Французский поцелуй

       Утро. Телефон снова разрывался от звуков стандартной мелодии. Дима нехотя разомкнул глаза, неспешно потянулся за телефоном и, взглянув на экран, убедился, что это был всего лишь будильник. Он неохотно поднялся с постели и направился в ванную, лишь дойдя до двери, парень заметил, что соседняя кровать не расстелена. Странно, ведь Антон не из тех, кто встает раньше времени, да еще и постель заправляет. Возможно, он и вовсе не возвращался в номер. «Надеюсь ничего не случилось» - пронеслось в голове у Димы. С такими мыслями он наспех умылся и поспешил на завтрак.        По дороге он размышлял о своем сне. Он был довольно странным. Дима был в роли маленькой серой мышки. На протяжении всего сна он метался из угла в угол, ища выход из большой клетки, дабы убежать от большой, мохнатой кошки, с таким почему-то безумно знакомым взглядом. Дима не сомневался, что точно где-то видел его, но никак не мог вспомнить где. Такой яркий, острый, дерзкий и запоминающийся. Казалось, что эти глаза сверкали, словно звезды в летнюю знойную ночь.        Кошка гоняла мышонка из угла в угол, пытаясь достать. Как только кошка настигала мышь своими большущими лапами, откуда то появлялся воробушек, который отвлекал кошку, тем самым давая мыши шанс на побег. Но она никогда не успевала спрятаться, хоть клетка и была огромной, но казалось, выхода из нее нет. Мышь металась из угла в угол, стремясь на свободу, но когда воробушек потянул свои лапки к мыши и указал на дыру в клетке, давая шанс убежать, мышь отвернулась от выхода и побежала прямиком в лапы к кошке. На этом сон прерывается, оставляя Диму в недоумении.        Вообще Дима был не из тех, кто верит в вещие сны, да и вообще во всякую нечисть и суеверие, но что-то подсказывало, что неспроста ему снился такой сон. И эти глаза, где же он их видел раньше.        За своими раздумьями он не заметил, как дошел до столовой. За дальним столиком сидел Антон, грустно ковыряясь в тарелке. Дима набрал себе еды и подсел к парню, который даже не удостоил его взглядом. - Тоша, все хорошо? Выглядишь, честно говоря, неважно, – пережевывая кашу, начал разговор Дима. - А, ой, когда ты успел прийти? Все нормально, просто немного устал. – Парень выдавил из себя улыбку. - Мы еще даже не тренировались, – удивленно пробубнил Дима, набивая рот очередной порцией еды. – Ты вообще где был? В номере явно не ночевал… - А что, ревнуешь? – Попытался перевести все в шутку Антон. – Я просто гулял и размышлял о всяком разном, можешь не беспокоиться. - Пф, больно надо. – Надул щеки парень, отвернувшись в сторону, но лучше бы он этого не делал. Вошедший в столовую, Фуркад дружелюбно помахал, глядя на Диму, и направился к их столику, сверкая своей лучезарной улыбкой. - Доброе утречко, – весело поприветствовал парней Мартен, как ни в чем ни бывало садясь рядом с Димой. Он ухмыльнулся и бросил взглядом вызов сидящему напротив Антону. - Приятного аппетита, – скрипя зубами произносит Антон, принимая игру в гляделки.        Дима непонимающе переводит взгляд то на одного, то на другого. Он чувствует эту напряженную атмосферу, но не в силах что-либо сделать. - Ты кажется уже доел – указывая на полную еды тарелку Антона, говорит Мартен – Разрешаем уйти и оставить нас наедине.        Антон напрягается от злости, но как бы ни хотелось многое высказать этому наглецу, но он выше этого, и Дима явно не оценит. Он с силой сжимает кулаки и переводит взгляд на Диму, тот кивает, и Шипулин, ничего не сказав, встает и покидает столовую. Антон все понимает, Дима только что сделал выбор, и, к сожалению, не в пользу Антона. Дима снова попался, а самое главное, что Антон не может его от этого защитить, но он не перестанет пытаться… *** - Чего ты хочешь? – Прямо спрашивает Дима. - Да так, подумал, что раз уж так вышло, что мы вместе проводим сборы, я должен научить тебя стрелять. Мой Малыш, вспомни свою стрельбу в прошлом сезоне, особенно на Чемпионате Мира, ну куда это годится… А я всегда попадаю в цель, стоит научить и мою Малышку. - Ты пришел поиздеваться? – Закипая от злости, чуть повышает голос Дима. – Если это все, то мне пора отчаливать. - Ну Малыш, я же от чистого сердца, не хочешь стрелять, так пошли погуляем, я же не хотел тебя обидеть. – Он кладет руку на плечо парня, как бы оказывая дружескую поддержку. – Ну правда, нам ведь нужно расставить все точки.        Сердце Димы бешено колотится, голова пульсирует, он не знает, что ему делать. С одной стороны весов стоит ложь, обида и унижение, с другой… Он до сих пор любит этого придурка. Что бы он ни делал, ему не удается выкинуть его из головы. Да, у Димы есть Антон. Да, если Дима пойдет – это будет предательством. Тогда чем он сам лучше Мартена? Да, Антон мил, нежен, добр, заботлив, но как бы Дима не хотел, он не может выкинуть из головы Мартена. Он не может не согласиться… *** - Ты снова хочешь наступить на те же грабли? В какой раз, Дима? Почему ты никак не поймешь... - Его голос предательски дрожал. - Антон, я понимаю, тебе тяжело это принять, но как бы я не пытался, я не смог его разлюбить. – Дима пытается убрать руку Антона со своей руки. - А он тебя? Ты помнишь, в каком состоянии я нашел тебя после первого предательства? А сколько их было, ты помнишь? Я не хочу снова видеть тебя таким. – Пелена слез застилала глаза Антона. - Пожалуйста, перестань. Возможно, он изменился. - Дима, я знаю, мне никогда его не заменить, мне не стать им, наверное, я очень жалок, но прошу, не отпускай мою руку, держи ее… - Я… Мне жаль. – Рука Димы выскальзывает из рук Антона. – Спасибо тебе за все, спасибо, что всегда рядом, пожалуйста, попытайся понять и простить. – Он разворачивается и уходит.        Антон остается стоять на месте, слезы медленно стекают по щекам. Он не смог его удержать. «Надеюсь, ты будешь счастлив», - тихо прошептал он, когда спина Малышко скрылась за дверью. ***        Дима шел к месту встречи с Мартеном. Он не торопился, двигался медленно, еле перебирая ноги. Мысли смешались, голова пульсировала, сомнения терзали его, но уже поздно что-то менять. В голове ярко мелькали слова и воспоминания. Правильно ли он поступил? Он ведь и сам понимает, что Антон прав, понимает и то, что сделал ему больно, предал его, но любовь слишком сильна, он готов снова обжечься. Ведь это Мартен...