Ристретто

***Четыре года назад***

Рюноске врывается в кабинет исполнителя и разочарованно вздыхает, увидев там только Чую. Накахара открыл свою самую дорогую бутылку вина, развернувшись на кресле почти спиной ко входу и потягивая терпкий напиток из бокала. - Как продвигаются поиски? - подходя к столу, пробубнил Рюноске. - Мы их остановили. - Что?! - Что слышал. Не будем мы больше его искать. - Чуя выдохнул в сторону, залпом выпивая остатки вина из своего бокала. Акутагава в нетерпении стукнул ладонями о стол исполнителя, заставляя дрогнуть все, что на нем стояло, и уперся в столешницу на вытянутых руках. - Так нельзя! Что если с ним что-нибудь случилось? Мы должны- - С ним ничего не случилось, Рюноске. Он просто ублюдок и предатель. Он сбежал. - Я в это не верю! Он не мог просто бросить все и сбежать! Накахара повернулся на стуле к брюнету и вскинул брови. Посмотрев недолго на Рюноске, он налил еще немного вина в свой бокал и пожал плечами: - Твое дело. - Я буду его искать. - Сколько угодно. Я в этом больше не участвую.

****Три недели спустя****

Рюноске сидит на полу библиотеки и молча утирает слезы с глаз. Он стащил из бара бутылку виски и сейчас глушил ее с горла в одно лицо. Правда, это самое лицо пришлось срочно приводить в порядок, потому что кто-то вошел в библиотеку. Акутагава шмыгнул носом, шумно выдыхая ртом и отвернул лицо от вошедшего. Накахара подошел чуть ближе. - Как твои поиски? - почти с усмешкой на лице съязвил Чуя. - Пошел ты... - По щекам Рюноске покатились нежеланные слезы, но он не мог больше их сдерживать, как бы он этого не хотел. Плечи Чуи опустились в удивлении. Он не ожидал от этого парня такого откровения, как слезы. Неужели его настолько задел уход Дазая? Накахара опустился на пол рядом с собеседником и уставился куда-то перед собой. - Знаешь, я вообще-то не поддерживаю подростковый алкоголизм... - Как он мог?! - тихо прошипел сквозь слезы брюнет, - Он мой наставник. Что мне теперь делать без него? - Рюноске, не нужен тебе никакой наставник! Ты и сам прекрасно справляешься со своими обязанностями. Не говоря уже о том, как с тобой обращался Дазай. - У меня никого больше нет. Что мне делать? - пряча в ладони лицо, Акутагава судорожно выдохнул. Чуя только молча уложил ладонь на спину парня, чуть поглаживая его и задумавшись о том, что как бы он ни относился к Осаму, его коллеги по-разному переживали исчезновение шатена. Каждый справлялся по-своему, один только Акутагава не справлялся с этим совершенно. Наверное, куда больнее было слышать, что человек, которым ты восхищался, предал тебя и всех вокруг, нежели бы он, скажем, умер. Только вот, в чем восхищаться Дазаем Чуя никак не мог понять. Возможно, он казался Рюноске сильным и влиятельным, может поэтому брюнет так хотел быть похожим на него? Накахара поймал себя на мысли о том, что при таком обращении, когда речи ни о каком взаимоуважении и не шло, действительно сильным в данной ситуации был именно Акутагава. Дазай, на фоне терпящего унижения и избиения, но при этом верного и восхищающегося им Рюноске был жалким и слабым червем. - Тебе не нужен Дазай - только и смог выдать Чуя, потянув парня к себе и крепко его обняв. Он уложил голову поверх плеча Рюноске и посмотрел куда-то вглубь библиотеки. Честно признаться, он тоже скучал по шатену. Не до слез, не до истерик и алкоголизма, но по-своему. Ему в какой-то степени не хватало постоянных перепалок с Дазаем, его глупых шуточек и постоянных разговоров о суициде и смерти. Но Накахара никогда бы не признался, что именно он в тайне поддерживал продолжавшиеся поиски Осаму, подкидывая Рюноске людей.

