Without a drop of regret

Адекватный разговор так и не начался. Спустя уже час, бутылка водки закончилась. Её пили только Виолетта и Кира, в то время, как Даша попросила "Куба Либре" и пила его. Малышенко была уже вне нашей вселенной, судя по ее разговорам и попыткам проговорить какие-либо слова. Атмосфера была слишком веселой, в перерывах между стопками, Кира делала посетителям: коктейли, подавала воду, обыкновенные дела бармена в таком заведении. На душевные разговоры так выйти и не удалось. Доставая очередную бутылку, Медведеву окликнули. За спиной девушки стоял мужчина крупного телосложения, но это не отрицает его наличие пресса и всего прочего, с бородой и короткими вьющимися волосами, у него было пару татуировок на шее, которые Кира едва могла разглядеть из-за опьянения. Глаза то и дело бегали по мужчине, даже не в состоянии задержаться на каком-то элементе одежды, всё плыло. Он являлся начальником Киры, тот самый, который закрывал глаза на все ее прогулы и опоздания, закрывал глаза на всё, что она делала не так, как надо было. Сегодняшняя ситуация довела мужчину до точки кипения и заставила сорваться на девушку. —Кир, сколько можно, ты блять думаешь, что тебе теперь никогда не попадет? —мужчина был настроен решительно, сложив руки за спиной, он показывал всем видом, что ставит себя выше Киры, — Чтобы такое было в последний раз, не хочу видеть непрофессионалов на рабочем месте. —Д-дим, ну чего ты, родн-ой,— она запиналась после каждого слова, но стараясь выдавать то, что она выпила самую малость, делала только хуже. —Медведева, возьми себя в руки.— Дмитрий схватил Киру за плечи и начал трясти. Выразив недовольствие своим выражением лица, девушка отпрянула от рук старшего и уже было собралась накинуться на того с кулаками, как он развернулся спиной и лишь слегка повернул голову в бок и глянул из-за плеча на Киру. Мужчина никогда не отличался особой добротой или пониманием, любые слова поддержки случали принуждено и вызывали одно отвращение. Сколько бы не прошло времени, что бы в жизни не произошло, как Кира не любила мужчин, та ки не будет, она не сможет воспринимать их на одном уровне с ней, они либо ниже по статусу, либо их и вовсе нет. "Чувствовать себя выше других явно лучше, чем чувствовать чьё-то нелепое доминирование над собой",— считала она. —я, блять, не знаю, что у тебя такого случилось, но это была твоя последняя поблажка, повторится такое вновь, ты собираешь манатки и уёбываешь от сюда на все четыре. —пошел ты. — девушка плюнула ему в след и даже попала на футболку. —хорошей работы, — он лишь нахмурил брови, глубоко выдохнул и удалился в свой кабинет заводя руку за спину сильнее. Медведева вернулась на свое рабочее место в то время, когда Виолетта уже завязала драку и кто-то в тряске собирал свои зубы с пола. Кровь из-за рта этого парня хлестала и он чуть ли не бился в припадке. Ничего удивительного в этом не было, от Малышенко можно было ожидать всякое. И притона, и концерта, и драки возникшей от кривого взгляда. Больше жаль было Дашу, ей приходилось каждый раз успокаивать свою девушку, чтобы та не натворила ещё больших бед. Даже выпивая, Каплан оставалась в полном адеквате, осознании своих слов и действий. И какой бы Виолетта не была, девушка не считала ее проблемной или что-то в этом роде, она ее любила и принимала любой. Так и Кира могла принять того кого любила, любым. Даже, если этот человек будет заядлым курильщиком или алкоголиком, она поможет ему избавиться от этой проблемы, хотя самая, в последнее время, сдаёт пост. Стоя у стойки и протирая бокалы, Кира смотрела на взаимоотношения Каплан и Малышенко и от части даже завидовала им. Давно она не состояла в отношениях и не испытывала той нежности, которую видит перед собой. Давно за нее никто не переживал и никто не вступался. От осознания реальности, в груди давило и неприятно кололо. Из-за переизбытка спиртного в организме, Кира уже не осознавала, реальные ли боли в ее теле или это фантомная боль от старый болячек. Отрезвев от пары слов начальника ранее, Кира принялась отдавать заказы посетителям, пока та же Каплан успокаивала Виолетту. Уже через час всё было хорошо, даже очень, заказы отпускались один за другим, все танцевали на танцполе и даже Вилка больше не срывалась. Можно было бы сказать, что всё замечательно, если бы не оповещение о том, что Киру могут выгнать в работы. В какой-то момент, уже около 4:38 часов утра, Малышенко подходит к стойке и садится на стул, еле соображая, что происходит. Она не пила на протяжении пяти часов, за которые успела частично отрезветь. —Кира, будь другом, дай мне воды,— Малышенко сложила руки на стойке и уткнулись в них лицом,—я щас блевану... Девушка протянула одну руку к Кире, как какой-нибудь зомби их экшен игры. Бармен приподняла бровь, выражая некое удивление, но воду дала. Пока Виолетта пила её, Кира упёрлась одним локтем о стойку, а второй рукой подпирала голову. Наблюдая за подругой, она невольно осознавала, что порой выглядит даже хуже, чем она. Особенно когда напивается до потери памяти, чтобы не вспоминать то, что она делала с каждой попадающейся под обстрел девушкой. —ух, Кирюсь, так что, как ты вообще,—вилка демонстративно ударила бутылкой по стойке и повернулась к Кире лицом, хитро ухмыляясь. Как Малышенко обычно это делала: оголяла зубы, все 32 зуба выставляла на показ, ее выпирающие плачет в такой ситуации были как кстати и даже добавляли некого шарма, который буквально излучал лютый комфорт. —живу, старые ошибки, старые проблемы, — девушка тут же схватилась за стаканы и начала их протирать. Невроз у Киры переносился так, что она просто хватала первое, что попадется под руку и снимала, потирала, передвигала пальцами или просто с руки в руку. Либо же, если сидела, то пальцы били по ногам, а того и хуже, одна из ног непроизвольно начинала трястись. —появился кто-нибудь?