Моя игрушка

Никто не уживался вместе с Чонгуком из-за его гадского характера. Постоянные конфликты с соседями доводили до белого каления коменданта студенческого общежития. И только то, что Чон выделялся отличными оценками по всем дисциплинам, спасало его от поисков отдельной квартиры за деньги. Итак, он жил как король в двухместной комнате с маленькой кухней. У него был идеальный порядок. Всё лежало по местам. Это делало его спокойнее и увереннее в себе. Редкие соседи, которые случались посреди года, долго не выдерживали придирок старшего соседа и сами собой устранялись. Комендант общежития даже слова не могла сказать, так как обоснования Чона были всегда веские. Убирайте за собой, товарищи! И будет вам мир. Если же нет, то пеняйте на себя. Утреннее солнце нахально пробралось в комнату, осветив ровную стопку книг и тетрадей, ручку, обязательно слева, институтскую форму, идеально выглаженную с вечера, и, наконец, лицо самого владельца стерильных апартаментов Чона Чонгука, студента четвёртого курса факультета управления. Редкостного сноба и прилежного ученика в одном флаконе. Чётко встав по будильнику, он сделал комплекс упражнений, принял душ, позавтракал, выпил витамины, оделся. Всё чётко, всё правильно, обулся в идеально начищенные ботинки, кивнул аджуме за стойкой и тут пошло всё по пизде. -Эй, Чон! У тебя новый сосед заедет сегодня! - крикнула аджума ему в спину. Чонгук остановился на пару секунд, переваривая новую информацию в голове, потом, не оборачиваясь, пошел на занятия. День прошел стандартно. Все было как запланировано в идеальном порядке парня, даже соус, сорвавшийся было с палочек, капнул четко на салфетку, а не на безукоризненно выглаженные брюки Чона. После занятий и дополнительных уроков, в лёгком смятении Чонгук перебирал самые изощрённые методы избавления от назойливых соседей по комнате. Однако, никого он не обнаружил. За исключением сумки из натуральной кожи коричневого цвета. - Мажор, - цыкнул Чон, разглядывая неопознанный, но довольно аккуратный объект. Сумка стояла возле комнаты соседа. Парень не стал ее трогать, брезгливо морщась, когда она попадала в поле зрения. К ночи сосед не объявился, и на следующий день тоже. Чонгука, конечно же, устраивал этот момент, несмотря на все еще мозолящую глаз коричневую сумку, но доля любопытства присутствовала. На третий день сумка отправилась за дверь соседской комнаты, дабы не раздражала своим присутствием в идеальном пространстве Чонгука. В пустующую комнату он заходил раз в месяц протереть пыль. Так что дополнительная вещь особо не бесила. Заглянуть внутрь сумки тоже было против всех принципов и желаний Чона. Поэтому она осталась девственно нетронутой. Комнаты студентов были абсолютно идентичны изначально. Чонгук наобум выбрал ту, что первая попалась. Затем он привнес кое-какие изменения. Установил зеркало от пола до потолка, закрепив его на стене. Так было удобно смотреть на себя со всех сторон, дабы убедиться, что одежда сидит идеально, нет никаких изъянов или мелкого прилипшего мусора в виде волос или каких-то там пылинок. После обеда Чонгук встречался со своим другом Юнги, который был полной противоположностью парня. Ронял на себя крошки, наводил бардак даже там, где его в принципе быть не может. Каким образом эти два человека могли терпеть друг друга долгие годы, оставалось загадкой. - Ну так что, сгандошил уже соседа? - размазывая по лицу соус, спросил Юнги. - Я его даже не видел, - ответил Чон пассивно-агрессивно протянул салфетки другу, тыча ими прямо в ухмыляющееся лицо. - Как говоришь зовут? - Да