Шибари

Осаму не мог назвать себя мастером шибари, однако это искусство однозначно несло в себе нечто медитативное, очищающее мысли. – Руки за спину. – Спокойный голос у самого уха заставил покрыться мурашками кожу Фёдора. Брюнет послушно следовал указаниям, пока Дазай обвязывал его предплечья. Завершая последний узел яркой джутовой верёвкой, парень пробно потянул за сплетённый на спине узор, притягивая Достоевского к себе ближе и проверяя фиксацию. «Идеально» Убирая тёмные волосы, шатен наклоняется, чтобы оставить жаркий поцелуй меж бледных лопаток. Обходит партнёра, рассматривая, как эстетично и эротично выглядит бандаж на его теле. Фёдор сидит неподвижно, одними глазами наблюдая за передвижениями Осаму. Кареглазый парень в расстёгнутой рубашке, принадлежащей Достоевскому, с закатанными рукавами смотрится очень привлекательно, учитывая отсутствие бинтов. Дома Дазаю не было необходимости их носить, ведь рядом с брюнетом ему было… спокойно. – Согни ногу. Да. Вот так. – Ласковый взгляд и уверенные движения, обвязывающие голень с бедром. Шатен особенно осторожен и внимателен. Регулируя натяжение и давление с каждым витком, в конечном счёте связывает и ноги с тазобедренными костями, закрепляя последний узел под пахом. – Смотришься великолепно. – Оглаживая внутреннюю сторону бедра, Осаму подушечками пальцев прошелся по каждому шершавому узлу. – Как себя чувствуешь, нигде не пережимает? «Боже, да ты профессионал…» Хотелось процедить, однако Фёдор лишь молча отрицательно помотал головой, прикусывая губу, когда рука Дазая начала подниматься выше. Возбуждение накрыло Достоевского разрушительной волной, подобной цунами, стоило шатену подобраться ближе к члену. Это была непроизвольная реакция. Результат верёвок, сжимающих, наверное, одну из самых эрогенных зон брюнета – бёдра. – ‘саму… «Знаю, знаю» Кидая взгляд с ехидной мягкой улыбкой в аметистовые глаза, Осаму обхватывает налитую кровью и успевшую стать влажной плоть Фёдора, позволяя ему получить такое желанное и нужное трение. Откидывая голову на подушку, брюнет хотел только податься бёдрами в руку на своём паху, но фиксированная поза не позволяла делать значительных телодвижений… Чего-то явно не хватало… Кляпа во рту. Небольшой дырчатый блестящий шарик, позволяющий дышать, но не дающий и слова сказать. Красиво обрамлён аловатыми губами, придавая такой же оттенок и щекам. Растирая смазку на своих пальцах, Дазай вошёл в Достоевского сразу двумя, растягивая его на себе. Такой горячий, такой возбужденный, сжимается на пальцах, выдыхая с низким стоном. Украшающие бледную кожу яркие верёвки заставляли кареглазого парня чувствовать собственный стояк, упирающийся в ткань боксёров. Фёдор выглядел так восхитительно притягательно и эротично, лишенным возможности двигаться. Только лишь жалостливый взгляд, направленный на шатена, молил: «Мне нужно больше» Нависая над брюнетом, Осаму влажной головкой своего члена пристроился к кольцу мышц. Плавно проникая, он смотрел прямо в аметистовые глаза, наблюдая, как меняется выражение лица партнёра. И когда Дазай получил удовлетворённый стон Фёдора и сведённые на переносице брови – стал грубее. Достоевский жадно пожирал глазами своего парня. Его оголённый торс, каштановые пряди, обрамляющие лицо, поджатые в улыбке губы и уверенные сильные движения доводили до экстаза. Выгибаясь и поджимая пальцы на ногах, Фёдор глухо стонал, закатывая глаза, пока Осаму, сжимая его твёрдые соски, вбивался головкой в тугие стенки и скользил по простате. С очередным движением брюнет был готов кончить, но Дазай сжал его член, не позволяя этому произойти, продолжая двигаться внутри в быстром темпе. Хлюпающие звуки смазки и постанывания в унисон приближали разрядку шатена. И только когда он сам был готов залить спермой задний проход своего парня – отпустил член Достоевского, оргазмируя с громким четким – Ах, Федя~ Фёдор тут же кончил следом, обильно заливая собственный впалый живот. Фиксированная поза лишающая возможности двигаться… Пришлась по вкусу обоим. Уложив партнёра после душа в кровать, Осаму накинул на него одеяло, целуя каждый оставленный обвязок след, пока брюнет удовлетворённо вздыхал.