— на этой фразе Малышенко начала улыбаться по самые уши и с огромным интересом наблюдать за реакцией Киры. На свой вопрос она получила взгляд не то осуждения, не то самой настояшей и горькой печали и никаких эмоций более. И вновь она вспоминает об Андрющенко и уже с трудом может себя сдерживать. Слезы так и норовят выплеснуть из глаза и потечь ручьём по щекам. Но всё держать, девушка хватается за край стола и медленно поворачивает голову в сторону Виолетты, поджимая но губы. —милая, ты чего...— проговаривает Виолетта и проводит за стойку к подруге. Кира спокойно поворачивается к Малышенко лицом и присаживается на стол под стойкой, сминая пальцы рук, заставляя их щёлкать, чтобы сбавить нагоняющий стресс от ситуации. Она не может элементарно сдерживать эмоции и по щекам стекает пара капель тяжёлых слёз. Слёзы текут, но выражение лица неизменно осуждающее Виолетту. Замечая действия рук Медведевой, Виолетта берет ее руки с свои и поглаживает большим пальцем по костяшкам рук Киры. Виолетта чувствует лишь сожаление, даже не зная, что произошло у девушки, она просто понимает, что, если Кира так реагирует, то это никак иначе что-то серьезное и требующее внимания и помощи. Замечая как слезы не прекращают идти, Виолетта берет ситуацию в свои руки. —маленькая, скажи, кто тебя обидел? — с надеждой в глазах, первая смотрит в глаза второй, — Что случилось? Всхлипывая, Кира вырывает одну руку из хватки Вилки и проводит косточкой большого пальца под носом, чуть стирая потёкшее, следом берет салфетку у кроя стола и удерживает у лица. Она поддаётся вперёд и утыкается в грудь Виолетты, полностью обессиленная и выгоревшая от всего происходящего в ее жизни. Всё, что она делала, не спасало ее, а лишь больше губило. На месте каждой использованной девушки, она представляла Лизу, но после осознания, что она делает с этими девушками, представлять Андрющенко было стыдно. Она бы никогда не сделала это с ней, она никогда бы не позволила себе, вести себя так по отношению к ней. —я случилась, моя блять жизнь случилась. — рукой, которой она держит салфетку, сжимает её и слегка ударяет в грудь Виолетты. —я просто не могу понять, что со мной не так. —милая, я так-то по образованию психолог, можешь мне довериться, — Малышенко приобнимает Киру и поглаживает ту по голове.— так ещё и подруга твоя, поэтому успокаивайся и говори всё так ,как есть. Следом последовал долгий разговор о том, как и с чего всё началось. Кира сквозь слезы и сопли выговаривала о накипевшем, о том, как она уже два месяца увивается по Андрющенко, о том, как ей было плохо после ее выгона, о том, как она пыталась скрасить будни и забыть Лизу. Рассказала в мельчайших деталях то, почему она стала вести себя иначе. Почему снова относится к людям с чёрствостью и эгоизмом, почему же она снова начала пить и даже частично употреблять. Весь монолог Виолетта внимательно слушала и смотрела все время в лицо Медведевой, показывая свою заинтересованность в ситуации. Она слушала всё, она принимала каждую деталь рассказанного. —малышка, —с нежностью в голосе проговаривает Вилка, — сколько ж ты натерпелась, боже. Почему ты раньше не рассказала об этом? Да той же Розенберг. —мне было страшно. —чего ты боялась? —мне было страшно, что из-за этого меня посчитают больной, а того хуже и Лизу осведомят об этом.— Кира подняла голову сквозь слезы глубоко вдыхая. — сама подумай, было бы лучше, если бы ты просто сразу рассказала ей всё. Ненадолго Кира выпала. Она буквально думала над тем, как могла бы рассказать о своих чувствах Лизе, как могла бы элементарно расставить все точки над "и". Всё могло быть намного иначе, чем сейчас. Но Кира не делала этого. Она не говорила Лизе ни слова, она не контактировала с ней, старалась даже не следить за ее социальными сетями. Как она узнала, что у Лизы была девушка, она перестала питать надежды на какое-то будущее с ней. Ей было стыдно увести её, ей было бы стыдно, если бы она сделала ей больно морально своим присутствием. Она и вправду могла бы это сделать, сказать ей обо всём, могла не стала, и не станет уж точно, пока не сможет побороть саму себя. —было бы, но я не могу,— Кира стирает с щёк последние слезы, слезает со стола и поворачивается спиной к Малышенко продолжая работу. —извини, мне пора работать, смена ещё не кончилась. Виолетта, понимая, что Кире не очень хорошо. Насильно повернула девушку к себе и взяла ее за щеки обеими руками. —маинькая, ты сильная, запомни это. Ты сможешь сделать всё, как только сумеешь побороть себя. Сказав ей о своих переживаниях, тебе будет легче их отпустить, подумай над этим. Виолетта проговаривает это в полной надеждой в глазах и напоследок целует Киру в лоб. Каплан уже давно стояла недалеко от выхода и ждала Вилку, чтобы пойти в отель, где они остановились на первое время. Заметив на себе взгляд своей девушки, Малышенко неловко улыбается , отдаёт Кире и залу общее прощание от головы двумя пальцами и бежит к Даше, пока Кира один на один остаётся со своей проблемой и последними словами Виолетты, над которыми, возможно и вправду стоит задуматься.