☢
Мингю не знал, куда себя деть. Везде он чувствовал себя так, будто его преследовали, буквально наступали на пятки, и Бог даже задумывался убежать с Олимпа, лишь бы ощущать нужные ему так комфорт и спокойствие. Но ничего не получалось, увы. Мингю даже испытывал ненависть; неосознанно злился и уже был готов метать молнии — не важно даже в кого, сам факт траты негативной энергии приносил ему лучшие мысли в голову, а заодно и успокаивал тело. Божественная сущность даже тяжело вздыхала и оборачивалась по сторонам, чтобы проверить, не параноидальные ли мысли это были; на деле Ким действительно ощущал слежку. Оставалось проверить: кто это был, и уже окончательно расставить все точки над i. — Хэй, ты! — Мингю вдруг резко остановился и обернулся, реально слыша за собой шаги, но когда он встретился лицом к лицу с простой темнотой, напрягся, потому что явно не это ожидал увидеть. — Я все еще слышу тебя, и тебе лучше показаться, — предупредительно оповестил преследователя Бог и выжидающе поглядывал прямо перед собой. Казалось, что он слышал даже чужое дыхание, поэтому продолжил сыпать угрозами, говоря уже о том, что применит непременно молнии. Да, он не находился сейчас на Олимпе, он вообще сбежал в мир людей, поэтому крайне убедительно звучало предупреждение об ударе молний. Но вместо массивной фигуры перед собой Мингю увидел маленького зайца, с черной шерсткой, такого шустрого, потому что он вначале показался Божественной сущности, а потом поскакал по своим делам. — Эй, я вообще-то с тобой еще не договорил! — Мингю, забыв уже про собственную гордость и дела, решил поменяться с зайцем местами и теперь след вслед направлялся за животным. Тот брел по каким-то неизведанным тропам для Бога; казалось даже, что заяц путал Гю, нарочито специально ходя то кругами, то упираясь в тупики, где выход был только для одного его. — А ты не думал, что для меня преград в принципе нет? — русоволосый ухмыльнулся и разнес кирпичную стену перед собой. Надо будет — потом отстроит ее снова для этих людей. — Допустим, нет? — впервые Мингю услышал другой голос рядом. Ему уже казалось, что он в принципе вел этот диалог сам с собой, но… Он ошибался, вау. — Кто ты вообще такой? — Бог снова встал на месте, потому что вместо зайца перед ним стоял молодой юноша; цвет его волос соответствовал цвету шерсти животного. Черты его лица были настолько привлекательны, что Мингю засмотрелся, и, только когда незнакомец издал смешок, пришел в себя. — Подумал о том, у кого из нас больше божественная внешность? — незнакомец был остр на язык, но Киму это нравилось. Ему в целом нравилось то, как свободно с ним себя ощущала другая сущность. Да и самого Бога тянуло к ней. — Есть такое. Так кто ты? — Простой фамильяр, — пожал тот плечами, поправляя черные волосы, которые с удовольствием раздувал теплый вечерний ветер. — Но почему-то вместо ведьмы или колдуна нашел тебя, могущественного Бога. Уголки его глаз были прищуренными, будто он проверял собственные слова о чужом могуществе. Мингю аж воздухом от такой наглости поперхнулся. — Я стену недавно разбил и молниями могу швыряться, знаешь? — Знаю. — Так что тогда? — Бесить тебя нравится, глаза у тебя красивые. Кима заставила последняя сказанная фраза улыбнуться и даже как-то смягчиться. Он подошел ближе к фамильяру и наконец вблизи рассмотрел его лицо. Он правда был очень красивым. — Как звать тебя, фамильяр? — Сынчоль, но прошлые хозяева звали меня Эскупс. Я даже как-то привык. Мингю опустил взгляд и заметил на шее черный ошейник с биркой клички. По всей видимости Сынчоль давно был в образе зайца и совсем недавно сбежал. — А я Мингю, — кротко ответил старший, — пойдем со мной на Олимп, там веселее. И авантюр много можно сотворить. — Вот это точно по мне, — смеясь, он подал Божеству ладонь, и, взявшись за руки, они вместе поднялись домой к Киму. Интересное, конечно, начало дружбы у этих двоих. Ну, или далеко не дружбы, хех.☢