хрен его знает. Первокурсник какой-то. Отдали мальца на растерзание. Юнги захохотал, прикрывая ладонью то, что не успел пережевать. Чонгук поднял глаза к небесам, посылая молчаливую молитву Одину, или там кому еще, призвать к порядку этого поросенка. Тут же друг, тряхнув белой челкой, выудил телефон из кармана и бодро начал набирать текст, хмыкая в ответ на всплывающие сообщения. Мастер переписки просто! Его большие пальцы стремительно порхали над смартфоном, печатая с какой-то дикой скоростью. Было время, когда это бесило Чона настолько, что он отбирал телефон у друга во время их нечастых встреч. Но вскоре и к этому привык, так как многостаночник Мин Юнги мог в процессе печатания сообщений неизвестным людям поддерживать светскую беседу на уровне. Чон отнес его этот недостаток к издержкам его будущей профессии, так как друг учился на программиста и был весьма успешен в этой области. - Знаю я твоего соседа! - победоносно произнес друг и сунул под нос Чонгуку фотографию смазливого мальчонки прямо из его инстаграма. - Ким Тэхён, сам себя называет Ви. На манер латинской В, победа тип, - пояснил Юнги. - Забавный. Но надолго не задержится, как и все до него, - Чон угрюмо размешал сахар в черный кофе. - Бедный, бедный пацанчик! - в притворном жесте схватился за сердце друг, - заранее сочувствую твоей жене. Ты пиздец странный! Чонгук только стрельнул глазами из-под идеальной челки. Было удивительно, но лучший друг, зная об ориентации Чона, все еще пытался приплести к нему какую-то жену. Считая, что все от природы бисексуальны, и мальчики в жизни Чонгука не последняя станция. Впрочем, сам Чон вполне мог вести разговор о красоте и ебабельности отдельных персон женского пола, хотя делал он это скорее для того, чтобы поддержать диалог с Юнги. Ну и красота в любом виде стоила того, чтобы ее обсуждать. Только Юнги не особо радовался мусолить мужские гейские моменты и Чонгуку это нравилось в нем. Ибо пиздеть просто так он не любил. Были у Чонгука и парни для регулярного секса без обязательств с обеих сторон. Их он выбирал тщательно, как и все в своей жизни. Встречался он с ними на нейтральной территории в состоянии резкой необходимости. Порой уступал желаниям своего партнера, который просил о внезапной встрече. Но никогда не выходил за рамки. При малейшем намёке на чувства парень шел лесом. Чон решил остаться одиночкой и посвятить всего себя работе, в конце учебы его ждала должность в отцовской фирме, и впоследствии он станет там главным, переняв бразды правления от родственника. Но потребности молодого тела таковы, что их нужно как-то удовлетворять, и Чонгук нашел приемлемый для себя способ и был им доволен. Рождение наследников и семейные ценности он в своей голове препоручил родной сестре, которая как стрекоза только и делала, что меняла наряды, училась на дизайнера и кадрила парней, называла Чонгука сухарём, и в общем-то заслуженно. - А вот, кстати, и наш сосед, - протянул противным голоском Юнги, кивая на группку первокурсников, ввалившихся в столовую шумной толпой. Чонгук сразу узнал парня. Он был действительно миленьким какой-то кукольной красотой. Кожа теплого оттенка, вроде топлёного молока или легкого загара, выразительные глаза, чуть высветленные пряди, белая рубашка с небрежно закатанными рукавами выглядела гармонично. На нем висла миловидная девчонка с длинными волосами, и Тэхён нежно поддерживал ее талию, оборачиваясь на постоянное визгливое "Оппа!" - На данный момент, это самый идеальный мой руммейт! Потому что он не мозолит мне глаза! - Сказал Чонгук, поднимаясь и