Догонял во снах.

      Повернув руль влево, Варя с надетыми на нос очками, отпила сока, который дала бабушка ребятам в дорогу. — Давай в кафе заедем, хочу сладкого, — на выдохе предложила та — устала я шашлыки с картошкой есть. — Всем бы твои проблемы, Некифорова, — усмехнулся он. — пока Некифорова.       Пара завернула за угол, выходя из машины. Парень оперся о неё, кивая, чтобы девушка заказала что ей надо и возвращалась, пока парень курит. Она скрылась за дверью, а из-за угла в тот же миг появляется знакомый силуэт. — О, здарова командир, — тянет руку Василий — мы тут Серегу провожаем, в Москву с женой уезжает жить, приходи часов в семь к нам, а? — Слыхал чернуху гоните, парни, — поджал он губы — нехорошо по родному городу людей травить. — Деньги не пахнут, тебе ли не знать, афганец, — шмыгнул носом тот — пробовал я честно работать, — он надул губу — не получается так в стране, хорошим быть да при деньгах. — Завязывайте, люди от подобного один за другим корячатся, — поджал губы он, видя как направляется к прозрачной двери брюнетка, с пакетом пирожков — хотя, дело не мое, трави и дальше, год-два пошикуешь да сядешь на лет десять хороших. — Менты работают на нас, афганец, — он повернулся, чтобы оглядеть, кто сместил внимание Алика на себя — красивая какая, Варя-Варечка-Варюша, че и впрямь девушка твоя? — Моя, — шмыгнул он, показывая брюнетке глазами, чтоб в машину села. — Здравствуйте, Василий, как Ваня? — не упуская момент съязвить, после послушно садясь в машину. Афганец опешил, что та знает мужчину, но слова не сказал. — Ладно, слушай, вечером заеду, поговорим ещё, сейчас извиняй, дама ждет. — кивал парень, садясь на пассажирское. — Что за вода за моей спиной мутиться, я понять не могу, ты откуда знаешь его, вообще причем тут Ваня твой? — требовал объяснений Волков, грозно хмуря брови, не то от злости от неизвестности и неосведомленности, толи от упоминания принца. — Друг отца Вани, — шмыгнула она. — знакомы так, косвенно, мутный мужик. — Ближайший человек принца, как заманчиво, — парень непонятно из-за чего злился на Ваню, то ли из-за драки, то ли из-за Вари, но при любом его воспоминании о белобрысом недоразумении заставляло сжать кулаки. — Успокойся, пожалуйста, — кивнула она, гладя по щеке, после заводя машину — а вы о чем говорили? — Ни о чем серьезном, что показалось тебе хотя бы на грамм интересным, спасительница, к тебе? — Ко мне.

