Сумерки над океаном

Стоя по щиколотку в воде, Алия смотрит на спокойное море. Оно кажется по-настоящему бескрайним. Вечным. Тёмные воды отражают сумеречное небо и манят к себе. Она делает шаг. Подвёрнутые штанины намокают и тяжелеют, неприятно облепляют ноги, но это не разрушает странного оцепенения, овладевшего девушкой. Ещё шаг. И ещё. Вода уже по колено, по бёдра - рубашка намокает, запах ванили стирается с кожи. Теперь она солёная, как непролитые слёзы. Копна длинных светлых волос расплывается почти на поверхности. Следующий шаг оказывается неожиданно глубоким - вода достаёт до подбородка. Что-то животное мелькает в тёмно-серых глазах, кажется, она сейчас повернёт назад. Но сопротивление угасает так же внезапно, как и появляется. Кинув последний взгляд на темнеющее небо, она отталкивается, и, загребая руками, плывёт вперёд, экономя силы. Не останавливаясь, не отклоняясь, не оборачиваясь. Алия будто видит себя со стороны: это не её тело делает уверенные гребки, не её лёгкие полны воздуха, который держит на плаву. Тихие всплески - единственный звук, который нарушает упоительную тишину южной ночи. Она знает, что так и должно быть. Она знает, что не уплывёт достаточно далеко, чтобы сбежать от самой себя. Это неважно. Тело ощущается сильным и послушным. Одежда, хоть и сковывает движения, причиняет куда меньше неудобств, чем она думала. Она думала? Разве Алия хоть раз с того момента позволила мыслям утянуть её в вихрь эмоций? Нет. И теперь не позволит. В небытие хорошо - боли больше нет, потому что некому её ощущать. Алии нет. Есть только тело, которое начинает уставать. Она долго выбирала этот пляж. Безлюдный - чтобы им никто не помешал. Красивый - чтобы она улыбалась. Холодный - чтобы её не потянуло в воду. А теперь что же? Ничего. Только бы не замерзнуть раньше времени, только бы не судорога. Движения становятся тяжелее, озноб расползается по телу, зубы стучат. Но упрямство и нездоровый азарт вытесняют дискомфорт. Она им всем покажет. Ведь правда же? Берег укутали сумерки. Алия теряет счёт времени. Сколько она плывёт: 15 минут, час, вечность? Видимость становится хуже, поднимается ветер, волны накатывают одна за одной. Её сносит и закручивает. Где верх, где низ? Лёгкие рвутся от недостатка воздуха, одежда сковывает движения, тело перестало подчиняться и неистово барахтается, но тщетно. Кажется, она погружается всё глубще. Внезапно в стороне загорается свет: Алия ослеплена им и растеряна, но животное внутри жаждет жить, изо всех сил рвётся туда. Внезапно её голова оказывается над поверхностью, но тут же уходит под воду на мгновение. Она снова выныривает, но руки и ноги налились свинцом, лёгкие будто горят изнутри, голова кружится, уши забиты водой. Держаться на плаву всё труднее, но её уже заметили. Кажется, это рыбаки? Алия ухватилась за брошенную верёвку: утонуть в холодной воде перестало казаться хорошим способом исчезнуть. Навалилась невыносимая усталость. Чьи-то грубые руки затянули её на лодку, но девушка уже совершенно ничего не соображала. Сознание потухло вместе со светом на корме. Последнее, что увидела девушка - окончательно почерневшее небо без единой звезды. Тишина, повисшая над лодкой, удручала. Пока девушка валялась, не подавая прищнаков жизни, мужчины переглядывались друг с другом. Эта игра быстро надоела невысокому жилистому брюнету, начинавшему вкушать прелести кризиса среднего возраста. Он хмуро посмотрел на остальных, поморщился и открыл было рот, чтобы спросить, но тут же передумал. Тишина оставалась всеобъемлющей, ни плеск волн, ни гул винта не были в силах разорвать эту густую пелену.Лодка развернулась и направилась к берегу, оставив на море очередной исчезающий слeд. Ночь вступила в свои права