убирая за собой свой поднос, - надеюсь, так оно и продолжится. Юнги неопределенно хмыкнул то ли в ответ, то ли в свой смартфон. Обернувшись, он снова посмотрел на Тэхёна, черт бы его побрал вместе с Юнги, и парень вдруг улыбнулся кому-то, растянув губы так непосредственно и открыто, что у Чонгука в этот момент всколыхнулось что-то доселе неведомое, необъяснимое. Чонгук внезапно подвис, глядя на парня, на его движения, улыбку, так стоя несколько мгновений, пялясь в совершенно незнакомого человека посреди столовой. Тот, словно почувствовав спиной чье-то пристальное внимание, оглянулся и очень серьезно посмотрел в ответ. Чонгук в ту же секунду словно вышел из оцепенения и поспешил за Юнги на выход из столовой, тут же забыв маленький странный момент. С того дня Чонгук начал узнавать своего идеального соседа в коридорах института и столовой. А сосед, похоже, начал узнавать его. Чон иногда ловил на себе заинтересованный взгляд. Иногда нагло смотря в ответ, и мелкий всегда отводил глаза первый, даже мило краснел. В ту ночь Чонгук подскочил от грохота и голосов, которые послышались из коридора. Такое иногда случалось. Студенты народ неспокойный и постоянно что-то отмечают. Поворочавшись, он положил подушку на голову, прижимая к ушам, надеясь, что звуки вскоре утихнут. Но они не думали прекращаться, а даже больше. Раздался нетерпеливый стук в дверь. Даже не стук, а грёбаный грохот. Тут парню пришлось подрываться с кровати, потому как кто-то с той стороны двери грозил перебудить всю общагу. Потянув дверь на себя, он застал милую парочку двух пьяных парней. Один из которых уже в состоянии мяу висел на другом, шатаясь буквально от сквозняка. - Прости Чонгук, Тэхёнчик перебрал чутка. Мне сказали, он с тобой живет. Прикрой его жопу, не пали пожалуйста. Он так в первый раз. Парень не успел ничего ответить, как зловонно пахнущая алкоголем и рвотой тушка перешла с одних рук на плечо охуевшего Чонгука. Покрутившись со своей ношей, он в конце концов скинул парня на свою кровать, попутно выслушав пару каверов на известные песни. Ну, хотя бы, слух у пацанёнка наличествовал учитывая сколько в нем булькало непонятных напитков. - Эй, Чонгук, ты такой красивый, - закатывая глаза, прошептал парнишка, пока Гук пытался расстегнуть на нем грязную рубашку, - теперь я с тобой буду жить, никуда от меня не денешься. - Казанова, - усмехнулся в ответ Чон, брезгливо выуживая мягкую безвольную руку из рукава. Утром Чон разглядывал своего внезапного соседа на своей же кровати, которая еще никогда не встречала в своих лавандовых объятьях никого, кроме Чонгука. Теперь еще и соседа. Парень просыпался тяжело, несмотря на то что Гук открыл занавески и солнце светило Тэхёну прямо в лицо. Он смешно морщил нос и пытался отвернуться от назойливых лучей. Чонгук уже слегка закипал от всей ситуации с его присутствием в комнате и конкретно в его кровати. - Доброе утро, - вкрадчиво сказал Гук, и Тэхён неожиданно сел, резко согнувшись пополам. - Где я? - его глаза стали совсем круглые. Ощупав руками свой голый торс, его рот приоткрылся в изумлении. Медленно он приподнял одеяло с нижней половины тела и тут же прижал его к паху. - Я голый? Ты меня, мы с тобой? Раздражение Чонгука сменилось острым весельем. Он сдерживался из последних сил, чтобы не заржать, глядя на растерянного мальчонку, который и выглядел еще младше, такой опухший и шокированный. - Твои вещи пришлось постирать, они все были в рвоте. - И трусы что ли? - И трусы! Успокойся, никто на твою девственную задницу не покушался! Парень пожевал губу, смущенно сопя