Простуда или к чему могут привести болезни

«И угораздило же меня заболеть...» - ворчливо подумал полковник Мустанг, идя утром на работу в ужасном состоянии: с больным горлом, жутким кашлем, высокой температурой и сильным желанием полежать. Однако разлеживаться не было времени, так как накопилась куча самых разных дел. К тому же в городе снова объявился Шрам, который прибавил ему проблем. В общем, дел хватало, а болезнь проявилась очень некстати. Придя на работу, Рой недовольно вспомнил о том, что сегодня еще придет Стальной со своим отчетом. «Ну что за день такой неудачный? Почему все это свалилось на меня, да еще и во время болезни?» - кисло и безрадостно спрашивал сам себя полковник. Невозмутимая Лиза притворилась, что ничего не заметила, впрочем, как и весь его маленький отряд. И вот именно тогда, когда ему выдалось время отдыха, когда он обрадовался, что разобрался со всеми бумагами, как…. Правильно, к нему в кабинет влетел Стальной алхимик, сильно хлопнув дверью, оповещая Мустанга о своем приходе. Едва начался вихрь упреков и колкостей в сторону Огненного, как в горле начало нестерпимо першить так, что было больно в груди, да еще и остановить кашель он не мог. Эдвард непонимающе смотрел на кашляющего полковника, а как только вышел из ступора через пару секунд, подлетел к нему и начал лупить Мустанга по спине, надеясь, что тот просто поперхнулся. - Эй, полковник? Что с вами? – правую ладонь Эда перехватили рукой в перчатке. Сквозь кашель он различил слова: - Стальной… Хватит… Меня… Лупить… Полковник криво улыбнулся, а потом снова зашелся в приступе кашля, чем жутко напугал мальчишку, который пожалел, что пришел в такой неудачный момент. Полковник забыл убрать руку с ладони Стального, а последний даже забыл о том, что ему, вообще-то, положено вырываться и возмущенно кричать. В такой момент мальчику стало жалко своего начальника, который даже не то что язвить, говорить-то в этих приступах не мог. Успокоив свое самолюбие тем, что полковник сейчас просто не в состоянии над ним издеваться, Эд почувствовал себя виноватым перед Роем (в чем?О_о). Стальной нервно гладил своего начальника по спине, однако делал это опасливо. Помогло слабо, поэтому, оглянувшись, мальчик побежал искать воду и вернулся через пару минут. Мустанг продолжал очень сильно кашлять и вполне понимал, что выглядит это страшно. Огненный мысленно хмыкнул - было забавно наблюдать за тем, как мальчишка пытается прекратить муки своего ненавистного начальника. Возникал надоедливый вопрос «зачем?», но кашель задвинул его на задворки сознания. Неожиданно перед лицом Мустанга возникла живая мальчишеская рука со стаканом. - Выпейте, полковник, может быть, поможет, - с волнением проговорил Стальной. Полковник направил руку со стаканом и попытался выпить воду, однако приступы кашля прекращаться не желали. С горем пополам Мустанг смог успокоить кашель и Стальной вздохнул с облегчением. - Напугали вы меня, полковник, - Эдвард бросил короткий взгляд на военного. - Да, правда что ли? – беззлобно усмехнулся Рой. - Правда, - опустив глаза, ответил Эд, развалившись на диване. - Обычная простуда, ничего серьезного, - отмахнулся Мустанг, давая понять, что хочет закрыть эту тему. - Вы уверены? Может, стоит показаться врачу? - Уверен, Стальной. Давай сюда отчет, посмотрю, - полковник протянул руку. - Не дам, - насупился Эдвард. Рой удивленно приподнял брови. - Стальной, что я слышу? Неподчинение своему начальству? - Думайте что хотите, - буркнул Стальной. - Не дам отчет, пока не сходите к врачу. - И не подумаю к нему идти. Давай сюда отчет и уходи, - настроение было далеко не солнечным, да и голова болела у полковника сильно. - Не дам, - упрямился подросток. - Стальной, не зли меня, - в голосе Огненного послышалась угроза, которой никогда раньше не было. - Полковник, вас и на день оставить одного нельзя. А отчет не дам, пока к доктору не сходите, - Стальной произнес эти слова с незнакомой Мустангу интонацией. - А тебя будто можно, - как-то уж совсем по-элриковски огрызнулся Мустанг. – Ладно, уговорил. Закончив с работой, Рой пошел к врачу, который, естественно, посадил его на больничный и велел строго соблюдать постельный режим. Домой Рою совершенно не хотелось, он бы с большим удовольствием остался бы допоздна на работе. А вот поведение Элрика старшего настораживало и не давало покоя. И все же, он не мог не признать, что это было приятно – его хоть кто-то пожалел, даже несмотря на то, что это