Опьяненные

Пэнси не хотела сидеть здесь в такую рань. Эта было воскресенье, день в которой не нужно ничего делать, а спокойно настраиваться к следующей трудной неделе. Но вот, они сидели в гостиной. Пэнси подавляла зевки, стараясь концентрировать внимание на разговорах мальчиков. В комнате ей поспать не дали из-за очередных перешептываниях о мистере Бёрке. Пэнси слышала эти разговоры постоянно и ото всюду. Мир студенток Хогвартса будто перевернулся с появлением нового молодого и симпатичного преподавателя. Оно было понятно. Девушке было очень весело наблюдать за реакцией друзей. Только вот Драко было абсолютно плевать на это, он в последнее время будто жил в другом мире. Реже проводил с ними время, отмалчивался. Раньше от него было проще добиться реакции, а сейчас… ему стало на всё плевать. Когда его в последний раз что-то вообще раздражало? — Ладно, пойду в общую гостиную. Может услышу пару свежих новостей о нашем любимом декане. Скоро я и сам начну на него дрочить, — прервал обсуждение Теодор и поднялся со своего места на диване рядом с Пэнси. Пэнси хмуро провела его взглядом, игнорируя последние слова. Оценить по достоинству шутку лучшего друга мешала сонливость. — Чем ты там будешь заниматься? — спросил Блейз, останавливая Тео. Тот обернулся с хитрой улыбкой и смотрел прямо на друга. — Я нашел там весьма интересное занятие для себя. Я уже говорил, что гриффиндорцы бывают очень даже веселыми? Пэнси приподняла бровь и наконец поймала взгляд Тео. Тот продолжал хитро улыбаться, будто делился прямо сейчас мировой тайной. — Салазар, Нотт. Говори уже, — отреагировал Драко. А нет, все-таки что-то в Драко остается неизменным. — Мы просто играем в карты. На желания. Меня уже ждут. — Так рано? — спросила Пэнси, приподняв брови. — Что взять с гриффиндорцов? Утром они играют в карты, днем косячат, вечером напиваются, а ночью спасают весь мир, — Теодор беззаботно развел руки в сторону. Затем помахал на прощание и ушел. Странно, что он так быстро нашел себе новое увлечение, да и еще с такой компанией. Теодор, конечно, любил быть везде и всегда, но карточные игры с гриффиндором…? Это было чем-то новым. На четвертом курсе, когда в Хогвартс приехал Дурмстранг и Шармбатон, первые гости познакомили студентов с теми самыми картами. Любознательные быстро обучились пару видам карточных игр и частенько скрашивали свои вечера этим занятием. Насколько помнила Пэнси, мало кто оценил такие игры со Слизерина. Многие считали их странными, безвкусными и слишком магловскими. Студенты играли по вечерам в Большом зале, играли на корабле Дурмстранга и в своих гостиных. А после окончания Турнира многие благополучно забыли об этом занятии. Из компании Пэнси карточные игры нравилось только Тео. Тогда он списывал это на азарт и интерес к разным культурам. Парень быстро обучился правилам таких игр и приноровился к жульничеству, что приносило парню особую радость. Тогда Пэнси промолчала, что знала все эти игры до того, как их привезли в Хогвартс. Это было неподобающе. Девушка весьма бережно хранила свой секрет. Но Теодор тогда, в целых «тренировки перед играми со скандинавцами», очень просил поиграть с ним и Драко, и Блейза, и ее. Первый отказался сразу и даже в руки не стал брать «грязные бумажки». Второй сыграл несколько раз и сдался, сказав, что ему неинтересно сидеть на одном месте с картами. А Пэнси, убедившись, что осталась с Тео один на один, обыграла парня в каждой сыгранной игре. И рассказала ему всю правду, взяв клятву — никому не рассказывать. Теодор, конечно, сильно удивился таким умением подруги, но обещание выполнил. Лишь иногда бегал к девушке, чтобы снова потренировать свой навык на ней и взять пару советов о игре. — Возвращаясь к мистеру Бёрку… — продолжил Блейз. В ответ Драко страдальчески застонал, откидывая голову назад. — Что мы еще не обсудили о нем? Я уже не буду удивлен, если вскроется, что профессор успел затащить какую-нибудь шестикурсницу в подсобку, — Блейз и Пэнси одновременно скривились. У девушки в голове всплыли не самые приятные фантазии. — Он вызывал нас с Асторией к себе. Просил взять на контроль пару студентов. Типа «проследить за их безопасностью и благоразумностью». — Кого именно? — спросила резко Пэнси, заинтересовавшись новым фактом о их таинственном декане. — Ну… — Блейз. — В этом списке вы трое. Меня он, понятное дело, не называл. Может сам захочет контролировать. Еще пару студентов с шестого курса и первого. — И с чего бы ему следить за нашей безопасностью? — спросил Драко, отражая в своем голосе полное пренебрежение. — Я откуда знаю? Мне сказали, а я вам рассказал. У этого Бёрка непонятно что в голове, склизкий тип. Еще и спелся с наших психологом, кажется. — Что не год, то новые проблемы, — устало сказала Пэнси. — Может, это Макгонагалл попросила его? Не думаю, что сам