Тайные желания

      Акира проснулся от нежного прикосновения рук Сайори после бурной ночи. Блондин ластился к нему, как кот, который хочет внимания. Накамура погладил его по голове и спросил:       — Ты давно проснулся?       — Десять минут назад, — ответил Сайори, игриво глядя на Акиру.       — Я вижу, у тебя хорошее настроение. Неужели секс-терапия действительно помогла? — с хитрой улыбкой спросил японец, вставая с постели и направляясь в ванную.       — Хм... Ты про охуительный секс? Ты это так называешь? — хмыкнул Ито, следуя за Акирой.

      Опустив голову и держась за край ванны, Сайори громко стонал от глубоких проникающих движений Накамуры, стоящего позади него.       — Ты такой ненасытный любовник, — произнёс Акира, двигая бёдрами. Он наклонился, ложась грудью на взмокшую спину Сайори, и, убрав пряди волос, поцеловал его в шею. После этого он ускорил ритм и стал сильнее двигаться в парне. Сайори запрокинул голову, громко застонал, закрыв глаза и наслаждаясь процессом.       — Как же жаль, что я не женщина! Я бы хотел родить от тебя! Ыхм... Такой горячий и сексуальный! — говорил Ито, прежде чем прогнуться и получить требовательный поцелуй от наклонившегося к нему японца.       — Ты сводишь меня с ума, — произнёс Накамура, разорвав поцелуй, и толкнулся вперёд.       Вскоре они вместе достигли пика удовольствия и блаженства, переместились в душевую кабину и принялись намыливать друг друга.       — Что будем делать дальше? — спросил Сайори, нежно натирая грудь Акиры гелем для душа.       — Ты о чём? — спросил Накамура, лаская задницу Ито.       — Зачем мы приехали в Сеул? Хочешь отомстить за клан? — задал прямой вопрос Сайори.       — Зачем? Чтобы опять бояться, что тебя могут убить? — Акира нежно гладил спину парня.       — Но он же будет на нас охотиться. И пошлёт Сану убить нас, как убили Роу. Разве не так? — спросил озадаченно Ито.       — Не беспокойся, — сказал Акира, — я уже договорился со стариком в Токио. Он не тронет нас, хотя и выдвинул свои условия. Теперь северный порт и вся власть над бандой будут принадлежать Хвандо, а я буду работать на него.       — Неудачно ты договорился. Будешь, как и раньше, его шпионом? Почему бы просто не убить его? — с раздражением спросил Ито.       — Тогда мы понесём большие потери. Я уже согласился и должен сдержать своё слово, — ответил Накамура и, поцеловав Сайори в лоб, вышел из душевой, прихватив полотенце. Сайори усмехнулся и сказал:       — А я никакого слова не давал. И мне похуй на твою банду.       Затем он открыл кран на полную мощность, подставляя тело под горячий поток воды.       Выйдя из ванны, Ито не обнаружил Накамуру. Он позвонил ему и спросил, куда тот ушёл. Акира сказал, что его вызвал Хвандо по поводу северных портов.       «Эти корейцы совсем охренели! Думают, можно спокойно об нас ноги вытирать?» — подумал Сайори.       Он переоделся в свой лучший наряд: прозрачную серебряную блузку с мелкими блёстками в виде песка и чёрные кожаные брюки. Накрасил губы бледно-алой помадой и нарисовал стрелки. Затем затянул тугой хвост из длинных волос и вышел из квартиры. Сев за руль серебристого «Порше», Ито Сайори помчался в дом, где жил до встречи с Акирой.

