Чужие

— Ты можешь от меня отстать уже наконец-то? — брюнетка не выдерживая, повышает тон. — Лиза, я не поняла, ты как со мной разговариваешь? — женщина хмурит брови, — Телефон отдай сюда, может учёба на лад пойдёт, — руку протягивает в ожидании предмета, — Совсем уже скатилась. — Скатилась? У меня всего две четвёрки, — слезу быстро смахивает, — И не дам я тебе ничего. — Я его покупала, так что сюда, — со спокойным видом продолжает, Лизу из себя выводить. — Не ты, — телефон за спину прячет, голову опуская, — Свой можешь под кроватью взять, а этот мне подруга подарила. — Подруга? С каких пор у тебя подруги появились? — встаёт, медленно подходя, — Или тебе напомнить, какие бывают люди? Забыла? — по больному бьёт, ухмыляется, — А я мать, я никогда тебе плохого не желала. — Да я уже заебалась помнить то, что было! — кричит, убегая в комнату. — Что ты сказала? Твоя подруга на тебя влияет хорошо, как я вижу, — за Лизой в комнату вбегает, уже не выглядит такой спокойной. — Это ты на меня влияешь, а она просто даёт мне поддержку и любовь, — злится, поспешно собирая что-то в рюкзак. — Любит? Не говори что ты из этих больных на голову, — растерянно мечется, не зная что делать, — И куда это ты собралась? — Я иду к своей «больной на голову» —улыбается наигранно, — У неё сегодня день рождение, и я пойду на него, — толстовку натягивает, а после на стул становится, стягивая что-то со шкафа. — Я тебе что разрешила? — тон повышает, руки на груди складывая. — Да мне как-то похуй на твоё разрешение, если честно, — картину в руки берёт и мать в сторону отодвигая, к выходу направляется. — Елизавета, ты никуда не идёшь! — кричит, направляясь за девушкой. — Ага, конечно, — ботинки натягивает и куртку хватает. — Ой, колит что-то, — за сердце хватается, к стенке присланяясь. — Фальшивишь, — улыбается и дверью хлопает под провожающий, злой взгляд. — А что случилось? — Чикина с комнаты выходит. — Не твоё дело, — фыркает, — Это семейное, — на кухню проходит и успокоительное капает в стакан. — А я не семья? — улыбается, пока глаза наполняются слезами от обиды и боли. Кажется, они давно её поглатили целиком. — Юля, не раздражай сейчас, — косится, злость срывая, — Постоянно от тебя проблемы. То учёба, то врачи, то психи. Как ты ещё не спилась к шестнадцати? — цокает, подходя ближе, — Вся в мать. — Маму мою трогать не надо, — сглатывает ком в горле, — Если я мешаю вам, то могу уйти. — Сделай одолжение, — проходит в комнату, дверью хлопая.