он задумал что-то, он ведь нас совсем не знает. Плевать на его список и на контроль. — Неа, он знает слишком много. Спросил меня о дне, когда Тео уехал домой. Он даже об этом знал! Кажется, Блейз и правда был обеспокоен таким вниманием. Может, он что-то не договаривал, отчего его опасения выглядят так безосновательно. — А может ему это известно, как декану? Макгонаггал ведь могла предупредить, — Драко, судя по всему, тоже не верил в это. — Бёрк спрашивал, в каком настроении вернулся Тео и что он нам рассказал. — Ладно. Теперь будем осторожнее. А то вдруг психолог заставит прийти к ней, — ответила Пэнси. — И давайте закроем эту тему. Плевать на Бёрка и прочих. Это не первый раз, когда нас в чем-то подозревают. — А как Астория на это реагирует? — спросил резко Драко. — Мы не говорили с ней об этом, — фыркнул Блейз. — Она здесь причем? Уверен, сдаст нас при первой возможности, чтобы подмазаться к Бёрку. — Не говори так о ней. Астория не такая уж плохая, она ведь сестра Дафны, — вступилась Пэнси. Но вот слова она подобрала вовсе неудачные. Девушка не уточняла, как справляется Блейз сейчас после разрыва отношений с ее бывшей лучшей подругой. Стоило бы узнать, прежде чем говорить это. С Асторией Блейз не ладил. Ну, или он старался делать все, чтобы не ладить с младшей сестрой своей бывшей. Его можно было понять, мало кому нравилась Астория. Пэнси предпочла относится к ней нейтрально. — Я имею ввиду, что Дафна же была на нашей стороне… Астории незачем нам как-то вредить. Мы ей ничего не сделали. Но Блейз не ответил, закрыв больную тему окончательно.

***

На самом деле, общая гостиная была не такой уж плохой идеей директора. Здесь было по-своему уютно. Факультеты редко мешались между собой, сохраняя привычные компании, но несмотря на это открытой вражды не было. Пэнси поглядывала за игрой Теодора, как он умело (почти всегда) обыгрывал других студентов. Блейз и Драко сидели неподалеку, делая домашнее задание по Истории магии. — Привет, — прямо над головой прозвучал женский голос. Пэнси вздрогнула. Обернувшись, она встретилась глазами с Джинни Уизли. Девушка улыбалась и выглядела уж слишком дружелюбно. Пэнси прекрасно помнила ту вечеринку, после которой ее по-прежнему преследуют перешептывания за спиной. Казалось, будто Пэнси насильно поцеловала Джинни тогда. Идиоты. — Привет? — неуверенно ответила Пэнси, чуть задирая голову, чтобы посмотреть на девушку. Уизли оценила этот ответ как приглашение присесть рядом. Совсем бесцеремонно она плюхнулась на диван к Пэнси, касаясь ее руки. Девушка постаралась незаметно отодвинуться в сторону. Блейз и Драко уже заметили подошедшую девушку. Первый широко улыбнулся развернувшийся картине, а Драко напряженно смотрел то на Пэнси, то на Джинни, будто ожидая какого-то подвоха. Рыжеволосая проигнорировала все удивленные взгляды в свою сторону от Слизерина и повернулась лицом к Пэнси. Она вела себя так, будто пришла к старым друзьям. Такой простой жест смог выбить из колеи слизеринцев. — Решила поднять новую волну интереса к нам? — спросила Пэнси первой. Джинни усмехнулась и покачала головой. — Повторения не будет. — Я хотела поговорить об этом. — Уизли, не знаю, что ты там себе думаешь, но я уж точно не желаю говорить об этом. Это было по-пьяне. — Ничего я себе не думаю! — Прошел уже месяц, а ты подсела, чтобы обсудить случайный поцелуй на вечеринке нашего факультета? — спросила Пэнси, стараясь показать все свое недовольство. Может это спугнет надоедливую рыжую девушку? — Я рассказала об случившимся Гарри, — резко сказала девушка, останавливая все возмущения Пэнси. Точно, она же встречалась с великим Гарри Поттером. Интересно, как вообще развиваются их отношения? Пишут друг другу письма или Макгонаггал разрешает Уизли покидать школу гораздо чаще, чем положено? — Эй, что я пропустил? Они успели поцеловаться? — громкий голос Тео привлек внимание. Пэнси показательно закатила глаза, сдерживая оскорбления в сторону друга. Блейз тихо рассмеялся, да даже Драко улыбнулся, на пару с Уизли. — И что сказал твой возлюбленный? Теперь ревнует тебя и к девушкам? — Пэнси решила проигнорировать Теодора. — Нет, конечно. Для меня этот поцелуй вообще ничего не значит. — Оно и видно, — с усмешкой ответила Пэнси. — Зачем мне знать подробности твоих отношений? — Я лишь хотела убедиться, что между мной и тобой не останется недосказанностей. Мои друзья все еще любят над этим подшутить. Да и твои видимо тоже, — она показательно посмотрела в сторону Тео. Пэнси еще раз оглядела своих друзей. Теодор вернулся к игре, Блейз и Драко изредка поглядывали на Пэнси по очереди. Они, вообще-то, не вспоминали об этом. Пару раз прозвучали глупые шутки Тео и Блейза, но на этом всё. Наверняка, у Гриффиндора обстояли дела хуже. Одна Грейнджер со своей занудностью чего стоит. Пэнси даже стало на секунду