носом. - Она не девственная! - Очень ценная информация для меня! Душ слева по коридору, халат на стуле, полотенце в ванне - голубое. Новая зубная щетка на полочке. Через пятнадцать минут я сделаю кофе. Все понятно? - Да, - тихо пробубнил он. Попытался встать с кровати, вспомнил, что голый и зарылся в одеяло по шею под смешки Чонгука. Пока Тэхён принимал душ, Гук, недолго думая, соорудил не просто кофе, а настоящий завтрак. Быстренько приготовил суп из водорослей, который с похмелья был живительным эликсиром. Также погрел немного риса, кофе сделал также как себе. Черный двойной и без сахара. Ровно через пятнадцать минут розовый от горячей воды и с влажными волосами парень сидел перед Чонгуком, нервно подтягивая нижнюю губу в рот и опуская невинные глазки в пол. - Ну, рассказывай, раз уж ты здесь, что тебя сподвигло на подвиги, - Чон с видом радушной хозяйки подвинул к нему еду. Парень ковырял палочками рис смущенно. - Я тут у дяди жил у своего. До тех пор, пока отец не узнал о плохих оценках. Сказал мне переехать в кампус. А я дяде ничего не сказал, - он помедлил, - а вчера отец узнал. - Понятно, - усмехнулся Гук, глядя на расстроенного парня. - Меня Тэхён зовут, кстати, - опомнился он. - Да знаю я, как тебя зовут, - улыбнулся темноволосый. - Я тоже знаю, как тебя зовут, - пропищал Тэ. - Ну и славно! Теперь ешь давай, нам пора в универ! Как по команде, парень начал заталкивать еду в рот, аппетитно жуя, и, слава богам, пользуясь салфеткой по назначению. - А ты где спал? - опомнившись, спросил Тэхён, проглотив очередной кусочек. - В твоей комнате. Не мог же я тебя бросить на пустую кровать без постельного белья. Постелил и спал там. Надо было тебя на коврике оставить. - Спасибо, - засопел парень глотая кофе и немного морщась. - Можешь назвать меня хён. Постиранная одежда висит в твоей комнате. Я позаботился. Будешь должен. Чонгук успел ещё отгладить его форму. Правда, об этом он не сказал, так как считал, что делать он этого не должен был. Просто сработала старая привычка. Постирал - погладь. Частично он винил в этом свой застарелый ОКР, но какой-то извращенной стороной он осознавал, что заботиться о гадёныше было как-то приятно что ли. С этого дня Тэхён поселился на своем законном месте. Друзья обоих парней делали ставки на количество дней, которые проживет младший в злополучной комнате до вылета. Однако, вопреки всему Тэхён держался. Гук для себя определил так, что творится в комнате младшего, его не касается. В комнату к Чону запрещено входить. Общие территории драятся до блеска усилиями обоих жильцов. Все, на что обращал внимание Чонгук, выполнялось тщательно. Такое было впервые с момента начала жизни в общежитии. На очередном обеде закадычный друг, глядя в спину Тэхёна, тусующегося с первокурсниками, сказал: - Он на тебя с таким обожанием смотрит, скоро сожрёт! Поэтому еще не катится к херам из твоей берлоги? - Что ты несёшь? - Чонгук аккуратно разложил на тарелке рис и спаржу, грибы, так, чтобы все было идеально красиво. Добавил говядины, аккуратно разложив с правого бока. - Давай проверь, - потирая ладошки предложил Юнги. - Позови его сюда, и что-то попроси, такое неожиданное. Например, попроси поцеловать тебя! - Ты ёбнулся? Я не буду над ребенком издеваться. - Ну давай, попроси что-то приемлемое. - Эй, Тэхён, - крикнул Юнги, - иди сюда, хён тебя зовет. - Юнги, ты урод! - Чон спрятал лицо в ладони. Парень перелез через скамейку и покорно подошёл к хёнам, вопросительно глядя на Чонгука. Тот стрельнул глазами в Юнги раздражённо. - Тэхён, возьми палочки, и положи кусок