***

— Винстон пожалуйста, — деньги кидает и пачку забирает. Из ларька выходит и понимает, что огонь не взяла, — Блять, — денег больше нет. — О, Юлёк, — по плечу сзади бьёт, — Чё злая такая? — Огонь забыла, — поворачивается, рассматривая девушку. Кира такая прекрасная, как и всегда впринципе, — Привет, — руку пожимает, приобнимая. — А, так я сейчас дам, — по карманам ищет, — Блять, я тоже забыла... Тут жди, — в магазин забегает, улыбаясь. Юля немного уголки губ поднимает и к скамейке направляется. На небо смотрит, сдерживая слёзы, — Мамочка... — вздыхает, облизывая, всё-таки скатившиеся капельки слёз, — Может мне, к тебе уже пора? — улыбается, рассматривая проплывающие облака, — Есть ли смысл жить? — адски грудную клетку сводит, сколько ещё боли и потерь она выдержет? Жмурится от того, что солнце из-за облаков выходит, светя прямо в глаза, — Мамуль, я скучаю... — Но ради тебя, я буду жить, — слёзы смахивает, волю в кулак собирая, —Обещаю, — на приближающийся силуэт блондинки смотрит. — Держи, киса, — зажигалку протягивает, усаживаясь рядом, — Я думала, ты убежала от меня уже, — закуривает, проходясь взглядом по девушке, — Вид у тебя такой... — Уёбищный? Я знаю, — дым вдыхает, встречаясь с карими глазами напротив. —Нет, уставший... — слова подбирает и выдыхает мысленно. Он у девушки, правда ужасно усталый и поникший. Ещё хуже, чем был в тот раз. Потеря мамы совсем её добила, — Как ты вообще? — Я? — ухмыляется, поднимая голову. — Поняла, — куда-то в сторону смотрит, задумываясь, — Юль, если я хоть как-то могу помочь, знай, я всегда готова. Я рядом, — собирается с мыслями и говорит, ставя руку на плечо. — Я знаю, Кир, спасибо, — наверное сейчас её не радует ничего, но от слов этих так тепло становится. Любовь то к девушке никуда не ушла, а только сильнее стала. — Я даже не знаю, что сказать... — поддержать так хочется, ведь она, как никто другой знает, что такое потерять близкого человека. — Ты и без слов забираешь так много боли. Даже не представляешь, как помогаешь тем, что просто есть, — сигарету тушит, смотря в кофейные глаза. Такие нужные, именно сейчас. — Ты всё ещё любишь меня? — спрашивает, как будто не видит блеска в её глазах. Как будто не видит любви к себе, которой пропитана та целиком. — Это легче чем забыть, — плечами пожимает, — Я люблю тебя любить, — ухмыляется от того, что Кира так прочно засела в голове, — уже наслаждаюсь этой болью, — смеётся, кажется истерически. — Маленькая, ну ты чего... — видит слёзы подступающие, и крепко обнимает. Хочется забрать всю боль у этой малышки. Она ведь ещё так юна, а уже настолько сломана, — Всё хорошо будет, слышишь? Ты забудешь меня, обещаю. Ты сильная. — Всё прекрасно, всё пройдёт, — отстраняется, смахивая слёзы с красного лица. — Конечно пройдёт, прости меня за всё, — извиняется, а за что? За то, что не может полюбить в ответ? Смотреть так же на неё? Так, чтобы мурашки от её прикосновения приходили? Не получается... — Ты не виновата, — вторую сигарету закуривает, — Я, наверно, пойду уже, —вспоминает, что ей ещё ночевать негде. А Лизе совсем звонить не хочется. — Я провожу, — подскакивает и падает от того, что споткнулась о собственную ногу. — Не надо, — смешок раздаётся от Чикиной, — Вставай, чудик, — руку протягивает и об ножку скамейки сама спотыкается, падая на ногу Киры. — Ай, бляяяять, — ногу от боли сжимает, — Биба и боба, — смеясь, упирается о скамейку, чтобы встать. — Точно, точно, — смеха сдержать не получается, наверное, только Кира смогла так зажечь её, хотя бы на мгновение. — Я первый раз благодарна своей неуклюжести, — руку подаёт, поднимая Юлю. — Чего это? — брови хмурит и поднимается с асфальта. — Ты наконец-то улыбнулась, — затылок потирает, — Так что, я всё-таки провожу? — Некуда провожать, Кир, — плечами пожимает. — С дома ушла что-ли? — интересуется, читая ответ по глазам, — У тебя шнурок развязался, кстати, — замечает и моментально на колено садится, переплетая узелки на кроссовке Чикиной. — Да я сама могла, — смущается, немного теряясь. — Я уже всё, — поднимается, улыбаясь, — Так давай тогда на день рождение Крис пойдёшь? Там все наши будут, отвлечёшься. Я, если что рядом буду. — Лиза тоже? — удивляется и теперь начинает осознавать из-за чего ссора в доме была. — Будет, будет, — головой качает, а после кепку набок надевает, — Пойдёшь?Мы домик за городом сняли на всю ночь. — Даже так? Ладно поехали, — вздыхая, кепку блондинки ровно одевает. — Только к одному дятлу заедем, — вспоминает, кулак сжимая, — Фотографии хочет слить одни и Мишку шантажирует. Мы с Ви поедем, объясним ему, что к чему. — Без проблем, я помогу воспитательному процессу, — за Кирой плетётся, вновь закуривая сигарету.

