Шанс все исправить

Прошла почти неделя после наказания Гарри. И все эти дни стали для Северуса испытанием. Когда Снейп закончил воспитательную беседу, он вернулся к себе в кабинет и достал огневиски. На первый взгляд все было в порядке, Поттер нарушил правило и заплатил за свое непослушание, но в ушах ещё стояли плач и мольбы Гарри, для которого совершенно не свойственно такое поведение. Его сын - до жути упрямый гриффиндорец, никогда не позволяющий себе кого-то умолять. В первый вечер было дурно настолько, что Снейп без зазрения совести напился. Но вся ситуация только начинала набирать обороты. Следующие дни стали не особо лучше. Гарри будто перестал быть собой, говорил односложно и сухо - обижался. Профессор признавал, что, возможно, обида парня справедлива, но все ещё колебался между собственными убеждениями и желанием навсегда отгородить Гарри от таких наказаний. Все попытки обговорить ситуацию не приводили ни к чему, превращаясь в монолог.

_-_+_-_

– Гарри... Ты понимаешь, что я сделал это ради твоего блага? Ты не можешь нарушать мои запреты, когда тебе это вздумается. – чуть хриплым голосом выговорил Северус за завтраком на следующее утро. Гарри пожал плечами, продолжая ерзать на стуле. Он явно испытывал болевые ощущения, но, кроме невозможности усидеть в одном положении, никак это не демонстрировал. Завтракал Поттер очень медленно, хоть и с аппетитом, мысленно явно находясь не здесь. – Ты будешь мне отвечать, молодой человек. Сейчас же, словесный ответ. – чуть суровее потребовал Снейп. – Да, сэр, – тихим голосом ответил Гарри, там и не поднимая взгляда от тарелки с яичницей. – Прекрасно, – выдохнул профессор, когда после минутной паузы понял, что большего от мальчишки не добьётся.

_-_+_-_

Снейп не знал, как подступить к мальчику и обговорить свою точку зрения. Изо дня в день Гарри оставался таким: отрешенным, вежливым и покорным. Северуса уже начинало мутить от того, каким неестественным было поведение сына. С другой стороны, а не этого ли он хотел? Беспрекословного послушания и выполнения его требований? Ответ мастер зелий нашёл быстро - нет, не этого. И сейчас, сидя за столом напротив Гарри, который лениво ковырял овсянку ложкой, так и не поднимая взгляда, Снейп понял, что дальше это откладывать нельзя. – Гарри, прекрати дуться. Я уверен, все следы уже давно сошли. Урок усвоен, давай забудем об этом. – спокойно, но мягко сказал Северус, надеясь, что его слова дойдут до Гарри. – Все в порядке, – только и ответил он. – Не ври мне. Ты не в порядке. Ходишь темнее тучи, практически не разговариваешь, на все соглашаешься. Это не тот гриффиндорец, которого я знал. – Отстань от меня. Я же сказал, со мной все нормально. – процедил Гарри, вдруг почувствовавший зарождающуюся злость на Снейпа. Они впервые заговорили об этом инциденте. Так ещё и отец говорил все так, словно это он, Гарри, во всём виноват. – Хватит! Гарри, давай поговорим нормально, как взрослые люди. – не менее эмоционально ответил Северус. Нервы уже сдавали на обоих, летающее в воздухе напряжение прекрасно сделало своё дело. – О чем говорить?! – воскликнул Гарри, подскакивая со стула, но уходить не торопился, уж ему точно было что сказать. – О том, что ты меня избил из-за каких-то склянок? Я даже не знаю, чего от тебя ожидать! На этой неделе ты меня избил ремнём за нарушение запрета, а на следующей повесишь на крыльце, если я не доем завтрак?! Снейп на секунду лишился дара речи, эмоциональная тирада немного выбила его из колеи. Но, быстро собрав своё самообладание, Северус сказал: – Я не избил тебя, а наказал за нарушение запрета. Я, как взрослый, должен тебя дисциплинировать должным образом, если ты меня не слушаешься. – Чудесно! И чем же избиение отличается от твоего наказания? Тем, что бьешь ты меня по конкретному месту? В следующий раз бей, пожалуйста, по голове, может я отключусь раньше, чем дождусь, пока, по-твоему мнению, усвою урок. Желания продолжать дискуссию не было, запас эмоций на сегодня был исчерпан. Гарри постарался сделать своё лицо бесстрастным и убрал со стола тарелку и чашку, больше не смотря на Снейпа. – Гарри, я не собирался тебя избивать, – совсем тихо сказал Северус. – Но ты сделал это, папа, – в тон ему ответил Гарри. – Я доверял тебе и даже подумать не мог, что ты так со мной поступишь. И дело даже не в ремне. Поттер говорил сдавленно, будто снова собирался заплакать. Так оно и было, непрошенные слезы снова набежали на глаза. – И в чем же дело? – поинтересовался Снейп, мысленно удивляясь, каким взрослым сейчас выглядел его мальчик. – В отношении. Ты хотел причинить мне боль тогда. Я готов был вытерпеть от тебя пару шлепков, пусть даже с десяток, если ты считаешь, что я глупый ребёнок, которого можно вразумить только так. Но ты не поговорил со мной. Не сказал, почему я заслужил наказание. Вообще практически не разговаривал со мной, а когда все закончилось, просто ушёл. – Но ты не хотел меня видеть... – Да. Потому что все сложилось именно так, – Гарри перестал подпирать столешницу и стремительно вышел с кухни, опасаясь совершенно по-детски разрыдаться из-за обилия чувств.