жаль Джинни. — Почаще приходи к нам, Уизли. Хоть развлечешься без Поттера, — громко сказал Блейз. Пэнси нахмурилась, мысленно осуждая его за сказанные слова. — А тебя я уж точно не спрашивала, Забини, — с раздражением ответила ему девушка и снова обратила свое внимание на Пэнси. — Ещё, что я хотела сказать. Я не чувствую между нами вражды и уж точно не считаю вас гадкими. Ну, многих из вас, — на этих словах она многозначительно посмотрела на Блейза. Пэнси сдержала смешок. — Я не жалею о том, что тогда мы поцеловались и мне плевать на эти шутки других ребят. Я считаю тебя… интересной, Пэнси. — Здорово. Я очень рада, что не стала виной твоей травли на факультете, — саркастично ответила Пэнси. По большему счету, ей было плевать на то, как обстоят дела у Джинни Уизли. — С радостью прийду к вам на вечеринку еще раз, — весело сказала девушка и поднялась с дивана. — Только уже без… поцелуев. Иначе, боюсь, Гарри все-таки пойдет к Макгонаггал, чтобы вернуться в Хогвартс. Пэнси усмехнулась и провела девушку взглядом. Повернувшись к друзьям, снова поймала на себе их любопытные глаза. — Что? — Уж не думал, что вы так быстро найдете общий язык, — ответил Теодор, отвлекаясь от галеонах у себя в ладони. Студент, с которым он играл, уже ушел и Тео получил свой заветный выигрыш. — Точнее, я уже видел, как вы находили общий язык, но не думал, что это может дойти до чего-то… духовного? — задумчиво проложил он, посмотрев на Блейза. Тот одобрительно кивал ему. — Мерлин, Тео, прекрати. Вы сами говорили, что Уизли младшая вполне себе неплоха как для своего факультета, так и для своей фамилии. И я не собираюсь, — она серьезно посмотрела на Тео, — находить с ней общий язык. Зачем ты вообще играешь на деньги? У тебя все-таки забрали все наследство? — перевела тему она. — Играть ради интереса слишком скучно. Собирать желания по всему Хогвартсу тоже мне не особо хочется, вот и приходится брать деньгами. — Обираешь бедных студентов, — на выдохе произнес Драко, захлопывая учебник по Истории магии. — Пойду я. Слизнорт серьезно нацелен на мою подготовку к чемпионату. — Удачи, дружище. Помни, что тебе достаточно появится перед судьями без рубашки, чтобы одержать победу. — сказал Блейз на прощание. Раньше Пэнси жутко раздражала популярность Драко. С одной стороны — она ценила, что была рядом с таким красивым парнем, по которому сохнут многие девушки, но одновременно с этим и раздражало излишнее внимание. Она жутко ревновала его ко всем и всегда. Боялась, что в округе найдется другая девушка, которая сможет привлечь внимание Драко по-настоящему. И нельзя сказать, что сейчас от былой злобы на внимание других людей к другу ничего не осталось. Пэнси понимала, что давно отпустила Драко и что глупо испытывать ревность к нему. Она мысленно стукнула себя по голове и обратила внимание на Тео, который, кажется, уже выискивал себе нового противника. — И что такого интересного в этом? Перебрасываетесь картами друг с другом до момента, пока у кого-то их совсем не останется. — Ты просто не ценитель, Забини. Зачем лишний раз напрягать мозг, если можно провести вечер с огневиски, правда? — опрокинув голову чуть назад, чтобы видеть своего друга, ответил Теодор. Блейз громко фыркнул. — Пошел нахер. Мне не нужны карточные игры, чтобы напрячь свой мозг. — Ещё бы, если ты его в принципе не напрягаешь. — Заигрываешься, Нотт, — раздраженно бросил Блейз и поднялся с дивана. — Оставляю его на тебя, я уже не могу терпеть такое отношение, — друг посмотрел на Пэнси и поджал губы, наигранно показывая жалость. Пэнси лениво улыбнулась. — Только не плачь, Блейз, — продолжил Тео. — Хотя, я слышал, что эмоции подкупают девушек. Может, заглянешь к Астории? Или к Уизли? Или миссис Фостер? На этот раз Теодору не удалось увернуться от струи воды в свою сторону. Он сидел спиной к Блейзу и был уверен, что остался в выигрыше. Пэнси рассмеялась, осматривая мокрого Теодора. Он потерял свою былую надменность и усмешку. — Придурок, ты что делаешь! — громко возмутился Тео, смотря прожигающим взглядом на Блейза. А вот второму точно было весело. Он открыто смеялся над Теодором. Волосы парня были полностью влажными и тяжелыми локонами прилипли ко лбу, вискам. Вода стекала и по лицу, спускаясь прямо по шее под рубашку. Теодор выглядел нелепо, старался показать свое раздражение. Но было что-то особое в просветах белой рубашки, сквозь которую хорошо видны мышцы рук парня, острые ключицы. Что-то притягивало и в струйках, что прошли свой путь дальше, по подтянутому прессу парня. Пэнси поздно осознала, как быстро выросли её друзья. И глупо было отрицать, что они были очень симпатичными. Это читалось в глазах девушек всего Хогвартса. Очевидно, что они привлекали много внимания. Очевидно, почему из их четверки Пэнси получала больше всего критики. Она не была харизматичными