был самый неожиданный человек, который только мог быть. Вот только зачем ему это было надо? Откинув от себя этот вопрос, Рой зашел в аптеку за лекарствами, а затем направился домой. Эдвард задержался в штабе, спрашивая у Лизы адрес своего начальника. Зачем? Как же банально все начиналось и как сложно закончилось… Эдвард обладал просто невозможным и ершистым характером, однако внутри он так и остался тем ребенком, который хотел снова увидеть улыбку мамы и который злился на отца, ушедшего неизвестно куда. Несмотря на все нелегкие отношения со своим начальством, Элрик сильно привязывался к людям из своего окружения, а иметь дело с Мустангом приходилось довольно часто. Эдварду Рой кого-то смутно напоминал своими подтруниваниями и легкими подколами, выводящими его из себя. Конечно, он часто обижался, но и отходил быстро. Эд любил прятаться за маской непредсказуемости и создавал иллюзию того, что его хорошо знают. Ему очень не хотелось признавать, что иногда он переживает за своего неприступного начальника, пускай тот и ловелас, пускай он иногда и жесток. Однако привычка и нежелание терять немногих людей из тех, кого он считал близким окружением, заставили его признать маленькую истину: ну беспокоится он за Мустанга и все тут. Но вернемся в настоящее: Эдвард мило поболтал с Лизой, сказал брату, что ему нужно уйти по делам. Альфонс тактично решил ничего не спрашивать, считая, что если захочет – сам расскажет. Эдвард мысленно поблагодарил его за ненавязчивость. И еще мысленно вздохнул с облегчением: в городе не было его механика – Уинри, значит, гаечный ключ ему не грозит. Купив немного апельсинов для больного, он направился к полковнику, подозревая, что тому не сладко. Сцена в кабинете с кашлем его впечатлила, поэтому он направился прямиком к его дому. Тем временем военный лежал с высокой температурой и не знал, как её сбить. Эдвард позвонил в дверь. Полковник открыл ее, находясь в весьма мрачном расположении духа. Проходя в дом, Эд спросил, где кухня и отнес туда фрукты. Мустанг удивленно отметил, что мальчишка весьма нагло ведет себя: мало того, что пришел, когда его вообще не ждали, да еще и хозяйничал в его квартире. Конечно, признаться себе, что он рад тому, что с него сняли сейчас часть обязанностей, было трудно – надо было самолюбие ломать. Ну, надо отметить, что от температуры и долгого лежания полковника потряхивало, потому он скромно стоял, придерживаясь за косяк двери кухни. Стальной подошел к нему и поднес руку ко лбу. Военный сделал слабые попытки отстраниться. - Стальной, ты вконец обнаглел, ты что вытворяешь? – хмуро спросил Мустанг. - Я проверяю наличие жара, а он в наличии имеется, - ответил Стальной. - Говорил уже, что тебя нельзя оставлять одного даже на день. А полковник стоял и не знал, как ему реагировать, от удивления даже голова прояснилась. Воспользовавшись его замешательством, подросток потащил его к кровати и уложил, напоив какими-то лекарствами. Веки военного начали тяжелеть, и он быстро уснул, а сознание слабо сопротивлялось, крича о том, что этот вихрь ему весь дом разнесет. Утром Рой обнаружил, что сидя на корточках и положив голову рядом с его ладонью, мирно сопит Стальной, а рядом с ним стоит батарея лекарств и тазик с водой. Его это удивило, потому что о нем редко кто заботился, ведь Рой этого просто не позволял. «Ох уж этот наглый мальчишка, рвущийся туда, куда его не просят…» - подумал Мустанг с улыбкой. Он попытался встать, от чего Эд мгновенно открыл сонные глаза и в следующую секунду проснулся. - Лежи-лежи, тебе рано еще бродить, - остановил его Стальной. - Я сам это как-нибудь решу, - возмутился полковник. - Решит он... Лежи, сказано тебе. Я около тебя целую ночь провел, сбивая температуру, пришлось переворачивать весь твой набор лекарств и бежать за новыми, - проворчал Эдвард. Рой удивился, однако лег. Ему проверили лоб, чуть ли не обнюхали со всех сторон и облегченно вздохнули. Он с удивлением наблюдал за действиями мальчишки и совершенно не понимал: зачем этот подросток о нем заботится? Ни одна женщина не хотела заботиться о больном ловеласе, а тут такое. Однако Рой смирился с этой заботой и увидел, как Эдвард несет ему на подносе куриный бульон и молоко с медом. Мустанг поморщился, однако съел предложенный ему рацион и даже отметил, что бульон был вкусным. Эдвард на подносе принес себе кофе и корочку хлеба, объясняя, что просто кофе пить невкусно, а сахара у полковника дома не было. Думать о том, что