Близнецы

Простите меня за эти крайне неприятные детали. Я понимаю, последнюю часть моей истории вам было неприятно читать. Даже тем из вас, что любят БДСМ тематику. Пожалуй, я должен теперь сделать две вещи, дабы исправить ситуацию. Во-первых, должно сказать: всей этой жести не было на самом деле. Да вы, впрочем, и сами об этом догадываетесь. Во-вторых же, мне нужно извиниться за свои нездоровые фантазии. Право, некоторые из них и мне крайне неприятны. И быть может, вы вскоре поймёте, почему они именно такие, и почему они мне вообще понадобились. Итак, повторяю ещё раз: это всё вымысел. Ну, то есть не совсем всё... То что написано до эпизода с подглядыванием — чистая правда. Может я где-то чего-то исказил, недоговорил... Но в целом, примерно так всё и было. Поездка к сестре, обещание работы... Тайная комната в которой они с Леонидом занимались непотребствами. И да, я это увидел. Но вот то что было потом... Это уже не совсем правда. Начнём с того что было это всё десять лет назад. И никакой ночи «любви к себе» я после не устраивал. Правда поспать мне и впрямь не удалось, но по другой причине. Меня мучили разные мысли... И это были вовсе не сексуальные фантазии. Разговор с Дашей действительно состоялся. Только вышел он не таким, как описано ранее. Я ничего не рассказал ей об увиденном. Я ничего не объяснял. Сказать по правде, ваш покорный слуга повёл себя тогда очень невежливо. Просто попросил у неё денег, чтобы добраться до своего родного города. Питер, новая жизнь, перспективная работа (о которой, по словам сестры, Леонид почти уже договорился) — всё это было послано куда подальше. А жалобы Даши на то, что я её бросаю, были просто проигнорированы. К слову, она повела себя самым положительным образом. Поняв, что я настроен решительно, она дала деньги и не стала больше бередить мне душу. Ушла в одну из комнат, плакать. Я же не остался, чтобы её успокоить или утешить. Сбежал, даже не дождавшись вызванного такси. Водителя перехватил по дороге. Вернулся в город, и с тех пор не покидал его. Собственно... Если коротко — вот и вся моя биография. Работа у меня довольно неплохая (по нашим меркам), но жизнь свою я никак не назову счастливой. И право, для того чтобы понять всё произошедшее... чтобы хоть как-то понять мой поступок и нынешнее положение, придётся рассказать всё с самого детства. Я пытался опустить детали, но теперь понимаю: в этом нет никакого смысла. Мне уже всё равно, Леонид и его мнение меня не беспокоят, а Даша... Даша месяц назад умерла. От вируса, название которого, как мне кажется, довольно очевидно. Ей было чуть больше тридцати... Я узнал об этом, потому что от неё осталось кое-какое наследство. Так, мелочи всякие, ничего серьёзного. А живых родственников у неё больше не было. Замуж она так и не вышла, а родители наши ещё раньше успели уйти отойти в мир иной. Так что... Если я кому и наврежу тем, что расскажу правду — так только себе. Но право, мне на это уже наплевать. Начнём, пожалуй. Однажды в одном северном городе, в одной семье родились близнецы. Дело редкое, но вполне заурядное. Близнецы, как можно догадаться, были разнояйцовые. Они росли, и в конце концов оказались вместе в Питере... Проклятье, я никак не могу заставить себя писать правду! Всё пытаюсь подводить куда-то... Мне хочется тянуть интригу, написать как поинтереснее. А этого делать не нужно. Пожалуй, будет лучше, если я просто раскрою её сразу, без предысторий. Короче, близнецам этим дали имена: Саша и Коля. И да, я говорю про нас! Саша — это моё имя. Наверное, самое время об этом рассказать. А Коля... С пяти лет это имя никто и не вспоминал. Родители дали ему другое, назвали Дашей. Теперь понимаете в чём дело? Правда у вас может сложиться дурное мнение про наших родителей. Мол, загубили они парня, решили из него девочку воспитать. Чёрт с два! То есть решить-то они решили, но не от больной фантазии своей. На то была резкая причина. Собственно сама Даша. Я не очень хорошо помню раннее детство, и потому могу судить про него больше по маминым рассказам. Так вот, она говорит, что сестра моя чуть ли не с трёх лет себя девочкой подавала. Едва хоть как-то смекнула, что есть такие существа, как сразу свой выбор сделала. Несмотря ни на что. И как бы не пытались с этим бороться родители, ничего не выходило исправить. Честно, я не знаю всё ли они перепробовали. Но вряд ли они бы просто так взяли, и стали воспитывать сына как девочку. Это, как легко догадаться, создало столько проблем, что и представить себе трудно. В нашем-то не самом большом городке! Где люди невысокой культуры и даже обычному