мяса мне в рот, - с ходу придумал темноволосый. Парень замялся на мгновение, потом взял в дрожащие пальцы палочки и исполнил просьбу. - Почему ты это сделал? - спросил Гук машинально пережёвывая и находясь в каком-то охренении, - ты все будешь делать, что я тебе скажу? На мгновение глаза Тэхёна загорелись таким огнем, как у детей перед рождеством. - Да, Хён, буду, - сказал он голоском, полным обожания, и ещё закивал головой так, что светлые пряди рассыпались вокруг лица в живописном беспорядке. - Тогда обними меня! - все еще не веря, скомандовал Чонгук. Не особо раздумывая, парень кинулся к нему, стискивая плечи Чона в объятиях. Чон почувствовал себя совсем уж неловко. - Достаточно, Тэ. Иди к своим друзьям! - сказал Гук, впиваясь взглядом в Юнги. - Говори, что знаешь. - Да птичка на хвосте принесла. Втюхался в тебя пацанёнок. По самые помидорки. - Пройдет с годами, - буркнул Гук, думая, что ему с этим теперь делать. Влюбиться, это одно, но выполнять все просьбы вот так, без смысла, это совсем нахрен другое. Похоже на какую-то игру, правила который ускользали от парня. Может розыгрыш какой. Уже дома, случайно увидев заваленный стол Тэхёна книжками, мысль возникла сама собой. - Тэ? - Да, Чонгук, - парень появился перед глазами словно по мановению волшебной палочки. Собери книги со стола в стопку. Сверху тетради. Слева положи ручки. - Хорошо. Через две минуты стол выглядел как близнец из соседней комнаты. - Ну пиздец, - сказал сам себе Гук. А что если попросить что-то такое? Дальше Чонгук просто запретил себе думать. Просто и навсегда. - Вещи свои сложи аккуратно! - потребовал Чон и младший кинулся выполнять. - Тэхён? Это прикол такой? Игра? - Можно и так сказать, - ответил Тэ, сворачивая футболку в аккуратный свёрток. - Но зачем? Ты сам себя ставишь в сомнительное положение. А что, если я потребую что-то неприемлемое? Что делать будешь? - А ты потребуешь? Неприемлемое? Например? - Я не знаю. - Вот именно. В этом и суть. Как много ты себе сможешь позволить? - Если я потребую отсосать себе прямо сейчас? - Чонгук сказал это быстрее чем подумал, сам офигевая от себя. - А ты попросишь? - вкрадчиво уточнил Тэ. - Нет, нет конечно. Но вот чисто гипотетически. - Серьёзно? И ты думаешь в случае исполнения ты будешь в позиции лидера, стонать от малейшего прикосновения, ожидая когда я дам тебе кончить? - Хёну внезапно захотелось отдать именно этот приказ и насрать лидером он там бы был или вовсе нет. Лишь бы сладкий рот маленького пиздливого донсена накрыл стояк, который угрожающе рвался в данную секунду из штанов. - Но можно и управлять процессом, - разговор принимал очень острый поворот. Гук не планировал рассуждать на тему минетов с младшим и по сути малознакомым пацаном. Перед его глазами уже плыли картины, где он проталкивает свой член глубже в горячий влажный рот. - То есть, вставишь мне в глотку, я подавлюсь, и ты будешь чувствовать себя при этом комфортно. Да нихрена, Чонгук. Будешь трястись за моё благополучие. Я прав? Поэтому кто из нас ведущий, неизвестно. А в этом и суть игры. - Я не хочу играть в твои игры, - отряхнув наваждение, грозно сказал Чонгук. - Тогда не играй, - сладко улыбнувшись, отозвался Тэ. - Я думаю, тебе надо съехать из моей комнаты. - Это не твоя комната, Чонгук. И, чтобы меня выгнать, нужны веские обоснования. Ну хотя бы моё желание. А меня всё устраивает. - Почему я? Этот вопрос остался без ответа. Уже позже, расслабляясь под струями горячего душа и с конкретными стояком в мыльных руках Чонгук припомнил слова Тэхёна об отсосе по приказу и сопутствующих