* * *

      День проходил размеренно. За окном больницы шумели автомобили, и пешеходы пересекали дорогу на зелёный свет. Чонгук, сидя в палате, наблюдал за этим оживлённым движением.       Даён дремала возле сына, положив голову на край кровати. Тэхён до сих пор не очнулся от наркоза и не подавал никаких признаков сознания. Только тихое дыхание, которое обеспечивалось искусственным аппаратом, слышалось монотонно.       Вдруг в кармане Чонгука завибрировал телефон. Он открыл сообщение и прочитал:       «Выходи из палаты. Мы с Чимином ждём тебя снаружи»       Чонгук, посмотрев на Кима, тихо покинул помещение.       — Что говорят врачи? — спросил Чимин.       — Они говорят, что он может не очнуться. Он в коме, — ответил Чонгук, отвернувшись и вытирая слёзы, которые навернулись на глаза, как только он заговорил.       — О боже, нет! — Чимин прикрыл рот и уткнулся в плечо Юнги.       — Не переживайте. Он обязательно очнётся. Я верю в него, — успокаивал адвокат, обнимая Чимина за спину, хотя сам не знал, что будет дальше.       В этот момент к ним уверенными шагами подошли двое полицейских, а с ними детектив Пак Сон Хэ.       — Здравствуйте. Извините, что прерываю, — поздоровался Сон Хэ, после чего обратился к Чонгуку, доставая металлические браслеты, соединённые цепочкой: — Господин Чон Чонгук, вы задерживаетесь по подозрению в покушении на жизнь и предумышленном нанесении вреда здоровью господина Ли Лиёна. Пройдёмте с нами в участок.       Чонгук протянул руки для наручников. Юнги представился полиции и попросил показать документы. Пак Сон Хэ, закатив глаза, достал значок и показал ордер на арест, после чего адвокат отошёл от них.       — Чонгук, ничего не говори. Просто молчи. Я тебя вытащу, — тихо шепнул Юнги парню.       На Чонгука надели наручники и повели в полицейский участок.       — Неужели Чонгука посадят? Это уже слишком! Тэхён и Чонгук не могут так закончить! Ведь так? — спросил Чимин с надеждой, глядя на Юнги, словно тот ясновидящий. Конечно, наш крутой адвокат был идеальным мужчиной, но чтобы предсказать будущее? (Чимин, ты много хочешь!)       Адвокат Мин молча вздохнул и обнял блондина.       — Всё будет хорошо. Я надеюсь.

* * *

      — До сих пор молчит? — спросил подошедший коллега Сон Хэ, который вышел покурить на улицу.       — Да. Но я добьюсь своего. Он обязательно сядет в тюрьму, — злобно прошипел Пак.       — И как? Свидетели все вместе отказались давать показания. А этот адвокат Юнги и ещё двое других пишут жалобы на тебя в прокуратуру за превышение должностных полномочий. Что будешь делать? — отпив кофе из бумажного стаканчика, спросил смуглый детектив.       — Знаешь, Хан, ты слишком осведомлён для простого интереса, — сказал раздражённо Сон Хэ и посмотрел на детектива. — Кто-то пошёл против меня?       — Мой тебе совет: брось это дело для своей же безопасности, — ответил Хан, допив до конца кофе и бросив в урну помятый стаканчик.       — Это угроза? — спросил Пак и нервно дёрнул бровью.       — Нет. Я же сказал, что это просто дружеский совет. Слишком много людей защищают этого парня. Тем более известно, что он чуть ли не герой, который отомстил за жертв. Неужели ты хочешь оказаться в новостях как полицейский, который сажает героев и помогает злодеям? — Хан похлопал по плечу Сон Хэ и вошёл внутрь здания.       «Хм... Думаешь, что я легко сдамся? Хвандо обещал мне много перспектив, если я смогу посадить этого Чонгука. Мне не нужен глупый герой. Я лучше буду на стороне умного злодея».       Сон Хэ докурил и пошёл дальше допрашивать Чонгука.       — Я спрашиваю, что вы делали в отеле с японцем? — повторил свой вопрос уже в третий раз детектив Пак.       — Ели стейк и пили виски. После этого я пошёл домой. Я уже третий раз вам это говорю. Вы глухой? — ответил Чонгук спокойно.       — Ты издеваешься надо мной? Ты же знаешь, что мы все уже в курсе, что ты покалечил Лиёна! Любой врач это подтвердит! — громко сказал Сон Хэ и хлопнул по столу.       — И где же этот врач? Где ваши доказательства? Мнение экспертов и показания свидетелей? — спросил Чонгук, чуть усмехнувшись.       — Ты? Ха! Ну ты, пацан! Я и не думал, что ты легко признаешься, но чтобы так нагло вести себя перед полицейским! Браво! Браво! — притворно изображая восторг, детектив похлопал в ладоши и продолжил говорить.       — Ты думаешь, раз все решили, что ты герой Сеула, то тебе сойдёт с рук преступление? Я постараюсь тебя упечь за решётку надолго.       Чонгук толкнул языком в щёку и пристально посмотрел. Потом вздохнул и спросил:       — Сколько мне ещё тут торчать?       — А что? Куда-то спешишь? — с ухмылкой спросил Сон Хэ и достал папку.       — У меня парень в коме. Если он очнётся, а меня не будет рядом, то это вы будете виноваты, — ответил Чон и пнул металлический стол.       — Вау! Ты так открыто говоришь об этом. Неужели не боишься осуждений людей? — искренне удивился детектив.       — Мне похуй на мнение окружающих, когда это касается моей личной жизни, — ответил Чонгук.       — А он действительно изменился. Стал смелее, — сказал Юнги, смотря через стекло на Чонгука, сидевшего в комнате для допроса.       — Теперь я видел всё. Он матерился и сказал «мой парень», для меня он теперь совсем другой человек, — произнёс стоящий рядом Хосок.       — Ты чего? Просто он давно взрослый. Но показывает тебе и Давону только положительные стороны. Я давно знаю его таким, — успокаивал друга Юнги.       — Теперь я думаю, что Чонгук действительно покалечил того японца. Неужели мы должны ему помогать после этого? — Хосок задумчиво произнёс, глядя на наглого племянника, который сидел вальяжно на стуле.       — Он сделал это из-за родственников убитых жертв. Чонгук не убивал людей. Он не насильник. И тем более не лицемер. Раз ты хочешь отвернуться только из-за того, что он отомстил за убитых жертв, то ты плохой дядя. И тем более плохой друг, — сказал Юнги и пошёл вытаскивать Чонгука.       Хосок продолжил наблюдать через затемнённое стекло, которое было с обратной стороны замаскировано под зеркало.       Адвокат Чон смотрел, как Юнги вошёл и в пух и прах разнёс Сон Хэ, потребовав немедленно освободить Чонгука. Детектив Джихун, который вошёл следом, приказал отпустить парня. И Сон Хэ пришлось снять наручники и отпустить Чона.       — Тебе повезло, что свидетели стали на твою сторону. Юнги хорошо с ними поговорил. Но я до сих пор не знаю, что и думать, — вслух размышлял Хосок, наблюдая за Чонгуком.