ребёнку по улице бывает гулять опасно. Моя маленькая родина... Отвратительное место! Наверное, семье бы нашей вообще каюк пришёл, если бы не мой отец. Он, изволите видеть, был мастером спорта по тяжёлой атлетике. Двухметровый шкаф перекаченный. Да ещё и крайне вспыльчивый, когда кто-то его семью задевает. Связываться с ним никто не решался. Я до сих пор смотрю на фотографии и офигиваю — какой же он был здоровый! Знаете, даже с ножом на него вряд ли бы кто-то рискнул напасть. Как-то сразу думаешь: этого и ножом не прошибёшь! Воткнётся он, да в мышцах и застрянет. А тебя в это время в кровавый блин одним ударом превратят. И это у меня такая мысль возникает. А я, между прочим, далеко не хиляк, хотя до отца мне и далеко. В общем, нас не трогали. Даже крайне агрессивные и мракобесные типы боялись моего папу. А всякие службы... Они, видимо, тоже боялись. К нам иногда приходили всякие тёти, задавали вопросы нам с Дашей. Но дальше этого дело не заходило. В общем-то, поэтому мы и провели большую часть детства в компании друг друга. Остальные дети не особо с нами общались. Им родители запрещали. А те что общались... Стоило им откуда-то узнать про Дашу правду, они резко становились очень злыми и агрессивными. Не раз нам приходилось драться. Не раз приходилось мне защищать мою сестрёнку. А вот в подростковом возрасте такой проблемы уже не стояло. Видимо ребята всё-таки немножко поумнели, и про возможную опасность в виде нашего папаши узнали. Ведь он детей-то может трогать и не стал, а вот врезать какому-нибудь хулигану лет четырнадцати — это сам бог велел. В общем, с другими нам стало общаться проще. И именно тогда наши пути разошлись. У меня появилось двое друзей, больших компаний я не искал. В Даше же взыграл авантюрный характер. А ещё она (видимо подсознательно) стремилась быть рядом с сильными мужчинами, которые были способны её защитить. Как её папочка или братик. Поэтому она обращалась в не самых лучших компаниях, со всякими подозрительными типами. С теми, что захотели с ней иметь дело. Кажется, она была даже где-то популярна. Быть с ней — это уже бунт против всех. Хотя вряд ли кто-то там её действительно любил... И я совершенно точно знаю, почему она потом выбрала Леонида. Ну, помимо его денег... Он был человеком сильным, властным, холодным в обращении с ней. К таким Даша и привыкла. И нет, сейчас я не про себя и не про отца. Тут речь идёт уже про другой вид отношений. Ну а потом она уехала в Питер. Во-первых, ей действительно хотелось учиться и чего-нибудь добиться. Большие амбиции, которые она потом выкинула на помойку ради любимого мужчины. Довольно типично для женщин, как мне кажется. Но другой своей цели она определённо добилась. Она уезжала ради того, чтобы Санкт-Петербурге, пройдя все круги бюрократического ада, совершить гендерный переход. На тот момент она, будучи в голове своей девушкой, в области тела оставалась всё-таки парнем. Худым, женственным, изнеженным даже, но всё-таки парнем. Хотя у меня лично её так воспринимать не получалось уже. До моей поездки в Питер мы с ней надолго прервали общение (хотя скорее даже не прервали, просто свели к минимуму). Были свои причины, как у неё, так и у меня. Я тоже пошёл учиться, пытался свою жизнь строить. Про её злоключения я почти ничего не знал. Да чего там, она даже маме многие вещи не рассказывала, и я не знал как Даша жила все эти годы. А потом она мне предложила приехать... И я увидел её уже в новом виде. Как женщину, жену для своего гражданского мужа. Внешность её меня не удивила. Нет-нет, но я всё-таки заглядывал в её соцсети, видел фотографии. И если забыть что она родилась мальчиком, в них не было ничего необычного. Собственно дальнейшую историю вы уже знаете. Приехал. Пожил какое-то время, помогая с работой по дому. Общался с ней. Она всячески избегала темы своего перехода, и мы делали вид, будто она всегда была только сестрой, девушкой. Ей так было спокойнее, да и мне тоже, пожалуй. Ну а потом увидел, как они с Леонидом занимаются сексом. И да, пожалуй, это могло бы даже меня возбудить... Вы уже должны были понять: фантазии мои очень даже изощрённые. Но именно тогда мне было не до них. А всё по одной банальной причине... Всё из-за маленькой детали, которую я увидел у сестры между ног... и той детали что не увидел. Там не было члена, понимаете? Вместо него было вполне себе обычное женское влагалище. И да, я догадывался, что она это уже сделала... С таким богатеньким любовником причин тянуть не было. Но одно дело домыслы, и совсем другое — увидеть. Увидеть её, мою сестру-близняшку во всей её женской