надо бы Стального поблагодарить за заботу, совершенно не хотелось. Полковник температурил три дня и сильно кашлял. Стальной провел все это время около его постели. Вскоре полковнику стало легче, и мальчик пошел отсыпаться на диванчике в гостиной, захватив с собой плед. Наказав ему лежать и никуда не ходить, а вставать только в крайнем случае, растрепанный, сонный и бледный Эдвард с большим удовольствием лег на диван и, накрывшись пледом, быстро вырубился. Как же произошло, что полковник так серьезно заболел? Мелкие сквозняки в кабинете – это раз, а еще в холодную погоду бежал домой без плаща и под дождем – результат мы видим на лицо. Прошла пара дней, и полковник обнаружил, что Эдвард может быть не только ершистым, но и заботливым на удивление. К документам его даже близко не подпускали, поэтому алхимики много разговаривали, когда Рою стало лучше. Их ссоры будто расплывались в голове военного туманной дымкой – язвить над Эдом больше не хотелось после того, как он столько времени ухаживал за ним. Он даже мысленно простил ему отчет, которого так и не увидел. Скоро пришло время выздоровления, и Мустанг серьезно задумался: а как ему дальше себя вести? Все это хорошо и даже очень, однако работу и личную жизнь смешивать ему все же не хотелось. Но как поймет и воспримет это Эдвард, если полковник станет внезапно вести себя так, словно ничего не было? Нет, это была откровенная неблагодарность, а быть неблагодарной свиньей Мустанг сильно не любил. С другой стороны он себя спросил: а с чего это я так забочусь о его чувствах? Вопрос был риторический и, к тому же, он сам знал на него ответ. Намечался разговор с выяснением отношений, которые Рой сильно не любил. К тому же, сделать это нужно до того, как он выйдет на работу. Эх, передышка так быстро закончилась, нужно было возвращаться к суровым будням… Мустанг сходил к врачу и его выписали. Завтра он выходил на работу к своим «любимым» бумагам, на которые глаза бы его не смотрели. Он пришел домой, где обнаружил около двери Эдварда, который стал в его доме привычным зрелищем. Глаза парнишки вопрошающе смотрели в темные, ожидая слов. Полковник первым нарушил затянувшееся молчание. - Меня выписали. Спасибо за уход, Стальной, - перед разговором полковник сделал мальчишке подарок – одарил его теплой и искренней улыбкой. - Не за что, - на мгновение Рой увидел, что Стальной сник. - А теперь нам нужно поговорить, - бросил Мустанг парнишке, вешая плащ в шкаф. - Хорошо, - как-то уж чересчур покорно согласился Элрик. Они прошли в гостиную, сели. На несколько секунд повисло неловкое молчание, которое разрушил Эдвард: - О чем ты хотел поговорить? - Хотел спросить: зачем ты все это время выхаживал того, кого называл ненавистным начальством? – полковник решил пойти в лоб, не обманывая, в качестве еще одного большого подарка. - Эх, полковник, плохо вы меня знаете… - грустно улыбнулся Элрик. - И ты не ответил на мой вопрос, - Мустанг почувствовал, словно сейчас мальчишка именно он со своим вопросом. Эдвард вздохнул и отвел взгляд. - Я не хочу терять тех, кто мне дорог, - золото радужки удивленно заколыхалось от собственных слов, и Эд сорвался с места так быстро, словно от того, что он сейчас должен убежать, зависела вся его жизнь. А Рой так и сидел громом пораженный. Он еще минут десять сидел в одной и той же позе. Рой, помассировав виски, устало протер глаза и сказал самому себе коронную фразу Скарлетт О‘Хара: об этом я подумаю завтра. Он пошел понемногу готовиться к работе, стараясь отвлечься от мыслей. «Вот и поговорил называется… Ничего не выяснил, зато вопросов стало еще больше…» - примерно в таком направлении текли мысли полковника. Рой вышел на работу, однако Стальной в его кабинете так и не появился. Лишь отчет сиротливо лежал на письменном столе. Прочитав злополучную бумагу, Мустанг про себя отметил, что стал чаще тяжко вздыхать. Конечно, внешне он не изменился, только выражение глаз стало другим. Вскоре выяснилось, что Эдвард уехал вместе с братом, не спросив разрешения на поездку, на что Мустангу оставалось только со вздохом ждать его возвращения. Как же не хотелось обдумывать те случайно сказанные им слова, но в то же самое время они врезались в память, словно впечатались клеймом. Он уходил с головой в работу, пытался напиваться, шел вразнос – ничего не помогало. Мысли не уходили, фраза так и осталась в его памяти на эти месяцы, что мальчишки не было в городе. Его поведение отмечали многие, с ним пытались