Конфетки от Джинни

Гарри сидел в гостиной Гриффиндора. Он был на больничном, поэтому пришлось пропустить квиддич. Было не понятно, почему он должен сидеть взаперти? Ведь ангина прошла, выпив Гарри пару маггловских лекарств Гермионы. Поттер подумывал о том, чтобы сбежать и сходить на квиддич, хотя бы посмотреть. Но в любом случае, он бы уже опоздал. — Гарри, привееет! — зайдя протянула Джинни. Гарри непроизвольно вздрогнул, он слишком глубоко погрузился в свои мысли. — Как ты себя чувствуешь? — поинтересовалась Уизли, севшая рядом с Гарри. — Уже намного лучше, но мадам Помфри запретила покидать здание Хогвартса до завтрашнего вечера, — сказав последние слова, он похмурил брови, — хотя бы на уроки ходить не надо. — Я тут тебе конфеты принесла… Будешь? Чесно говоря, у грифиндорца не было аппетита от слова совсем, но всё же он кивнул и взял конфету. После расставания, Гарри и Джини остались хорошими друзьями, но Поттер всё равно испытывал некий дискомфорт рядом с ней, ведь его бывшая девушка всё также смотрела на него тем взглядом. Влюблённым, безумным взглядом. Она нервничала, постоянно хрустела пальцами, поправляла волосы. Джинни смотрела прямо в изумрудные глаза, словно заглядывала в душу, пытаясь что-то понять. От такого пронзающего взгляда, шатэн поёжился. — А ты почему не ешь? — поинтерисовался шрамоголовый, дабы разрушить эту напрягающую тишину. — Я не хочу, — быстро, с волнением в голосе ответила Джинни. Гарри взял ещё конфетку, откусил, и тут же в глазах чуть-чуть помутнело. Джинни, как почувствовав это, ещё пристальней начала смотреть смотреть в глаза, и вдруг резко спросила: — Гарри, у тебя остались ко мне чувства? — Нету, мы это обсуждали 500 раз. — не задумываясь ответил Поттер. — Тогда кого ты любишь? — Драко, — лицо Джинни сильно вытянулось. «КАКОГО ХУЯ? Почему я это сказал?..» — подумал парень. На самом деле, Гарри не хотел отвечать на вопрос, он даже ответа по-правде не знал. С третьего курса, его тянуло к этому хорьку. Всё время Гарри пытался задеть Драко, лишь бы тот обратил на него внимание. Гарри любил любоваться Драко, разглядывать каждую язящную черту лица, вслушиваться в его гордый голос, наблюдать за белокурыми прядями волос, думая, какие же они на ощупь… Сердце бешенно билось, по телу прошла лёгкая дрожь. — К-как давно? — чуть-ли не со слезами спросила девушка. — С третьего курса. Джинни продолжала нагло смотреть нагло в глаза. Разум просто покинул её. Она не могла собрать мысли в кучу, а ведь до этого у неё было так много вопросов. Где же они? Молчание. Долгое и напряжённое молчание. — Гарри! 4:2 в нашу пользу! — с радостным возгласом вошла Гермиона. Сзади плёлся уставший, но счастливый Рон. Они присели на диван, слева от Поттера. —Привет, Джинни. Что за конфеты? Отмечаете нашу победу? Можно мне попробовать? — не дождавшись ответа Рон потянулся за сладостями. — Не трогай, —слегка ударил Рона по руке Гарри, — твоя сестра туда чего-то намешала. — Что? — удивлённо в один голос спросили Рон с Гермионой, косо глядя на рыжую девушку. — Я не знаю что именно, походу сыворотока правды. Гермиона закрыла лицо руками. — Джинни, ты издеваешься??? Вот что за «проект» у тебя? Это вообще нормально? Много ты туда её добавила? Гермиона была в шоке. Она винила себя, ведь буквально вчера Джинни пришла к Гермионе за помощью, сказав что это проект по зельеварению. Именно Герми помогла добыть ингридиенты, помогла найти все нужные записи и нашла место, где можно было всё сделать. Рыжая смотрела в пол, не промолвив ни слова. — Это правда? — огорчённо и удивлённо Рон посмотрел на сестру. — Её тоже нужно этими конфетками накормить, —съязвил Поттер, — может хоть язык развяжется. — С какой целью она это сделала? — Чтобы узнать кого я люблю. — Мерлин, что за ужас? — никак не могла успокоиться Гермиона— от кого, но вот от тебя я такого ВООБЩЕ не ожидала. Пошли, Гарри, нам нужно сходить в больничное крыло. Они молча встали и вышли из гостиной. Всю дорогу Гермиона ворчала, бубнила что-то себе под нос. Гарри молчал, перебирая все мысли в голове. Теперь Джинни знает, кого любит Гарри. Нет, этого не может быть… Никто же не знал… А если она расскажет кому-то? Слухи очень быстро расходятся по Хогвартсу. — Гарри, как ты