деталях, которые так просто выдал парнишка, словно о погоде. Чон бурно кончил с именем засранца на губах. Как всё это казалось неправильным. Чонгук решил соблюдать тактику избегания впервые, наверное, в его жизни. Поведение пацана не укладывалось в привычные рамки, и парню требовалось время, чтобы всё обмозговать. Дошло до того, что он поднял валяющийся носок Тэхёна сам и отнёс его в корзину для белья! Раньше бы за такое носом натыкал, как котёнка в дерьмо. Тэхён тоже особо не отсвечивал, не мозолил глаза. Занимался своими делами. Чонгук часто видел его на территории универа как обычно в толпе друзей и даже девчонок. Вечером Чон поздно приходил и сразу закрывался в своей комнате, чтобы не столкнуться с младшим. Когда всё же они встречались, Тэхён вёл себя как обычно. Мило приветливо и ненавязчиво. Юнги откровенно стебал друга, говоря, что наконец нашёлся смельчак, кто смог победить дракона в его же логове. На что, Чон внутренне скрипел зубами, думая а не переехать ли в съёмную квартиру, подальше от этого цирка. На длинные выходные Чонгук засобирался к родителям, хотя и не был особым любителем семейных посиделок. Но в этот раз ему даже хотелось свалить подальше из кампуса. Все пошло конкретно не так, когда междугородний автобус просто не приехал. Потом он и остальные пассажиры узнали, что автобус сломался по дороге и заменить его быстро нечем. Все билеты переносятся на следующий день. Такой расклад не устраивал Чонгука, и он вернул деньги в кассе, готовясь провести свои выходные вместе с тревожащим его соседом. Была малая вероятность, что он тоже уедет к родственникам. На это и уповал. Войдя в коридор, он сразу понял, что одинокие выходные ему не светят. Пахло какой-то едой. На пороге валялись ботинки, которые Чон тут же поставил ровно на автомате. И тут он увидел, что свет горел из его комнаты. Вот это уже был зашквар! Гук, как интеллигентный молодой человек, сразу себя осадил, дабы не устраивать склочных истерик. Настроился на тихий вынос мозга младшему, заглянул за свою дверь и охренел. Перед зеркалом, что Чонгук вешал самолично, расположился Тэхён, постелив на пол махровое полотенце. Мальчишка был голый ниже пояса. сверху белая расстегнутая рубашка от университетской формы, рядом валялась смазка, анальная пробка, пара разноцветных игрушек, о назначении которых не возникало сомнений. Приняв полусидячее положение, так, чтобы в зеркало было видно себя, парень погружал в свою блестящую от смазки задницу розовый вибратор. Увидев Чонгука, младшего чуть не схватил сердечный приступ. Дернувшись сгребать всё своё имущество, которое не хотело собираться в непослушные руки. - Стоять! - громко приказал Чонук. Техен замер на месте, из его задницы всё ещё выглядывал розовый вибратор. Грудная клетка парня ходила ходуном. Сам он выглядел ужасно испуганно, округлив глаза, замер, сканируя отражение Гука в зеркале. - Продолжай давай, - тихо произнес старший, подходя ближе, - ты же всё делаешь, как я прошу. Так продолжай! Тэ дрожащими руками погрузил в себя игрушку, глядя на Чонгука через зеркало и пытаясь оценить, глумится ли он или серьёзен. - Молодец, - похвалил темноволосый, - ещё, давай. Чуть быстрее. Тэхён повиновался, трахая себя розовой игрушкой и поскуливая через сомкнутые губы. Чонгук опустился на пол и сел за его спину, как есть, в одежде, опустив свои ноги по обе стороны от задницы парня, положив пальцы на Тэхёнов сосок, сразу вдавил подушечкой, массируя по кругу. Младший откинул голову на плечо Гука. - Нет, Тэ, смотри на себя, - он толкнул его голову так, чтобы он мог видеть