лучше, чем сигареты

К трем часам ночи, все дружно решили пойти спать. Сеня любезно всем показала место их ночлега. Гуся с Евой спали в старой комнате бабушки хозяйки квартиры, Дэн спал на диване, а Женя с Сеней собирались спать в комнате светловолосой. - Приберемся завтра, оставим, как есть. А сейчас всем спать, - устало приказала Сеня, и все разошлись по своим комнатам. Одна Гуся бунтовала за продолжение праздника, но Ева умело увела её. Кровать Сени не отличалась большими размерами, но двое в ней помещались спокойно. И теперь, никого из девушек это не смущало. Сеня плюхнулась на кровать. Она смотрела на Женю снизу вверх, обвивая ее талию своими руками. На лице отображалось легкая улыбка и такой улыбки Женя ещё не видела. Точнее, она никогда не была причиной такой улыбки. В ней столько нежности и любви, Господи. Но Бурова сморщила нос, будто что-то унюхала. - У тебя футболка шампанским пропахла. - А, да... Это я случайно на себя разлила, - неловко ответила темноволосая. Сеня молча встала и подошла к шкафу, начиная искать что-то внутри. Вытащив оттуда большую футболку и недлинные шорты с тремя полосками по швам, протянула их Жене. - Держи, а это завтра в машинку закинем, - Женя лишь кивнула, и встав спиной к кровати, на которую уже завалилась Сеня, сняла футболку. Бурова лежала, смотря в потолок, а сердце билось, будто она стометровку пробежала. Любимая девушка переодевается в ее комнате, буквально в 2 метрах. Нет, она не извращенка и не озабоченная, но так хотелось взглянуть. Чуть повернув голову в сторону Жени, Сеня увидела худые ноги в её шортах и молочную кожу спины в свете настольной лампы. Чистый гипноз для светловолосой. Но ей мало, теперь ей хочется потрогать, но она борется с собой. С плеч Голубевой слетел бюстгальтер, и Сеня уже не видела ничего плохого чтобы хотя бы спросить. Медленно снова присев на край кровати, она подала голос. - Жень, - голос немного подрагивал, но Бурова старалась держать самообладание. - Подойди. Просьба ввела Женю в недоумение. Она чувствовала спиной, что ее оглядывают и даже пожирают взглядом, но ничего не говорила. Ей нравилось. - Я же... - тихо ответила Женя, не поворачиваясь. - Подойди, - голос стал немного грубее, но сразу смягчился. - Хочу на тебя посмотреть. Можно? Женя стояла, раздумывая, и, кажется, у нее покраснели и плечи, и щеки, и уши. Она уже возбудилась от властного голоса Сени и от ее просьбы в целом. Переборов свой страх, она развернулась и медленно подплыла к Сене. Глаза той начали бегать вверх вниз, заглядываясь на выпирающие ключицы и небольшую грудь. Розовые соски выпирали, а кожа вокруг покрылась мурашками. Сеня поманила пальцем, приглашая Женю ближе, и та покорно сделала это, хотя думала "куда ещё ближе?". Глаза Сени ползли от стройных бёдер к животу, тонкой шее и наконец к румяному лицу Жени, которая уже не знала куда деть взгляд. - Можно... Прикоснуться? - осторожно спросила Бурова, боясь получить отказ. Но Женя, как в трансе, лишь кивнула головой. Рука с ссадинами на костяшках нежно обхватила бок Жени, сжимая. От этого темноволосая томно выдохнула. Сеня посмотрела на девушку и поняла, что ей тоже нравится. Было радостно видеть, что не только Буровой это приносит удовольствие. Движения стали увереннее, переходя руками на грудь и плечи, поглаживая и сжимая. Женя на это старалась не показывать свое состояние, но довольное тихое мычание и вздымающаяся грудь выдавала. Ноги подкашивались, а руки болтались без дела, сжимаясь в кулачки. - Я не могу... - выдохнула Голубева и повалила светловолосую на кровать, нависая сверху. Она впилась губами в чужие, целуя так же страстно, как в ванной. Будто пыталась возместить прекращенный процесс. От губ она перешла к щеке, прошлась поцелуями к уху и прошептала: - Продолжай. Сеня, разрушив все свои границы, перевернулась и прижала Женю своим телом. Страстно целуя сладкую шею и оставляя бордовые засосы, она сняла с себя футболку оставаясь в спортивном топе. Женя места себе не находила, выгибалась и извивалась под крепким телом светловолосой, сжимая ее длинные локоны. Бурова дорожкой поцелуев и почти кровавых засосов дошла до живота. Женя сжимала простынь, а Сеня с таким же возбуждением сжимала ее пухлые бедра. Руками поползла к шортам, стягивая вместе с бельём. Остановилась, рассматривая шикарное тело своей Жени. Темные короткие запутанные волосы расплылись по подушке, жаждущий взгляд черных глаз, устремленных прямо в серые глаза Сени, тяжёлое дыхание из полуоткрытых алых губ. Шея, покрытая багровыми пятнами и укусами, вздымающаяся грудь, милые сжатые бёдра, пытающиеся скрыть самое сладкое. Сеня языком провела по нижней части живота, на что темноволосая запрокинула голову в полустоне. Скорее звучало как скулёж от нетерпеливого щенка. - Так не пойдет, - Сеня избавилась от лишней одежды, оставаясь в трусах, а после усадила Голубеву к себе спиной, касаясь ее спины голой грудью. Ноги темноволосая снова сжала, но Сеня проворно пальцами добралась