парнем. А количество ее «поклонников» значительно уступало девушкам, что ежегодно устраивали охоту на кого-нибудь из Слизерина. Помимо Драко ей приписывали романы и с Тео, и с Блейзом. Другие девушки постоянно крутились вокруг друзей Пэнси и нередко говорили о них в присутствии самой девушки. Обсуждали, кто лучше, симпатичнее, сексуальнее, сильнее. Десятки критериев. Но в глазах Пэнси мальчики оставались такими же маленькими, вредными. И вот, внезапное открытие. Теодор оказался очень симпатичным. Пэнсм видела это, но предпочитала не брать во внимание. А сейчас вместо неуклюжего мальчишки перед ней стоял парень с мокрой рубашкой и волосами, который уже прикидывал проклятья для своего лучшего друга. Пэнси проморгалась, возвращаясь к спору друзей. Не стоило тогда отшивать парня на вечеринке. Надо было просто сильнее напиться. — Тебе не помешало освежить голову. А то уже пар идет от перенапряжения мозга, — сквозь смех ответил ему Блейз. — Пойду я, всё-таки. Удачи вам, ребята, — он подмигнул Пэнси и развернулся. Даже уходя, был слышны приглушенные смешки Блейза. Теодор тяжело вздохнул и повернулся лицом к Пэнси. На секунду девушка почувствовала смущение. Взгляд больше не опускался ниже лица. Парень ловко вытянул палочку из кармана и высушил себя. Волосы при этом были чуть более растрепанные, чем изначально. Но Теодора это не смущало и не портило. Вот один из критериев, по которому парень выигрывал у определенных девушек в спальне девочек. Кудрявые волосы. За ними парень особо никогда и не следил, лишь подстригал. У Пэнси долгое время они ассоциировались с прической Грейнджер. Однажды такое сравнение привел Драко, которое крепко закрепилось в голове девушки. Сейчас Теодор конечно не был похож на Грейнджер. Ни в каком разе. — У меня есть к тебе небольшая просьба, — Теодор лениво прыгнул на место рядом с Пэнси и закинул руку на спинку позади макушки головы девушки. — Какая? — равнодушно спросила Пэнси, забывая о своих размышлениях. Перед ней сидел всё тот же друг — Тео. С глупыми шутками, отличным умом и вечными проблемами. — Я помню, что ты когда-то очень хорошо играла в карты… — Нет. Сразу нет, Тео. — Но ты не дослушала! — нахмурился Тео. Пэнси почувствовала случайное касание ноги Теодора к ее. Она смотрела строго в глаза парня. — Мы договорились играть с Симусом на желание. Ты представляешь, какая эта возможность! А этот идиот, к сожалению, лучший игрок на своем факультете. Мне нужна гарантия. — А я тебе для чего? — Ты и есть моя гарантия, — широко улыбнулся парень. — Скажу, что правила поменялись, играть будешь ты. И все, желание Симуса в наших руках! — В моих руках? — Да-да, в твоих. Мне насрать на приз, дело лишь в репутации. Да и ты утрешь нос Финнигану. Приз очень сладок. Тео смотрел на нее с надеждой, в глазах плясал не остывший азарт, а пальцы в нетерпении били по спинке дивана, над головой Пэнси. Но девушка не так легко готова пойти против себя. — Я не хочу в этом участвовать, Тео. Ты ведь помнишь об этом. — Я помню, — кивнул парень. — Но что если забить на свою семью и пользоваться тем, что тебе уже дано? Пэнси нахмурилась. Воспоминания болезненно прожигали кору мозга. Гости в столовой. Мужские хриплые голоса, запах крепкого алкоголя. Свет в доме приглушен, горел лишь на кухне, гостиной и в столовой. Десятилетняя Пэнси спустилась по лестнице, задерживая дыхания. Она боялась, что ее заметят, но не могла пойти против своего собственного любопытства. Заглянув за арку, она заметила взрослых мужчин за столом. Во главе сидел папа, мама бегала от кухни и обратно. Иногда останавливалась в углу комнаты, ожидая следующей команды. В такие вечера мама всегда была слабой и прислуживала папе. Или пряталась на втором этаже. Пэнси никогда не понимала, зачем она это делает, ведь у них есть домовики. Но она боялась спрашивать. Резкий смех заставил вздрогнуть девочку. Она присмотрелась внимательнее, замечая на столе и в руках мужчин какие-то карточки. — Сегодня явно не твой день, Паркинсон. Смотри, не лишись дома к концу вечера, — Пэнси не понравился этот мужчина. Он слишком высокий и грубый. Он облизнул губы и посмотрел прямо в сторону Пэнси. — А это что за чудная гостья? Пэнси задрожала от страха и не смогла сделать ни шага. Глаза широко распахнулись, пока все присутствующие внимательно пялились на неё. — Пэнси, — голос мамы прозвучал совсем рядом. Она успела подойти к дочери и дотронуться до плеча девочки. — Пойдем, уложу тебя спать. Пэнси заметила в глазах мамы большую обеспокоенность. Она боялась. Но чего? Что происходило в этой комнате? — Куда же? Ваша дочь может провести время с нами. Если ей не спиться, — тот же мужчина остановил маму, которая уже схватила Пэнси за руку. Мама вопросительно посмотрела на отца, ожидая следующей команды. — Думаю, ей как раз не спиться. Мы можем передать