***

      Дома Варвара не нашла ни одного из родителей. Выдохнув, девушка села на большой диван в гостиной, включая телевизор. Афганец улегся на её колени, поедая яблоко. Было какое-то глупое американское шоу, поэтому Некифорова уставши жмурила глаза. — Мы когда в ЗАГС поедем? — Через час, — кашлянул — надо побрить лицо, а то я на алкоголика похож. — Дак иди и брей, че время то тянем или передумал? — спросила она возмутительным тоном — Скажи, пожалуйста, сразу, чтобы потом разводиться не пришлось. — Истеричка, — с этими словами он встал с колен её, уходя за дверь.       Парень правда побрил лицо и взяв девушку под руку усадил в машину. Доехали они быстро, Тула в целом город небольшой, который если постараться, за день обойти можно.       Сидеть в очереди за заявкой пришлось недолго, пара подписала все бумаги и женщина ушла спрашивать о датах. — Ну, глядите, — она тянет небольшую папку, где всё расписано. — если вам надо к зиме, то, вот, в ноябре хорошее местечко есть. — Да нам бы, чем быстрее, тем лучше, — торопливо проговорил афганец, шмыгая носом и переворачивает на четыре страницы назад — вот, у вас через три недели пустое окошко! — Не пожалеете о такой срочности, молодежь? — подняла бровь женщина — Есть еще в сентябре хорошее местечко, — она вскинула брови — как раз Зинаида Аркадьевна выйдет только с отпуска. — Не пожалеем мы, давайте, записывайте. — Да пожалуйста. — она расписывается на бумаге и делает пометку в журнале       Вышла из ЗАГСа с улыбкой только Варя, хлопая глазами, да город как в первый раз оглядывала. Волков облокотился о перилла, поджигая сигарету, но, не успев даже второй раз затянутся, вышла какая-то женщина и прогнала их от здания, тыкая на табличку, где написано, что курить тут нельзя. Докуривал военный в машине.       Домой они приехали к вечеру. Весь оставшиеся день, после ЗАГСа они провели в каком-то новом, а то и первом в Туле торговом центре. Афганец занес пару пакетов в дом, хмурясь от яркого света.       Папа с мамой что-то бурно обсуждали на кухне. Слышно контекста не было, но интонация была толи грубой, толи печальной.       Пара зашли на кухню, Варя повесила сумку на стул, смотря на встревоженную маму и такого же, но более умеренного папу. — Что случилось? — спросила она, но молчание висло. Мама встала, наложила поесть и Алику и Варе, усаживаясь обратно. — Ничего, — фыркнула Ольга — ничего такого, что волнует вас, детей. — Мама, нам не по тринадцать. — Варя глянула на Волкова, но тот оглядывал отца девушки, поджал губы, видимо, понимая. — Можно меня тоже посвятить, умоляю! — Твой отец, — шмыгнула мама — он работал, на не последнего человека в городе, — На бандитов, мам, называй вещи своими именами. — Да, может и так, — выдохнула — сегодня выяснилось, что человек этот, умер, не сам, его убили. — И что? — Варя, он нам платил, за два дня до оплаты всего, — шмыгнула — на нас ипотека висит, мы ее удачно закрывали с зарплаты отца, но её сейчас никто не выплатит, коллекторы считай уже в затылок дышат. — Варя, теть Оль, — подал голос командир — идите, телевизор посмотрите.       Ослушиваться его никто не стал, брюнетка, не съев ни ложки еды, что ей положила мама, вышла из-за стола, обнимая за плечи женщину. Некифорова понимала, что Афганец ей всё равно все расскажет, а маме, действительно, может многое знать и не стоит. Варя знала кто такие бандиты, не понаслышке, как минимум, она теперь помолвлена с одним из них, а вот её мама — вряд ли.       Сидели они недолго, мама, видимо из-за нервов, уснула прямо в зале, под новости. Варя не нервничала, она либо не понимала серьезность ситуации, либо не придавала ей должного значения. Новости закончились в тот же момент, когда Алик и отец вышли с кухни. Отец нежно глянул на жену, аккуратно на руки взял и унес в спальню. Алик увел свою девушку в её комнату. — Ну что? — Пиздец, — он открыл окно, поджигая сигарету.       Тут он и рассказал. Что отец, работал на какого-то ужасного жуткого дядю, который продавал наркотики Сергею, тому, что из афганцев, крышевал и помогал ему же. Этого мужчину убили, отец ходил, спрашивал, но ему грозя оружием, сказали, что ему никто на выплатит за этот месяц и чтобы он, дословно — «терялся».       Алик оплатит все за этот месяц, чтобы было время на раздумья дальше.       Спать они легли ближе к часу, прижавшись к мужскому телу, она улыбнулась. Даже когда плохо, парень всегда с ней. И в горе, и в…       А когда это он был с ней в радости? Всегда, если у них все хорошо — наступает какой-то максимальный кошмар. Но, главное научится жить в горе, а в радости и здравии, само придется.

***

      Ночь была непростой для родителей, это Варвара понимала. Утром она заварила чай и села в комнату, слушая как сопит Афганец.       Зажала глаза. Так и не сказала родителям, что расписалась с Волковым.       Хмурилась девушка, мысли недобрые приходили. Дом этот продавать придется, квартиру покупать.       Варя устала жить в несчастье, решать чьи-то или свои проблемы. Закрыла лицо руками, выдыхая. Мужские руки сзади обняли тела девичьи, целуя плечи. — Что делать будем? — нахмурилась девушка — Почему меня окружают бандиты, почему жить нормально не могу, даже, пусть бедно, но, нормально. — Не хочешь в Москву съездить, а маму на дачу отправить? — спросил тот, наткнувшись на недовольный взгляд брюнетки — чего вам тут делать, я бате твоему со всем помогу, вернешься, все нормально будет, поняла? — Я-то поняла, — выдохнула. — А, и Санчо возьми, покажи ему столицу хоть, — усмехнулся афганец — я денежку дам, а жилье у тебя там есть. — В той квартире пахнет нашим расставанием, Алик. — Слушай, о расставании, — он подскочил, сел на край, а глаза девушки округлились до масштабов планеты — о квартире вернее, — выдох — один хер в Москву не вернемся, давай продадим ее и купим твоим родителям, а зарплату отец твой всю на ипотеку вваливать будет. — Опять съехаться? — недоверчиво посмотрела на парня. — Ты такая смешная, спасительница, — засмеялся тот — ну давай тогда свадьбу сыграем, детей сделаем, я буду жить у себя, а ты у себя, — чмокая волосы — идея с квартирой тебе как? — Хороша.