в отражении, как длинные пальцы Гука перехватывают его крепко стоящий член с розовой головкой у самого основания. Сделав несколько мягких движений, накрыл стояк ладонью, затем провел большим пальцем по щелке уретры, размазывая выделяющиеся капли. Чон начал надрачивать ему в рассинхрон с движениями парня, трахающего себя игрушкой. От этого младший жалобно застонал, ерзая спиной по груди Чона. - Кончай сейчас, - приказал Чон, хотя на самом деле он почувствовал уже вибрации, исходящие от парня, которые говорили о приближающемся неминуемом оргазме. Но Тэ хотел играть, и Гук начал наконец играть по его правилам. Казалось, парень кончал ещё сильнее именно от чёткого приказа, который словно бетонная плита придавил плечи нежного мальчика. Гук перехватил сверху пальцев парня розовый вибратор, проталкивая его ещё глубже в мокрую дырку в момент оргазма, чтобы ощущения Тэхёна были острее. Младший обрызгал себе всю грудь белыми струями под пошлые и хриплые стоны. Гук повернул голову парня, впившись в его губы сладким поцелуем не заботясь о том, что обоим было не особенно удобно целоваться из этого положения. Грубо врываясь в его рот языком хватая грубо пальцами за волосы на затылке. - Ты так хреново себя ведешь! - сказал Гук облизывая его губы. - Будешь наказывать меня за это? - задыхаясь от ощущений, ответил Тэ. - А ты только этого и хочешь! Тэхён согласно засопел. - Теперь ты мне отсосешь. И да, мне начинает нравится твоя игра. Приведя в порядок младшего с помощью салфеток, хранящихся в тумбочке возле кровати, он поставил его на колени. - Давай, философ, покажи мне кто главный на деле, дающий или принимающий. Тэхён деловито расстегнул пуговицу брюк, затем молнию и потянул одежду вниз, освободив уже болезненный стояк. - И аккуратнее, я не люблю грубость в начале. - Да, Чонгук! - Молодец. Теперь высуни язык. Тэхён повиновался, вытащив розовый язык, Гук прокатил головкой пару раз осязая влажность и тепло. - Теперь бери в рот, не торопись. Губы Тэхёна обхватывающие его член так старательно, так влажно были как рай. Чонгук сдерживал себя, дабы не толкаться внутрь, опасаясь за парня. Только пальцами впивался в его высветленные пряди, наводя сущий беспорядок на прекрасной голове. - Сейчас я войду глубоко. Один раз. Дыши носом и расслабь горло. Тэхён замер, ожидая действий от Чона. Придерживая парня за затылок, темноволосый толкнулся глубже, насаживая мелкого так глубоко, как только позволяла его глотка. Тэхён старался не подавиться, поэтому быстро вытащил член изо рта, тяжело дыша, вытер губы тыльной стороной руки. - Ты в порядке? - Да, да, всё хорошо, - торчащий уже по стойке смирно член парня, который завёлся от того, что делал минет второму, был тому подтверждением. - Продолжай тогда. Используй руки. Парень с энтузиазмом принялся облизывать член, то насаживаясь до середины, то втягивая щеки и подрачивая руками у основания. - Примешь в рот? - уже задыхаясь, спросил Чон. Тэхён протестующе замычал, продолжая облизывать член, но уже не так рьяно. Испугался. - А говорил, всё сделаешь, - резко вынимая член изо рта и кончая в руку, сдавленно сказал старший вперемешку с тяжёлыми выдохами. - В следующий раз. Ты же научишь? - Я подумаю. Чонгук толкнул парня на кровать, велев снять рубашку. Раз он уже тут спал разок, можно и пустить. Рядом упала бутылочка смазки и презервативы. - Вставай на четвереньки и хорошенько раскрой себя. На лице у Тэхёна отразилась тревога, но он повиновался, уткнувшись лбом в лиловые простыни. - Просто отлично, - пробегая нежными пальцами, Чон огладил бархатную кожу