моей дочери лучшее, — весело ответил отец незнакомцу. — Присаживайся, Пэнси. Папа встал со своего места, уступая Пэнси. Но девочка не спешила занять отведенное место. Страх мамы передался и ей, Пэнси продолжала осматривать всех собравшихся гостей. И перед ними ей нужно будет сесть? — Пэнси, — с нажимом позвал ее отец. Сразу после этого девушка почувствовала толчок в спину. Мама гнала ее вперед, стараясь скрыть в своих глазах панику. При маме и папе ничего же страшного не случится? Тихими шагами она прошла вперед. Пришлось чуть припрыгнуть, чтобы сесть за мягкий стул отца. Пэнси сидит здесь впервые. Перед ней сидело четверо мужчин, чуть в стороне стоял папа, а в углу комнаты мама. И все смотрели на нее. Ни одной насмешки, только любознательность. Это дарило странное чувство. Все смотрели на нее, пока маленькая девочка не понимала, что от нее хотят. Но она была во внимании. Ее все видели и хотели видеть. — Хочешь научиться играть в карты? — спросил мужчина по левую сторону. У него были густые усы, которые Пэнси не понравились. Она не любила растительность на лице. Пэнси неуверенно кивнула, зная, что от нее ожидают именно такого ответа. Папа не садил бы ее сюда так просто. — Из нее получится такой игрок, которого будет боятся каждый аристократ Англии, — за спиной прозвучал уверенный голос отца. Он пододвинул к ней те самые карточки. Карты. Они всего лишь играли в эти карты. И теперь хотели научить ее, ничего сложного. — Лучше нас могут быть только наши дети, все верно, — мужчина, который ранее заметил ее самым первым, сделал большой глоток жидкости из своего стакана. Пэнси знала, что это называется огневиски и его пьют взрослые мужчины, чтобы расслабиться. Мама ей рассказала. — Слушай внимательно, дочь. Кто знает — как скоро ты займешь это место снова, — прошептал папа рядом. Пятеро мужчин окружили ее, обучая с самого начала. Они познакомили ее с каждой картой по отдельности, заставили повторить самой от самой слабой до самой сильной. Показали ей десятки положений карт. А после все тот же таинственный мужчина предложил обучить Пэнси чему-то более интересному. Все мужчины одновременно встали и ушли в гостиную. Остался отец, который объяснил, чему ее будут учить сейчас и как важно запомнить все мелочи. Это называлось жульничество. Каждый из мужчин вызвался показать ей свои секреты, чтобы развить навык Пэнси больше. Отец показал ей легкий фокус с подменой карты. Пэнси повторила его со второго раза. Папа наградил ее особым взглядом. Он показал ей гордость, уважение. И Пэнси это нравилось. Высокий и грубый мужчина вышел последним к ней. И не показывал никаких фокусов. — Я вижу в тебе потенциал, Пэнси. Не растеряй его. И запомни: сильнее любых уловок и жульничества только одно — женское очарование, — с этими словами он обернулся на маму, которая напряжено следила за происходящим. — Подумай об позже, когда станешь старше, хорошо? После этого мужчина ушел, оставив Пэнси мысли для размышления — что же такое женское очарование? Тренировки продолжались не один вечер. В общем подготовка Пэнси заняла неделю. После этого папа частенько играл с ней один на один. Эти игры прекратились в двенадцать лет, когда Пэнси обыграла отца пять раз подряд. Мама в это же время жестоко начала стыдить дочь, объясняя, что такие увлечения не для девушек высокого положения. Пэнси охотно слушалась этим словам, желание нравится отцу было не сильнее, чем желание нравиться матери. И карты в руки больше не брала. — Пэ-энси, — продолжал просить Теодор. — Я всё время буду рядом. Буду следить, чтобы Симус не обманывал, — девушка фыркнула. — Мне не нужна дополнительная помощь, Тео. — Я подумал о том, что вдруг ты переживаешь, что утратила свой навык и тебе нужна… — Ничего. Я. Не. Утратила, — раздраженно ответила Пэнси. — Как же ты бесишь, Тео. — Да ладно-о. Я ведь знаю, что нравлюсь тебе и ты в любом случае поможешь своему самого дорогому и любимому другу. — Конечно, раз этот друг так боится проиграть Гриффиндору. Не стыдно признавать, что девушка лучше? — с приподнятой бровью спросила Пэнси. — Я готов признать, что ты лучше меня во многом. И мне не стыдно признать свою слабость перед тобой. И я хочу, чтобы все видели и ощущали эту слабость перед Пэнси Паркинсон. Девушка промочала, раздумывая над словами друга. Какой же пустослов. И в тоже время был прав. Пэнси все равно ему поможет. — Если я одержу победу, то получу желание не только от Симуса, но и от тебя, — с хитрой улыбкой перевела тему Пэнси. — Я уверен в твоей победе, можешь загадывать свое желание уже сейчас, — рука со спинка упала на лежащую руку Пэнси. Он широко улыбнулся ей, воодушевленный предстоящей игрой. Было бы у Пэнси столько радости. — Пойдем, покурим пока. Нас ждет интересная игра, — Теодор поднялся сам и протянул руку девушке, чтобы помочь подняться.