***

— Дверьми не хлопаем, не газель, — сказала Варя, когда сзади Вова неумело закрыл дверь.       Она включила: «Комиссар — Дрянь» и вырулила из двора Сани.       Парниша пошел на условие, либо едет со всей своей бандой или не едет вообще. Алик идею поддержал, но предупредил, что спать там негде и чтоб Варю слушали вообще во всем. Все родители письменно написали разрешение. Брюнетка знать не хотела, как их родители отпустили за сто восемьдесят три километра. — Можно следующую песню? — попросил Илюша. — Какую, эльф? — усмехнулась брюнетка, надевая солнцезащитные очки. Саня улыбнулся подколу от будущей жены дяди. — Красная плесень, конопля, — перебил Вовка. — Я такое не слушаю, — брезгливо отмахнулась Варвара — я Кино люблю, Агату Кристи, Мираж, Комбинация. — Я тоже, — кивнула рыжая — когда у вас свадьба? — Санчо трепло, — улыбнулась девушка, обгоняя машину — через три недели, — фыркнула — ну считайте неделю я проведу сейчас с вами, в Москве, потом две недели на подготовку, — кивнула, отбивая ритм включившейся песни группы «Кино» — вы приглашены, если вести себя будете нормально. — А у вас будут мертвые голуби в коробке от обуви? — спросил Илья, все начали смеяться — У моей тетки так было. — Не будет, — ответила та — а ты с кем жену свою оставил, Вова? — С батей, — улыбка. — Некрасиво.       Потом их всех начало вырубать, один Саша в окно глядел, вздыхал, сколько раз не пытался, так и не смог уснуть. — Как вы поняли, что Алик это ваша судьба? — спросил внезапно парень — Вы столько раз расставались, но каждый раз сходитесь, почему именно сейчас пошли на такой шаг, как свадьба? — Да, тяжело с твоим дядей, — улыбнулась она — нет в нашей истории ничего красивого, я готова была выйти за него на следующий день после начала отношений, он даже предложение сделал, но, — шмыгнула — Он умер, я помню, — кивнул парень. — Да, а потом там Ваня, зависимость, Москва, кароче чего только не было, — усмехнулась — кроме свадьбы. — Почему именно сейчас? — А когда? — повернула руль — Жизнь Алика непредсказуема, лучше сейчас, а то для нас «завтра» может и не наступить.       Было ясно к чему эти вопросы, но Варвара не стала расспрашивать о их отношениях с рыжей.       Саня крутил в голове последнюю фразу.

***

— Итак, тут чисто и сделан ремонт, — сказала та, ставя чемодан у зеркала — что-то где-то разбивается, ломается, пачкается или пропадает, будут получать все, наказывать я умею и очень даже люблю. — Мы не дети. — сказал Вова. — Мы поняли. — сказал Саня, отдергивая друга.       Варя оглядвала квартиру, укладываясь на кровать. Она тут знала все от «А» до «Я», помнила как тут с Полиной они лежали и смотрели телевизор, как она сюда приходила после учебы и сидела на кухне делая домашнее задание. Помнила, как тут была еще с Аликом, как он приходил с работы и они валялись на кровати, бесстыдно в ней же ужинали. Помнила, как спорили о цвете обоев, как стол она красила, и даже, как поссорились, даже как разошлись, а он, оставил её одну в столице.       Воспоминания больно жгли, их даже не тушил факт того, что Алик теперь опять с ней, начала просыпаться старая обида. Почему-то хотелось заплакать, но на её глазах ссорились ребята, не могли поделить спальные места. Варя зажмурила глаза.       «Почему сейчас?» Саня явно не подумал, какой это сильный и важный вопрос. Она не знала, что ответить и сейчас. Каждый понимал, что Варя и Алик должны и будут вместе, но, почему сейчас? Свадьба это точно красивый конец? Это точно их конец?       Он подводил её, лгал и не доверял, но он же любил её, всегда прибегал, извинялся, руки целовал.       Больно от не взаимных чувств? Больно, когда вы не можете быть вместе, больно понимать, что нет у вас «happy and», и не будет.