себя чувствуешь? — остановила их в коридоре Макгонагалл. Она выглядело озабочено. — Прекрасно, только я понять не могу, зачем мне больничный, если я здоров? — Чтобы вдруг не пошли осложнения. Гарри, если ты себя хорошо чувствуешь, это не значит что ты здоров. — Я здоров! Вы что, думаете что я настолько слаб? Или «Золотого Мальчика» нужно беречь? — последнюю фразу Поттер произнёс скривившись. Макгонагалл была в недоразумении. Гарри никогда не огрызался с ней, а тут… Она открыла рот, в попытке что-то сказать. — Простите пожалуйста за это недоразумение, — быстро сказала Гермиона, — это шутки такие у Гарри. Она схватила Гарри за рукав и быстро оттащила подальше от учителей. Она повернулась к нему лицом: — Гарри, я всё понимаю, но можешь просто не отвечать, когда кто-то тебя спрашивает из посторонних? — Нет, я не могу не отвечать, слова сами лезут из меня. Во мне сыворотка правды, я думаю это логично. Ты вроде умная, а таких очевидных вещей не понимаешь. Гермиона его слабо стукнула по лбу, нахмурившись. — Ай! — Поттер взялся за лоб— хватит меня избивать! Я уже тебя по-настоящему боюсь! Грифиндорка достала палочку, прошептала заклинание и улыбнулась. — Теперь никому ничего не скажешь. Гарри открыл рот, чтобы возразить, но не смог и вымолвить и слова. Ясно, Гермиона наложила Силенцио. Молча они дошли до больничного крыла. На первой койке, сидел Малфой с забинтованной рукой. У Гарри ёкнуло сердце. Солнце падало на белые волосы, Драко жмурился и дёргался. Он явно был чем то не доволен. Увидев Поттера, его взгляд сменился. В его глазах появился некий интерес. Он уже готовил какую-нибудь шутку в сторону Гарри, его цель было заговорить с ним. — Иди садись, жди мадам Помфри, — сказала Грейнджер, уходя куда-то. Гарри сел на соседнюю койку от Малфоя. — А ты что тут забыл? — в своей высокомерной манере сказал блондин. Молчание в ответ. — Ты язык пролотил? Гарри взял палочку и написал в воздухе «Я не могу говорить, на мне Силенцио» — Именно по этой причине ты здесь? — хмурившись спросил Малфой. Гарри помотал головой. — А по како… — Ему подсунули сыворотку правды, — перебила Гермиона, — Вот, мадам Помфри, что нам делать? — Когда приблизительно мистер Поттер принял её? — осматривая глаза Гарри, спросила медсестра. — Минут 20-30 назад — Зрачки сильно расширены, значит сыворотка ещё будет действовать долго. Вам остаётся только ждать. Действие пройдёт к вечеру, может даже чуть позже. Посоветую вам, Гарри Поттер, поменьше разговаривать с людьми. Гарри кивнул. — Значит мы можем идти? — спросила девушка. — Да, — она повернулась к Малфою, — вас, так уж и быть, я тоже отпускаю, но будьте предельно осторожны! Через 2 часа я жду вас здесь. — Я пошла на уроки, ты сам до гостиной дойдёшь? — уже в коридоре спросила Гермиона. Гарри кивнул. — Будь аккуратнее, — проговорила она и, улыбнувшись, ушла быстрым шагом. Гермиона очень переживала за учёбу, опозданием на занятие для неё было почти концом света. Было утро, в коридоре было не так уж много учеников, все зависали в кабинетах. Семестр скоро подойдёт к концу, все хотели заработать побольше баллов для своего факультета. — Ох, Поттер, кто же тебя так подставил? Твои фанатки заходят слишком далеко, я-то думал национальным героем быть круто, — ухмыльнулся Драко. Гарри молчал. Это логично, что он мог сказать? Ни-че-го. — Гарри Поттер! — с радостным криком к грифиндорцу подбежала второкурсница, — почему вы не на уроках? Ответа не последовало —А у вас девушка есть? — продолжила девочка— А правда, что вы знаете змеиный язык? А ему можно научится? — глаза когтевранки горели, Гарри растерянно смотрел на неё, не понимая, что ему делать. — Национальный Герой не даёт сегодня интервью, —высокомерно сказал слизеринец, схватил Гарри за локоть и утащил куда-то. — Тс, какая наглая. Почему все хотят так много знать о тебе? Ах да, ты уже у нас немой. Как иронично. Тяжело оказывается быть популярным… Кто же тебе сыворотку правды подсунул? — Малфой не дожидался ответ, а продолжал монолог, — у тебя освобождение? Посидишь со мной. Грифиндурки смогли победить в квиддич без твоей помощи, я поражён. Им конечно пришлось попотеть, выглядело это со стороны жалко… После войны Драко и Гарри прекратили свою вражду. Они