красе. А тело у неё и впрямь было трудно отличить от женского, даже когда та была голой. Тело когда-то давно так похожее на моё... И ставшее таким! Кратковременное эстетическое восхищение сменилось резкой болью в груди, будто в сердце вогнали острый ржавый гвоздь. Я едва дошёл до своей кровати, мне казалось, что я просто сдохну! Полежал, и боль понемногу ушла, оставив вместо себя депрессию и душевную пустоту. С которой я и живу до сих пор. Живу в прошлом, живу вечно сомневаясь. Я даже не знаю, как отношусь сейчас к сестре. Но совершенно точно скажу: тогда я её всей душой ненавидел. Ибо она добилась того, чего хотела. Получила свою долгожданную новую жизнь, получила прекрасное женское тело. У неё даже влагалище было, вместо ненавистного ей отростка. Она получила всё чего желала. И вроде бы в этом ничего ужасного нет... За исключением того что я всегда хотел ровно того же! Не для неё хотел, для себя. Да, вот я и признался... Интересно поверят ли мне знакомые? Даже в родном городе моём, где про сестричку все всё знают. Ха! Люди мыслят стереотипами... Да я и сам от них никуда не могу деться, и понимаю: внешность моя о подобных желаниях ни разу не намекает. Я, надо заметить, очень крупный мужчина. Во мне больше ста килограмм. И жира там не так уж и много. То есть мышцы у меня не рельефные, для этого пришлось бы сидеть часами в спортзале каждый день и соблюдать строгую диету. Но всё-таки... Я сын своего отца, пусть даже рядом с ним и показался бы эдаким малохольным младшим братиком. И это, по большому счёту, не было моим выбором. Из-за сестры. Я всегда чувствовал те же самые желания, что и она, но... Они были чуточку слабее, да и высказывать их в открытую я не всегда осмеливался. Даша по натуре своей авантюристка, ей довольно легко решится на важный шаг, который всё изменит. Я же всё больше молчал. Полагаю, в моём поведении тоже было немало странностей. И будь я единственным ребёнком в семье, на них бы обратили внимание. Но всё внимание доставалось моей сестре, а мои заскоки... Их списывали на Дашино влияние. Мол, я просто не понимаю границы дозволенного, слишком ситуация странная. «А так нормальный ребёнок!» — думали они. И, дабы вырастить меня нормальным мужчиной, мама с папой приняли решение — как бы поделили наше воспитание. Даша досталась маме, а я поступил в папино распоряжение. Мой отец хоть и был человеком довольно жёстким, никогда не был жесток к детям. Особенно к своим. И он не пытался превратить моё детство в ад, или поломать мне жизнь. Даже наоборот, пытался дать мне силы для будущего взрослого существования. Силы физические, ибо ничему другому он меня научить толком и не мог. Я много тренировался. С самого детства умеренные силовые тренировки, которые с возрастом всё наращивали интенсивность. Комрёжка на убой, чтобы потом было больше сил для упражнений. Неудивительно, что я вырос выше сестры, которая никакими физическими нагрузками себя не утруждала. И да, мы всё равно проводили много времени вместе. Вариантов просто не было. В отдельные моменты я был очень благодарен отцу за тренировки. Например, когда защищая сестру от нападок я в лёгкую раскидал трёх ребят, двое из которых были на год старше. Я даже не дрался с ними, я буквально их кидал и толкал друг на друга. В те годы у меня сформировалось какое-то особое отношение к Даше, эдакое чувство разделённого счастья. Она получала то, что хотела, и я был этим доволен, так как тоже это хотел. Брат и сестра, близнецы... Это почти как если бы я добился того же самого. И потому я с большой охотой защищал её, помогал и дружил с ней. А она оставила меня одного, едва появилась возможность тусоваться с кем-то покруче. И да, сейчас бы я отнёсся к этому с пониманием, но тогда... Она была подростком, она не особо думала о других. Но и я был весьма обидчив. Порой я пытался защищать её, когда кто-то на моих глазах переходил границы разумного. Но она лишь злилась на меня, отчитывала. У неё теперь были другие защитники... И мне пришлось строить свою жизнь самому. Не было больше разделённого счастья. Осталась лишь тоска. И чем дальше, тем хуже она становилась. Ибо чем дальше, тем сильнее я понимал, насколько же ей завидую. Что хочу того же самого. Но мне тут же приходила мысль: шанс упущен! Выбор уже сделан, идти этим путём мне нельзя... И я, наверное, понимал, что это ещё возможно. Где-то там, в глубине души понимал. Но это казалось таким сложным, таким неуместным... А передо мной была Даша, которой уже всё дано, которая ушла вперёд... Симпатичная, женственная сестричка, которую даже некоторые ребята признали таковой. А