Новогодний глинтвейн

      Маленькая квартирка на окраине города. Свет выключен. Но это не значит, что дома никого нет. Тишину разрывает звонок телефона. Я вылезаю из-под одеяла и, мельком глянув на экран, беру трубку.       — Алло! Алин, ты дома? — задорный голос на другом конце провода невольно заставляет улыбнуться.       — И тебе привет, Макс. Да, дома. А что?       — Да я тут случайно мимо проходил. Дай, думаю, зайду.       Ага, конечно. Проходил он мимо! До моего дома от общаги ехать полтора часа. А по вечерним пробкам и того больше. И вообще, люди тридцать первого декабря «случайно» не гуляют мимо. Придётся впустить. Не гнать же прочь человека, который пришёл к тебе в новогоднюю ночь.       — Хорошо, заходи, раз уж пришёл.       Кладу телефон и иду открывать дверь. В квартиру вваливается Макс. На его шапке и волосах снег, а в руках два пакета, из которых слышится звон стекла.       — Ба, Алина! Это что такое?! — обводя взглядом квартиру, восклицает юноша.       Мне становится неловко за свой внешний вид и невольно тяну руку, чтобы поправить взлохмаченные волосы.       — Что не так? — спрашиваю нерешительно.       Но Максима уже не остановить. Он успел раздеться и понёс пакеты в кухню, не обращая внимания на мои слова.       — Почему дом не украшен? Где твой дух праздника?! — причитает парень, доставая из пакетов еду, напитки, какие-то гирлянды и даже еловую ветку.       — Макс, ты зачем пришёл? — устало говорю я.       Я бы с радостью завалилась сейчас в постель. Закуталась бы в одеяла, как в кокон, лишь бы спрятаться от этого мира и от своих же собственных мыслей.       Парень смотрит на меня недовольным взглядом, неожиданно подходит и обнимает. Я честно возмущена таким его поведением, но от объятий так хорошо, что позволяю себе расслабиться и насладиться таким простым человеческим теплом.       — Алин, то, что ты не сдала матан Козляеву с первого раза — это ещё не повод хоронить себя.       Я недовольно фыркаю и высвобождаюсь из его объятий.       — Макс, ты не хуже меня знаешь, что на пересдаче сдать ему невозможно. Как бы я не старалась, меня всё равно отчислят. Поэтому не вижу смысла лишний раз платить деньги за аренду квартиры. Я уже решила, что после праздников уеду к родителям.       Максим закатывает глаза и поднимает руки, словно сдаётся мне.       — Ладно. Я тебя понял и не буду больше сегодня трогать эту тему. Но я хочу встретить Новый год с тобой. Ты можешь не о чём не беспокоиться. Всё, что нужно, я привёз. Дай мне полчаса, и я всё сделаю.       Он смотрит на меня такими щенячьими глазками, что мне кажется, никто бы не смог против них устоять.       — Окей. Уговорил... В конце концов, не выставлять же тебя на порог, а то такими темпами Новый год встретишь в метро.       Максим тут же начинает хозяйничать на кухне, а я иду в комнату. Застилаю кровать и переодеваюсь из пижамы в домашние штаны и оверсайз футболку. Расчёсываю волосы и собираю их в хвост. Ну вот, так уже получше!       Иду на кухню, вдруг Максиму нужна помощь.       Парень что-то шаманит у плиты. Среди вещей, лежавших на столе, замечаю две бутылки красного вина.       — Ма-а-а-акс. Это ещё что такое? — показываю рукой бутылки.       — А это вино для глинтвейна.       — Ты же знаешь, что я не пью алкоголь.       — Так я взял безалкогольное.       — Нет, оно точно не безалкогольное.       Парень читает этикетку на бутылке, и по его взгляду понимаю, что так явно не задумывалось.       — Ладно, вари. Чего уж добру пропадать, — сдаюсь я. — Всё равно от температуры большая часть алкоголя выветрится. Тебе, может быть, чем-то помочь?       Пока я помогала Максу, заметила, что у меня постепенно начало улучшаться настроение. На самом деле я очень рада его видеть. Из-за зачётной недели мы даже не виделись толком, а сейчас вот вместе готовимся встречать Новый Год.       Спустя время в комнате уже стоит еловая ветка, украшенная гирляндой и мишурой, а приятный хвойный аромат разносится по квартире и смешивается с запахом специй для глинтвейна. За окном крупными хлопьями падает снег, дополняя собой ощущения по-настоящему зимнего уюта.       Максим притащил стол в комнату, и мы уселись на кровать. На столе две кастрюли. Одна с глинтвейном, другая с оливье. Мы кутаемся в плед и из освещения оставляем только свет от гирлянды. Парень, даже не спрашивая, включает «Гарри Поттера» и наливает мне глинтвейн. Напиток приятно растекается по горлу, согревая не только тело, но и душу. К концу первой части мы понимаем, что пропустили бой курантов, но это уже как-то не имеет значения. Вино явно делает своё дело. В голове появляется лёгкость и беззаботность. Я уже беззастенчиво ложусь и укладываю голову на колени Максима.       — Мне кажется, что ты явно что-то нахимичил с глинтвейном.       Макс нежно гладит мои волосы и аккуратно стягивает резинку с хвоста.       — Почему ты так решила?       — У меня мысли в голове затихли…       — Ну или это тебя так берёт, потому что ты не привыкла пить алкоголь.       — Всё может быть… — задумавшись, отвечаю.       Пару минут мы сидим в тишине.       — Будем ещё что-то смотреть?       — Не-а, не хочу.       Макс что-то щёлкает в ноуте. Он включает фоновое видео в YouTube с приятной музыкой и звуками камина.       — Мы пропустили бой курантов.       — Божечки, какая досада! Как же нам теперь с этим жить? Хи-хи...       Вдруг парень протягивает мне маленькую коробочку с бантиком посередине.       — Это тебе... С Новым Годом!       Я сажусь, машинально забираю подарок с его рук и начинаю смущаться.       Какой же всё-таки Макс хороший. Приехал, устроил мне такой замечательный праздник и даже подарок дарит...       Мне неловко и стыдно, ведь у меня для него ничего нет. Со всеми этими зачётами я совсем потеряла счёт времени и даже не подумала про подарки для близких.       — Алин, ты чего зависла? Открывать будешь?       — У меня нет для тебя подарка… — тихо шепчу я.       — Ой, да ладно тебе! Не страшно. Открывай скорее.       Развязав красный бантик, я открываю крышку бархатной коробочки и чуть ли не визжу от радости. Это цепочка с кулоном знака зодиака! Но не простая, а именно та, которую я потеряла месяц назад во время тренировки в университете. Подарок от бабушки, которой уже, к сожалению, нет со мной. Я так долго искала свою цепочку, что утратила всякую надежду вновь её увидеть.       Я крепко обнимаю Макса. Слёзы счастья сами начинают течь из глаз.       — Где же ты её нашел?       — Случайно заметил у тренера в ящике с зачётками и забрал. И ещё отнёс её в ремонт, так как был сломан замочек. Теперь он работает исправно. Ну чего ты? Не плачь, дурашка. Всё же хорошо, — парень гладит меня по голове, пытаясь успокоить.       Макс помогает мне надеть украшение и застёгивает замочек цепочки на шее. Меня переполняют сильные чувства, и я снова заключаю друга в крепких объятиях. Мысль, что я его люблю, приходит как-то сама собой. Хочется его поцеловать, и я тянусь губами к его лицу, но Максим резко останавливает меня.       — Алин, подожди. У тебя же есть парень. Мы... Мы не должны.       — У меня нет парня! С чего ты это взял? — удивлённо спрашиваю я.       — Но я видел тебя с каким-то парнем в ТЦ.       Я пытаюсь вспомнить, с кем же я могла ходить в торговом центре, и от осознания невольно начинаю смеяться, а насупившаяся моська Макса только раззадоривает мой смех.       — Ну и кто из нас ещё дурашка? А вот чисто случайно «мой парень» не был в кислотно-зелёном худи?       — Б-был... — замялся Максим.       — Это мой двоюродный брат! Он был проездом в Москве, и мама попросила с ним погулять, и гостинцы ещё через него передала.       — А-а-а... Вот я ж дура-а-ак... — простонал парень, и прикрыл лицо руками.       — Хах! Это точно! Даже спорить не буду, — сквозь смех отвечаю Максиму.       Он замолкает и смотрит на меня таким пристальным взглядом, что я сразу же перестаю смеяться.       — Макс, хей? Ты чего, обиделся, что ли?       — Не-е-ет... Просто понял, что ведь так и не получил свой новогодний подарок! — хищная улыбка на его лице немного меня пугает.       — Какой подарок? Я же сказала, что у меня нет подар… — но договорить мне уже не дали.       Парень за секунду сокращает между нами расстояние и аккуратно целует меня в губы. Несколько секунд я не понимаю, что происходит, но потом, придя в себя, осторожно отвечаю на поцелуй. Секунды сменяются минутами, а мы словно не можем оторваться друг от друга. Кислорода начинает не хватать. По телу проходит волна жара и я понимаю, что мне мало. Я хочу ещё. Хочу видеть, трогать, чувствовать. Любить. Прямо здесь и сейчас. Будто с рассветом всё это растворится и окажется, что новогодняя ночь лишь плод моего воображения. Макс аккуратно укладывает меня на кровать и спускается поцелуями к шее. Его сбившееся дыхание возле моего уха сводит меня с ума. Голова идёт кругом и фраза: «Я тебя люблю», сказанная шёпотом, последнее, что я слышу, прежде чем провалиться во тьму.

***

      Утром я подскакиваю с кровати. Голова немного болит, но я всё так же в одежде и укрыта одеялом.       А где Макс? О нет-нет-нет! Я что, отрубилась прямо на самом интересном месте? Не-е-ет...       Принюхиваюсь и чувствую приятный запах жареных тостов. Захожу на кухню и вижу Максима, который делает горячие бутерброды.       — О, Алин, ты уже проснулась? Как самочувствие? Голова не очень болит? Сейчас, через пару минут будет завтрак готов. Я хотел тебе его в постель принести, но ты уже встала...       Я подхожу к этому прекрасному человеку и, обняв сзади, целую в щёку.       — Спасибо тебе большое за вчерашний вечер. Голова немного болит. Извини, что отрубилась вчера. Ты хоть спал ночью?       — Да всё нормально. Я поспал на диване в кухне. Подумал, что тебе нужно выспаться.       — Тогда, чтобы не портить романтику этого замечательного утра, я пойду в кровать и сделаю вид, что всё ещё сплю. Идёт?       — Отличный план!       Укладываясь обратно в кровать, я чувствую себя безмерно счастливой и понимаю, что дальше всё будет хорошо...