перешли на более-менее дружеские отношения. Обоих это устраивало, но было мало. Конечно острый язык Малфоя давал о себе знать. Хоть незначительную шутку, но Драко обязательно её произнесёт в сторону Поттера. Они вошли в пустой, старый и пыльный кабинет. Гарри сел на парту, Драко же остался стоять где-то в стороне. Малфой взмахнул палочкой и что-то пробормотал. — Так лучше будет. Рассказывай, кто тебе сыворотку подсунул? — Джинни. Уизли. — Ха-ха-ха, она, видимо, никак не может забыть тебя. Сердце Гарри бешенно билось, шум в голове не давал сосредоточиться. Руки не произвольно дрожали, а в глазах всё также было мутно. — А зачем она это сделала? — Хотела узнать, есть ли у меня к ней чувства и узнать, кого я люблю, — Поттер пытался скрыть смущение. — Ты кого-то любишь? — Да. — Кого же? — сердце Драко замерло. В глазах горела надежда. Сердце Гарри забилось ещё сильнее, голова трещала, руки тряслись сильнее. Ощущение, что Поттер вот-вот потеряет сознание. . — Ты. — Кто? — крикнул Драко. Лицо его вытянулось, демонстрируя весь шок. — Ты, Драко Люциус Малфой. Не смотря на свою показушную реакцию, Драко был рад. Безумно рад и счастлив. С другой стороны, ему с трудом верилось. Если бы не сыворотка правды, он бы даже слушать Гарри стал. «Ну всё, это конец, сейчас он начнёт стебаться» — подумал шатен. — Давно? — С третьего курса. Тишина. Пугающая тишина. Гарри отвёл глаза в сторону, подальше от глаз Малфоя. Зря, ведь Драко покраснел. Создавалось впечатление, что Малфой смущается ещё сильнее Гарри. — По какому поводу у тебя освобождение? — спросил Малфой, пытаясь скрыть смущение и перевести тему. — Я болел, но понятия не имею, почему освобождение. — Сам Гарри Поттер болеет, — фыркнул Драко, — давайте его закроем на больничный, чтоб он… Он… — Чтобы не пошло осложнение, по словам Минервы. Видите-ли ангину нельзя лечить зельями… — ПФ, бред. Тишина. Короткая, но напрягающая. — А у тебя что с рукой? — поинтересовался грифендорец, разрушая неловкую паузу. — С метлы упал неудачно. Впервые за такое время. Всё потому что тебя не было, ты походу мне удачу приносишь, — блондин хохотнул. — У меня есть шанс на взаимность? — резко не в тему спросил Гарри. Малфой молчал, глядя в потолок. О чём он думал, было вообще не понятно. Он встал напротив Гарри, наклонился и шепнул: — Ты хотел бы меня поцеловать? — Да… — Так поцелуй. — Зачем? Чтобы ты потом всему Хогвартсу об этом рассказал? Малфой хмыкнул и накрыл своими губами губы Поттера, врываясь своим языком в его рот. Поттер сразу же ответил взаимностью. Их языки переплетались, сталкивались, пытались проникнуть глубже. Гарри закинул руки на шею Малфою, а Драко разместил свои руки на талии у Поттера. Сердце билось сильней и сильней, закружилась голова. Душа ликовала. Земля уходила из-под ног куда-то далеко-далеко… Парни продолжали целоваться. Губы Малфоя были сухие, но сладкие. Такие сладкие, такие желанные, такие мягкие… У Гарри снесло крышу, когда Драко опустил руки ниже, аккуратно положив их на ягодицы. Послышался Тихий стон. Воздуха не хватало, но разрывать поцелуй не хотелось никому. Драко отстранился, переводя дыхание. Рассмотрев пухлые губы Гарри, он наклонил голову и нежно поцеловал его шею, оставляя бордовый след. Они не обращали внимание ни на что. Они не замечали яркое солнце, светившее в окно, странный запах сырости, жужжание мухи под потолком… Шея Гарри всё больше и больше покрывались засосами, сердце также бешенно билось, а возбуждение уже накрыло обоих. Драко наконец посмотрел в зелёные глаза. — Какой ты красивый… — выдохнул прямо в коралловые уста слизеринец и вновь поцеловал парня. Время шло, а поцелуй не заканчивались. Рубашка грифиндорца была растёгнута, галстук и мантия лежали на грязном полу. Шея, ключицы и даже грудь рябили красными пятнами, которые оставлял Малфой. Гарри мельком глянул томным взглядом на дверь и увидел, как она захлопнулась. КТО? Оба парня резко отстранились. Гарри нервно застёгивал рубашку, глазами ища свой галстук. Смысла в этом не было, ведь кто-то уже видел достаточно, чтобы пошли сплетни по всему Хогвартсу. Блондин сел рядом на парту и начал переводить дыхание. — Если это типичная Сплетница с когтеврана, нам пиздец, — усмехнувшись проговорил он.