проводить разъяснительные беседы, пытались выведать, что да как, вот только Рой был крепкий орешек. От той аккуратной и убранной квартиры не осталось и следа. Возвращаться туда не хотелось еще больше: он не мог выбросить из головы заботливого мальчишку, который ухаживал за ним так долго во время болезни. Вопрос «зачем?» мучил, угнетал, и от него было некуда деться. На фоне этого вопроса возникали те лицемерные женщины, которые сначала шептали слова любви, а потом уходили, когда полковник оставался на мели или у него появлялись проблемы. Он невольно сравнивал их и этого мальчишку и не мог смириться с той мыслью, что эта забота поразила его. Причем, в хорошем смысле. Он искал того, кто просто захочет быть с ним, вот только нашел или же нет? Да и какая разница, если он всего лишь мальчишка? Предстояли выходные, а значит, нужно было снова что-то делать, чтобы не думать о нем, не вспоминать те дни, когда он болел. Что же решил полковник? Он ничего не решил и, обшарив свой бар, нашел там крепкий подарочный коньяк. Рой не помнил, сколько выпил, но решил выйти прогуляться, прямо в своем помятом мундире, с растрепанной головой и запахом перегара. Был вечер его первого выходного, когда полковник решил выйти из дома. Прохожие шарахались от него, что его не удивляло, скорее это поднимало саркастическое и немного озлобленное настроение, хотелось сорваться на ком-нибудь. Он зашел в парк, где была еще более пьяная компания молодых людей, чем он сам. Полковник мрачно улыбнулся самому себе и начал задираться. Завязалась драка, где полковник явно был в меньшинстве. Перчатки лежали дома, оружие тоже, так что защищаться пришлось голыми руками. А в это самое время, когда полковника избивали, Стальной возвращался в гостиницу, отпустив брата и пойдя по этому самому парку. Услышав шум драки, он поспешил в ту сторону, откуда он доносился. То, что Эд увидел, его не обрадовало: четверо парней избивали полковника, а вокруг них хихикали и подначивали девицы легкого поведения. Еле-еле разогнав эту толпу, Эдвард подошел к полковнику и увидел, что военный вырубился. Со вздохом он потащил Роя домой, который по дороге так и не пришел в себя. Дома царил полнейший хаос, что повергло Стального в шок. Напрашивалась мысль: «Что здесь произошло?». Через некоторое время дом вновь засиял чистотой и уютом, а полковник мирно спал у себя в кровати. Усталый Эд уснул около постели военного, положив голову на его ладонь. Рой проснулся утром и поморщился от боли во всех частях своего тела, но больше всего от головной боли. Полковник попытался вспомнить вчерашний вечер, но вспоминалось как-то уж очень смутно. Каково же было его удивление, когда он увидел, как положив головку на его руку, спит Стальной, причина всех его мучений! В душе всколыхнулись удивление, возмущение от того, что его так долго не было и простая благодарность за то, что он вернулся. Вторая рука невольно потянулась провести ладонью по пшеничным волосам, чтобы еще раз убедиться: а не сон ли это? От этого прикосновения золотые глаза сонно приоткрылись и воззрились на полковника, у которого все переворачивалось внутри. Казалось, будто его сердце взяло такой бешеный темп, словно хотело вырваться из его груди. Как назло, слова застряли где-то в горле, когда он приоткрыл рот. Зато Эд не растерялся, однако проснулся еще не до конца. - Доброе утро, Рой, - сонно пробормотал он. - Доброе, Стальной.. И что, позволь спросить, ты тут делаешь? – выдавил из себя Мустанг. - Я тут спал, не видно, что ли? – ответил Стальной с интонациями полковника. - Вернулся все-таки? – Мустанг попытался изобразить улыбку. - Вернулся и не обрадовался, обнаружив, как тебя избивают в парке, да еще и пьяного в тапочку, - буркнул Стальной, подавая ему стакан пива. - И кто же в этом виноват? – полковник принял стакан и выпил. - Сам убежал тогда, ничего не объясняя. - Я не думал, что ты докатишься до такого… - виновато потер переносицу Эд. - В общем, я и сам не думал, - признался Рой. – А твоя фраза не давала покоя. - Нельзя тебя оставлять одного, полковник, глаз да глаз нужен, - пробормотал мальчишка и порывисто обнял Мустанга, отчаянно смущаясь. Полковнику все стало ясно без дальнейших слов, на душе стало легче, и даже голова стала меньше болеть. Мысленно пообещав себе больше никогда не пить, он гладил и перебирал пряди волос Эда, впервые за долгое время мягко улыбаясь. Объятия и поцелуй сказали все за них. Теперь ничто в их жизни не будет как раньше.