_-_+_-_

Северус сидел в одиночестве в своей лаборатории и уже даже не пытался сосредоточиться на работе. Он размышлял. Сегодняшний разговор с Гарри вновь пробудил чувство вины. Слова ребёнка, пусть и сказанные в порыве злости, казались справедливыми и правильными. Снейп не был особым сторонником физических наказаний, но был не прочь немного поддать зарвавшемуся сопляку, если тот вздумает совершить какую-нибудь чрезвычайную глупость. Это явно не тот случай. Гарри хоть и вёл себя как зарвавшийся мальчишка с самого утра, но ничего удивительного в этом не было, с его то отсутствием нормального воспитания у Дурслей. Получается, он сам сорвался. Даже не дал Поттеру и слова вставить. Не наказывал, а просто срывал злость и раздражение. И вот чему Гарри научился после этого наказания? Тому, что опекуну нельзя доверять? Что надо его бояться и опасаться, мало ли что этому сумасшедшему в голову придёт? Северус на секунду прикрыл глаза. Узнай Лили, что он сделал с её сыном, то она бы никогда ему этого не простила. Девушка всегда выступала против физических наказаний, считая их недейственными и жестокими. Профессор поднялся с кресла и спрятал несколько флаконов зелий в карман мантии, прежде чем выйти из кабинета. Лицо его как всегда оставалось спокойным, но в душе теплилась слабая надежда, что все ещё можно исправить.