***

Симус пришел после обеда со своей небольшой шайкой. Вокруг их столика собралось порядком десяти человек, не считая Пэнси, Тео и Симуса. Теодор объявил, что вместо него играть будет Пэнси. Послышался шепот от толпы, девушка быстро заметила любопытство в глазах студентов. — Решил отдать мне победу так быстро? А я ведь готовился, Нотт, — уверенно произнес Симус, плюхаясь на стул. — Что вы задумали оба? Теодор фыркнул и занял место за спиной Пэнси. Девушка чувствовала тепло его тела рядом, но сама смотрела на темный столик. Прямо сейчас она раскроет одну из своих тайн детства. Ради желания Тео и Финнигана? Ей хотелось подняться в эту же секунду, но мысли остановились, когда она заметила на спинке стула руки Теодора по бокам. — Боишься? — весело спросил друг. Финниган с раздражением пялился поверх головы Пэнси, на Тео. Конечно, он что-то подозревал. Но вот собственная уверенность мешает ему отказаться от игры. Чем он это объяснит? Не устроило то, что против него сидит Пэнси, а не заявленный Тео? — Раздавай, — доказав мысли Пэнси, бросил Симус. Теодор быстро взмахнул палочкой и на столе появились карты. В воздухе они перемешались, перекидывая по одной каждому игроку. Странно, но Пэнси не ощущала страха или напряжения. Она не боялась проиграть, ведь знала, что ничего не потеряет. Знала, что Симус не будет играть лучше взрослых волшебников преступного мира. Она подняла карты, осмотрела их. И вспомнила советы друзей отца. Эту игру можно сделать интереснее, если добавить остринки. Она нахмурилась, еще раз посмотрев на карты, пока Симус уже выбирал свою для первого хода. Он кинул быстрый взгляд на Пэнси и криво усмехнулся, замечая ее напряжение. Игра началась. Теодор сжал спинку стула сильнее, девушка заметила это потому, как сдвинулись его пальцы. Хотелось улыбнуться и кинуть колкий комментарий. Неужто Тео нервничает? Он ведь был уверен в абсолютной победе Пэнси. Пэнси прекрасно знала свои действия, была полностью уверена, но лишь внутри. Снаружи она напряженно кусала губу, иногда волнительно осматривая толпу и неуклюже собирала карты, что подкидывал ей Симус. Кто-то из Гриффиндора хихикал, да и Симус не уступал в насмешках. Какие же болваны. Где их пресловутое благородство? Прямо сейчас они жутко гордились тем фактом, что обыгрывают девчонку. — Мне даже немного жалко тебя, Паркинсон, — говорил он в очередной раз, подбирая себе необходимые карты. Теодор переживал. Она отлично это чувствовала и видела. Парень пытался помочь ей, но сам себя одергивал. Знал, что это только все испортит. Девушка правильно подсчитала момент, когда сможет прекратить всю эту игру. На руках у нее остались самые сильные карты. То, что подкинул из слабых разложено парами, а ненужные давно тайно выброшены. Ее последний ход должен положить конец этой игре и унизить Симуса. Он заметно расслабился, хоть и карты у него остались совсем уж никудышные. Пэнси знала их все, ведь запомнила каждую выбывшую карту из игры. Лицо Симуса резко мрачнело с каждой выкинутой картой Пэнси. Одна, вторая — он знал, что не отобьет. Толпа снова начала шептаться, не отрываясь от игры. Симус аккуратно отбивал карты Пэнси, переживая за следующую брошенную. Она не кусала губы и не хмурилась. На лице было торжествующее выражение. Последнюю карту она положила медленно, наклоняясь ближе к столу. Пэнси смотрела прямо в глаза Симуса, которые горели безумным огнем. Вот-вот и он взорвется. Перед ним лежала Пиковая дама, любимая карта Пэнси. Он смотрел на нее, пока студенты вокруг взбунтовались, обсуждая пройденную игру. Конец. В руках Пэнси больше ничего нет. Резко на плечах оказались руки Тео, который крепко ее сжимал. — Мерлин, Пэнси! — радостно кричал он с остальными. — Я уже поверил, что мы проиграли. — Ты не верил мне? — с улыбкой спросила Пэнси, поднимая голову, чтобы встретиться с ним взглядом. — Ты играла безумно хорошо, — лицо Теодора оказалось слишком близко. Он наклонился к ней и говорил не так громко, чтобы только Пэнси могла его слышать. Девушка улыбалась Теодору, испытывая старые, но такие знакомые эмоции. Радость и азарт, дикое желание продолжить добивать другого игрока. Симус резко встал из-за стола, обрывая зрительную связь Пэнси и Тео. Он был зол. Даже гриффиндорцы смеялись с него, кто-то осмелился похлопать по плечу, но тут же получил толчок. — Дуракам везет, — кинул он через спину Пэнси и ушел. — Не забывай о своей должке! — громко произнес Теодор, чтобы Финниган точно услышал. Он звонко засмеялся на вытянутый средний палец обиженного гриффиндорца. — И ты не забывай о своем, — ответила ему Пэнси. — Пэнси, тебе даже не нужно загадывать желание, чтобы попросить меня о чем-то. Я и так все выполню, — Пэнси закатала глаза и сама поднялась со стула. — Представление окончено, — сказала она толпе, которая пока не рассеялась. Гриффиндорцы агрессивно осмотрели девушку и разошлись по разные стороны. Только что Пэнси добавила для студентов интересные сплетни на вечер, будет о чем поговорить.

