В одиночестве и умирать не так страшно..

      Когда наступает ночь, голубая дымка дня поднимается, чтобы показать звезды. В это время мир людей будто бы замирает, становится тихим, словно безмолвным. На улицах все меньше прохожих, дороги пустеют на сотен машин, все больше окон загораются светом в домах. Тень опускается на улицы, где лишь одинокие фонари освещают маленькие островки вокруг себя. Когда ночь совсем опускается, звезды начинают сиять словно сахар пролился на черный мрамор, блестящий на солнце. Ночное небо становится таким желанным зрелищем, которое казалось волшебным на каждом закате и обещало вернуться, погасая в первом свете рассвета. Но это зрелище длится не долго. Как и все прекрасное на свете, кромешную ночную тьму нужно уловить. Представление прекращает появление бледного зарева, которое с каждой минутой разгорается все больше и больше. Так, небо делится на две части — очень темную и очень светлую. На темной части неба загорается свой фонарь — луна, которая светит так ярко, будто солнце пробивается сквозь тучи в пасмурный день. Луна покрывает все своим серебристым цветом и ночь приобретает совершенно иную атмосферу. Ничего не слышно, на улицах никого и так продолжается до тех пор пока светлая сторона неба увеличивается и не поглощает все небо. Тогда просыпаются птички и начинают будить все живое своим пением.

***

— доченька, ты же сама всё понимаешь! — нет, я не понимаю, зачем меня отправлять в школу? — возмутилась она. — мне комфортно на домашнем обучении. Я вообще за всё время, проведенное тут, стала социофобом. — Лия, дома больше не безопасно. Волан-де-морт вернулся, а он тот ещё злодей. Я не могу подвергать твою жизнь опасности! Я уверен, он придет ко мне, чтобы я присоединился. — ну и что?! Что такого то? — воскликнула она. — а то, что я могу умереть. Потому что я ни за что не буду воевать с Дамблдором за чьей-то спиной. — а раньше тебя это не смущало, да? — раньше я воевал с ним в открытую. Сейчас все обиды забыты. Я надеюсь. — но зачем мне уходить то? — он может взять тебя в заложники. Тогда мне придётся согласиться. — что ж, — девушка подняла руки. — хорошо. Если ты думаешь, что так будет лучше, давай. Я согласна. Но если я вдруг, случайным образом, упала с Астрономической Башни, это будешь виноват не ты. Нет что ты, ни в коем случае! — с сарказмом говорила она. — это будет виноват Волан-де-морт, потому что он такая тварь. — Лия, хватит язвить — закатил глаза Геллерт. — в школе ты будешь учиться под фамилией Блэквуд, ты поняла? — да, хорошо. — чтобы никто и никак тебя не вычислил! — выдохнул Грин-де-вальд. — и фамилию ты сможешь сказать только там людям, которых ты будешь любить, заклинаю. — ты наслал на меня заклинание?! — возмутилась она, делая шаг назад. — так нужно, девочка моя. — вздохнул он. — я воспитал тебя холодной и стойкой девочкой. Я надеюсь никто и ничто это не изменит. — знаешь, — хмыкнула она. — какой отец учит драться пятилетнего ребенка? А какой отец сбрасывает со скалы, чтобы пробудить способности? Или, например, какой нормальный отец, бросает свою дочь в бассейн с акулами? — прости меня, моя девочка, но я воспитывал тебя, Ты бы не выросла такой сильной. — что ж, в плане отцовства ты был вполне адекватным. Спасибо тебе, пап. — ты уже прощаешься со мной, как будто я умираю. — засмеялся хрипло он. — кто знает, что сделает с тобой Темный Лорд — пожала плечами она и ушла в комнату.

—

— Геллерт, ты точно доверишь мне свою дочь.? — ты достойный противник, Альбус, и хороший друг. Единственный надёжный человек — это ты. Лие будет хорошо тут, а главное безопасно. — если это твоё решение, пусть так и будет. Она так и будет учиться под фамилией Грин-де-вальд? — нет, конечно! Обезопасить её и тут надо. Блэквуд. Её фамилия Блэквуд, остальное она знает сама. — а ты думаешь с её именем не сопоставят имя Лия? — то, что я жив и, что у меня есть ребенок, знает минимальное количество человек, поэтому не боюсь. — хмыкнул Грин-де-вальд. — хорошо, тогда завтра я заберу ее прямо из замка, чтобы распределить ее.

—

— и так, Лия, ты всю жизнь жила без родителей с бабушкой. Они умерли в автокатастрофе, а бабушка твоя была магглом. Ты всю жизнь была на домашнем обучении, но тут бабушка умерла и тебя взяли в Хогвартс. Что-то не понятно? — всё понятно, отец. — кивнула она. — а ещё понятно, что ты — последняя сволочь. — спасибо, я тоже тебя ненавижу — улыбнулся он. — шутка! — вы готовы, мисс Блэквуд? — обратился к ней Дамблдор, который ждал их прощания. — готова, — кивнула она и, взяв все чемоданы, подошла к профессору. — я надеюсь, ты будешь жив, папа. — с этими словами пара исчезла. — Мерлин, — пробормотал он, вытирая капли пота. — сохрани и спаси её. — что-то сказал, Грин-де-вальд? — мелькнула рядом вспышка света. — Том Реддл.!

Продолжение следует.