***Два месяца спустя***

Чуя тихо проскальзывает в библиотеку, где уже на привычном месте сидел брюнет. Несмотря на то, что Накахара прекрасно знал, где коротает часы Рюноске, он навещал его впервые. Подойдя к парню в кресле, рыжий осторожно приподнял обложку книги в руках Акутагавы, наклонившись и читая название вверх тормашками. - Увлекаешься поэзией? - просипел Чуя, отпуская книгу, когда поймал на себе недовольный взгляд. - А что? - Ничего, просто интересно, - парень встал перед Рюноске и сунул руки в карманы, - как продвигаются поиски? - Ты и сам прекрасно знаешь, не так ли? - С чего бы? - Откуда у меня на это люди в распоряжении? - А-а-а... Все-таки догадался? - Чуя подмигнул своему собеседнику. - Скажи, зачем тебе это? Разве не ты назвал его предателем и праздновал его уход больше всех? Чуя вздохнул. Акутагава, конечно, был прав, но признаваться в своем отношении к Осаму не хотелось не только другому человеку, но и самому себе. Он скучал, безумно скучал по Дазаю. И в глубине души надеялся на то, что однажды тот вернется в мафию, а Чуя его хорошенько изобьет за весь этот переполох. Но была и другая причина, почему Накахара продолжал выделять под это задание своих людей. И имя ей Акутагава Рюноске. Рыжий молчит уже какое-то время, покручивая в пальцах монетку, забытую в недрах кармана брюк, размышляя над ответом. - Да, так и есть, но я видел, как ты переживаешь его уход. - Ты хочешь сказать, что делаешь это ради меня? - Ну типа того. - Спасибо, конечно, но мне твои подачки не нужны, я и сам справлюсь. Накахара усмехнулся. Ишь как заговорил, а ведь еще два месяца назад, плакал тут на полу и спрашивал, что ему делать без наставника. Теперь он весь из себя такой самостоятельный и взрослый. У-у-у, кошмар, что делается. Чуя почувствовал, как в груди теплится приятное чувство гордости. Будь его воля, он бы и сам стал наставником для Рюноске, но не в этом была цель Накахары, а в том, чтобы вырастить из брюнета действительно крепкого, взрослого, самостоятельного человека, коим он и является. Просто он сбился с пути, потерял свои ориентиры из-за Дазая, однако теперь все иначе. - Хорошо - растягивая губы в улыбке, проговорил Чуя. - Чего ты лыбишься? - А, да ничего, забей. Приятного отдыха! С этими словами Накахара удалился из библиотеки. Правда, вернулся туда на следующий день, чтобы еще немного подоставать Рюноске разговорами о разном. Тоже самое он сделал и через день, и через два, и через неделю. Так у них вскоре вошло в привычку видеться в библиотеке портовой мафии. И хотя Рюноске знал, что его не оставят в покое в этой комнате, он все равно туда возвращался день ото дня. Жужжание Чуи над ухом, по какой-то причине, просто перестало раздражать в один момент, а стало привычным и даже приятным дополнением к вечеру. Характер Накахары явно импонировал Акутагаве, пусть тот признался в этом не сразу.

***Еще три месяца спустя***

Рюноске входит в кабинет исполнителя и молча опускает бумагу на его стол. - Что это? - тонкими пальцами в перчатках цепляя бумагу, произносит рыжий - Заключение врача. - Ты, наконец, обратился к врачу? Что он сказал? - Просто читай. Голубые глаза пробегаются по злополучным строкам. Зрачки сужаются с каждым новым прочитанным словом все сильнее. Несколько секунд ушло на то, чтобы прочитать заключение, однако Накахара перечитывал его вновь и вновь, не веря своим глазам. Он поднялся со своего места и, откладывая, бумагу в сторону, обошел стол, вставая перед Рюноске. Рыжий схватил парня за плечи и заглянул в его серые глаза. - Мы тебя вылечим. - Это невозможно… - прошептал Акутагава, опуская взгляд в пол. - Мне все равно. Все будет хорошо, слышишь? – Чуя прижал к себе собеседника, осторожно похлопав его по спине ладонью, - Все будет хорошо.