* * *

      Прошла уже неделя, как Тэхён был в коме. Хвон приказал перевести сына в частную больницу. Там за ним наблюдали двадцать четыре часа в сутки лучшие врачи Сеула. Вот только было одно «но». Туда никто из посторонних не мог попасть. Только Хвон и Даён приходили к сыну. Хвандо же иногда звонил невестке и спрашивал о состоянии племянника. Чонгук тоже по телефону узнавал новости от врача, с которым познакомился по работе в доме престарелых.       За это время, как произошла эта ситуация, многие люди поддержали Хвона и хотели отдать за него свой голос на выборах. И тот обещал долгожданные реформы, когда станет депутатом в Сеуле. Хвон активно выступал на местных каналах против нелегального бизнеса и развлекательных центров.       — Нас хотят одурачить дешёвой водкой и распутными женщинами! Город превращается в бордель! Неужели вы закроете глаза на это? Вместе с этим много других проблем, о которых нужно говорить: напряжение с Севером, японские шпионы и американские наркоторговцы. Вот о чём нужно писать! — говорил Хвон. И толпа хлопала ему и кричала:       — Вот такие люди должны идти в президенты!       — Ким Хвон! Мы будем за вас!       — Поддержите на выборах честного человека и патриота страны! — кричали громко агитаторы и раздавали бюллетени.       — Этот паршивец захотел разбередить осиное гнездо! Совсем спятил! — крикнул Хвандо и выключил плазму.       — Вам нельзя волноваться. В последнее время вы часто злитесь. Раньше вы были сдержаннее, — заметил Сану и увёз старика на прогулку.       — Это из-за этого паршивца Хвона. Он решил таким способом добраться до президентства? И не понимает, что у него самого рыльце в пушку. Его враги скоро избавятся от него и могут навредить Тэхёну. Мне этого не хочется. Понимаешь? — пожаловался Хвандо. Сану последние дни только и делал, что слушал его жалобы и разговоры о компании. Раньше старик не говорил с ним так часто. Парень подумал, что Хвандо теперь действительно ему доверяет, как никому другому, раз болтает без умолку. Сану это забавляло и льстило. Он чувствовал себя счастливым и полноценным. Но не хватало одного: любви одного человека, который гневно смотрел на него, когда приходил поговорить с Хвандо. Акира провожал его злобным взглядом и молча проходил мимо. Сану тоже молча сопровождал его в кабинет и закрывал за ним дверь. А ночью в одиночестве мечтал о нём и представлял себе, как они занимаются этим вместе. Но потом одёргивал себя от подобных мыслей и с грустью засыпал.       В одну из таких ночей Сану приснился сон, где он и Ишинори гуляют на берегу моря.       — Ты до сих пор не можешь забыть тот поцелуй? — спросил японец.       — Да. Это ведь был поцелуй с тобой, Ишинори. Как я могу забыть? — с улыбкой ответил Сану и прижался ближе к бледному парню. Тот крепко обнял и поцеловал его в лоб. Сану посмотрел на него с нежным взглядом и полным любви выражением лица, произнеся: «Я тебя люблю».       — Гори в аду, чёртов убийца! — крикнул Акира и превратился в Сайори. Парень почувствовал, как стало жарко, и не стало хватать воздуха.        Сану, не понимая, что происходит, испуганно подскочил и проснулся. Он увидел, что комната полыхает в огне. Сон кинулся к выходу, но проход был закрыт чем-то тяжёлым.       — Ты не сможешь выйти оттуда живым, корейская шавка! Аха-ха! Это моя месть за Роу! — кричал Ито Сайори снаружи.       — Заткнись! Я тебя прикончу! Падла! — кричал в ответ Сану и думал, что же делать, наблюдая, как огонь ползёт по стенам.       — Аха-ха! Ты превратишься в шашлык! Аха-ха! Я пошёл! — крикнул Ито и скрылся в темноте. Только эхо его хохота зловеще повторялось в ушах Сану.       — Я не умру вот так! Суки! — яростно орал Сану и прорвался в ванную с простынёй. Обильно намочив ткань, парень завернулся в неё и побежал в сторону окна. Огонь полыхал со всех сторон. Выбив стекло ногой, он сделал узел из мокрой тряпки и, держась за него, прыгнул вниз со второго этажа.       Сану побежал в сторону и стал искать охранников возле ворот. Но они все были мертвы. До смешного просто: убиты обычными дротиками. Парень не мог понять, как Сайори смог это устроить в одиночку, и поспешил отыскать его. Но его нигде не было видно.       — Нет! Нет! Господин! Вы не должны так покидать меня! — орал Сану, глядя на горящий особняк, из которого слышались крики людей, заживо сгорающих в языках пламени. Парень кружился возле дома и не мог найти вход, не охваченный огнём. Он буквально сходил с ума и не мог успокоиться, крича о помощи. И повторял одно и то же много раз:       — Господин! Пожалуйста! Отец! Не бросайте меня!       К приезду пожарных машин дом уже почти полностью сгорел. Потушив огонь, пожарные вытащили много сгоревших тел, и среди них было тело старика Хвандо. Сану, не веря глазам, орал, рыдая от горя.       Тела были изуродованы огнём, и никто не смог выжить, кроме верной собаки старика Хвандо.       — Отец! Он мой отец! Слышите? Спасите его! Отец! Не умирайте! — парень орал на врачей, не переставая рыдать. Увидев обгоревшее тело старика, который был похож на героев из фильма ужасов, Сану смог узнать его по кольцу на пальце, которое Хвандо носил с юности. «Подарок от отца», так ответил однажды Хвандо, вспоминая о своей молодости, когда Сану поинтересовался серебряным кольцом с печатью.       — Он ещё жив! У него есть деньги! Если спасёте его, то я щедро награжу вас всех! Спасите моего отца! — Сану не отпускал руку старика, не давая врачам увезти тело.       — Он, кажется, спятил от горя. Сделайте укол уже! Не мучайте парня и себя! — крикнул один из пожарных, которые притащили ещё тела погибших.       — Это слишком. Мне столько не платят, — сказал один из медработников. Но после этого Сану укололи успокоительное и увезли в больницу на машине скорой помощи.       Всё это началось два часа назад. Когда Сайори, управляя дроном, нажал кнопку «отпустить бомбы» и взорвал двухэтажный огромный особняк старика Хвандо. Этот дрон и снаряд передал ему Роу когда-то. Тогда Сайори хотел убить своего дядю, который изнасиловал его в детстве, но потом передумал из-за огромного риска. Но дядю он всё равно смог наказать с помощью Акиры, который без колебаний просто убил того, задушив ремнём.       — Аха-ха! Роу, посмотри, как они кричат! Я же тебе обещал, что отомщу за тебя, любовь моя. Теперь можешь покоиться с миром! — хохотал Сайори, после нажал педаль газа и быстро уехал на своём «Порше», оставив за собой сгорающий дотла особняк.

__________