***

— Ты уяснил всё? Или повторить? — к стене прижимает, за куртку вверх поднимая. — Она сама мне их скинула, — почти плачет, оттого, как всё тело болит из-за ударов. — Тебе, а не всей школе, долбоёб, — татуированная сигарету о запястье парня тушит, от чего тот шипит, щурясь. — Да понял я, понял, — уже вырваться не пытается с мёртвой хватки Медведевой. — Я тебя предупредила, узнаю, что есть копии, — скулы сводит от агрессии, сжимает другой рукой шею. — Кирюх, обещаю, ничего не будет, — Кира наконец опускает чужую шею, из-за чего парень начинает жадно хапать воздух и кашлять — Гондон, — к машине уходит. — Хуже, — Чикина поддакивает и в лицо до ужаса мерзкое плюёт. Парень с места рыпается, замахиваясь на девушку, как Кира взгляд прожигающий кидает, от чего тот даже шарахается, — До свидания, простите ещё раз, — за углом в быстром темпе скрывается. — Теперь поехали, нас ждут, — Виолетта по плечу блондинку бьёт, после чего троица залезает в машину, двигаясь с места. — За ними, только осторожно, — машина рядом заводится.

***

— Зачем ты ему вообще скинула их? — шатенка делает глоток алкоголя и всё никак не может оставить Мишель. — Да я не знаю, внимание хотелось да и пьяная была, — руками разводит, смущаясь. — Написала бы Кире уже, — смеётся Захарова, — Блин, Лиз, какая же она красивая. Я её в комнате повешу, — рассматривает свой портрет — подарок от брюнетки. — Вот именно, мне нужно было, — делает глоток алкоголя и руку на Чикину рядом сидящую закидывает. Лиза только брови хмурит, она же с Виолеттой, нет? — Я вижу, вы сблизились? — нотка ревности у Виолетты играет, которую она скрыть пытается. Ведь с Кирой у них всего-то дружба с привилегиями. — Элпэшки, — язвительно отрезает Кира, — Оооо, ламбада! — песню знакомую слышит и вскакивает. Потом еще несколько девочек за ней, пока Лиза с Юлей наблюдать остаются. — Ну кудаа? — брюнетка сопротивляется, пока Кристина за руку танцевать тащит, — Ладно, — глазам манящим поддаётся или хватке сильной? — Юль, — ухмыляется Медведева и руку подаёт, — Можно вас медленный танец,таа сказать? — смеётся, пока девушка, как под гипнозом встаёт. Всё как в съёмке замедленной, то ли от алкоголя, то ли от момента, то ли от возлюбленной рядом. Всю внутреннюю боль позволяет себе забыть на три минуты трека, извиваясь в объятьях блондинки. — Вот девчонки, я так вас всех люблю, — Мишель выкрикивает, гласные вытягивая и на стол облакачивается под конец песни. — Кому-то хватит? — улыбается Кристина, — Кира, как вас там по отчеству? Вэлком по одной, — ко рту пальцы подносит, вдыхая воздух, предвкушает. — Юлечка, ты как? — на ухо шепчет, ведь обещала быть с ней и не отходить. — Нормально, — головой качает, вздрагивая от дыхания в шею. — Я отойду? — интересуется, поглаживая большим пальцем плечо. — Конечно, иди, — улыбается слегка, всё-таки рядом с Кирой становится в миллион раз легче. Она действительно занимает в её жизни главную роль. — Только сильно не скучай, — пальцы целует, а после ими к губам тонким прикасается, вгоняя девушку в краску. — У тебя что-то с Юлей? — закуривает девушка, выходя на балкон. — Нет, я просто поддерживаю её, — хмурит брови и затяжку делает. — Меня Лизка тоже просто поддерживала, а сейчас вон, — смеётся и в небо ночное смотрит, звёзды считая. Вокруг лес и несколько двухэтажных, пустых домов. Одинокие фонарики разбросаны вокруг по периметру. Здесь так легко дышится, даже через едкий дым чувствуется прохлада и чистота воздуха. Захарова краем уха ели слышимые звуки музыки улавливает, ногой в такт стучать начиная. — Люблю её безумно, Кир, — на душевный разговор пробивает. Поделиться чувствами хочется, — Вот не поверишь, никого рядом больше не хочется видеть, только к ней прикасаться и только на неё смотреть. Только с ней быть и всё. — Понимаю тебя, любовь штука такая, — глаза шоколадные представляет, в которых видит всё самое прекрасное, всё... кроме любви к себе. — А ты то что? Ты же не любишь никого, бедные девки, — смеётся, отходя от драматичной ноты, — Разбиваешь сердца и не жалеешь никого. — Жалею, но увы, — слова задевают, ведь она любит, любит по-настоящему... Не хочет никого ранить невзаимностью. Всё в жизни не так выходит. — Кир, — вздрагивает, аккуратно тормоша подругу. — Что? — обиженный взгляд переводит, ища то, на что указывают, — А эти что тут делают? — лица знакомые замечает, паника охватывает моментально. — Может не к нам? — бычок выбрасывает. — Ага, просто приехали в лесу постоять, скучно им, — нервничает, мысленно придумывая варианты уехать. — Что делаем? — соображать не получается, паника накрывает. Переживает не за себя, переживает за близких. — Для начала, нахуй с балкона пошли, — подругу за собой тянет, сигарету выбрасывая, — Значит так, сидеть тут бессмысленно, если они по нашу душу, то зайдут. — Тут дорога недалеко, но садится сейчас всем в машину рискованно, — план отхода старается, как можно быстрее сообразить. — Тогда, двое в машину, а остальные через лес к дороге, ждать, —  предлагает сомнительную идею, но других пока не придумывает. — Я с кем-то поеду, как отвяжемся от них, подъедем к тому знаку на дороге и вас заберём, — к выводу приходит, — Пошли, девочкам скажем.