***

— Паркинсон, — грубый голос вывел девушку из ступора. Пэнси проморгалась и нахмурилась, стараясь понять — кто же ее звал. Половину урока она проспала. Занятия с деканом, какая бы у него не была харизма, абсолютно не привлекали Пэнси. Её в принципе начала раздражать учёба. Но всяко лучше, чем быть дома. — Вы можете ответить на мой вопрос? — спросил Бёрк, возвышавшаясь над ней. Мысленно Пэнси закатила глаза. Будто он не знал, что Паркинсон нихрена не слушала. Она задумчиво приоткрыла рот, изображая, что пытается вспомнить ответ на заданный вопрос. — Я спросил: помните ли Вы, кто был автором первой книги-сборника по темному искусству? — спросил профессор стальным голосом. И чем он всех привлекал? Пэнси он смутно напоминал одного из старых друзей отца, который заглядывал к их семье по субботам. — Робиус Винлит, профессор, — раздался голос рядом с Пэнси. Девушка повернула голову к Тео и хмуро глянула на него. — Верно, Мистер Нотт. Но я спрашивал Вашу соседку, а не Вас, — ответил декан и наконец отошел от их стола. Пэнси смогла наконец зевнуть. Рядом раздался смешок. — Бессоная ночка? — спросил Тео, махая пером между пальцев. — Скорее усыпляющие уроки. — ответила она сухо. — Высокомерный козел, — сказала она чуть позже. — Эй, я ведь помог тебе, — возмутился шепотом Тео, хмуря брови. Девушка тяжело вздохнула и улыбнулась: — Я о нашем декане. Теодор ничего не ответил. Он вернулся к своему занятию — делал все, что угодно, лишь бы не слушать профессора, но при этом выглядеть так, будто он борется за званием «главной зубрили» с Грейнджер. Пэнси была рада, что на сегодня это был последней урок. Она не могла дождаться момента, когда вернется в свою комнату. Да, ЗОТИ был интересным предметов. Возможно, этот урок был самым интересным из всех их дисциплин. Только вот Пэнси искренне не понимала, как можно продолжать хотеть учиться после того, через что прошли студенты и профессоры в этом месте. Поглощающий страх все еще растекался по крови Пэнси, стоило ей пройти по тем местам, где она пробегала в день финальной битвы. В этот день не было только три героя. Их было много. Любой, кто выжил, не сошел с ума и собрал все силы, чтобы вернуться сюда обратно был героем. Только почему-то об этом все решили умолчать. Урок был окончен и студенты начали собирать свои сумки. Пэнси спешно собирала свои вещи, а Тео рядом ждал ее. Он собрался еще за минуту до звонка. — Мисс Паркинсон? — в начале класса позвали ее. Девушка обернулась и встретилась взглядом с мистером Бёрком. — Да? — напряженно ответила девушка. — Не могли ли Вы задержаться ненадолго? На разговор? Пэнси обменялась с Тео озадаченными взглядами. Девушка искренне не понимала, что декану от нее нужно. Возможно, это связано с той идеей слежки за ней и ее друзьями? Кивнув Тео, она обернулась к профессору и направилась к его столу. Из кабинета уже все ушли. — Что-то случилось? — спросила она, когда оказалась рядом с учительским столом. Мистер Бёрк поднялся со своего места. Сейчас он скорее походил на дружелюбного дядюшку, чем на сурового профессора, который совсем недавно спрашивал с Пэнси учебный материал. — Нет-нет. Расслабьтесь. Я лишь хотел спросить о том, как проходит ваша адаптация. Прошло уже больше месяца с тех пор, как Вы вернулись сюда. — Адаптация? — Пэнси приподняла брови. Он что, смеялся? — После произошедшего мало кто вспоминает наш факультет. Все внимание на героях, — ответил в той же доброй манере декан. Это только сильнее задело нить терпения Пэнси. — Все нормально, профессор, — подчеркнув последнее слово, ответила Пэнси. — Я старательно учусь и не нарушаю установленные правила. — А чувствуете себя как? — Просто прекрасно, — ответила девушка в ту же секунду. — Что-нибудь ещё? — Я понимаю Ваше отношение ко мне. Вы и не обязаны любить меня, мисс Паркинсон, — *вот уже спасибо*. — Я лишь стараюсь помочь Вам и Вашим друзьям. — Разве нам нужна помощь сейчас? — Дети осужденных родителей, которые вернулись в школу, где эти же родители убивали их друзей? — беспечно ответил мистер Бёрк. — В такой ситуации, я полагаю, помощь нужна. — Послушайте, мистер Бёрк, — Пэнси устала это слушать. Она хотела уйти в этот же момент. — Мы справлялись со всем сами задолго до финальной битвы. Мы справлялись с этим без Вас, без директора и прочих… врачей. Мы умеем это делать. Мы умеем выживать и уж точно не нуждаемся в поддержке нашего заботливого декана, о котором никто ничего не слышал до этого. Он усмехнулся. И это взбесило Пэнси еще больше. — Всего доброго, — бросила она и развернулась, чтобы выйти из кабинета. Да, мистер Бёрк был симпатичным и харизматичным мужчиной. Возможно, он искренне желал помочь своему