любить без сопротивления.

Мордой об стол каждый раз за... любовь ли?! Спасибо, Господи! Искренне, не юродствую и смело смотрю в глаза. Жду - черёд твой ходить! Верю тебе - всё правильно. Люблю исключенье из правил, но... Сколько ещё, Господи, ждать?!

Что можно сказать, она точно не ожидала такого фееричного начала проекта. Что угодно, но не то, что она окажется на мать твою больничной койке! Голова раскалывается, похмелье, о да, её родное, такое привычное. Маша хмуро разминает вески холодными от сырости пальцами. Всё тело ноет а где-то в ноге раздаётся тупая ноющая боль. Её чёрная толстовка вся в грязи, эту хрень было видно даже на черной толстовке, на рукавах красуются дырки, в голове Марии только матерные выражения, это ведь была её любимая кофта. Когда ощущения после пробуждения на перевес с похмелья, обнаруживаются очень неприятные ссадины на лице, будто её не только ударили, но ещё и по земле лицом тащили. В голове появляются обрывки воспоминания того вечера, Маша перенервничала, громила на входе был до чёртиков жуткий, в районе бара происходил какой-то движ, и Мария аккуратными тихими шагами направилась туда, всё таки, надо с самого начала заводить знакомства. Весь её уже «коллектив» был в хламину, ну, или большая его часть. Девочки уже были потрёпанными, видимо Маша пропустила всё самое интересное. Голубые глаза сразу примечают девушку, что стоит в стороне и выглядит трезво. Вот он, Машенька, твой шанс. – Привет, – как можно более приветливее поздоровалась Мария, девушка видимо не ожидала, что с ней вообще кто-то ещё сегодня заговорит. Девушка протянула руку. – Я Маша. – Привет, – слегка неуверенно отвечает девушка, в тёмных глазах появилась искра заинтересованности и с натяжкой сказано надежды. Она пожимает руку. – Лиза. Разговор с Лизой в голове не отпечатался, только то, что с ней было комфортно просто поболтать, как с подружкой. После диалога с Лизой, Марии, конечно, приспичило выпить. За барной стойкой стояла прикольная блондинка, задорная такая, к сожалению имя в памяти не всплывает, но коктейли были просто пушечные, это Мария, конечно же помнит. Потом Маша помнит драку, как ей зарядили по лицу и темнота. – У вас перелом, недельку-вторую полежите и будете как огурчик! – от медсестры, что пришла меня проведать а заодно и принести завтрак, веяло какой-то энергией, активностью. Маше хотелось выблевать остатки вчерашнего обеда, если, они конечно же ещё внутри неё. Оказывается ей так хреново не с похмелья, а с лёгкого сотрясения мозга. Если это лёгкое, то какие мучения испытывает человек с более серьёзными стадиями. «Раз решил вылазить из этого дерьма, так пиздуй до последнего.» Маша решила, что запишет эту цитату в сборник великих цитат двадцать второго века. Ведь вещи придуманные не на чистую голову – самые лучшие.