я... С моим телом, уже тогда перекаченным, с моей репутацией нормального сына для несчастных родителей... Я так и не смог решиться даже попробовать чего-то такое. И сейчас об этом жалею. Да чего там, я всю жизнь об этом жалел! В восемнадцать я думал: ну нет, уже поздно, надо было в шестнадцать... В двадцать мне казалось, что предел разумного была в восемнадцать, и теперь он упущен. И до сих пор я пребываю в подобном настроении. Сижу, тоскую по-прошлому. Злюсь на себя за нерешительность. Тогда, в старшей школе, мне нужно было что-то сделать... Тело в молодости гибкое и легко меняется, глядишь, вышло бы и не сильно хуже чем у сестры... А потом понимаю: нет, вышло бы хуже. Я страшно завидовал ей, но у меня, как это ни странно, тоже есть гордость. Я не желал идти по её стопам и плестись далеко позади. Стать жалкой копией... Когда она уехала, злость моя стала утихать. Я смирился со своим мужским будущем, решил попробовать жить нормальной жизнью. Попытался устроить отношения с девушками. Не особо успешно. Начиналось всё всегда неплохо, но потом (довольно быстро, на самом деле) мне становилось дико и лихо. Что я здесь делаю? Почему я с ней? Это казалось таким неправильным, таким чуждым и нелепым... Мы быстро расставались. Уже потом, после моей поездки в Питер была идея попробовать с мужчиной. Назначил встречу какому-то типу в интернете... И даже на неё не пошёл. Одна мысль о том, что это будут два мужика, и что я буду одним из них... Она была мне омерзительна! Будучи с девушкой я хоть как-то мог абстрагироваться. Представлял что я — это она, и со мной такой накаченный красавчик... Надолго этих фантазий, конечно, не хватало. Я откликнулся на зов сестры не только из-за того что соскучился. Хотя, конечно, не без этого. И не из-за говёной своей работы даже, хотя и она свою роль сыграла. Нет, я решил тогда: это шанс начать новую жизнь. Сказать по правде, была у меня ещё одна надежда... Быть может в городе я смогу найти себе кого-то, с кем смогу разделить своё несчастье. В конце концов у Даши могли оказаться похожие на неё подруги... Быть может с ними у меня выйдет? Увы, но тут меня ждал полный облом. Когда-то сестра общалась с подобными девицами, но это было давно. Сойдясь же с Леонидом, она стала жить затворницей, и почти ни с кем кроме него не общалась. Живя вместе с ней я вновь почувствовал это самое разделённое счастье... А потом смог окунуться в её жизнь ещё глубже. Почувствовать себя эдакой домохозяйкой. Порой, по ночам, мне представлялось что я эдакая вторая жена в гареме... Впрочем, это были ещё самые мягкие мои фантазии. Но все их я держал при себе, давая волю лишь ночью, запираясь в своей комнате. В моей несчастной жизни эти фантазии всегда были главной отдушиной. Но после я становился ещё несчастнее. Надеюсь, теперь вы понимаете меня лучше. После того как я увидел сестру... Увидел женщину, которой я мог бы стать, если бы жизнь сложилась чуть иначе. Но она не сложилась. В том числе из-за того что у меня была такая сестра. Я не пытался специально причинить ей боль, сделать несчастной. Но и жалко мне её тоже не было, когда я уезжал. Это даже не было каким-то выбором моим, решением... Я просто понимал: жить с ней в одном городе для меня невозможно. И я вернулся назад, поселился с родителями. Нашёл себе новую работу, и вроде как даже почти наладил свою одиночную холостятскую жизнь. Со временем она стала воистину одинокой. Бедные родители! Они ждали от меня внуков, но, увы, это было просто невозможно. Так я и живу, до сих пор. Теперь уже единственный живой человек от нашей семьи оставшийся. Впрочем, жизнь моя — дерьмо. Единственное что меня спасет, это мои фантазии. Я словно ухожу в другой мир, проживаю иную жизнь... И этого мне явно недостаточно. Я ведь даже не могу поверить в собственные иллюзии... Быть может иначе бы жизнь стала хоть чуточку лучше. И право слово, то о чём я писал раньше... Та фантазия с унижениями и её крайне жестокий финал... Она мне кажется привлекательной. Да, это большое ублюдство, да это просто чудовищно... Но порой мне кажется, что лучше уж так... Так хотя бы жизнь моя закончилась оригинальным образом, и достаточно быстро. А не тянулась долгие-долгие годы... Даже крепкое моё здоровье стало для меня проклятьем! Я не могу просто уморить себя, а алкоголь и прочие вещества просто не приемлю. Порою хочется просто взять и закончить всё разом. Но потом думаю: «Давай, пусть у жалкой жизни будет ещё более жалкий финал», и меня отпускает. Вот и живу я дальше, доживаю. Фантазирую, копаюсь в прошлом и сожалею о нём. Ничего другого мне просто не осталось.