факультету, ведь, если говорить честно, помощь нужна была многим. Возможно, не Пэнси и не тому же Блейзу. Помощь нужна была тем первокурсникам, которых сейчас презирали их одногодки. Одиннадцатилетним детям не повезло пойти в школу, которую все ждут с таким трепетом, в том же году, в котором была окончена война. Слизерин теперь не просто четвертый факультет Хогварста. Это клеймо на груди; змея, которая обхватила шеи детей и постоянно душит тех, кто посмел родиться хитрыми и амбициозными. Мистер Бёрк не должен был обращаться к Пэнси. Он умный волшебник, но почему-то решил, что Пэнси сдастся ему, начнет плакать и жаловаться на жестокую несправедливость. В задницу эту несправедливость. И в задницу всех тех, кто считает, что может понять, как проходить мимо Гермионы Грейнджер, которой желала смерти по глупости до войны. И которой теперь стыдно посмотреть в глаза. За дверью кабинета ее ждал Тео. — Чего он хотел? — спросил он, оглядывая Пэнси. Девушка махнула рукой. — Хотел поговорить по душам. Спросил, как я себя чувствую и все такое. — Тео фыркнул и подстроился под ее шаг. — Надо же. А ты ему что? — Ну-у, я вежливо дала понять, что не желаю делиться с ним своими мыслями и что у меня все хорошо. Тео коротко усмехнулся. — Почему он выбрал побеседовать именно с тобой? Может, я тоже испытываю эмоциональные потрясения? Пока я ждал тебя, мимо меня прошла Браун и Финниган. И рука Финнигана была не на самом приличном Браун! У меня травма. Пэнси посмотрела на него, чуть приподняв брови. Тео шел рядом с ней, иногда касаясь ее плеча. В этом не было ничего особенного, ведь парень по своей натуре был очень тактильным. — Думаю, мистер Бёрк не откажет тебе в помощи. Обратись, может он поможет стереть этот образ из головы. — весело ответила она. — Чуть позже. Сейчас нам надо поспешить в гостиную. Теодор обхватил ее предплечье и ускорил шаг по коридору. Пэнси ускорила шаг следом за ним и повернула голову к парню. — Куда мы так спешим? — К Драко прилетела сова. — И…? — она вздернула брови. — Милая Нарцисса Малфой отправила посылку со сладостями. Прямо как в старые добрые времена. Пэнси фыркнула. Это был неожиданный поворот. Нарцисса давно прекратила следовать этой традиции, ведь ее любимый сын вырос. Обстоятельства были не те, чтобы слать сладости. — С чего бы ей это делать? — с подозрением спросила Пэнси, пока они спускались в подземелья. — Хотела порадовать сына или подбодрить. Откуда мне знать? Я лишь знаю, что Малфой сейчас сидит с огромной коробкой сладостей и раздает их кому попало! — ответил ей парень.

***

Все было так, как и сказал Теодор. Драко был не любителем сладкого и за столько лет его мать об этом так и не узнала. Когда они были младше, он конечно ел угощений больше. Но прямо сейчас Драко сидел на диване в гостиной, рядом с ним была коробка, в которой лазил Блейз. Вероятно, он пытался отыскать самое вкусное из всего, что было. Тео оставил Пэнси позади, а сам устремился к дивану, к своим друзьям. — Ты обещал подождать меня! — обвинил он Драко. Место на диване больше оказалось, но Тео это не смущало. Он уселся на пол перед коробкой и вытянул ее из рук Блейза. — Ничего я не обещал, — ответил ему Драко с улыбкой, пока Тео переворачивал коробку на пол, высыпая все угощения. — Я сказал, что открою ее после уроков. — Да, но я не пришел сразу после уроков, — ответил Тео, не поворачивая головы к друзьям. Пэнси прошла к ним и села на пол к Тео, не заботясь о манерах. В это время гостиная была еще пустой, так как на их курсе уроков было меньше в этот день. — Блейз, ты уже успел стащить летучие шипучки! Всю упаковку?! — Тео поднял голову в сторону друга. Блейз выставил руки в капитуляции. — Я оставил еще одну. — Нихрена ты не оставил, — хмуро бросил Тео, возвращая все свое внимание к горе сладостей перед ним. Пэнси не была сладкоежкой. Но и не отказывала себе в употреблении сахара. Он поднимал настроение. Решив, что пытаться забрать у Тео наиболее экзотичные сладости будет опасно, девушка обошлась шоколадом. Было что-то прекрасное в этом моменте. Что-то родное. Сидеть вот так, в гостиной, делить подаренные Нарциссой сладости. Это напоминало о том, как было раньше. До войны и до метки Драко. До того, как вместо призрения со стороны общества они получили ненависть и недоверие. Блейз перекидывался шутками с Драко. Тео собирал выбранные сладости в мешок, который трансфигурировал из пергамента, а Пэнси уже откусывала кусочек плитки шоколада. В этот момент никто из них не задумывался о своих проблемах или страхах. Они не прятались и не грубили друг другу. Слизеринцы просто жили. И были тем, кем должны быть. Обычными, восемнадцатилетними волшебниками.