парня. - Так, скажи мне, маленький, кто же придумал такую игру в исполнение моих желаний. Смазанный палец сразу вошёл на всю длину мягко и беспрепятственно. Парень застонал, приглушая звуки, прижимаясь ртом к матрасу. - Ммм, не хочешь говорить, - уже два пальца скользили внутрь, влажно шлепая блестящей смазкой. - Хён, можно уже трахнуть меня, я же хорошо подготовился? - жалобно заскулил Тэ, подаваясь задницей навстречу пальцам. - Говоришь ты, когда тебя не просят! - Чон ощутимо шлепнул его свободной рукой по ягодице, и тут парень особенно сильно подкинул задницу вверх пошло застонав. - Капец какой! - пробормотал Чон, обещая себе, что в следующий раз выбьет всю дурь из парня пока, он не запросит пощады. Раскатав латекс и добавив смазки, он вошёл до конца одним плавным движением, заполняя скулящего Тэхёна до предела. Остановился, дав ему привыкнуть к внушительному размеру, лаская его твердый член, который дергался в нетерпении. Но долго ждать не пришлось, так как младший заерзал, толкаясь уже сам. - Чонгук, ещё, да! Пожалуйста! Чона не пришлось просить дважды, он уже втрахивал его в кровать, вбиваясь тазовыми костями об мягкие ягодицы парня с пошлыми шлепками и громкими стонами младшего. - Переворачивайся! - Чонгук, можно я сверху? - Не можно! Делай так, как сказал я! Ты себе наговорил уже наказаний на неделю вперед! Чон развернул его лицом к себе, чтобы увидеть милое лицо парня в предоргазменных гримасах. Видеть как он стонет, видеть как кончает. Это было ни с чем не сравнимое удовольствие. Разложив его на своей кровати, быстро вошёл в разработанную дырку, впивая пальцы в тазовые кости до синяков. Трахая быстро, четко, под таким углом, что каждый толчок задевал простату, высекая искры внутри младшего. В особо чувствительные моменты Тэхён хватался за свой член, боясь кончить раньше времени, но Чон каждый раз откидывал руки. - Сейчас свяжу тебя, будешь дергаться. - Чонгук, я хочу кончить, я уже не могу! - Сейчас кончишь, только руки убери! Чон в очередной раз почувствовал предел парня, вовремя сжимая пальцы на головке, чувствуя, как белые струи бегут по фалангам вниз, и сам через несколько движений кончил в презерватив от судорожно сжимающейся дырки Тэхёна вокруг его члена. Пришлось срочно принимать душ и менять постель. Они это сделали вместе. Заваливаясь на свежие простыни. Тэхён практически разложил свои конечности по Чонгуку, но старший не возражал, поглаживая парня по сливочной коже кончиками пальцев. - Расскажешь мне концепцию своей игры? - На самом деле, всё просто, основа подкат. К тебе, естественно, - просто сказал Тэхён, трогая его подбородок. Словно изучая каждый миллиметр чужого тела. - Успешный, я гляжу. - Ну, я думал, мы сходим на пару свиданий сначала. Последние события не были спланированы. Я не думал, что ты вернёшься. Чонгук рассмеялся низким голосом. - Как ты только додумался до этого? - Просто скучно было. Решил поиграть с собой. - Я гляжу, любитель ты игр всяких. - Ну, если опустить последний момент, с зеркалом, идея была не моя. - Даже так, так чья же? - Вообще-то моего дяди. - Так, - Чонгук даже приподнялся на локте глядя на мальчишку, - кто твой дядя? Я его знаю. - Знаешь, - пальчик парня обводил контур татуировки на руке Гука, - твой друг Мин Юнги и есть мой дядя. Я был влюблен в тебя со школы. А ты в упор меня не замечал. Юнги даже знакомил нас два раза. Но... - Я не помню... - Вот именно! - Чонгук? - Ммм? - Можно я останусь сегодня с тобой спать? - уже задремывая на плече, прошептал Тэхён. - Да ни за что, - крепче обнимая парня, ответил старший.