до чувствительного места, и его владелица запрокинула голову на плечо светловолосой. Звук она издать не успела, ей зажали рот. - Если ты будешь такой громкой, наши друзья могут проснуться, - хрипло прошептала Бурова, от чего Женя возбудилась ещё сильнее. Женя ничего не ответила, только промычала в руку и, раздвигая ноги шире, бедрами подалась навстречу касаниям. Сеня сигнал уловила. Начала со, скорее, разминочных круговых движений, постепенно ускоряясь. Сначала один палец, на пробу, после два, и движения ускорились, сводя с ума кареглазую. Губы целовали и кусали все, до чего могли дотянуться. Шея, плечи и, любимое, губы. Сеня думает, что никто на этой планете не может целоваться так же ахуенно, как Женя. Неумело и смазано, но с такой жаждой и страстью. Губы обоих уже горели огнем, искусанные и красные. А Женя была уже близко. Мычание в руку Сени учащалось и стало на полтона выше, а рука кареглазой зарылась в волосах девушки. Разрядка волнами расходилась по ее телу, буквально заставляя ту извиваться. Сеня с бешеной скоростью вгоняла пальцы внутрь Жени, и это получалось у нее пиздато. - Давай же, - вновь хрипло прошептала она темноволосой. Сама не верила, что говорит такое. - Хочу посмотреть на тебя такую... Женя закатила глаза с немым стоном, а тело ее свело судорогой, как током ударило. Каждый получил что хотел. Напоследок, Сеня облизнула мочку уха девушки и легла обратно в кровать, а Женя упала на нее, все ещё без сил. Тяжелое дыхание девушки падало на ключицы Сени. Сначала Женя даже не поняла, что это не сон, а как только пришло осознание, она ткнулась куда-то в шею возлюбленной и с сомкнутыми губами прокричалась. Что-то похожее на долгий скулёж. Сеня буквально чувствовала как краснеют щеки Голубевой, и сама начинала заливаться краской. Взгляд Жени перетекал по телу светловолосой. От острых ключиц, которые так и хочется укусить, до резинки спортивных штанов. Рука следовала за взглядом. Глаза темноволосой блеснули. Через ткань штанов она медленно начала поглаживать Сеню. Та задышала быстрее с прерываниями. Губы потянулись к ее шее, зацеловывая и прикусывая. С губ сорвался стон. Тихий и нежный, совсем не свойственный Сене. - Так вот где твое слабое место, - ухмыльнулась в шею. *** В глаза светило лёгкое утреннее солнце. Впервые для Сени лучи его не раздражали, а радовали. Ведь под боком, в обнимку с ней, спала Женя. Теперь они вроде как пара, хоть и знают друг друга всего ничего. Столько всего узнать хочется о ней. Они обсуждали все и всех, но с каждым разом хотелось узнавать о ней что-то новое. Светловолосая взглянула на часы. Двенадцать часов. После перевела взгляд на Голубеву. Растрёпанные волосы, глаза немного хмурятся от света и губы надула. Сеня тихо хихикнула: - Мило... Она ближе прильнула к возлюбленной, чтобы, при возможности, вновь уснуть. Но в дверь робко постучали и за ней показалась сонная Ева. Сеня моменталь приложила палец к губам, умоляя вести себя тише. Ева тихо прошептала: - Я у тебя душ приму? Можно? Сеня кивнула, а девушка также тихо закрыла дверь. Снова прильнув к подушке, Бурова встретилась взглядом с изучающим взглядом Жени. - Проснулась? - улыбнулась. К щекам Жени прилилась кровь. Всё же она не привыкла и не осознала. Быть рядом с кем-то или чтобы рядом с ней кто-то был - Женя такое испытывала, возможно, в детстве, но это было давно. Сеня усмехнулась сама себе. "Как щеночек". Прикрыв глаза, она прильнула ко лбу темноволосой. Такого спокойствия за всю ее жизнь она не припоминала. И Женя тоже наконец улыбнулась. *** В зале был крах. На полу валялись пустые бутылки, на подоконнике стояла переполненная пепельница. Видимо, курили прямо в квартире, пока бухими были. На столе, на удивление, посуды было меньше, чем вечером. Было бы стрёмно узнать, что они ночью дели их куда-то. Всё таки посуда у Сени не горами валялась. Но из кухни послышался шум воды. Женя ушла принимать душ, Ева уже закончила, а Бурова направилась на кухню. - Доброе утро, - у раковины стоял Дэн и вымывал тарелку из-под оливье. Ну что за парень. Небось, вскочил раньше всех и теперь за всеми придирается. Вот и ответ, почему в квартире не воняло сигаретами - Дэн проветрил. Он, конечно, старший, можно сказать, отец четырех лесбиянок, но он же не думает, что обязан заниматься этим всем? - Доброе, - голос хрипел. - Ты че такой бодрый? - Да меня мало какая алкашка берёт, много не хотелось пить, - буднично ответил парень. Взглянув в глаза Сени, которые были направлены на тарелку в его руках, он добавил: - А посуду мою потому что просто люблю в чужих домах чистоту наводить. Даже не спрашивай, сам не знаю почему, но лишним не будет. - Реально, ты не должен... - На девушку устремились глаза со взглядом: "Не начинай". - Но спасибо большое. Я пока мусор соберу. Она взяла пакеты, в котором вчера ребята принесла продукты, и начала собирать пустые бутылки. - Ну а вы типа... - Дэн замялся. - пара? - Ну типа, - Сеня с ухмылкой посмотрела на друга, тот ответил тем же.