, чтобы конверт полетел к нему, которое он положил в карман. — Аластер представил меня твоему отцу, который сказал, что у него может быть интересная должность для меня. — Он сказал, что работа изначально предназначалась для того, кто женится на его дочери… - начал он, зная, что пробудил ее интерес, когда она чуть повернула голову в его сторону.  — ... которую, по его словам, оказалось особенно трудно удовлетворить. Она хмыкнула и посмотрела на него: — О, прости, мы здесь для того, чтобы обсудить удивительные планы друг друга на будущее? Потому что, как ты хорошо знаешь, мои будут звучать очень скучно по сравнению с твоими. Том остановился, встретившись с ее горящими глазами, не обращая внимания на ее сарказм.  — Почему ты не сказала мне, что твои родители открывали торги, Анна? Она отвела взгляд, ее пальцы внезапно задрожали.  — Почему?! Мерлин, Том, потому что это неловко. Она отвернулась лицом к задней части комнаты, как будто не могла больше смотреть на него, и ее голос дрожал, когда она заговорила. — Ты знаешь, каково это, когда люди приходят каждый день, просто чтобы посмотреть на тебя? Спросить, насколько здоровым вы были в детстве, есть ли в вашей семье какие-либо заболевания? Какого ты роста, сколько весишь, хорошо ли питаешься и крепко ли спишь, как будто ты какой-то ценный зверь, выставленный на аукцион?! Она внезапно заговорила громче, слова срывались с ее губ в нарастающем гневе.  — У меня нет ни личной жизни, ни свободы. Некоторые даже осмелились спросить, в каком возрасте у меня впервые началось кровотечение… Ее щеки покраснели при последних словах, и видеть ее такой причинило ему странную боль. Ему нравилась она, гордая и воинственная, готовая отразить любую атаку, но вот она была ничем иным, как тенью самой себя, молодой женщины, у которой не было другого выбора, кроме как подчиниться их патриархальному обществу.  — Почему ты пришла ко мне, Аннабель? Той июньской ночью, - неожиданно для себя произнес он, делая еще один шаг к ней, наконец задав вопрос, который мучил его неделями. — Я думала, что могла бы... — Она вдохнула и издала тихий пискящий звук, ее лицо стало ярко-красным. — Я подумала, что если я ... отдам кому-нибудь свою девственность, я могла бы обменять ее на чью-нибудь жизнь. Я подумала, что если я ... если ты… ты знаешь, что это позволило бы мне наложить смертельное заклятие на моего жениха. Он остановился на секунду, озадаченный ее словами, прежде чем ахнул с широко раскрытыми глазами: — Ты планировала убить своего жениха?! Занимаясь со мной сексом? Том разразился смехом, который, как он знал, был неуместен в данной ситуации, но он не мог поверить, что столь одаренная девушка поверит в такую вещь, как сексуальная магия... — Ты можешь смеяться сколько угодно, - парировала она, бросив свирепый взгляд. — По крайней мере, я пыталась. Если бы ты не прогнал меня… - продолжала она с надутым видом, который он нашел восхитительным, и на долю секунды он задумался о том, чтобы подойти к ней и заключить в объятия, прошептать ей на ухо самые приятные вещи, но ему нужно было знать больше, и поэтому он сделал еще один шаг в ее сторону, теперь возвышаясь над ней, когда спрашивал: — Почему я? Она прикусила нижнюю губу и покачала головой, не желая раскрывать больше, и поэтому он сел рядом с ней на сиденье у окна. Он взял одну из ее рук в свою, погладил костяшки ее пальцев большим пальцем.  — Почему я? - снова спросил он, когда его ладонь переместилась к ее лицу и коснулась щеки, его глаза нетерпеливо искали ее взгляда. — Ты единственный, кому я доверяю, - прошептала она через некоторое время, и Том не ответил, потому что для того, что он чувствовал, не хватало слов. И когда его губы коснулись ее губ, Том обнаружил, что на вкус Аннабель как солнце после дождя, как яркое и полное надежд утро.  — Выходи за меня замуж, Аннабель, - простонал он ей в рот, его язык ласкал ее в изысканном объятии, когда он понял, что слишком долго ждал, чтобы наконец заявить права на то, что принадлежит ему. — Скажи "да", дорогая. Я обещаю предоставить тебе всю свободу, в которой ты нуждаешься, - вздохнул он, отстраняясь, чтобы заглянуть ей в лицо, но она заскулила. — Да, я говорю "да", - поспешно простонала она распухшими губами, прежде чем натянуть на него рубашку, и он продолжил целовать ее еще больше.