***

— Ай, — Чикина спотыкается и на траву скользкую падает. — Что там? — Лиза впереди за руку с Мишель бежит. — Я посмотрю, бегите вперёд, вдруг Крис уже подъехала, — отмахивается Кира и назад возвращается. — Сука... — колено разбито и печёт. — Давай руку, он же догонит сейчас, — о мужчине одном вспоминает, которого оставили на шухере стоять, чего девушки и не учли, — Ты как? — девушку поднимает, отряхивая. — Блять, я не могу идти, — на ногу больно наступать, подвернула кажется, — Кир, оставь меня, значит так суждено, — устала бегать, устала прятаться, любить и просто жить. — Нет! — руками лицо закрывает, соображая, — Юль, я не оставлю тебя, давай что-то придумаем. Тебя никто не тронет пальцем, слышишь? — руки на плечи ставит, в глаза заглядывая, цвет которых в темноте сложно рассмотреть. — Кира, пригнись! — выкрикивает, а после отталкивает девушку, моментально закрывая собой. Блондинка больно ударяется и непонимающе взгляд переводит, в ту же секунду  выстрел и шуршание в кустах слышит. На шум поворачивается, замечая, моментально удаляющуюся фигуру. Тело хрупкое на землю падает, кровью истекая. — Юля... Юлечка... — дрожит, в панике бросаясь к девушке. Место пробитое пулей трогает. Прямо в лёгкое попали, с которого сейчас хлещет алая жидкость, — Держись, слышишь. — Кир... — хрипит, тяжело говоря, совсем тихо, шёпотом, — Я люблю тебя... и Лизе скажи, что я рядом буду, всегда... — Ты не умрёшь... — трясётся, уже умываясь в собственных слезах, — Держись, пожалуйста... я сейчас позвоню в скорую, — подскочить хочет, как тут девушка руку её немного сжимает. — Поцелуй меня, на прощание, — выдавливает, уже глаза закатывая, — Пожалуйста... — шипит от боли, дыхание сбилось совсем, даже хапать воздух сил нет. — Поцелую, только не на прощание... — к губам тянется, голову Юли приподнимая пытается отдаться поцелую полностью. Прокручивает в голове все моменты связанные с ней, сжимая ее руку ещё больше. Тело ослабевает, закрывая глаза окончательно. Даже в последние секунды жизни, она не почувствововала взаимной любви от своего ангела, ради которого отдала всю себя, целиком. Больно умирать за любовь? Да. Но больнее жить, зная, что умерли за тебя. От губ отстраняется, уже не живых, но ещё тёплых. По лицу рукой проводит, нет сил кричать, нет сил бежать, полное опустошение. Только сейчас поняла, что Юля была готова отдать всё за неё, даже жизнь. Многих часто терзают сомнения, насколько тебе дорого то, что ты имеешь. Кире пришлось потерять, чтобы понять это. Ведь главное ценить то, что есть у нас здесь и сейчас.

Потом может быть, поздно.