Свой сбой

Здесь всё освещает свет кровавой Луны, Людей нет без тайны, все здесь Грешны. Не каждый свободен, есть те, кто лишены Воли, поверив, что лишаться вины. Всё прошлое, будущее своё оставив На другого свою волю возглавив. Вот он, чертогов закон. Но не подвластен, увы, над ним он. Но здесь зато каждый, все здесь равны, Здесь люди умны, хоть мысли мутны О людях обычных, если догадки верны, То каждого мысли о нас холодны. Не каждый смог в их ряды встать, Купаться в крови, свою волю отдать. Одеянья из кровавых тканей надеть, Доверить волю, чтоб исход был не смерть. И те, чьи мечты очень далëки, Те, кто встречает лишь преграды, пороги. Их ведут по новой дороге Чертоги. Но я иду, разбиты в кровь ноги, По всему телу шрамы, ожоги... Меня обманули. Лишь только боги Не чувствуют этих страданий и боли. Время прошло, пора делать итоги: Лучше быть мёртвым, чем без своей воли. Все беспощадны здесь, им нужна только кровь, Но несмотря на то, что я не такой, прихожу сюда вновь. Сердце стучит, пульс сделал пару скачков. Через силу и принципы пару глотков Крови выпиваю, пусть думают, что я не здоров. Я сам не уверен, но обречëн. Потерян во времени, сколько часов?... Не знаю, ведь двое миров Разные, но у всех одна цель: Забить твоë сердце, каждую щель Собой, но не поспоришь с судьбой. Но каждая система имеет свой сбой...

***

Кровавый денëк, чертоги зовущие Манят меня, но в крови утонувшие Жертвы, не дают покоя грядущего. Но его злость от моего отсутствия Пугает меня, и я снова в чертогах. Позабыв о всех страхах, тревогах. Кровавый асфальт, крови истоки, Возродитель, который сидит одиноко. Он не монстр, хоть и не человек, Он просто ждëт что-то уж который век... Его как марионетку не дëргают за нитки, Он по своей воле сидит сейчас в алой накидке. Количество воль у Шангрина в избытке, Но что делать с теми, кто делал попытки Вернуть свою волю, рискуя собой? Вот и ответ: в системе свой сбой. Вроде не враг он, но не герой. Кто он? Чужак сам себе или свой? Идëт он по кафелю, стопа за стопой Теряя надежду, теряя настрой. Всё провалилось, ведь каждый второй Предаёт обычай, встречается с тьмой. Время проходит, как тишина. И снова напрасно он чувствует боль. И тьму освещает всё та же луна, Которая пленила, завоевала контроль.