143 i love you

джисон тащит невероятно тяжелые пакеты с фруктами и тремя бутылками коньяка. алкоголь, вероятнее, на целый год вперёд, потому что никто из компании не пьёт больше двух рюмок за раз. а если и пьёт, то жалеют об этом же в первые тридцать минут. минхо мотает ключами на пальцах отнекиваясь от носки сумок, обусловливая это тем, что готовить будет он, а не джисон с хёнджином. — скажи пожалуйста, почему ты такой жестокий? — возмущается джисон и толкает пакетом идущего рядом парня, заставляя бутылки позвякивать. — жестоким будешь ты, — указывает минхо. — когда все три бутылки разобьются и нам придется разливать содержимое с пакетов. — вот-вот, — поддакивает хёнджин, перекатывая кислый леденец во рту. — а что насчет лотереи? — он бросает взгляд на минхо. — заедем. — обреченно вздыхает ли. — я ведь обещал. хёнджин с ума сходит от всех возможных лотерей и на каждый еженедельный аванс покупает штук десять различных брошюр с потенциальным выигрышем. иногда джисон даже даёт ему в долг, только чтобы тот успокоил свою азартную душу. единственными выигрышами хёнджина были деревянные чётки, бутылка пива и десять тысяч вон. в случае с выигрышем денег, они отпраздновали это событие в три раза дороже чем сам выигрыш, но хёнджина это ни капли не смущало. а сегодня стартует его любимая передача с лото и ему очень срочно нужно купить брошюры чтобы наконец таки заполучить миллионы. минхо тормозит около ближайшего рынка с газетными киосками и открывает дверь переднего пассажирского, подталкивая хёнджина вперед к выигрышу. на самом же деле, чтобы быстрее управился и не затягивал всё как всегда в ночь, пытаясь выбрать лист с номерками. — какой мне брать? — спрашивает хёнджин, пригнувшись заглядывая в салон. — девяносто третий. — лыбится джисон, а минхо дергает за ручку двери и закрывает её.  — ты же в курсе что мы будем ждать его пол часа? — отчаянно вздыхает минхо. — пока он досчитает до девяносто третьего и не убедится что это конкретно девяносто третий, а не какой-то ещё.  — в курсе. — тянет джисон кладя свою голову на край подголовника минхо, закидывая ладошки ему на плечи. — хочешь винограда? — он немытый. — минхо берет джисонову ладошку в свою и прибавляет громкость радио. — хочешь я оближу? будет чистый. — он ехидно улыбается. — фу, джисон. — кривится минхо. — придем домой будем есть. тебе черви прогрызут желудок если ты оближешь немытый виноград. — тоже верно. минхо к джисону питает невероятно сильные чувства, сравнимые только с коллапсом крупной звезды. даже сейчас, когда его подбородок уложен на кожаный подголовник рядом с макушкой минхо, его конечности немного дрожат пускай и незаметно. однажды он даже пытался признаться джисону, но тот ответил: «я тоже люблю тебя, бро», и разговор был закончен так и не начавшись. джисон жует виноград и льёт в себя половину третьей рюмки коньяка и минхо видит как краснеют его щеки с каждой секундой. минхо влил в себя только одну, но алкоголь не берет его настолько быстро, как джисона. и обычно джисон вырубается за пару минут, но сегодня система дала сбой и он просто приклеился к бедрам минхо своей головой, теребя его ладошки и играя по ним пальцами, как на фортепиано.  — у тебя бывало такое чувство, — мычит куда-то в коленку джисон. — когда внутри всё сжимает когда кто-то рядом? как мокрую мочалку от воды, только приятнее. минхо угукает, откидывая голову на кожаный диван и убирая волосы от джисоновых глаз. — и что ты делаешь в таких случаях? — ничего, — отвечает минхо. — просто оставляю всё как есть.  — почему? — джисон приобнимает коленку минхо и щимится ещё плотнее к его ногам. — потому что существуют ситуации, когда нельзя давать волю своим чувствам дабы сохранить отношения которые уже были построены. — я не понимаю вообще. — по голосу слышно, что джисон уже на пороге от того чтобы уснуть, но он продолжает держаться. — я не понимаю вообще что я чувствую.  — попробуй рассказать. — предлагает минхо. — я не могу описать эти эмоции. — говорит джисон. — знаешь, когда я рядом с этим человеком мне так хорошо. вот сравнимо с домом где ты провел всё свое детство. с солнечными лучами и гусеницами на подоконниках. хочется обогреть и обласкать. и вдобавок подарить весь мир. у хёнджина на экране начинают появляться первые выигрышные цифры. — один! — он выкрикивает так, что слышно вероятнее всего на другом конце девятиэтажного дома. — ты когда-нибудь чувствовал такое, минхо?  — каждый день. — эта фраза заставляет уголки его губ дрогнуть. — четыре! — ещё громче. — как называется это чувство? — он поворачивает голову к минхо и приоткрывает один глаз. — любовь. — он улыбается джисону и подтягивает его ближе к животу, чтобы тот не свалился на пол.  — три! — хёнджиновы крики ужасно бьют по вискам обоим, заставляя спазмы отстреливать по всей черепной коробке. — я сорвал куш! — мне кажется я люблю тебя. — тихо проговаривает джисон и прикладывает все силы для того, чтобы открыть оба глаза. — м? — переспрашивает. то ли не желая верить в только что услышанное, то ли правда не расслышав из-за хёнджиновых криков. джисон приподнимается на локтях и аккуратно берет лицо минхо в свои руки. его щеки горят и согревают ладошки джисона, которые успели покрыться льдом от нервов. у минхо в глазах паника, но одновременно с этим в его душе разливается теплое медовое молоко, залечивая все открытые и надкусанные раны. джисон медленно накрывает своими губами губы минхо и задерживается на несколько секунд, а после - сразу же отстраняется.  — мне кажется я люблю тебя, минхо. — ещё раз и более четко.  хёнджин открывает дверь как раз на этих словах и останавливается в проходе. его былая радость немного убавила свои обороты, но он все равно продолжает крепко держать выигрышную брошюру в своих руках. — похоже не только я здесь сорвал куш. — он улыбается и закрывает за собой дверь. — поздравляю, минхо. — с чем? — оживает джисон, пока минхо ласково гладит его по щеке. — он наконец-то выиграл самый большой приз в своей жизни. — хёнджин закидывает в рот виноградину.  — он мне даже не ответил!  — а ему и отвечать не нужно. ты посмотри как светятся его глаза! — хёнджин махает рукой в сторону. — это означает да? — спрашивает джисон. — это означает да. — подтверждает минхо и кладёт голову джисона к себе на грудь, а через пару минут он уже ровно сопит, поджав кулачки под подбородком.