Друг

За тысячу лет можно научиться многому. Можно переиграть Цан Ду в го, попутно выяснив — ой, удивил! — что играешь агрессивным стилем. Можно перепортить всех доступных девчонок. Недоступных — тоже, но чуть позже. Можно в какой-то момент достать тогда уже грандмастера до печенок и получить нежный напутственный пинок под зад с требованием «не видеть твоей морды еще лет сто». За пресловутые сто лет поучаствовать во всех мимо пролетающих вооруженных конфликтах, о которых только удастся услышать, а, возвращаясь, бояться, что что-то пошло не так и ты ничего не найдешь там, куда шел. Нашел. Явился. Доложился. Думаете, услышал хоть доброе слово?.. Ни од-но-го. Единственное, что грело, так это вид ощутимо расслабившихся плеч Хашвальта и резкий, длинный, но тихий выдох, когда он ввалился в кабинет, распугав делегацию под дверями своим внешним видом. Можно попытаться спиться — без особого, впрочем, результата. Огненный шрифт трескал этиловый — а временами и метиловый, — спирт, как воду. Чтобы стать алкоголиком, Базз-Би нужно было быть очень богатым человеком. А им он не был. Можно изучить архивы всех великих семейств квинси, до которых дотянутся руки. И чуть не пожертвовать оными руками, а заодно и головой, в попытке освоить некоторые вещи из описанного. Можно пытаться вывести Хашвальта на поединок. Не мытьем, так катаньем. Безуспешно и бессмысленно. Да много чего можно… Нельзя — только две вещи. Задавать Юграму Хашвальту вопросы о мотивах его поступков и забывать, как оригинально он умеет эти мотивы демонстрировать. Базз-Би, может, и забыл бы свое первое знакомство с этим свойством натуры Хашвальта, но проживание в одном замке не располагает к столь обширному склерозу.