***

— Вова нормально фоткай, — сказала Женя, обнимая Сашу и Илюшу на фоне кремля.       Варя пила кофе в пластиковом стаканчике. — А мы в мавзолей пойдем? — спросил Илюша. — Мне страшно спрашивать, зачем? — усмехнулась Варя. — Хочу потрогать Ленина. — Так он за стеклом, Илья, — засмеялась Женя, беря руку Сани и уходя в сторону мавзолея.

Через час

— В школе макароны вкуснее, — сказал Саша, отъедая порцию — и не такие дорогие. — Давай меньше говори, больше ешь, а то кости одни видны, тем более не ты платил — фыркнула Варя — с дядьки пример бы брал. — Он тоже так-то дрищ, — усмехнулся Саша, но столкнулся со строгим взглядом Вари, испугался, но девушка рассмеялась. — Ща свадьбу сыграем, будешь сначала его пузо видеть, а уж потом его самого, — улыбалась Варя

Вечер

— Давайте на пол садитесь, — спихивая с дивана, сказал Саша, смотря телевизор.       Уже час шло какое-то кино, Варю отвлек звонок, она подняла трубку. — Спасительница? — Афганец, — усмехнулась девушка — вы как там? — Всё путем, любимая, вы то как? Что делали сегодня? — Да как только вещи разложили, пошли погуляли по центру, мавзолей им показала, покушали в столовой какой-то, фоток наделали, сейчас сидим телевизор смотрим, завтра в музей их отведу, а я пока до Риты схожу, моей однокурсницы, у неё муж продажами квартир занимается, вот, узнаю че там и как. — Ну и замечательно, все, я спать буду ложится, люблю тебя, — спокойно, немного хрипло сказал тот. — Мы тоже фильм досмотрим и ляжем, спокойной ночи, я люблю тебя. — повесила трубку, усаживаясь на свое место, отдавая ребятам по мороженному.

***

— Варя, — деренула плечо рыжая — как плиту включить, совсем не понимаю.       Брюнетка повертела головой, Саша спал на диване с Ильей и Вовой, а с ней спала рыжая.       Черноглазая потерла лицо, уходя вслед за Женей на кухню, включая одну конфорку, видя как та готовит сырники. — В честь чего такие завтраки? — спросила Варя, ставя на соседнюю конфорку чайник. — Саша сырники любит, — шмыгнул Женя. — Это у них семейное.       Варя села на стул, видя как рыжеволосая, в белой футболке готовит сырники, немного прикрыв глаза, ощущая новый наплыв воспоминаний.       «Поставив первую порцию сырников, она нашла на полке в холодильнике варенье. Не старое, пахнет клубникой. Налив его в небольшую тарелочку, она поставила Алику завтрак, продолжая жарить лакомство. — Ого, че есть уже прямо можно? — спросил он, садясь за стол.»       Шмыгнув, она поняла, что дома варенья нет, собралась и вышла из дома. В магазине были очереди, которые в Туле не снились даже в кошмарах.       Когда та вернулась, парни заспанные сидели на полу, открыли окно нараспашку.       Поставив купленную банку с вареньем, на неё с улыбкой посмотрела девушка, продолжая готовить завтрак, хотя было уже достаточно сырников.

***

      Разговор с однокурсницей и её мужем закончился хорошо, он сказал, что Варе необходимо подготовить нужные документы и забрать вещи и нужную мебель, ей самой в Москве быть не надо, а деньги он отправит.       Сомневаться в его честности не пришлось, после того, как он дал на подпись документы в его офисе через два дня.       Эти два дня были совершенно не примечательны. Варвара занималась делами до вечера, ребята гуляли по городу на деньги, что оставила Варя.       Каждый вечер она созванивалась с Волковым, тот был как всегда веселым, поэтому было тяжело счесть нынешнее положения дел в Туле.       Но этим вечером он не позвонил, трубку от женщины своей он тоже не брал. Поджав ноги, укладывая на них подбородок, брюнетка ела бутерброд с сыром и колбасой, слушая песни «Мираж» на заднем плане, под которые подростки танцевали.