_-_+_-_

Гарри лежал на кровати, слезы тихо стекали по его лицу. За эту неделю парень по-настоящему устал, его единственным желанием было помириться со Снейпом, несмотря на все ещё сидящую где-то глубоко внутри обиду. За это время они практически не разговаривали, и Гарри вновь стал ощущать давно забытое одиночество. Шмыгнув носом, Поттер перевернулся на живот и обнял подушку, параллельно вытирая рукавом кофты бегущие слезы. Сегодня он вдоволь накричался, но эмоциональное напряжение только возросло и теперь выходило вместе со слезами. Раздался негромкий стук в дверь, и от неожиданности Гарри вздрогнул. Сомнений, кто именно стоит в коридоре и желает с ним поговорить, не возникло. Поттер вздохнул и разрешил Снейпу войти, утыкаясь заплаканным лицом в подушку. Северус молча вошёл в комнату и прикрыл за собой дверь. Секунду постояв в нерешительности, ведь Гарри так и не посмотрел на него, мужчина подошёл к свернувшемуся в калачик сыну и присел на край кровати. Северус едва слышно вздохнул и на секунду прикрыл глаза, прежде чем тихо сказать: – Прости меня, Гарри. Поттер, до предела напряжённый, никак не отреагировал, хотя его сердце словно подпрыгнуло в груди. Что это сейчас было? Снейп перед ним извинился? Разве такое возможно? – Прости, – повторил Северус, доказывая Гарри реальность происходящего. – Мне не стоило тебе пороть ремнём. Я разозлился. И на тебя, и на себя, ведь в лаборатории стояло экспериментальное зелье, и если бы на тебя попала хоть капля, последствия могли быть самыми непредсказуемыми. А ты ослушался и залез туда, куда не стоило, и я вознамерился "выбить" из тебя дурь. Снейп немного помолчал. Гарри внимательно слушал его, все ещё не до конца осознавая, что это происходит с ним. – Признаю, моё решение было поспешным. Мне стоило поговорить с тобой, на крайний случай отвесить пару шлепков для включения мозгов и оставить эту ситуацию в прошлом. – закончил профессор, мягко погладив Поттера по плечу, и не получил в ответ ожидаемого сопротивления. Вдруг Гарри резко оттолкнулся от кровати и обнял отца за талию, утыкаясь ему лицом куда-то в грудь. – Прости-прости. Я самый настоящий придурок. Все испортил. – с отчаянными нотками проговорил Гарри. Снейп тут же обнял его в ответ и мягко погладил по спине, от чего парень слегка успокоился и расслабился. – Это не так. У нас с тобой возникло недопонимание. Я больше никогда не буду наказывать тебя так. Но, молодой человек, ты впредь не посмеешь кричать на меня. Все запреты будешь обсуждать со мной лично, а не нарушать их, рискуя своей шкурой. Понятно? – Да, сэр, – шепнул Гарри, ощущая невероятное облегчение. Может, обида и не стоило стольких дней молчания? Но назад уже было ничего не вернуть, поэтому Поттеру оставалось радоваться тому, что они все-таки помирились. – Очень хорошо. Хотя я предпочту, чтобы ты снова называл меня "папой". – с доброй усмешкой сказал Снейп, на что Гарри согласно кивнул. – Все ещё болит? Голос профессора оставался спокойным, но Поттер кожей чувствовал, что тот снова испытал вину за свой срыв. – Все в порядке. Почти ничего не осталось. – смущённо буркнул Гарри, пряча покрасневшие щеки в складках мантии. – Выпей, – Снейп вытащил из кармана флакон с зельем и протянул его Гарри. Гриффиндорец принюхался и, скривившись, залпом выпил неприятное лекарство. – Зелье залечит остаточные повреждения. – Пап, я честно буду слушаться... Тебе больше никогда не придётся прибегать к таким методам. Мне не стоило заходить к тебе лабораторию без спроса, но все так удачно выходило... Тебя не было дома, дверь открыта, вот я и решил зайти и посмотреть, что же ты там от меня скрываешь. – И не собирался, Гарри. Хватит с нас с тобой порки. Я тебе верю, ребёнок, сам тоже сглупил, надо было дать тебе возможность удовлетворить любопытство. Чувствовал же, что все равно полезешь, но хотел верить в лучшее. – Прости-и, – протянул извинения Гарри, а Снейп, вздохнув, потрепал его по непослушным волосам. – Достаточно уже извинений. Я тебя простил. – Я тебя тоже, пап, – ответил Поттер и заерзал, стараясь поудобнее устроиться в объятиях Северуса. Они сидели в тишине, никто не стремился разрывать объятия. И Снейпу, и Гарри было очень комфортно и спокойно в таком положении. – Пап... – нерешительно окликнул его Поттер. – Что такое? – так же тихо спросил Северус. – Я люблю тебя. – И я тебя тоже люблю, Гарри, – с тёплой улыбкой ответил мастер зелий, окончательно осознавая, что все сделал правильно. Никакие варварские традиционные методы воспитания не стоят счастья его ребёнка и спокойствия их совместной жизни. Теперь Снейп был в этом уверен.